Они не будут вместе (наверное)

Очередной унылый день в унылой жизни Робби Стэйси Валентино. Отец попросил принести обувную коробку, чтобы срочно похоронить какую-то мелкую живность. — Вероятно, опять чей-то любимый котёнок сдох, — хихикнул про себя Робби и открыл дверь в кладовку, как вдруг, щупая рукой стену в поисках выключателя, он расслышал часть из диалога родителей с внезапными гостями, где он отчётливо узнал «Мистер Пайнс» Наверное, какая-то зверушка из хижины чудес померла, надышавшись клеем или ещё какой гадостью оттуда, но... ворчливый старик Пайнс вряд ли бы сам касался той гадости, что втюхивает покупателям, значит, с ним наверняка кто-то из его помощников, и, возможно, это Венди! Внутренне обрадовавшись возможности включить ей свою новую песню, посвящённую, как можно догадаться, неразделённой, преданной любви, он быстренько нашёл самую нормальную коробку и вышел на крыльцо. Былая радость быстро сменилась разочарованием, стоило ему увидеть другого мистера Пайнса, недавно из ниоткуда появившегося в Гравити Фолз. Закатывая глаза, он протянул коробку отцу и хотел уже зайти обратно в дом, как его прервали. — Робби! Завари-ка чай, мистер Пайнс зайдёт к нам! Он может обеспечить нам отличное средство, чтобы наши жмурики не вылазили из своих могил! — Пролепетал отец, открывая коробку, чтобы Форд смог положить туда... что это вообще за тварь зелёная? Иу, ещё и дёргается... Только вот улыбка у этого мистера Форда... совсем не такая мерзенькая, как когда родители возятся с трупами, а скорее... спокойная, рабочая? Словно замерять импровизированные гробы для полуживых тварей для него — типичное утро вторника. А эта ловкость в движениях, когда он скручивал щупальца, дабы поместить каждое в коробку... Что-то всё это разбудило в гормонально нестабильном подростке. Он поставил чайник и опёрся на край стола, смахивая косую чёлку с лица. Долго он подавлял свои сомнительные чувства по отношению к парням, и стоило ему влюбиться в Венди, как всё, казалось, совсем утихло. Но этот мужчина в возрасте... Чем-то схожий с владельцем хижины чудес, только вот более ухоженный, крепкий, да и... симпатичный? Робби положил руку на лицо. — Чё-ж за бред у меня в башке... — Стало стыдно от собственных мыслей. Этому мужчине, без пяти минут деду, уже наверное под шестьдесят. А он тут фантазии про него распускает. Ну не жуть ли? Самому-то семнадцать. — Чайник не вскипел, сынок? — Звонкий голос матери вывел из размышлений и заставил посмотреть на чайник. — Нет, мам! — Крикнул ей Робби и достал чашки. О шестидесятилетнем ему ещё не хватало мечтать. Из кухни было видно гостинную, где уже сидели его родители с Мистером Пайнсом, который писал что-то на бумажке, попутно объясняя, видимо, рецепт неведомого эликсира умерщвления. А вот и чайник вскипел. Робби вынес три чашки, у самого стола расплескав чуть-чуть чая, но быстро вытерев носком. Дома их семья предпочитала не носить обувь, ведь с кладбища под домом можно невесть что занести. Мистер Пайнс проследил за нехитрым жестом и усмехнулся. — Я так однажды слизь одной твари вытер, потом неделю выводил из кожи её личинок. — Будничным тоном поделился Форд, чтобы прервать молчание. Робби поджал губы, подавляя рвотный рефлекс от фантазии. Конечно, он уже видел трупы, полные личинок, и от воспоминаний об этом становилось отнюдь не хорошо на душе, но рвотный рефлекс у него вызвала скорее не сама мысль о личинках, а о том, что мистер Пайнс делал это где-то в хижине чудес, где потом Робби валялся на полу, умоляя Венди выслушать... Может, поэтому прыщи не проходят? Значит, Стэнфорд изучает всяких непонятных существ? Интересно... Может, это значит, что часть экспонатов настоящая? — Пытался отвлечь себя Робби, поднимаясь по лестнице к себе в комнату. Стэнфорд уже стар, и даже если Робби попробует поухаживать за ним, как за Венди, скорее всего выставит себя дураком. Да и Диппер смеяться наверняка будет, этого ещё не хватало, чтобы этот малолетка издевался! И так на любовь всей его жизни заглядывается... ну, может и не всей, конечно, но любовь всего прошлого года его жизни уж точно. Мистеру Пайнсу шестьдесят — как решил у себя в голове Робби, — самому же Валентино семнадцать. На двоих им семьдесят семь... Да и что он нашёл вообще в старике Пайнсе? Бородатый, и вообще на его отца похож. Хотя он наверняка мог бы круто забрать его из школы, на зависть всем девчонкам, что искали себе богатого... как они там говорили, папика? А потом помог был устроиться в университет, работу найти... О, или сделал бы своим помощником в лаборатории. Может, Робби даже терпел бы Диппера и его надоедливую сестру Мейбл, которые всё время шныряют рядом с кем-то из дедов Пайнсов. Это он что, ещё будущее с ним совместное придумывает? Ну всё, конец. Чтобы отвлечься от сомнительных мыслей, Робби стал доставать из чехла гитару. — Тебе шестьдесят... Не, не звучит... — Вздохнул он, — тебе семь'сят, мне семнадцать, на твоих нам... дофига, уоу. — Сочинил он на ходу пару строк, удивляясь, как быстро пришло вдохновение, — ты небритый, бородатый... Ты похож на моего отца, уоу. Ты заберёшь меня из школы, не узнает твоя семья... — Напевал Робби, до того как услышал шаги за своей дверью, которую внезапно открыл его отец. — Робби, дорогой! Сходишь с Мистером Пайнсом в хижину чудес на минуту? Он даст тебе парочку реактивов, которые нам самим достать будет трудно. Мы с мамой сейчас несколько заняты, а ты как раз увидишься со своей девушкой. — Предложил отец, широко улыбаясь. Робби же так и не рассказал, что уже давно расстался с ней... Рядом стоял Стэнфорд с коробкой в руках. У него же сейчас язык не повернётся отказать этому лицу... — Да, пап, я схожу. — Это что у тебя, вновь из носа? Ой... Конец. (?)