От круциатуса до Визжащей Хижины

      Невилл не знал, не мог представить даже в самом кошмарном сне, что круциатус вызывает такую боль. Сначала он не закричал, потому что не успел даже вдохнуть.       Бабушка не хотела отпускать его в Хогвартс, как не хотели отпускать детей почти все родители. Без Альбуса Дамблдора, с Пожирателями, разгуливающими по школе, вероятность умереть для учеников трёх из четырёх факультетов резко стремилась вверх.       В полном составе вернулся только Слизерин. Почти в полном - Гриффиндор.       Невилл просто надеялся, что у Гарри не займет много времени найти способ как выкинуть из Хогвартса сторонников Волдеморта и как убить его самого.       Круциатус встретил его на пороге Большого зала. Очевидно, он слишком дерзко посмотрел на Кэрроу.       Невилл бился в судорогах, упав на колени, он видел как Джинни подняла палочку, чтобы проклясть Кэрроу, и в следующее мгновение услышал громкий крик, полной боли, когда сестра Кэрроу наложила круциатус и на Джинни.       И она смеялась.       Эта чертова психопатка смеялась.       Невилл не думал, что выдержит еще хотя бы немного, ему не хватало воздуха даже для крика. Но ему хватало гнева для того, чтобы не испытывать страх.       Он боялся многого, но больше это не имело значения. Всё, чего он боялся раньше, не имело значения.       - Прекратите! - Невилл с трудом услышал крик Макгонагалл, он не мог ее увидеть за спинами Кэрроу.       - Достаточно.       Он узнал бы этот голос где угодно, голос, так сильно пугавший его раньше. Но теперь, когда у Невилла действительно была причина бояться этого человека, он понял, что не боится.       Краем глаза он видел, как Джинни дернулась, чтобы что-то сделать. Сделать что-то, о чем она сильно пожалела бы после. Невилл с трудом поднял руку, потянувшись к ней, чтобы остановить, его голос был едва громче шёпота:       - Не надо...       - Как благоразумно, Лонгботтом, - Снейп ядовито усмехнулся, безразлично смотря на него, а затем рявкнул на столпившихся вокруг учеников, - на места, вы задерживаете распределение.       Невилл не думал, что сможет встать, не думал, что можно ненавидеть кого-то также сильно, как он ненавидел Снейпа, не думал, что сможет пережить еще один круциатус, а тем более этот год. Ученики проходили мимо, в полной тишине рассаживаясь по местам.              Кто-то подхватил его под руки, помогая подняться:       - Мне жаль, мистер Лонгботтом, - он вновь услышал голос своего декана, поддерживающей его под левую руку, - мне так жаль.       Невилл сфокусировал взгляд на Макгонагалл, она была белее снега во дворе Хогвартса на Рождество. Гриффиндорцы были на месте, даже их декан.       Он слабо улыбнулся:       - Я знаю, профессор.       Минерва погладила его по руке и кивнула в молчаливом понимании.       - Не провоцируйте их, мистер Лонгботтом. Вам нужно выжить.       Чтобы сражаться. Если они сбегут, Волдеморт победит без боя.       Распределение прошло тихо, как и весь праздничный ужин, хотя Невилл скорее назвал бы его траурным. Он переглядывался с Джинни, пока они оба игнорировали еду. Им нужно было любой ценой избегать Кэрроу, если они хотели выжить, и им нужно было защитить младшие курсы, если они хотели видеть детей живыми и невредимыми.       Невилл почувствовал острое сожаление о том, что первые курсы не запомнят Хогвартс безопасным местом, скорее местом террора. Он оглядел своих однокурсников и остальных гриффиндорцев, затем кинул осторожный взгляд на другие столы. Все были напряжены, разговоры и смешки доносились только со стороны Слизеринского стола, но и там были те, кто молча уткнулся в свои тарелки, не осмеливаясь поднимать взгляд.       ***       Невилл пытался заставить пальцы слушаться, но они дрожали, дрожал и он сам, поднимаясь по лестнице в Гриффиндорскую башню. Джинни тоже дрожала. Невилл знал, что они оба скулили бы от боли, но ни один из них не хотел доставлять этого удовольствия ни Кэрроу, ни Снейпу.       Невилл так ни разу и не закричал под круциатусом.       ***       Он проснулся посреди ночи в лихорадке в своей спальне в башке Гриффиндора, дёрнулся, чтобы взять палочку с тумбочки и едва не сбил флакон, которого там не должно было быть. С трудом приподнявшись на руках, Невилл прищурился, рассматривая зелье. Каждая мышца в его теле горела огнем, каждый сустав выворачивался.       