Numb

☆☆☆

— Что ты ждал Хэ Сюань, м? Что я как раньше брошусь к тебе на шею, да уж скорее в скалы! — Цин… — Зачем ты пришёл? А?! Мирится? Ты брата мне убил. На моих глазах! Он заслужил, но я, Хэ-сюн… Причём тут я?! Я виновен за то что не совершал? Я теперь живу мучаясь от того, что виновен за то о чем не знал… И я даже не хотел этого! Если бы ты меня убил я бы и слова не сказал, но ты… Ты, сука бросил меня! Одного! На произвол судьбы! Ты не думал, что то что произошло и есть судьба? М? Нет. А я вот думал о многом пока лежал на холодном сыром полу. Ну например о том, что ты был единственным человеком, который терпел мой приставучий характер и ничего не пытался с ним делать. Ты никогда не был против повеселиться, погулять даже если тебе это было не интересно. Ты всегда был рядом и!..—всхлип— И так поступил! За что?! ЧТО Я СДЕЛАЛ ТЕБЕ?! Ничего! Я НИЧЕГО ТЕБЕ НЕ СДЕЛАЛ! Я НИ В ЧЁМ НЕ ВИНОВАТ! Да, твоя судьба в моих руках, но ты правда думаешь, что я этого блять хотел?! Да мне нахер не нужно было все это! Так почему же ты меня так ненавидешь?! Хэ Сюань молчит. Ему нечего сказать, ведь Цинсюань был прав Он не виноват. Он опускает голову и впервые в жизни плачет. Он больше не может поднять головы, она слишком тяжёлая, а груз вины перед любимым Цинсюанем тянет его к земле. Хэ Сюань падает на колени перед Повелителем Ветра и разрушает проклятье, которым был обременен Ши Цинсюань. Он снова небожитель. Хэ Сюань пропадает перед Ши Цинсюанем, теперь перед ним небожители и он совершенно ничего не понимает. Он оглядывается назад, будто Погибель Кораблей вот вот окажется сзади, как раньше, но этого не происходит. Ши Цинсюань в растерянности, он не понимает, что ему делать он так отвык от всего этого, что просто не знает как быть дальше. Его силы не убавились, а наоборот прибавились. Рука и нога уже наполовину исцелилась. Цинсюань совершенно запутался, он падает на колени, опуская голову вниз. Его плечи потрясывает, а слёзы беспорядочно текут по его лицу. Небожители средних Небес озадачены такими действиями и постепенно расходятся. Кто то додумался позвать Владыку. — Цинсюань! Прошу всех разойтись! Не на что здесь смотреть. Идите все по своим делам! — Се Лянь старался быть дружелюбным и приветливым, но увидев, что это не принесло ровным счётом ничего, попробовал ещё раз.— Вернитесь к выпол— Се Ляня прервали. — Сказано было пойти прочь. Почему вы до сих пор здесь? Жизнь что ли не мила? — холоден и сдержнан со всеми, кроме Его Высочества. Собиратель цветов под кровавым дождём появился из не откуда и быстро разогнал толпу. Цинсюань поднял голову на Се Ляня и улыбнулся. Принца это несколько не утешило и не обрадовало, он лишь сильнее обеспокоился. — Цинсюань, что с тобой? — Се Лянь был очень обеспокоен за друга и сам был уже на грани того чтобы заплакать. —Цин... — Се Лянь— перебил Ветерок, и улыбнулся ещё раз. А потом Ши Цинсюань упал в обморок, а на следующий день его уже хоронили в том самом месте где он пролил вино. Се Лянь чувствовал себя скверно, ведь он пытался сделать всё чтобы друг. Его Высочество попросил Хуа Чэна найти лучшего лекаря и Непревзойденный нашел даже трех, но ни один не смог помочь. Наследный принц промучался всю ночь в палате, Се Лянь передовал духовные силы удерживая