Падший — значит, погибший в бою

Оставшиеся съемочные дни пролетели незаметно. Антон наладил отношения с Димой, они обменялись телефонами, а в последний день Антон даже согласился на его уговоры и попробовал пиво. Арсений, когда узнал, сначала тревожно ощупал его крылья, а затем весь вечер сокрушался, что не он был тем, кто открыл для Антона мир алкоголя. Несмотря на то, что в целом поездка Антону очень понравилась, ему не терпелось вернуться домой, в комфортную и просторную квартиру, в которой его крылья не будут сбивать люстру каждый раз, когда он хочет нагнуться, в стенах не будут шуршать мыши, а курьеры приносят вкусняшки по первому клику телефона. Однако, с избушкой, ставшей почти родной, Антон прощался чуть ли не со слезами на глазах. Арсений топтался рядом, терпеливо пережидая этот накал драматизма, но, когда Антон наклонился к деревянной стене и принялся ее гладить и горячо благодарить, демон не выдержал. Антона пришлось оттаскивать буквально за шкирку. Наскоро распрощавшись со всей съемочной группой, Антон нетерпеливо повел Арсения в самолет, а позже с комфортом устроился на пассажирском сидении ставший уже родной машине, пока демон неспешно сидел за рулем. Арсений затормозил у подъезда, и Антон буквально вылетел из салона, чуть не забыв отстегнуть ремень безопасности. Хотелось затискать собаку и принять долгий горячий душ. Пока Арсений парковался, вприпрыжку взобрался на крыльцо и тут его охватило странное неприятное предчувствие. Арсений вылез из машины и поставил ее на сигнализацию. — Что такое? — Спросил он, заметив, что Антон остановился и не заходит в дом. Пожав плечами, Антон пропустил Арсения вперед себя. Уже в лифте, неприятное предчувствие усилилось, а когда они подошли ко входной двери, Антон понял причину своего дискомфорта. В их квартире был демон. Он позволил Арсению отворить дверь, а потом проскользнул в нее первым, тут же распахивая крылья и превращая их в лезвия. Арсений что-то ему сказал, но Антон его не слушал. Он понесся вглубь квартиры, туда, где демонская аура было гуще и концентрированнее и забежал в гостиную. Там на диване сидел черноволосый мужчина и гладил по голове лежащего и не двигающегося пса. — Убери от него руки, тварь! — Пророкотал Антон, выгибая крылья и наставляя на демона веер острых лезвий. Заметив его, мужчина выпучил глаза и без проблем поднял руки ладонями вверх, показывая, что сдается. Цербер, которого перестали гладить, всхрапнул и сонно поднял голову. Заметив Антона, он резко вскочил и подбежал к нему, толкая лапами в грудь и радуясь, прыгая вокруг. Антон немного растерялся. Сзади появился Арсений и взволнованно вскрикнул: — Антон, какого черта! Убери свои крылья, это Серега — ситтер Цербера! Антон смутился окончательно. Арсений взволнованно подошел к Сереге и положил руку ему на плечо, с волнением заглядывая в лицо. — Все норм? — Спросил он, незаметно просканировав мужчину взглядом на наличие травм. — Простите, пожалуйста! — Выпалил Антон, сгорая от смущения. — Я не знал, что вы друг Арсения! Услышав это, Арсений одернул руку с чужого плеча и сморщился всем лицом. — У демонов не бывает друзей. — Назидательно изрек он. — Сережа просто… — Он покрутил запястьем в воздухе, подыскивая нужное слово, но быстро сдался. — Серега — это просто Серега. Антон скептически на него посмотрел, но спорить не стал. С дивана послышался смешок, а потом Сережа заливисто захохотал, сгибаясь пополам и хватаясь за живот. — Да уж, незабываемая встреча. — Сказал он, отсмеявшись. Встав, он протянул Антону раскрытую ладонь. — Давайте заново. Я — Сергей. Приятно познакомиться. Антон смущенно пожал чужую ладонь, представившись в ответ. Сергей был невысоким, коренастым, с лукавыми темными глазами. И что было