Глава 1.
2 июля 2024 г., 20:57
Примечания:
прошу отмечать мои ошибки в пб, спасибо заранее
два года спустя
— Если ты продолжишь работать на этой работе, то вряд ли добьешься повышения зарплаты. — Рене старательно вылавливала трубочкой шарики тапиока из своего бабл-ти «черника-банан». Эндрю ненавидит Уокер за ее ужасный вкус в напитках, но, пожав плечами, пьет свой «персик-клубника». Купленный за деньги Рене, к слову, которая снова что-то от него хотела. Чем больше она от него хочет, тем интереснее ей отказывать. — Не у каждого из нас есть богатенькая мамочка, которая покроет все траты. — Миньярд хмыкнул, увидев как Рене нахмурилась, но продолжала сидеть как ни в чем не бывало. Кинул взгляд на часы, закатил глаза. До конца обеденного перерыва оставалось десять минут. Рене кинула свой стаканчик в мусорный бак, почти промазав. Она скосила взгляд на Эндрю, зная, что тот не удержится от комментария. — Хуевый из тебя нападающий. — Уокер закатила глаза, не обращая внимания на друга, — Сборная по тебе плачет. Или из-за тебя. — Потому что я голкипер. — спокойно произнесла Рене, — На самом деле мне от тебя кое-что нужно. — она миролюбиво улыбнулась, глядя на Эндрю. Вот оно. Бинго. Эндрю оскалился. — Нет. — Я помню и принимаю то, что ты не играешь в шахматы уже пять лет, но, Эндрю, мне действительно нужен хотя бы один человек, который разбирается в том, как ходит слон. Миньярд позволил Уокер договорить, почти не слушая весь тот бред, который она несёт. Рене выжидающе смотрела на Эндрю добрые пять минут, после чего услышала лишь: — Не-а. У тебя есть Зак, у которого 1678-е место в рейтинге ФИДЕ. — тот самый Зак-задрот из шахматного клуба, который при любом удобном случае хвастается своим местом в рейтинге. Девушка вздохнула и вновь посмотрела на Эндрю спокойным взглядом. Как-то одноклассник Миньярда спросил, что она принимает для такого эффекта. Тот в ответ лишь врезал ему, да так, что потом недели две синяк с глаза не уходил. Уокер укоризненно посмотрела на него, но где-то в глубине ее глаз была благодарность. Чертова христианка. Эндрю делал вид, будто шарики бабл-ти намного интереснее, чем выжидающая Рене. — Ты все ещё играешь. — Только в твоих мечтах. — Эндрю, наконец, допивает свой напиток и попадает в мусорный бак. Рене откинулась на спинку скамейки и потерла глаза. На ее бледном личике были видны капельки пота, ведь август — самый ненавистный месяц в городе Колумбия. — Я не прошу делать то, что ты делал в подростковом возрасте. — А что я делал в подростковом возрасте? — Я не хочу, чтобы бы выиграл самых лучших игроков, которые там будут, Миньярд. Как тогда, когда тебе было тринадцать и ты поставил шах и мат всем взрослым оппонентам. На самом деле ему было двенадцать и шесть месяцев, но Эндрю не поправляет подругу, вставая со скамейки. Он очень четко помнит тот день, когда Би восторженно смотрела на него со словами «Ты просто невероятен, Эндрю». Эндрю смотрит на Рене, которая осветила свои волосы до блонда и окрасила кончики волос в постельные цвета. Миньярд никогда никому не признается, но ему даже нравилась такое изменение во внешности подруги. — Как там говоришь ходит конь? — Ты смешон. Блондин пожал плечами. Даже с учётом того, что у него идеальная память, Эндрю не помнил дня