Под флаконом лежал клочок пергамента: «1/4 каждые 4 часа».       Почерк не был знакомым, в целом, Невилл был уверен, что это написано стандартным заклинанием. Он не винил того, кто пожелал остаться анонимным.       Откупорив флакон, Невилл постарался выпить ровно одну четверть. Те, кто хотел его убить, в нынешние времена могли сделать это открыто, едва ли кто-то стал бы тратить яд на него.       Тепло разлилось по телу почти сразу, он едва успел настроить сигнал, чтобы тот разбудил его через 4 часа, прежде чем провалиться в сон без сновидений и без боли.         ***         Свою первую отработку со Снейпом Невилл получил неделю и еще один круциатус спустя. Снейп выдернул его прямо из под носа у Кэрроу, с жестокой усмешкой сообщив, что ему тоже хочется получить удовольствие. О, Невилл ничуть не сомневался, что этот ублюдок получает удовольствие от пыток и унижений, он занимался этим последние 16 лет на своих уроках.       Старшие курсы старались оградить младших от отработок с Кэрроу, другие профессора сами назначали десятки отработок, чтобы ученики были в относительной безопасности с ними. Не с Кэрроу. Не со Снейпом.       Невилл видел ненависть в глазах Макгонагалл, когда та смотрела на нынешнего директора Хогвартса, и ни разу не слышал даже намека на страх в ее голосе. Она не боялась за себя, только за детей.       Снейп поймал их с Джинни и Колином Криви по пути в Выручай Комнату, за один коридор до Кэрроу. Кэрроу были очень расстроены, они умоляли Снейпа дать им разобраться с нарушителями.       С нарушителями чего?! - хотелось закричать Невиллу, но он умел держать язык за зубами. Он отлично знал как не выводить Снейпа из себя еще больше.       Снейп не отдал их на милость Кэрроу, он привел их в западное крыло замка и остановился в тупике у одной из картин. Невилл молча смотрел на набор астрологических знаков, разбросанных по холсту. Насколько он знал, за ним ничего нет, кроме Больничного Крыла, вход в которое располагался в другом коридоре.       Снейп палочкой прошел путь от солнца до луны через несколько других знаков и картина разъехалась в стороны, впустив их в старый заброшенный столетия назад класс. Не произнеся ни слова Снейп наколдовал им тряпки, ведра с водой, чистящие средства и ушел. Также молча.       Невилл покрутил в руках флакончик с чистящим средством и потянулся за перчатками, когда Джинни наконец решила нарушить тишину:       - Он оставил нам палочки.       Невилл замер, понимая справедливость ее слов. Снейп ненавидел жульничество, он отбирал палочки в начале отработки и возвращали их в конце.       Колин подошел к Невиллу и тоже взял пару перчаток:       - Может он забыл?       Невилл покачал головой. Снейп не забывал, ничего и никогда.       - Или он ждет, когда мы ошибемся, - вновь предположила Джинни.       С этим Невилл был склонен согласиться.       Скребя пол щеткой, он подумал, что им стоит найти пару заброшенным классов, где они смогут пополнять свои запасы зелий.       Все, попавшие под круциатус, заклятие кнута или любые другие пыточные проклятия, которыми не гнушались Кэрроу, обнаруживали у себя на тумбочках зелья. Все без исключения. Невилл понятия не имел, кто им помогает и почему он не делает это открыто, но понимал, что у него едва ли хватит запасов хотя бы на месяц.       Делиться с остальными этими мыслями он не стал, теперь у стен в Хогвартсе были уши. Это могло подождать до Выручай-Комнаты.         ***       Группа старшекурсников во главе с Невиллом как можно тише пробиралась по коридорам замка к Выручай-Комнате. За три недели они смогли в общих чертах понять траекторию, по которой Кэрроу патрулировали замок, но на самом деле это не работало. Отряду Дамблдора нужна была хотя бы иллюзия контроля.       Они никогда не посещали Выручай-Комнату в одно и то же время, всегда строго группами по 5-7 человек. И идти они старались разными путями.       Этой ночью идти было сложнее, на небе не было даже луны, чтобы хоть немного освещать им путь. Использовать люмос было опасно.       - Стойте, - прошептала Полумна позади Невилла, заставив всех мгновенно остановиться. Они больше не игнорировали предупреждения друг друга.       