Ши Цинсюаня в мире живых. Но не смотря на все старания повелитель Ветра всё же скончался от остановки сердца. На его похоронах присутствовал Се Лянь, Пей Мин, Фэн Синь, Му Цин и даже Линвень, но там был ещё и Хуа Чэн с Хэ Сюанем. Они стояли дальше всех, перед ними стояли Фэн Синь и Му Цин. Самыми первыми были более близкие люди в жизни Цинсюаня, те кто о нем заботился когда того требовали обстоятельства. Глаза Пей Мина блестели от слёз, но он не проронил ни одной. Линвень тихо раняла слёзы не стесняясь быть замеченной, а Се Лянь сидел перед надгробием на коленях и не мог остановить поток стекающих слёз. Его Высочества потерял друга, хорошего и замечательного друга. Все уже разошлись, но Се Лянь так и остался сидеть у надгробия, Хуа Чэн терпеливо ждал и не знал как себя вести в такой ситуации. Хэ Сюань же молча подошёл к надгробию и сел рядом с принцом, тот даже головы не повернул и продолжил сотрясаться в рыданьях. Хэ Сюань так же молча положил свою руку ему на плечо и сказал — Ваше Высочество, вашей вины нет. Это я его сгубил, всё из-за меня. Прошу вас, вините во всём меня.— Черновод будто пытался уговорить принца, надеясь что тот разозлился и убьёт его, но тот лишь поднял на него взгляд такой же печальный как и у Ши Цинсюаня вчера. Подавшись не понятному порыву Се Лянь обнял виновника и тихо проронил: — Он любил тебя. — Знаю. Я тоже— так же тихо ответил Хэ Сюань. Хуа Чэн стоявший рядом напрягся при слове «любил» и хотел уже было высказать в сети духовного общения, что он о нем думает, но резко передумал, когда увидел как жёлтые глаза Хэ Сюаня предательски блестят. Слёзы набирались в его жёлтых демонических глаза до тех пор пока не стали стекать неторопливыми дорожками по бледным щекам Черновода. Слёзы впитывались в ханьфу Его Высочества и в землю в которой покоится тело Повелителя Ветров. Просидев так до глубокой ночи Се Лянь уснул, Хуа Чэн осторожно забрал своего любимого и с помощью игральных костей переместился в дом блаженства. — Один. Снова. — подумал Черновод — Вовсе нет.— уверенно и спокойно заверил Хуа Чэн. — Что тебе надо? — подавляя ком в горле спросил Хэ Сюань.— поиздеваться пришёл? — Нет. — Тогда зачем? — Чтобы ты не был один. Я знаю, что ты в жизни боялся двух вещей: быть одним и смерти Повелителя Ветров. Жизнь никогда не была доброй, только бесконечно херовой. Поэтому и подкинула тебе два главных страха. Черновод кивнул. — Он вероятно жив… Где-то там. — Цинсюань не был другом для Хуа Чэна, но он был другом для Се Ляня поэтому Собиратель цветов надеялся, что повелитель ветра переродиться. — Что ты имеешь ввиду? — с надежой спросил Хэ Сюань. — Если он захочет, то возродиться демоном и сможет стать вторым умершим небожителем. — А кто был первый? —Я Хэ Сюань удивленно уставился на давнего друга. — Не смотри так, я не лгу. Собератель цветов подошёл ближе и раскрыл руки. — Иди уже сюда, А-Сюань. — Сам иди— буркнул в ответ Черновод — Эээх, ты как всегда— сказал Хуа Чэн обнимая Хэ Сюаня и целуя в макушку. — Ну всё не плачь. У тебя всё ещё есть я, А-Сюань. Мы с тобой уже как братья, так что не бойся того, что когда нибудь я тебя брошу. Этого не будет. — Хорошо, я люблю тебя. — Я тоже, Хэ-сюн, я тоже.— Хуа Чэн говорил тихо на ухо и аккуратно гладил его по спине.