поразительней всего, он не скрывал свои крылья. Антон завороженно уставился на первые в своей жизни демонические крылья, с жадностью их разглядывая. Они были гладкими, обтянутые блестящей черной кожей, и не такими длинными, как у Антона. На вершине каждого рос длинный и даже на вид острый шип. Заметив его взгляд, Сергей немного распахнул их, красуясь, отчего Арсений нахмурился. — Спасибо, что посидел с собакой, тебе разве не пора? Я позвоню. — Принялся выпроваживать Арсений гостя, подталкивая того в спину. Сергей ловко вывернулся и напоследок погладил радостно перевозбужденную собаку. Цербер благодарно лизнул его руку мокрым розовым языком. Арсений подождал немного для виду, но снова принялся настойчиво теснить друга в сторону двери. Посмеиваясь, в этот раз Сергей дал себя выпроводить, помахав Антону на прощание рукой. Антон робко помахал в ответ. У двери Арсений с ним задержался, они коротко о чем-то переговорили, понизив голос. Антон не мог разобрать спор, но, казалось, они о чем-то спорили. Затем послышался щелчок замка и Арсений вернулся в комнату. Первым делом он погладил выпрашивающего ласки Цербера, а когда Антон подошел присоединиться, он повернул к нему недовольное лицо и спросил: — Что это было? Антон стушевался. — Я не хотел нападать на твоего др… в общем, не хотел, просто, я думал это тот демон вернулся, что у подъезда караулил. — Я спрашивал не про нападе… погоди, какой такой демон тебя у подъезда караулил? — Арсений начал выглядеть взволнованно. Сев на корточки, Антон все же дотянулся до собаки и, почесывая пса под подбородком, рассказал про тот случай с тощим незнакомцем, что спрашивал у него про Арсения, подробно описав его внешность. Арсений нахмурился. — Что? — Спросил Антон, заметив его реакцию. — Он опасен? — Просто скользкий тип. Я ему особо не доверяю. — Тогда зачем он приходил? — Он журналист. Я сливаю ему инсайды о своей жизни, правду вперемешку с вымыслом, чтобы запутать фанатов, а он их публикует. Эксклюзив в обмен на контроль информации. Иногда я слишком долго его игнорирую, и он приходит прямо ко мне домой, потому что узнал адрес до того, как я поставил защиту. — Арсений встал, разгладив складки на брюках. — Я поговорю с ним. Он больше тебя не побеспокоит. Остаток дня прошел спокойно, разве что Антон кидал на Арсения долгие загадочные взгляды, а Арсений притворялся, что их не замечает и вообще не понимает, что происходит. Под вечер, приняв долгожданный долгий душ, Антон лег в кровать и принялся скролить телефон, но резко отложил его в сторону. — Нет, я так не могу. — Сказал он. — Что не можешь? — Спросил Арсений, просматривавший электронную почту. Антон повернулся на бок, подперев голову рукой и принялся сверлить Арсения взглядом. — Твои крылья. — Выпалил он, наконец. Арсений раздраженно застонал, откладывая в сторону телефон, понимая, что этого разговора не удастся избежать. — Они такие же, как у Сергея? — Нет, — нехотя ответил Арсений. — Мои больше. — Отчего это зависит? — Удивился Антон. — Не знаю, — Арсений пожал плечами, — а от чего размер члена зависит? Индивидуальные особенности. — У Ангелов все крылья одинакового размера. — Вслух поделился Антон. Арсений снова пожал плечами. Антон помолчал, собираясь с силами и попросил, делая самое жалостливое лицо, на какое был способен: — Арс, покажи мне их. Арсений замялся. Антон, видя что его оборона дала трещину, решил применить свой козырь. — А я тебе свои рога покажу. Арсений повернул голову в его сторону так резко, что Антон даже отпрянул от неожиданности. Зрачки у него расширились. — Покажешь? Мне? Правда? — Взволнованно переспросил он. — Да. — Ответил Антон внезапно пересохшим горлом. — Но ты первый. Арсений откинул одеяло и сел перед Антоном на колени, спиной к