Дом.

Какаши открывает еле еле глаза и пару раз моргает. Тело за ночь будто отяжелело, не позволяя себе пошевелиться, намекая, что ничего во внешнем мире не будет столь привлекательно, как духота и темнота. Идёт второй год после смерти Ируки. Какаши второй год просто существует. Также улыбается бывшим ученикам, даёт наставления, помогает Наруто превратиться в настоящего мужчину, а дома... У Какаши больше нет дома. Есть комната, в которой он спит. Комната, в которой ест. Место, которое он мог назвать домом, сейчас мертво, уже как два года. Зачем всё это, спросите? Элементарно. Ирука просил позаботиться о детях, если что-то случится. И о самом себе он, естественно, говорил заботиться, но... Зачем? Веки медленно моргают, Какаши всё же встаёт. — Нельзя же лежать так всё время, Каши! Ирука ласково улыбается, поднимая любимого человека за руки с постели. Какаши издаёт ленивый звук, глядя на Ируку из-под ресниц.. Какой красивый. Даже с колтуном в волосах с правой стороны и следами от подушки на той же, правой, щеке.. Ирука — дом. — А я хочу лежать с тобой, Иру.. Не уходи на глупую работу, детишки и без тебя кунаи будут метать. — Хатаке! Глаза уставились в пустоту, на то место, где в тот день (и во все другие дни) стоял Ирука, родной, вкусный и ласковый. Неужели его нет? Он моргает и встряхивает головой, поднимаясь с постели. На столе стоит любимая кружка Умино, её Хатаке подарил на первом свидании. Ирука так смеялся, глядя на Наруто, которого Какаши и пытался изобразить. Аккуратно обходя стол, он направился в ванную. Тут они вместе грелись после ливня, тут Ирука плакал, когда Какаши ошибочно признали погибшим на одной из миссии, тут Ирука обрабатывал раны после сражений, свои и чужие. Тут Ирука был самым открытым, здесь смутить его было проще простого.. Какаши сжимает кулаки. Всё это место было пропитано Ирукой, его запахом.. А сейчас? Мертвецкий холод. Даже память копирующего начинает забывать образы любимого лица. Это ужасно пугало. Неужели он забудет того, кто поднял его с эмоционального дна? Того, кто спас его от постоянного чувства вины? Какаши снова ненавидит себя за это. Неужели ему нельзя быть счастливым? По окнам начинают стучать крупные капли дождя. Раньше такая погода была романтичной для него, Ирука любил дождь. Любил смотреть на стекающую с крыш воду, любил вздрагивать во время грома и заворожëнно глядеть на сверкающие молнии. — Какаши.. Ты и вправду гений. Ты приручил такую стихию! Я немножко завидую тебе.. Красивый, умный, умелый и добрый.. Идеальный. Только вот гении часто страдают. Хатаке замер с книгой в руках, глядя удивлённо на чуунина. Тот выглядел таким.. Серьёзным. Чёрные глаза внимательно следили за серым небом, ища в нём желанные вспышки молний. — Я не хочу чтобы ты страдал, Какаши. Больше никогда.. Я люблю тебя. Ирука повернул голову к Какаши, ласково улыбаясь.. Именно в этот момент сверкнула молния. — Блин! Как знал!.. Сейчас же дождь— проклятие. Только тоска и печаль, ничего более. Сейчас Какаши пойдёт к мемориальному камню, нужно пожелать доброго утра Обито и Ируке. Ирука Умино. Это имя теперь выгравировано , выцарапано на гладкой поверхности мемориального камня, также, как на неровной поверхности сердца Какаши. Это имя останется в веках, потому что Ирука был учителем. Сколько людей плакали, сколько подходили к его фотографии и возлагали цветы, что-то говоря. Он был товарищем, он был другом, он был учителем... Он был возлюбленным. Наруто плакал. И никто не мог поддержать его крепким словом. Какаши мог только обнять и прижать к себе.. Наруто вновь казался маленьким мальчиком. Но кто теперь его спасёт? Какаши. Теперь он должен стать полностью помощником Наруто, его поддержкой.. Он и так всегда был рядом, но он не был семьёй для Наруто большую часть времени... Теперь.. Они вместе. Вместе в одном несчастье. Какаши не завтракает, он выходит из дома без каких-либо дополнительных вещей, с одним жалким зонтом, и тот с дыркой. На улицах ни единой души, все спрятались в своих домиках со своими семьями, или в одиночестве. В сандалях мерзко хлюпает вода, ногам приятно прохладно В кармане лежит завёрнутый в пакет данго, в небольшом пакете он несёт керамическую маску дельфина. — Хм, Какаши. — Да? — А я бы смог работать в АНБУ, как думаешь? Ирука стирает пыль с маски волка, которую специально повесил на небольшой гвоздик на стене. Маска была красивой и очень подходила Какаши, вот Ирука и поместил её на достаточно видное место, а вскоре она перестала вызывать негативные воспоминания и у Хатаке. Джоунин задумался. А действительно.. Смог бы Ирука? — Ты? Маа.. Интересный вопрос.. Думаю, да. У тебя есть сила воли, ты достаточно много знаешь, а быстрота реакции у тебя на высоте. Ты был бы замечательным членом АНБУ в маске дельфина. Ирука заулыбался. Естественно, такого ответа он и ожидал, но услышать в живую... В разы приятнее. Тогда Ирука целовался особенно ласково. Дорога до мемориального камня прошла в тишине. Удивительно, но никого рядом не было. Подойдя к нужной табличке, он достал сладость из кармана. — Привет, Обито. Как у тебя тут дела? Надеюсь, всё неплохо... Я завтра отправляюсь на миссию. Возможно не вернусь, хотя очень постараюсь. Я данго принёс. Хорошего дня, Обито. Он улыбнулся под маской и вышел с этого ряда. Ирука находится дальше.. Рядом с его табличкой он кладёт сделанную маску и шмыгает носом. — Под заказ. А красил я сам. Привет, Иру.. Сегодня я встал всего за полчаса, это прогресс. Он снимает маску и улыбается своему Ируке. Тот молчит в ответ. — Надеюсь, тебе понравится, Иру.. Я старался.. Повисает тишина. — Я люблю тебя, Ирука. Прости меня. Какаши настолько устал, что даже не слышит наглых шагов позади. Кто-то хочет поговорить.