Daring love.

— А вот и наш тихоня! Ну что, чем занят ботаник? — сгибая руку в локте, положив ее на голову Тигнари, перенося вес, с издевкой спросил тот. — Сайно, оставь меня в покое! Что я тебе сделал? — сводя брови к переносице, повышая тон, возмущенно поинтересовался брюнет. — Ты, букашка, разговаривай со мной поуважительнее, а то я за себя не отвечаю. — быстро прижав к стене того, взяв за грудки, с усмешкой произнес тот. Чуть более, чем секунда, он посмотрел в глаза брюнета, вновь усмехнулся и отпустил его, чуть толкая в стену. Шагая задним ходом, тот посмотрел на Тигнари, подмигнул и развернулся, а после направился в кабинет. Ну что за хулиган, за что мне это…-прижимая к груди учебники и тетради, которые плотно сжали ладони, он чувствовал быстрое биение сердца. Подобные стычки были не в новинку. Блондин не упускал возможности как-то упрекнуть или поиздеваться над младшим, просто потому что он мог. Тигнари никогда не знал, уже может и не узнает, почему тот так относился к нему. Сайно было позволено делать с брюнетом все что он хочет, как он думал. Как только другие хулиганы, которые, кажется, отличались только количеством денег от него, решали что и они тоже могут, то блондин сразу ставил их на место. Никому, кроме кареглазого, не было дозволенного трогать Тигнари. Тот ломал им пальцы, ноги, руки и все, чем они прикасались к младшему аргументируя это тем, что тот его собственность. Со стороны старшего, Тигнари никогда не прилетало кулаком куда-то. Тот мог пустить какую-то шутку, которая задевала его гордость, но руки не распускал, никогда. Такая позиция максимально была непонятна и нелогична для зеленоглазого. Он уже три года терпел его, ненавидел и презирал, но при этом объект его ненависти защищал его. Почему-то, Тигнари хоть и ненавидел его, но видя небольшие синяки после драки, у того сжималось сердце. Он не мог понять что это, может чувствово вины, а может не что более. Сердце заходилось в бешеном ритме, когда тот подмигивал брюнету или трогал его. Даже щекотка с его стороны вызывала не смех, а мурашки, которые словно до костей пробирали его и доходили до сердца, поселяясь там. Он был болен, но понял уже о болезни на той стадии, которую называют «любовь». Зеленоглазый не раз читал романы где тропа была от ненависти до любви, но слабо верил в такое. Ему казалось невозможным возжелать человека, которого ты совсем недавно презирал и хотел задушить собственными руками. Он ненавидел приходить на занятия и на входе встречать этого парня, что уже имел в своем арсенале злые шутки для него, но и одновременно любил. Может вся суть в том что тот красив? Скорее всего. Блондин был до опьянения красив и уверен в себе, и в своей красоте. Ему не нужно было делать комплименты, ведь он и так знал что хорош собой. Парень девятнадцати лет, ростом под метр девяносто, с небрежно уложенными волосами, что предавали особый шарм его образу. Когда тот улыбался во все тридцать два, можно было увидеть прокол на его языке, а когда тот поправлял челку — прокол в брови. Его улыбка была такой по детски милой и широкой, что можно было увидеть небольшие, но заметные, клыки. Возможно, Тигнари бы полюбил его в любом случае, ибо он выглядел словно ангел, но характер имел как у черта. А Тигнари был совершенно обычным, ничем непримечательным парнем. Имел коричные волосы, которые по длине доходили до ключиц, поэтому их приходилось заплетать в высокий хвост. Хулиганы ни раз пыталась силой отстричь их, но Сайно ясно им давал понять что делать это — плохая идея. Глаза у него были зеленого цвета, блондин часто подмечал что те очень похожи на изумруд, этим смущая этим. На переносице всегда