нему. По позвоночнику его прошла дрожь, футболка сзади вздыбилась, а потом крылья прошли сквозь нее. Антон перестал дышать. Крылышки сначала были совсем меленькими, но продолжали расти и расти, расправляясь все больше, как у новорожденной бабочки. Когда они развернулись целиком, то оказалось, что они такого же размера, как и у Антона. Чернильно черные, но блеклые, покрытые мелкими редкими пигментными пятнами, узловатые, грубые и шершавые на ощупь. На вершинах сгиба красовались глянцево блестящие, немного загнутые шипы. Антон благоговейно провел пальцами по крылу и Арсений нервно дернулся. Антон не убрал руку, продолжая трогать их от основания до самого края. Самая кромка крыльев была полупрозрачная, на свету были видны тонкие вены и сосуды, и сильно потрепанная. Ближе к основанию кожа была грубая, шелушащаяся. Кое-где на крыльях виднелись мелкие дыры, словно прожженные сигаретой или угольком. В самом конце Антон потрогал кончик шипа и уколол палец. Он болезненно охнул. Арсений развернулся к нему, посмотреть в чем дело. На подушечке выступила капелька золотой крови. Взяв Антона за руку, Арсений, глядя ему прямо в глаза, слизнул кровь. Взгляд Антона стал завороженным, рот приоткрылся, округлившись в мягкую букву «о». Напоследок Арсений мягко пососал палец и выпустил его из горячего влажного рта с тихим влажным звуком. — Твоя очередь. — Тихо сказал Арсений. — Почему ты их прячешь? — Спросил Антон, не спеша выполнять свою часть уговора. Он вытянул руку и и снова погладил Арсения по толстому наружному краю крыла. Пытаясь поскорее перевести тему, Арсений встряхнул плечами и крылья растворились в воздухе. — Они уродливые, — сказал он таким тоном, который не предполагал возражений. Набрав побольше воздуха в грудь, Антон собирался начать спорить, но, уже открыв рот, понял что это глупая затея. Арсений слишком упрям, его не так-то просто переубедить, они просто поссорятся и потратят время. Мотнув головой, Антон зажмурился и выпустил рога. Кожа головы мгновенно зазудела, но ощущение быстро прошло. Он, не открывая глаз, поднял руку и потрогал кожу головы, убеждаясь, что кровь не пошла. Арсений молчал. Рога Антона были спиральными и золотыми. Они росли полукругом, загибаясь к макушке, образуя нимб. В месте, где встречались кончики, мерцало потустороннее теплое сияние. Переволновавшись, от того, что Арсений слишком долго ничего не комментирует, Антон открыл глаза. Лицо демона было нечитаемым, кожа его мерцала от света, излучаемого рогами, взгляд был пристальным и задумчивым. — Ну как? — Робко спросил Антон, давя в себе настойчивое желание прикрыть рога руками. — Плохо? — Ужасно, как еще. — Безэмоционально ответил Арсений. Антон отпрянул от него, заливаясь жгучим румянцем. Он стыдливо отвернулся и попытался втянуть рога обратно, но от волнения ему не удавалось сосредоточиться. В этот момент его притянули в крепкие объятия и принялись покрывать лицо мелкими короткими поцелуями. — Ангел, я пошутил. — Судорожно сказал Арсений. Лицо его было испуганным. — Не прячь их, они прекрасны. Ты прекрасен. Антон всмотрелся в его взволнованное и полное благоговейного трепета лицо, убеждаясь, что Арсений не врет. — Это была ужасная шутка. — Сказал он, расслабляясь. — Я знаю, прости. — Покаялся Арсений и поцеловал его в плечо. — Не шути так больше. — Не буду. — И крылья у тебя не уродливые. Арсений промолчал. Вздохнув, Антон обнял его в ответ и все же убрал рога. Их свет был слишком ярким, мешая Антону нормально видеть, приходилось постоянно напрягать глаза. Арсений разочарованно вздохнул, но ничего не сказал. Они посидели в обнимку еще немного, а потом Арсений начал что-то шептать себе под нос. Антон наклонил к нему лицо, чтобы расслышать, что он