точного знакомства с Рене. Он будто бы всю жизнь знал добрую милую христианочку, голкипера Колумбийской школы, которая была заменой ему самому, студентку Пальметто и так далее, и тому подобное. Всегда собранная Уокер менялась только во время их общих спаррингов, где та учит Миньярда правильно использовать ножи. Они не общались до шахматного клуба, это он помнил, а так же помнил то, что за их первой партией Эндрю спросил: — Тебе разве не нравится играть в шахматы? — Конечно нет. Мне просто нужны кружки. В Университет я могу поступить как спортсмен, ведь я голкипер в школьной команде по экси, но для поддержания хорошей репутации стараюсь больше проявлять активность в школе. Спустя две минуты Эндрю объявил ей шах, а Рене даже не пыталась отбиться. С тех пор они довольно крепко общаются, несмотря на то, что весь год Уокер проводит в Университете, занятая своими студенческими делами. А ещё Рене хорошо относилась к Аарону, его брату-близнецу, который только и делает, что бегает за Кейтлин и грезит об обучении на хирурга. В прошлом году он не поступил, поэтому весь год сидит за книгами с энергетиками в руках. Хирургом Аарон захотел стать с тех пор, когда узнал, что у Бетси, их приемной матери, сколиоз. Она долгое время не обращала внимания на боли, ведь дохуя работала для их благополучия, а когда он проявился на более высокой стадии было почти поздно. Сейчас Эндрю собирался уходить в автосалон, ведь он не просто мечтает, а собирает деньги на операцию. Уже год, который он мог бы учится в Университете, он работал в автосалоне за гроши, выплачиваемые ему доброй милой Мэри. На самом деле, она вовсе не добрая и совсем не милая. А ещё питает особую неприязнь к блондинам. Но Эндрю вполне научил Мэри терпеть его, благодаря взглядам карих глаз и блеску ножей под нарукавниками. — Эндрю, это благотворительный турнир. О, Рене знала, как все же заставить Миньярда делать так, как хочет она. Вытаращевшись на него своими большими серыми глазами, она делает последний ход, зная, что Эндрю все равно уже попал в ловушку. Примерно так делает их кот Сэм, которого Бетси принесла в дом два года назад, сказав, что бедный котик сидел под дождем на дороге, и она не могла его там оставить. Конечно же они забрали его себе, под восхищённые визги Никки. — И на что же собираются деньги? — Эм, не помню, посмотри в брошюре. Эндрю хмыкнул, зная, что обычно на таких турнирах собирают деньги на какие-нибудь выдуманные болезни. Но можно спросить у Аарона: вдруг что-то похожее на непереносимость глютена существует? — Ну, пока-пока, Рене. Если я не буду на месте через две минуты, меня съест дорогая Мэри. — Я буду ждать ответа, Эндрю. — произнесла Уокер, вставая со скамейки. Она знала, что он ответит согласием и поедет вместе с ней на этот турнир, пусть деньги и собираются на лечение какой-нибудь истерии. Но Эндрю не мог отказать себе в том, чтобы побесить Рене. — Шахматы были для тебя всем, Эндрю. Ты так и не рассказал, почему перестал играть, но когда ты думаешь о шахматах, ты становишься другим. — Я не думаю о шахматах уже пять лет, Рене. Не придумывай того, чего нет.***
Эндрю Хорошо, я поеду на твой турнир. За это ты мне купишь те блинчики из кафе, в котором мы были на твое день рождения.Рене
Я очень рада. Спасибо, Эндрю.