были круглые очки, ведь с детства тот имел небольшие проблемы со зрением. Ростом был метр семьдесят, ни сантиметром выше, ни ниже. И что Сайно нашел в нем такого, что пристал к нему словно банный лист? Не понять. *** Занятия наконец подошли к концу и тот быстрее пули выбежал и кабинета. Пробегая по коридору с рюкзаком в руках, тот мельком глядел по сторонам, но не видел блондина, что было настоящей удачей. Позабыв о том, что нужно смотреть вперед во время бега, а не по сторонам, тот врезался в чужую грудь. Тут сердце ушло в пятки. — Ботаник! Смотри куда прешь! — со злостью произнес, к счастью, незнакомый и грубый голос. — Простите, я просто не уследил…простите! — поднимая упавшую сумку, тот начал расплываться в извинениях. — Ты думаешь что можешь отделаться одними извинениями? Я тебе сейчас… Как только старшеклассник поднял руку, зеленоглазый уже было зажмурился, готовясь к удачу, но того не последовало. Чуть приоткрывая зажмуренные глаза, тот посмотрел на обидчика. Рядом с ним стоял Сайно, держа его руку, с очень злым видом. Казалось что он только взглядом переломает его всего, не оставит и живого места. Чуть придя в себя от ошеломления, тот осознав всю ситуацию, не придумал ничего лучше, чем убежать. Метнув слега испуганный взгляд на Сайно, он поймал зрительный контакт и тут же сдвинулся с места. На этот раз вперед он смотрел намного лучше. Успешно выбежав из здания, тот уже быстрым шагом пошел домой, в свою «крепость». *** Сделав домашнее задание очень быстро, что не было чем-то удивительным, тот услышал бурчание желудка. Поняв, что нужно пойти что-то приготовить поесть, тот направился на кухню. Быстро осматривая наполнение холодильника, он закрыл его и пошел к телевизору. Немного лучше готовить с музыкой, чем без! Вот и сейчас он грел свой завтрак, который не успел доесть из-за небольшого опоздания. Слушая какую-то зарубежную музыку, тот не заметил как начал вилять бедрами под мелодию. Стоя у плиты в коротких шортах, что слегка обтягивали и широкой футболке, тот придавался ритму постепенно забывая о еде. Медленно отдаляясь от плиты, тот все смелее двигался. В конце концов совсем позабыв о том, что он хотел приготовить, он отдался ритму, прикрывая глаза и забвая события сегодняшнего дня. Покрутившись на месте, он слегка приоткрыл гоаза и замер. Прямо в окно смотрел, мать его, Сайно. Положив одну руку на выступ, а другой подпирая голову он хмельно улыбался словно хитрый кот. Тигнари быстро подошел к окну, открывая его, тут же возмущаясь. — Сайно! Что ты тут забыл? Проваливай, сталкер! — недовольно хмурясь возмутился тот. — И тебе привет, брюнеточка. А шортики то, не плохие, выглядит аппетитно. — улыбаясь во все тридцать два, словно чеширский кот, тот слегка прикусил мизинец опорной руки, усмехнулся блондин. — Ты! Ты…боже, как же ты не выносим! Ужасный человек…- отварачваясь от окна, тот залился краской. Воспользовавшись моментом, Сайно прошмыгнул в окно, вставая за спину Тигнари. Блондин был безмерно рад тому, что тот жил на первом этаже и к нему было легко попасть. — Сайно! Ты…о господи, что с тобой случилось? — в растерянности и с волнением спросил тот. На лице брюнета были ссадины, костяшки на руках были все в крови и разбиты. Из носа слегка подтекала кровь, оставляя небрежный след, а после засыхая. Хвост, который обычно хоть и был неопрятный, стал небрежным еще больше. На штанах и футболке были пятна крови и грязи, вероятнее всего с грязного переулка. — Ай, да не волнуйся. Я всего лишь разбирался с твоими обидчиками, но увы, но они пришли целой бандой. Еле-еле выбрался из этого месива, но не волнуйся, теперь тебе ничего не угрожает, а это