Лавгуд, идущая последней, смотрела в боковой коридор, который они только что прошли:       - Я думаю, нам нужно идти за ней.       Невилл пытался понять, о чем она говорит, когда Захария уже подошёл к Луне и встал как вкопанный. Невилл тоже заглянул в коридор.       В нескольких метрах от них у самого окна стояла призрачная лань и не мигая смотрела на них.       - Чей это патронус?       Вопрос остался без ответа. Никто из них не видел лань раньше.       Патронус резко повернул голову, смотря в сторону коридора, куда они только что собирались идти, словно прислушивалась, затем снова посмотрела на студентов и мягко мотнула головой, предлагая идти за ней.       - Я не думаю, что это разумно, - пробормотал Захария, но Полумна уже шла за ланью.       - Я не думаю, что в нашей жизни сейчас есть что-то разумное, - шепотом отозвалась Лавгуд.       Невилл не мог с ней не согласиться, он двинулся следом, потянув за собой Захарию.       Лань привела их к глубокой нише в стене, скрытой за доспехами.       Тогда Невилл услышал.       Он потянул друзей за собой, они едва поместились в нише, но их не было видно из коридора.              Когда он оглянулся, Лани уже не было.       Один из Кэрроу прошел мимо них спустя пару минут.         ***       Невилл не почувствовал ничего, кроме раздражения, столкнувшись со своим старым боггартом. Он не спал нормально уже месяц, попадал под круциатус стабильно раз в неделю, у него болело все тело, несмотря на зелья, которые он исправно находил на своей тумбочке. Зелья помогали не умереть и не сойти с ума, не более.       Хотя этого уже было много.       Он занимался планированием саботажей, обучением младшекурсников боевой магии и, о боги, зельями. Он возглавлял ячейку восстания в Хогвартсе, о которой все знали, но не могли их поймать, ему не было дела до того, что Снейп заменяет Слизнорта на уроке зельеварения.       Никто из них все равно не учился в этом году, они просто пытались выжить. Невилла больше не волновали его старые боггарты, у него было полно новых.       Гриффиндорцы остановились всего на мгновение, прежде чем рассесться по местам. Они ненавидели Снейпа, Снейп ненавидел их, им нужно было постараться не убить друг друга.       - Рецепт на доске, - Снейп звучал также как и всегда, также, как когда в кабинете директора сидел Дамблдор, которого он хладнокровно убил.       Невилл взглянул на доску. На доске был рецепт обезболивающего зелья.              Это было очередной формой пыток? Достаточно изощрённой для Снейпа?       Заставить их варить зелья, которые им нужны, а затем отобрать их?       Невилл чувствовал, как напряглись остальные. Они ждали его реакции. Невилл посмотрел на Снейпа, Снейп легко встретил его взгляд.       Даже если Снейп не даст им оставить зелья, то есть вероятность, что они окажутся в Больничном Крыле. Обычное обезболивающее, третий курс, любой из них справится с этим, даже сам Невилл.       Он пошел за ингредиентами, гриффиндорцы молча пошли за ним.       Снейп презрительно ухмыльнулся.       Невиллу было без разницы, его волновал только выбор зелья. Снейп мог выбрать любое, почему именно это?       Урок проходил в тишине, никто не произнес ни слова. Зелья получилось у всех, конечно же. Третий курс, Снейп, должно быть, смеялся над ними.       - Разлейте по флаконам, - приказал Снейп и вылетел из кабинета.       Невилл проследил за тем, как однокурсники разливают зелья по флаконам.       - Сколько круциатусов мы получим, если оставим их себе? - поинтересовался Дин Томас в пустоту. В голове Невилла никогда так быстро не крутились шестерёнки.       Ни одного - с кристальной ясностью понял он. Снейп не накладывал круциатус на учеников. Что это? Проявление брезгливости или власти?       Что-то другое привлекло внимание Невилла, отвлекая от мыслей. Он понял, что на него уставился весь седьмой курс Гриффиндора, ожидая решения.       - Оставьте на столе, - наконец сказал он, - мы достанем другие.       Гриффиндорцы не были довольны, но все же оставили зелья, собрали вещи и направились к выходу.       - Невилл? - Лаванда обернулась, ожидая, когда он присоединиться к ним. Больше никто не ходил по школе в одиночку.       - Я присоединюсь к вам через минуту.              