Наша с тобой бессмысленная битва

Он услышал ее шаги. Почувствовал ее присутствие. Встреча, которую он желал. Увидеть ее. Она шла медленно, но решительно. Он не оборачивался, но ему хотелось взглянуть в ее солнечные глаза. Однако он понимал, что увидит в них пустоту. Равнодушие. В тишине помещения было слышно, как она достала свой меч. Но он знал, что он не предназначен для его смерти. Это было лишь напоминание о прошлых воспоминаниях. Осознание того, что он попал в ее ловушку вызывало странные чувства. Она переиграла его. Как и обычно. Именно этим он и восхищался. Умение затаскивать его в клетку без возможности здраво мыслить. Он всё понял и внутренне хмыкнул. — Хм… Я знал, что встречусь с тобой лишь в том случае, если попаду в твою ловушку. Бездна — его враг. Так почему он позволил завладеть и допустить такое положение дел? Она ждала, пока он обернется. Зачем он рискнул глазом? Она понимала, что он просто ей поддался. Позволил. — Ты поставил на кон свою безопасность и сохранность глаза. Она знала почему… — Весьма рискованный ход, Дайнслейф, — сказала она с каплей иронии, но после сменила тон на рассудительный. — Но сдается мне, это я попала в ловушку Сумеречного Меча. Он обернулся. Они встретились глазами. Молчали. — Ты пришла одна? — заранее зная ответ, спросил он. Она этого хотела. Без свидетелей. Без лишних ушей и глаз. — Где твои последователи? — вновь вопрос от него. Девушка вздохнула. — Если Сумеречный Меч готов к битве, то никакая армия не поможет. Это не было причиной. Правда заключалась в следующих словах: — Я решила встретиться с тобой в одиночку. Они были на равных — оба об этом знали. Их битва могла длиться тысячелетиями и никто из них не решится убить. Попросту не хватит духа убить того, с кем провел половину своей жизни. Его взгляд устремился на нее. Она так же прекрасна, как и в их последнюю встречу. Половину ее слов он прослушал, так как пытался понять настроение в ее глазах. Только опустошение. Но небольшой блеск всё же получилось разглядеть, давая надежду на то, что она тоже ждала этой встречи. — Я знаю, тебе есть что мне рассказать. Он бы не утаил. Рассказал бы всё, о чем она спросит. От корки до корки. Но условие было озвучено: — Но сначала тебе придется одержать надо мной победу. Вот так просто лезвие ее слов прошлось по его сердцу. Удивление застыло в его глазах. Она знала, что он не сможет поднять на нее меч — это было бы равноценно поднятию меча на себя. Он ценил ее жизнь больше, чем свою. Она это знала, но все равно произнесла эти слова. Поняв, что она говорит всерьез, он закрыл глаза, сдерживая все свои чувства, запирая их на замок воспоминаний, ключ от которого был потерян где-то рядом с ее сердцем. В ее руках. Он вновь взглянул на нее. В его глазах застыла решимость — именно этого она и ждала. В его глазах была надежда на то, что она не станет этого делать. Но она упрямо продолжала держать меч. Он вытащил свое оружие и не отрывая от нее своих глаз, наступил. Он шел к ней, осторожными шагами. Было такое чувство, что лишнее его движение заставит ее уйти. Но она ждала, пока он окажется прямо перед ней. Конец ее светящегося золотого меч был направлен в сторону ее врага. Рука не дрогнула, однако вместо меча она хотела ухватиться за его руку. Вновь почувствовать тепло его любви. Он всё подходил, но его меч был опущен. — Нападай первый, — произнесла она, но он как будто не слышал ее, продолжая наступать. Ей ничего не приходилось, кроме как делать шаги назад. Когда она спиной почувствовала холодную мертвую стену, его меч наконец поднялся и повис над ее левым плечом. Он обхватил ее другую руку и поднял, прижимая к стене. Она была прижата. Почти взаперти. Его голова безвольно упала на ее плечо и он вздохнул. Тихо и разочаровано. Он сдался ей. Вновь. В ее силах было нанести ему удар, чтобы он не вел себя так. Чтобы отстранился, сражался. Но ее меч тоже упал, не задевая его. Они просто не могут. Оба закрыли глаза. Она чувствовала его дыхание на своей шее и не могла понять, кто сейчас в проигрышном положении. Он, которой не может нанести ей удар. Или она, действия которой были ограничены из-за накалившихся чувств. — Я не могу, — сказал он и в его голосе читалась горечь. Они были на разных сторонах, так почему же они не могут? Они пережили многое вместе. Она переплела их пальцы и бросила свой меч, тоже сдаваясь. Позволяя оставаться в таком положении. Никто об этом не узнает. Для всех они ненавидят друг друга, воюя на разных сторонах. Но крупицы чувств оставались в сердцах каждого, заставляя их обливаться горячей кровью.