важно. — с по детски нежной улыбкой, он потрепал младшего по голове. — Ты совсем с ума сошел? Зачем? Ладно, все, потом поговорим, иди сюда, будем обрабатывать! С нахмуренными бровями и приказным тоном, тот направился в гостиную к комоду где находилась аптечка. Наспех забирая аптечку из полки, он направился к блондину. Положив руки на плечи, зеленоглазый чуть надавил на них, как бы приказывая присесть. Сайно сел без возражений, наблюдая за действиями младшего. Тот достал бутылек со спиртом и ватку, хватая второе небольшим пинцетом, что лежал рядом в аптечке. — Сейчас может быть неприятно, прости! — после этих слов, он начал аккуратно и бережно прикасаться смоченной ваткой к ране на лбу. — Ай! Действительно больно, не обманул! — шипя от пронзающей боли, тот пытался отвлечься от болезненных ощущений с помощью юмора, чуть уводя голову в сторону с каждым прикосновением спирта. — Да тише ты, дай мне обработать! Я говорю тише…! Ладно, сам напросился! — Тигнари сел поближе, чуть с силой хватая подбородок старшего, направляя голову прямо. Встретившись взглядом в пострадавшим, брюнет слегка покраснел и получил в ответ смешок. С одной стороны он был рад, ведь он мог целенаправленно прикоснуться к тому, без возникновения вопросов. Но с другой стороны было больно видеть столько ран и ссадин, ведь все они произошли по его вине. *** — Ну всё, готово, сейчас хоть не так больно смотреть на тебя…- окончив работу, тот начал ложить все обратно. — А что, принцесска, переживаешь за меня? — снова улыбаясь по чеширски, тот притянул брюнета за подбородок, оставляя считанные сантиметры между их губами. — Сайно! Прекрати так себя вести, я тебе помогаю, а в ответ никакого уважения. — отбив руку и опустив голову вниз, что бы видеть куда он что ложит, упрекнул тот. — Да ладно тебе, не сердись, я же для тебя стараюсь. — нежно он взял ладонь младшего, поднося к губам и оставляя невесомый поцелуй. — Ладно, чего я тут расселся, пора уходить, у тебя, наверное, скоро родители придут. — Нет…они работают сутки, так что придут вечером, так что можешь оставаться…- бубня себе под нос, тот опустил голову, скрывая свое смущение. — Оу, вот как…ну всё же, не хочу тебя беспокоить, я пойду. — резко вставая, блондин размеренными шагами направился в прихожую. — Нет! То есть…я настаиваю на том, что бы ты остался…у тебя раны, тебе нужно отдохнуть, а идти тебе далеко, так что оставайся, место есть. — Ну, если ты настаиваешь, брюнеточка, то хорошо, исполню твой каприз! — шагая обратно, зеленоглазый обратно сел на диван, по хозяйски усаживаясь. — У тебя алкоголь есть? — Что? Зачем он тебе понадобился? — с замешательством спросил тот. -Ну, как ты говоришь мне нужно отдохнуть, да и по правде мне болит все, совсем слегка. Таблетки я не пью, поэтому лучшее средство алкоголь! Знаю, ты еще та умняшка, наврятли пил, так что будем тебя учить! Ну, завтра учебы нет…почему бы и нет. — Раз тебе больно, то я пойду на уступок. Но! Я не буду пить больше двух рюмок, учти! — пригрозя пальцем, предупредил Тигнари. — Для начала нужно приготовить спальное место для тебя, а потом уже выпьем. Вставая с дивана, тот направился в спальню. Оказавшись там он взял чистое белье для Сайно, что бы постелить ему на диване в гостиной. Возвратившись обратно, тот аккуратно оставил белье на диване, а после отправился к секретарю на кухне, доставая от туда бутылку конька и пару стаканов. Ночь обещает быть приятной. *** Как только оба сходили в душ, постелили постель, они принялись за распитие. По началу все шло спокойно, Сайно пил в своем обычном темпе, то есть быстро напиваясь, а Тигнари пил по немногу. Спустя время блондин понял, что под градусом