Оставшись один, Невилл глубоко вдохнул. Если он ошибался - он умрет. Долгой и мучительной смертью. Но если он не ошибался, то хранилище с зельями осталось открытым не случайно.       Снейп не забывал закрыть хранилище.              Ни разу за 6 лет.         ***         - Мы не можем варить зелья здесь, - настаивает Невилл.       В Выручай-Комнате впервые собрался весь отряд Дамблдора. Десятки глаз смотрят на Невилла так, будто он хоть немного смыслит в том, как выживать на войне. Но он ничего об этом не знает, они даже не ведут настоящую войну, это больше похоже на жалкие попытки саботировать отсутствие образования и жестокость некоторых профессоров. Все, что они могут делать - готовиться к настоящей битве и пытаться выжить.       - Я согласна с Невиллом, - флегматично замечает Полумна, - если здесь что-то взорвется, мы потеряем единственное безопасное место.              «Безопасное место» звучит иронично с учетом того, что Снейп точно знает, где они. Снейп был в Хогвартсе, когда Амбридж нашла их, даже если он не знал до этого, теперь он знает. Невилл не знает в какую игру играет Снейп, но его сумка наполнена ворованными ингредиентами для обезболивающего зелья, и он все еще жив. Он даже не драит пол своей зубной щеткой.       Невилл не спешит делиться своими мыслями, они слишком опасны. Если Снейп ждет пока они ошибутся, то он поставит в опасное положение всех остальных. Нет, кому-то приходится рисковать больше, так пусть это будет он.       - У меня есть идея, - объявляет он, - нам нужно найти заброшенный класс, подальше от покоев Кэрроу.              - У тебя есть предложения? - интересуется Джинни.              - Да, есть.       Джинни не задает лишних вопросов, Невилл знает, что она тоже все понимает. Он пойдет туда один.         ***       Обычно Невилл брал в библиотеке книги по травологии. Впервые он взял книгу по зельям, лечебным, но все же. Он забежал в библиотеку перед самым закрытием и попросил мадам Пинс не волноваться о том, что Кэрроу поймают его в коридорах.       Наткнулся он только на Макгонагалл. Она долго смотрела на него, сильно похудевшего, с синяками под глазами, прикрыла глаза как будто от боли и спросила нужна ли Невиллу помощь.       - Нет, профессор.              Они кивнули друг друг и разошлись, деканы трех факультетов больше не задерживали их после отбоя, сообщали, где Кэрроу, если знали, и отвлекали их на себя, если могли.  Больше никто не задавал вопросов, вопросы были опасны, ответы на них опаснее вдвойне. Его декану лучше было не знать, куда идет Невилл, Невиллу лучше было не знать, куда идет Макгонагалл.       Невилл действительно думал, что найти заброшенный класс подальше от Кэрроу и любопытных глаз, скрытый гобеленом или картиной, будет сложно. Хотя бы потому что у него нет чертовой Карты Марадеров, которую Гарри забрал с собой. Но им не нужна карта, нужное место им преподнесли на блюдечке еще несколько недель назад.       Невилл прошел палочкой знакомый путь от солнца до луны через несколько астрономических знаков и быстро вошел в пустой кабинет. Картина за ним бесшумно закрылась.       Даже во мраке он увидел два котла на столе у стены, которых, определенно, не было в этой комнате, когда они драили ее 5 часов подряд. Невилл не знает от чего у него на следующий день больше болела спина - от этой уборки или от того, что Кэрроу впечатала его в стену на следующее утро.       Невилл зажег несколько магических огоньков, позволив им летать вокруг себя, и достал из сумки книгу с рецептами лечебных зелий, но едва он открыл ее, оттуда выпал сложенный вдвое лист, явно не принадлежавший этой книге. Это был обычный школьный пергамент с пошаговым рецептом. Слова «выключить огонь перед последним этапом» были подчеркнуты дважды с такой силой, будто писавший хотел разрезать пергамент пером. Невилл бросил взгляд на приписку сбоку:              «Оставь котел на месте».       Что бы это ни значило.       Он прочитал рецепт, пытаясь понять, что это за зелье. Он был плох в зельеварении, но травологию знал отлично, поэтому пришел к выводу, что это что-то для восстановления нервов. И расслабления. Невилл недоумевающе посмотрел на последний этап и только потом заметил последнюю строчку:       «1/4 флакона каждые 4 часа».       