говорит. — Месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит. — Процитировал Арсений, хихикая. Антон раздраженно его отпихнул. — Прекрати. — Пробурчал он, но внутри поселилась невиданная легкость, хотелось самому рассмеяться. Он прикусил изнутри щеку. — Все, все, больше не буду. — Арсений лег на кровать и раскинул объятия. Антон пристроился рядом, обвив его руками и ногами, положив голову на грудь. Спустя несколько минут он уже спал. *** — Сделать тебе кофе? — Прокричал Антон с кухни. Ответа не последовало, но, по своему опыту он знал, что лучше пусть горячая чашка ждет Арсения и тот ее проигнорирует, чем наоборот, поэтому засунул капсулу в кофемашину и нажал на кнопку. Арсений ввалился в кухню, прыгая на одной ноге, на вторую натягивая носок. — Где мой телефон? — Спросил он с таким видом, как будто это Антон его брал и куда-то засунул. Впрочем, он не стал дожидаться ответа, выбежав куда-то в коридор. Антон пожал плечами. Взял дымящуюся чашку со свежеприготовленным кофе и сделал длинный глоток. Арсений забежал обратно уже полностью одетый, увидел у Антона в руках чашку, подошел, забрал ее и опустошил в два глотка. Потом вернул Антону обратно и благодарно поцеловал того в губы. — Точно не хочешь поехать? — Спросил он, наверное, в сотый раз. — Нет, с меня пока хватит. — Отмахнулся Антон. — Передавай там всем привет. Арсений серьезно кивнул, потрепал вьющегося под ногами Цербера по острым треугольным ушам и ушел, хлопнув входной дверью. После их возвращения прошла неделя, когда с Арсением связался режиссер и сказал, что нужно сделать досъемки фильма. Благо, снимать кадры надо было в помещении, так что было решено возвести декорации в городе, а не лететь обратно в Омск. Съемочных дней планировалось то ли два, то ли три, Антон немного запутался, когда Арсений ему объяснял, да и в целом прошло слишком мало времени, чтобы его посетило желание снова окунаться в этот процесс. Так что на настойчивые зазывания поехать вместе Антон ответил отказом. Арсений немного посокрушался, что без личного ассистента ему будет сложнее, — кто же будет подавать мне воду, Антон? Все такие бестолковые и нерасторопные! — но довольно быстро смирился с ситуацией. В целом, после того, как они показали свои сокровенные части тела (как шутил Арсений), их отношения стали ближе и доверительней. Арсения перестало бросать в эмоциональные качели в отношении Антона, тот, в свою очередь, перестал воспринимать в штыки шутки и подколы в свой адрес, даже если они были особо ехидными. Так же Антон перестал вестись на всякого рода провокации, склоняющие ко греху, но и Арсений свел их к минимуму. Иногда, предложив очередную глупость он будто осекался, сводил все в шутку, а потом до конца дня ходил и украдкой трогал Антоновы крылья. Так что, когда Арсений сказал, что его не будет около трех дней, потому что разумнее было снять гостиницу рядом со съемочным павильоном, Антон дал ему свое благословение на отъезд (в переносном смысле, естественно, им не нужны эксцессы с самовозгорающимся демоном), пообещал, что будет писать и звонить, как можно чаще, и со спокойной душой выпроводил его на работу. *** Арсений был рад, что досъемки пришлось делать через такое короткое время после окончания основного процесса, ему было не сложно вжиться обратно в образ. Персонаж, которого он отыгрывал неделями, еще не успел до конца раствориться и был жив на подкорке, моментально забирая контроль над телом по первому требованию. Отсняв свои дубли, он примостился в углу на одном из стульев и достал из кармана телефон, предвкушая, как немного попереписывается с Антоном, когда затылок кольнуло нехорошее предчувствие. Проигнорировав его, он открыл мессенджер, в котором его уже ждал кружок от Антона в обнимку с собакой, где