тут только он, принял решение подливать алкоголь уже другу. С каждым мгновением Тигнари уносило и пьянило все дальше, он переставал следить за количеством выпитого спиртного. Ближе к часу ночи брюнет уже тихо посапывал, из-за этого блондин принял решение донести того до спальни, в кровать. Сайно уже самого хорошо несло, по этой причине он еле как донес младшего и направился на диван в гостиной. Рухнув, он погрузился в сон. *** Где-то в часа три утра, Тигнари проснулся. Алкоголь все еще его не отпустил, но шорохи у его постели заставили проснуться. Над постелью стоял никто иной как Сайно, стоял с бутылкой в руках, склонив голову в бок, наблюдая за спящим Тигнари. Старшего слегка шатало, но тем не менее он стоял крепко. — Тигнари…мой милый Тигнари…- с хриплым голосом, почти что шопотом произнес тот. Хмельной разум зеленоглазого не давал проснуться полностью, не то что заговорить. Лежа на спине, без одеяла, тот понимал что происходит, но хотелось только спать, ничего более. Когда тот начал закрывать глаза, он услышал стук бутылки, которая упала на пол, а после над ним нависла фигура, это был Сайно. — Если имеешь что-то против, то дай мне леща, умоляю. — после этого, тот примкнул губами к губам нижнего, вовлекая его в поцелуй. Тигнари понимал все, понимал что это Сайно, понимал что тот его целует, но не смог его оттолкнуть. Брюнет ухватился за тыльную стороны шеи старшего, закидывая ноги ему на поясницу, страстно и ярко отвечая на поцелуй. Кареглазый совсем потеряв рассудок запустил руки под футболку младшего, хватая того за талию, прижимая к себе силой. Разум Тигнари кричал, бился в истерике, умолял остановиться, но алкоголь делал свое дело. Зеленоглазый был пьян не только из-за родительского алкоголя, а еще из-за сладостного поцелуя, словно вода для жаждущего. Он брал с этого поцелуя сполна, не упуская ни секунды, выбивая воздух из легких. — Ты…нет, нет, нет, ты будешь жалеть, прости, что я наде…- отстраняясь от недостатка кислорода в легких, старший начал осознавать все происходящее. — Заткни свой рот и поцелуй меня. Желеть тут будешь только ты если покинешь меня, ведь я сломаю тебе шею. Я ждал этого так долго, что чуть не умер. — произнес тот с последними силами, притягивая верхнего обратно и вовлекая в поцелуй. Сайно слегка опешил от таких резких слов, ведь Тигнари был слишком чист для подобных выражений. Опешил от того, что младший слишком долго мечтал. Поняв, что эти размышления сейчас лишние, он отбросил их, отдаваясь моменту сплетения двух душ. Блондин запускал руки, казалось, не только под футболку Тигнари, но и под ребра, разгоняя бабочек под ними, касаясь кончиками пальцев сердца. Трепетно блуждая, тем самым изучая тело возлюбленного, кареглазый легким движением задевал соски. Эти действия выбивали воздух из легких нижнего, желая большего. Брюнет не отставал, а с большим напором нападал. Руками он спускался ниже, исследовал спину верхнего, кончиками пальцев и ладонями запоминая кажду мышцу, каждый шрам. Ухватившись за края футболки, тот потянул из вверх, как бы призывая снять ненужную часть одежды. Старший быстро поняв намек, начал снимать футболку, обнажая рельефное тело, которое так манило нижнего. Пока тот раздевался, младший незаметно так же скинул футболку, полностью отдавался моменту. Откинувшись на подушки, тот игриво улыбнулся, слегка прикусив указательный палец, как бы дразня любимого. Увидев эту картину, которая так и манила своим развратом, кареглазый долго не раздумывал и переместил руки на бедра нижнего, на что получил легкий стон. Слегка сжав, тот в процессе поцелуя проник большим пальцем под белье с шортиками начиная их