Магия Рождества

Северус Снейп быстро шёл по коридору, стремясь вновь закрыться в лаборатории и не слышать больше этих сопливых речей Дамблдора, вещающего о том что Рождество — семейный праздник и что все в Хогвартсе большая и дружная семья. «Конечно, особенно слизеринцы и гриффиндорцы!» Издевательски подумал тогда Снейп и поспешил покинул сие праздненство. Внезапно, из одного из коридоров послышался тихий, надрывный плач. «Кто-то из детей плачет во время Рождества?! И кто же это?» Северус тихо зашёл в коридор и увидел на широком подоконнике худую, сжавшуюся фигурку в огромной потрепанной одежде. Внезапно ребёнок обернулся и в свете факела блеснули огромные зелёные глаза, полные слёз. Поняв кто это, Северус попытался сохранить каменное лицо, но в сердце словно впились сотни раскаленных игл. Эти глаза… В последний раз он видел их, когда Лили покидала порог их дома. Это было их последнее прощание. Как же больно было видеть в этих глазах ненависть, презрение к себе. Как же он хотел прижать к себе этого мальчишку и никогда больше не отпускать. — Мистер Поттер, — нельзя показывать эмоций… Мальчик даже слегка подпрыгнул от неожиданности, но, поняв кто перед ним, Гарри быстро подскочил со своего места и стёр слёзы. — Да, сэр? — подавленно ответил мальчик, даже не пытаясь огрызнуться как раньше. «Какой же он худой. Нет, я больше не смогу так. Плевать!» Голос Северуса смягчился: — Что с тобой, Гарри? Поттер удивлённо посмотрели на профессора, словно не веря в услышанное. Хотя… А с чего он должен верить то? Снейп грустно усмехнулся. — В-все в порядке, — все ещё всхлипывая произнёс Гарри. — Дети не должны плакать в одиночестве во время Рождества, — грустно заметил Северус, вспоминая как сам в детстве тихонько, чтобы Тобиас не услышал, плакал в подушку. — А вам то какое дело? Вы же ненавидите меня, — выпалил Гарри и тут же испуганно отшатнулся, поняв КОМУ он это сказал. — Послушай, Гарри, я расскажу тебе обо всем, только придётся обсудить это в моих покоях… Гарри посмотрел на грустного, грустного (!) Снейпа и все же решил дать тому объяснить все. — Хорошо. Услышав робкий ответ, Северус слегка улыбнулся и, не сдержавшись, нежно стёр с худого, бледного лица последние слезы. Гарри дернулся было от прикосновения, но, почувствовав насколько нежным оно было, замер, наслаждаясь им. Не знавший ласки мальчик старался полностью погрузиться в это прекрасное ощущение и плевать что вызвал его ни кто иной, как Снейп. Заметив как Гарри доверчиво прижался к его руке, прикрыв глаза, Северус рвано выдохнул, проклиная про себя директора, позволившего отправить ЕГО сына к этой ужасной семье. — Пойдем, Гарри. Из сладостного забытья Гарри вырвал густой бархатный голос. Внезапно Гарри осознал что произошло и, слегка покраснев, немного отодвинулся от профессора, последовав за ним. В покоях Снейпа было неожиданно светло и просторно. Гарри всегда казалось что декан слизерина живёт в тёмных и мрачных подземельях, холодных как и он сам. Гостиная была оформленный в бежевых и коричневых тонах. У одной из стены был расположен большой камин, над которым висела старая колдография, на которой высокий, немного не складный брюнет обнимал хохочущую девушку с ярко-рыжими волосами. Поняв кто эта девушка, Гарри удивлённо посмотрели сначала на колдофото, а затем на Снейпа. Неужели Снейп был знаком с его матерью. Причём видимо довольно близко знаком… Из раздумий его вывел голос Снейпа, приглашающего Гарри присесть на диван, дабы все обсудить. Едва мальчик устроился на диване, как Снейп попросил его. — Гарри, прошу, постарайся поверить мне, хорошо? — попросил Северус. — Я попытаюсь, — неуверенно ответил Гарри. Снейп кивнул: — Видишь ли, Гарри, на самом деле, твоим отцом является не Джеймс Поттер. Гарри неверяще посмотрел на профессора, — этого не может быть! — Джеймс согласился помочь и притворился твоим родным отцом, — Северус грустно улыбнулся и перевёл взгляд на ошарашенного Гарри. От удивления мальчик даже забыл что он сейчас находится в аппартаментах декана змей. — Но кто тогда?.. — пробормотал Гарри уже подозревая что-то и Снейп собирался подтвердить его подозрения. — Я — твой родной отец, — произнёс он, прерывая тяжелую тишину. — Мы с Лили поженились вскоре после выпуска, а после, когда она забеременела, появилось пророчество, касающееся тебя и на нас начали охоту. Узнав об этом, Дамблдор предложил Лили притвориться женой Джеймса, благо свадьба была тайной и скрыться вместе с ним в доме с мощной защитой. Со мной ей было бы слишком опасно. Когда ты родился, тебе, при помощи ритуала придали внешность, похожую на Джеймса. Но их предали и Тёмный Лорд нашёл их… Когда я пришёл, они уже были мертвы, — Снейп тяжело сглотнул и резко отвернулся от Гарри, стараясь не показывать боль, вызванную этим воспоминанием. — Я хотел забрать тебя, но мне её позволил Дамблдор, да и у меня самого были большие проблемы, директор пообещал что он отдать тебя в любящую семью… — Что?! Но… они же ненавидели меня! — воскликнул Гарри. — Я не знал об этом. Также директор приказал мне не рассказывать о нашем родстве. Я должен был показать тебе что в мире магии тоже не все хорошие, — мужчина оскалился, — я согласился, но старался защищать тебя, но когда я увидел тебя сегодня таким… потерянным и несчастным я понял что больше не смогу скрывать это. После смерти Лили, ты стал самым дорогим человеком в моей жизни. Все эти годы я жил только ради тебя, Гарри, — по щеке мужчины стекла одна единственная слеза, когда он говорил это, — мне было больно оскорблять тебя, сравнивать с Джеймсом, видеть ненависть в твоих глазах… Но тут он почувствовал как его сжали в объятиях и удивленно посмотрел на Гарри, уткнувшегося ему в грудь. — Я прощаю тебя, папа, — послышались приглушённые слова, от которых сердце Северуса радостно забилось. Северус обняла сына в ответ и тихо прошептал: — Спасибо, сынок.