***
— Эндрю, наконец-то ты проснулся. Скажи Никки чтобы отстал от меня со своими гейскими разговорами. Меня тошнит от него. — То же самое могу сказать про его дурацкие переписки с Кейтлин. Я пытаюсь ему помочь, а он постоянно отвлекается на свою девушку. — Она не моя девушка. Эндрю отнял взгляд от телефона, наливая себе кофе и добавляя четыре ложки сахара. Отпив из кружки он поочередно смотрит то на близнеца, то на кузена, которые тут же сжимаются под его взглядом. — Мне нет дела до ваших перебранок. — просто ответил он, вновь утыкаясь в телефон. — Даже не предъявишь мне за то, что я общаюсь с Кейтлин? — Аарон кажется особенно хотел нож в живот сегодня. А может даже два. — Я заранее знал, что ты не выполнишь условие сделки. — разглядывая сайт турнира по шахматам, сказал Эндрю. Нет, ему не интересно. Не ин те рес но. Неинтересно. — Но у меня никого нет. — Ну и отвали от меня тогда. Аарон некоторое время сверлил брата непонимающим взглядом, а после подошёл ближе. Пытался заглянуть в телефон, но его лицо отпихнули. — Чем ты занимаешься? — Тебя это ебать не должно. — Тебя наконец уволили с этой хуевой работы? Может найдешь что-то получше. — Аарон скривился, облокачиваясь на столешницу. В ответ на него поднялись карие глаза наполненные гневом и презрением. Брат все понял без слов и ретировался с кухни. Турнир действительно был связан с каким-то медицинским центром, одним из тех, куда попадают лишь очень обеспеченные люди. Для такой семьи, как их собственная, в такое место путь закрыт. Не сказать, что Миньярды, Добсон и Хэммик, поселившиеся под одной крышей, были бедны, как церковные мыши, но чтобы обследоваться в клинике, где нужно платить, просто, чтобы войти, им не позволял бюджет. Да и с болезнью Бетси ей стало тяжелее проводить сеансы и ходить в больницу, где она работает. Аарон и Никки начали свою перебранку снова, а Эндрю, наконец, вышел из кухни. В гостиной его ждала Би, сидящая на диване. Она смотрела какой-то глупый ромком, в стиле «Лалаленда». Миньярд сел подле нее, поправляя плед на коленях приемной матери, и поднял взгляд на потолок, разглядывая мелкие трещинки. До выхода Бетси на работу оставалось полчаса. — Что тебя мучает, Эндрю? — парень перевел взгляд на улыбающееся лицо Добсон. Около глаз и рта Эндрю подметил морщины, которые появляются, только когда человек часто по-настоящему улыбается. Бетси была всем для Эндрю, и Эндрю был всем для нее. Они случайно нашли друг друга в детском доме, когда она проходила мимо двора, где он просиживал время прогулки. Би стала чаще проходить там, а блондин менее враждебно относится к ней. Ему нужен был человек, который будет понимать его, слушать, а не слышать и вот, он нашел этого человека в Бетси Добсон, случайно увидевшей маленького мальчика на площадке около детского дома. Тогда ещё девушка не могла забрать маленького Доу к себе, ведь сама только переехала в город и искала стабильную работу. Через несколько семей она поняла, что не хочет такого для полюбившегося ребенка и подписала бумаги об усыновлении. — Ты правда забираешь меня? — Эндрю недоверчиво покосился на девушку, теребя длинные рукава своего свитера. Бетси села на корточки около мальчика, ласково улыбаясь. — Да, Эндрю. Беги собирать свои вещи. — Эндрю робко улыбнулся Би и вышел из комнаты, оставляя девушку наедине с директрисой. — Не сейчас. — тихо ответил Миньярд, воруя попкорн из тарелки Би. Она лишь посмеялась над его действиями. — Ты знаешь, что я приму все твои решения. Спустя пятнадцать минут и пять поцелуев главных героев, Эндрю все же подал голос: — Я собираюсь поехать в Чарльстон сегодня. — На свидание? — Ты знаешь, что я на них не хожу, Би. Он никогда не называл Бетси мамой, но она никогда не обижалась и спокойно принимала это. — С Роландом? Чертова Добсон. — Он мне никто. Нет, с Рене. Бетси понимающе улыбнулась кивая. — Я взял выходной в автосалоне, ты не против? — Конечно нет. Она не стала давать ему бесплатных советов о жизни. Именно это он ценил и уважал в ней. — Я приеду к ночи. Не ждите. Эндрю знал, что Би дождется. — Приятно провести время с Рене, Эндрю. Миньярд сжал ее ладонь и вышел из гостиной. В коридоре Никки начал допытываться, куда он уходит, но Эндрю отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и вышел из дома. Около дома стояла машина Рене. Миньярд уже проклинал эту поездку.