тот сообщал, что они оба уже соскучились. Улыбаясь экрану, Арсений отправил стикер с поцелуйчиком и хотел настрочить сообщение, описывающий сегодняшний день, когда краем глаза заметил знакомый силуэт. Он повернул голову, чтобы убедиться, что не ошибся, и, действительно, в толпе мелькала тощая фигура того, кого он меньше всего хотел видеть. С другой стороны, он же обещал Антону, что поговорит с этим пронырой о том, чтобы тот больше не ошивался у чужих подъездов и не нервировал порядочных Ангелов, так что тут сама вселенная распорядилась ему помочь. Арсений встал и твердым шагом направился к озирающемуся по сторонам журналисту. — Павел! — Поприветствовал он его, зубасто ухмыляясь и протягивая руку для рукопожатия. — Какая встреча. Журналист обернулся и подпрыгнул от неожиданности, но когда он протянул руку в ответ, то взгляд его остался спокойным и не напуганным, скорее изучающим. Он тоже расплылся в гаденькой слащавой улыбочке и стиснул хватку вокруг чужой ладони. — Признаться, Арсений, встреча не случайная. Я пришел именно к вам. Ведь на сообщения ты снова не отвечаешь. — Павел шутливо погрозил тощим узловатым пальцем. — Неужели? Мне так много пишут в последнее время, что твое сообщение, наверное, где-то затерялось. — Арсений даже не стал делать вид, что ему жаль по этому поводу. Судя по снисходительному взгляду Павла, он прекрасно понимал, как обстоит ситуация на самом деле и не ждал никаких объяснений. Просто вежливо сделал вид, что верит в предложенною отмазку. — Может отойдем? — Предложил он. — У вас найдется немного свободного времени или вы заняты, отвечая на бесконечный поток сообщений? — Как видите, я не всегда на них отвечаю, благодаря чему у меня есть свободная минутка. — Согласился Арсений. Павел хмыкнул. Они вышли из съемочного павильона, плавно обходя толпу суетящихся и занятых людей, на ходу Арсений пару раз пожал кому-то руки, жестом показывая, что он на время отойдет, и очутились на улице. Майский вечер встретил их ярким теплым солнцем и безлюдными улицами. Откуда-то из-за угла приглушенно звучала музыка, редкие прохожие спешили по своим делам, тихо шелестела свежая листва на деревьях. Для места переговоров было выбрано кафе напротив. Опустившись в мягкие кресла и заказав у официантки по чашке кофе, Арсений взял с подставки бумажную салфетку, чтобы чем-нибудь занять руки и спросил: — Итак, о чем ты хотел поговорить? Павел снова расплылся в своей фирменной улыбочке. — Все о том же, о чем же еще? Скоро выходит новый фильм с твоим участием, а о тебе ни слуху, ни духу. Нужно исправлять ситуацию. Есть какие-то изменения в жизни, которыми ты хотел бы поделиться с любящими фанатами? — Да нет, ничего такого. — Рассеянно ответил Арсений, занятый тем, что пытался сложить из салфетки лебедя. Крылья должны были получиться такими же белоснежными и длинными, как у Антона. — Ну, а как же, — в голос Павла закралась ехидная нотка, которая резанула Арсения по ушам. Он тут же напрягся. — Совсем ничего нового? Быть может, новое хобби или расскажете, где провели отпуск. Или вдруг, стало быть так, что сердце всеми любимого актера теперь занято. Что скажете? Официантка принесла их заказ, со стуком поставив перед ними две круглые фарфоровые чашки. Арсений отложил своего готового журавля в сторону, причем Павел проследил это движение долгим взглядом, словно делая в голове очередную пометку, и вцепился двумя руками в обжигающий даже через стенки стакана кофе. — Паша, мы давно друг друга знаем, — сказал он, решив, что не нужно ходить вокруг да около, — и я прямо здесь и сейчас хочу тебе сказать: если ты еще раз без спросу подойдешь к моему дому и будешь доставать кого-нибудь расспросами обо мне, то пожалеешь. Держись от Ангела подальше. Глаза