У него в руках был рецепт зелья от круциатуса.       Невилл опустился на стул и уставился в стену. Кажется, он знал, чьи зелья они использовали последний месяц.          ***       Когда они пытались выкрасть меч, Невилл знал, что они рискуют. Если он не был прав, их либо убьют, либо сначала убьют, а потом выкинут из Хогвартса.       Но он оказывается прав.       Снейп поймал их у себя в кабинете и Невилл задался вопросом, а на что они вообще надеялись, попытавшись украсть что-то у Снейпа? Реально, у Снейпа?       Он отправил их на отработку к Хагриду.       К Хагриду.       Снейп не выплескивал на них яд, не устраивал разнос, не орал и не пытал круциатусом.       Снейп вообще теперь мало говорил.       Он больше делал.       Прежде, чем выйти из кабинета директора, Невилл оглянулся. Он молчал, но знал, что Снейп отлично понял вопрос.       Снейп молча смотрел в ответ, вызывающе приподняв брови.       Невилл кивнул и вышел вслед за Джинни.       Он отлично понял ответ.         ***         Тайна фразы «оставь котел на месте» выяснилась только пару месяцев спустя, когда пятикурсник из Равенкло взорвал зелье и остался невредимым. Вокруг котлов вспыхнула защита.       - Специально для идиотов, - пробормотала Джинни, выхватившая палочку за секунду до взрыва и накрывшая себя щитом.       Невилл хмыкнул и подошел к напуганному Тому:              - Давай зелья варить будет кто-то другой.              Том кивнул и выдохнул:              - Спасибо, что поставил защиту, Невилл.       Спасибо нужно было говорить не ему.         ***         Невилл перестал бояться где-то к декабрю. Все приспособились.       Младшие курсы не высовывались из гостиных, когда не было уроков, на которых их сопровождали старшекурсники, всегда по двое-трое, чтобы потом не возвращаться по одному. Невилл и еще пара старшекурсников нарывались на круциатус с завидной регулярностью, потому что Невилл больше не хотел держать язык за зубами, он держал его там всю свою жизнь.       Авада была запрещена, круциатус больше не пугал.       Невилл задавался вопросом, что его теперь вообще могло напугать.       С поездки домой на рождество не вернулась Полумна.       Невилл успокаивал Джинни, отвечал бабушке на письма, разговаривал с профессором Макгонагалл, варил зелья по ночам, бесил слизеринцев и, кажется, единственный замечал, насколько затравленным выглядит Малфой.         ***               На отработки к Снейпу он попадал аккурат перед тем, как у них заканчивались ингредиенты для зелий. Аберфорт помогал, но он честно недооценивал масштабы пыточных и боевых заклятий, отрабатываемых на студентах. Снейп перехватывал его перед носом у Кэрроу каждый чертов раз, и иногда Невиллу казалось, что тому нравится бесить их также, как и ему самому.       Снейп тащил его в подземелья, заставлял драить класс зельеварения, неизменно оставлял дверь в хранилище ингредиентов открытой и уходил до того, как заканчивалась отработка.       Невилл ни разу не использовал магию, чтобы очистить кабинет.         ***          На его тумбочке, в сумке, в книгах, которые он брал из библиотеки, из ниоткуда появлялись зелья, книги продвинутых заклинаний, заметки о ядах, вырезки из газет с новостями. Однажды он нашёл на кровати коробку с кучей безоаров внутри. Невилл раздал их каждому из членов Отряда Дамблдора.       Его друзья были уверены, что он где-то достает их сам, рискуя своей шеей и жизнью. Почти что так и было.       Только жизнью рисковал не он.       Однажды Снейп перехватил их ночью на подходе к Выручай Комнате, выйдя прямо перед группой студентов из ниши в стене:       - Пятьдесят баллов с Гриффиндора.       Баллы больше никого не волновали и Снейп это знал.       - Иди к черту, убийца, - выплюнул Дин Томас, выходя вперед. Невилл мгновенно затормозил его.       - Как смело, мистер Томас, - протянул Снейп, - возможно, вы не будете таким смелым на отработке у профессора Кэрроу?       Дин побледнел, но не отступил.       Снейп говорил Томасу, но смотрел на Невилла.       Невилл понял.       - Слабо самому пытать студентов? - прошипел Дин. - Одно непростительное вы точно знаете.       Снейп стал еще более бледным в свете факела и посмотрел на Дина как на самоубийцу.       Невилл встрял раньше, чем тот успел ответить:       - Думаю нам лучше вернуться в гостиную.       