стягивать. — Ну что ты, прелесть, не скрывай свою наготу, она до опьянения прекрасна. — касаясь лбами, Сайно блуждал руками по животу, оттягивая момент. — Замолчи, лучше начинай действовать… МГМ…- и тут Тигнари словно током пробило, заставляя все тело содрогнуться. Кончиками пальцев, едва прикасаясь, страший гладил вдоль члена, слегка надавливая на головку, получая одобрительные стоны в ответ на это действие. Спускаясь поцелуями ниже, делая дорожку из поцелуев от груди до паха, он выдыхал горячий воздух из легких призывая мурашки на коже. Оставив нежный и ласковый поцелуй на члене Тигнари, он мазнул языком по головке после вбирая в рот во всю длину. Из уст брюнета послышался громкий стон, больше похожий на крик. Руками он схватился за волосы, не грубо, а с трепетом и страстью, перебирая пряди между пальцев. Из глаз полились маленькие слезинки, которые стекали по вискам и терялись в волосах, что словно волны, раскинулись на подушке. Внизу все обильно текло, поэтому кареглазый принял решение попутно растягивать своего возлюбленного. Опуская руки ниже, убирая их с бедер, он указательным пальцем собрал некоторое количество смазки и ввел одну фалангу. Поняв, что нижний этого не заметил, а проталкивал палец глубже, пока не вставил его всего. Спустя время, когда стенки не сжимали его палец с силой, он вставил второй во всю длину. Когда Сайно попал по простате, Тигнари вновь пробила волна удовольствия, заставляя закатить глаза, сжать простыни и кончить прямо в рот возлюбленного. Все тело трясло и слегка подбрасывало от первого яркого оргазма в жизни. Но брюнет жаждал большего, это было видно. Вспомнив, что в кармане своих джинс Сайно имел презерватив, он достал его приспуская нижние одежды вместе с бельем. Слегка хватая моалшего за подбородок, тот призывал взглянуть на него. Когда их взгляды пересеклись, блондин открыл зубами презерватив, наспех натягивая его. После споприкасаясь лбами, тот взял его за бедра, развел его ноги, не прекращая зрительный контакт. Когда из губы сомкнулись уже в нежном и слегка уставшем поцелуе, Сайно приставил головку ко входу, а после резко вошел. Действие алкоголя еще не закончилось, а, кажется, становилось только больше, поэтому Тигнари особой боли не почувствовал. Его подкинуло на простынях, а руки заскользили ногтями по спине, оставляя царапины. Старший еле держался, но дал привыкнуть несколько минут и начал совершать тихие, неспешные движения. Темп начал быстро нарастать и соитие было похоже не на соединение двух влюбленных душ, а на животный секс. Зеленоглазый извивался под руками и резкими, глубокими движениями возлюбленного, откидывая голову на подушки, подставляя шею на растерзание. Когда Сайно начал чувствовать близкий конец, он поменял позу, что его возлюбленный сидел на нем. Член входил все глубже, толчки становились все резче, а стоны громче. Тигнари обнимал старшего, подмахивая бедрами, а тот, в свою очередь, почти что зубами впился в шею возлюбленного. Когда они достигли пика, на этот раз зеленоглазый уже кричал от пронзающего удовольствия, а кареглазый до первой крови укусил шею того, издавая рык. Младший в одно мгновение потерял связь с реальностью и выключился, поэтому его нежно уложили на постель. Сайно снял презерватив, связал его в узелок и кинул на пол ложась рядом с возлюбленным. Из обоих все еще окутывал алкоголь, а теперь еще и приятная усталость, из-за этого они уснули даже не заметив. Утром Тигнари будем с начала зол, но после придет в спокойствие под нежные поцелуи в лоб от возлюбленного. Из ждём идиллия и счастья, обсуждение конфликтов и всего того что происходило между ними, но это уже совсем другая история.