Павла заблестели так словно он выиграл джекпот. — О, — сказал он, откидываясь на мягкую спинку дивана, случайно толкнув коленом стол, отчего его чашки сдвинулись и на мраморную поверхность капнуло пару капель. Арсений успел одернуть руки, но одна из брызг попала на бумажного журавля, коричневой уродливой кляксой расползаясь на его аккуратно сложенных крылышках. — Так мне не показалось? Я думал — это прелестное создание нужно для того, чтобы сыграть на его наивности и выкинуть прочь, или у вас с ним договоренности какие, чисто делового характера. Но похоже ты действительно завел себе… — Только попробуй договорить это предложение и я обещаю, что… — Что я об этом пожалею, да, да, как скучно, я уже понял. — Глаза Павла затопила непроглядная тьма, покрывая собой зрачки вместе с белками и он медленно моргнул. Арсений подумал, что он, вкупе со своей почти что болезненной худобой и редкими светлыми усишками, растущими на манер Эркюля Пуаро, напоминает гигантское уродливое насекомое. — Я тоже демон Арсений, не забывай об этом. Ты мало что можешь мне сделать, чтобы действительно навредить. А вот я, со своими связями в СМИ, очень даже могу подмочить тебе репутацию. — Наполовину демон, — выплюнул Арсений, — ты хрупок и смертен. Видно было, что Павла задела эта ремарка. Его верхняя губа нервно дернулась, но он быстро взял в себя в руки. — Демонские гены сильнее человеческих. — Сказал он с достоинством. Его глаза вернулись к нормальному цвету. — Не считая этого единственного маленького изъяна, я ничем не отличаюсь от остальных. Или же ты угрожаешь мне смертью? Арсений грустно посмотрел на испорченного, съежившегося журавлика и тяжело вздохнул. — Нет. — Сказал он и твердо уставился Павлу в глаза. — Но и от своих слов я не отказываюсь. Забудь про Ангела и дорогу в мой дом. Что ты хочешь взамен? Полное эксклюзивное интервью? Я тебе его дам. Глаза Павла жадно блеснули. — Полное эксклюзивное и откровенное интервью. — Потребовал он. — Без предварительного списка вопросов, без права вето на любую из тем, без просьб что-либо вырезать. Арсений скрипнул зубами. — Я не буду говорить об Ангеле. Павел помолчал, барабаня пальцами по столу. Его нетронутый остывший кофе от этого пошел рябью. — Хорошо. — Наконец, сказал он. — Это будет единственная запретная тема, но что касается остального — я из тебя все вытяну и скормлю это жадной и ненасытной толпе фанатов. А перед этом проверю каждый факт — так что не советую мне врать. — Полагаю, на этом наши отношения закончатся. — Резонно отметил Арсений. — Мне больше нечего будет тебе сливать. — Посмотрим. — Коротко кинул Павел и встал с видом победителя. — Я напишу время и место встречи. Советую читать сообщения. Он протянул руку для прощального рукопожатия, но Арсений ее проигнорировал. Ничуть не оскорбившись, Павел одернул свой пиджак и пошел на выход. Когда он проходил мимо Арсения, тот не удержался и угрожающе дернулся в его сторону, клацнув вмиг удлинившимися клыками. Павел испуганно отпрыгнул в сторону, чуть не сбив официантку с подносом, глаза его округлились от страха, но увидев, что Арсений ухмыляется, он разочарованно покачал головой и пошел дальше. Арсений оплатил счет, кинул прощальный взгляд на одиноко лежавшего заляпанного кофе бумажного журавлика и вышел в следом. От Павла уже и след простыл. «Скользнул в тени, трус.» — Подумал про себя Арсений. А кармане завибрировал телефон. Арсений раздраженно достал его, думая, что это Павел скинул дату встречи, но писал Антон. «Как дела» — значилось в сообщении. Следом шло совершенно нелепое селфи из ванной, где голый по пояс Антон делал себе зеленую маску на лицо и показывал знак мира. Арсений улыбнулся в телефон, пальцем погладив экран. «Уже лучше» — написал он в ответ.