Он не добавил «сэр», никто давно уже не добавлял. Снейп скривил губы:       - Определённо, Лонгботтом.       Невилл потянул Дина за рукав и поспешил уйти вместе с остальными.       - Почему мы просто не можем его убить? - прорычал Дин. - Он всегда ходит один.       Потому что Снейп не пытает учеников.       И непростительных проклятий знает точно больше одного.       - Потому что мы должны выжить, - вместо этого ответил Невилл.       Снейп, определённо, этого хотел.         ***       Джинни не возвращается с пасхальных каникул.         ***         Невилл находит на своей тумбочке флакон со слезами феникса и записку: «На случай непредвиденных травм».         ***       Невилл не думал, что ему удастся увидеть Гарри снова. Действительно не думал, но он безумно рад, что они живы.       Он действительно не рад, когда узнает, что Снейп сбежал.       Он просто надеется, что Волдеморт не знает.       Он больше не боится.       Не боится ничего, кроме как не успеть.       Он знает, что Снейп не собирался выживать в этой войне. Никто из них не собирался.       Он ловит Гарри практически сразу после объявления Волдеморта и кричит ему в лицо вопрос где Снейп.       Он находит Снейпа валяющегося ничком на полу в Визжащей Хижине, падает на колени возле него и сует ему в глотку безоар, поливает горло слезами феникса и вливает в Снейпа кровевостанавливающее. Зелье остается у зельевара во рту.       - Давай же, Снейп! - кричит Невилл ему в лицо. - Ты спасал меня больше раз, чем я могу сосчитать.       Слезы Невилла льются на лицо Снейпа, когда он заходится в рыданиях. Они держались весь год, им оставалась всего одна ночь. Всего одна.         ***       Когда он отрубает голову Нагайне, у него нет времени удивляться, что он смог вытащить меч из Распределяющей Шляпы, нет времени думать о том, что от отрубил голову чертовому крестражу Волдеморта. Нагайна всего лишь змея, всего лишь чертова змея.         ***         Когда Невилл вызывает патронус, чтобы отогнать последнего дементора с территории Хогвартса, из его палочки вырывается лань. Она возвращается и смотрит на него, склонив голову. Она кивает, прежде чем исчезнуть.       Невилл плачет прямо на обломках замка.       ***       После Гарри объявляет, что Снейп не был предателем. Он рассказывает Невиллу о воспоминаниях, которые оставил Снейп, о двойной игре, которую вел, о том, что он был предан Дамблдору.       Невиллу хочется закричать как кто-то вообще мог этого не замечать.       Он молча слушает и напивается в компании Гарри.         ***       Невилл откашливается, привлекая внимание студентов, слишком сильно отвлекающихся от проверочной работы. Напряжение между Слизерином и всеми остальными факультетами было трудно не заметить после окончания войны, но спустя семь лет напряжение казалось еще более сильным.       Невилл молча наблюдает за тем, как в конце класса начинается потасовка, когда кто-то из второкурсников равенкло называет одного из слизеринцев трусом.       - Достаточно, - прерывает их Невилл, поднимаясь со своего места. - Десять баллов с Равенкло, мистер Фивел, за оскорбление однокурсника.              Мальчик возмущенно смотрит на Невилла:       - Это не оскорбление, это его сущность.       Лицо Невилла мрачнеет:       - Действительно? С чего вы взяли, мистер Фивел?       Мальчик легко угадывает холод в голосе Невилла и больше не выглядит таким уверенным:       - Потому что он слизеринец, сэр.       - А вы равенкловец, - отвечает Невилл, не задумываясь, - если я скажу, что вы не способны ни на любовь, ни на дружбу, и продадите друзей за новые знания, это будет соответствовать действительности?       Молчание становится ему ответом.       - Вербальный ответ, мистер Фивел.       Класс внимательно следит за ходом диалога и Невилл не чувствует никакого волнения по этому поводу.       - Нет, сэр.       - Нет, - подтверждает Невилл и неспешно возвращается к своему столу, - потому что не факультет определяет человека. Если вы трус, то и на Гриффиндоре останетесь трусом, - Невилл садиться на край учительского стола и оглядывает детей, - самым умным человеком, которого я знал, была гриффиндорка. А самым храбрым, - он на мгновение замолкает и выдыхает, - слизеринец.