Мечта

— Хён, — ярко улыбается парень показывая всему миру свои ямочки на щеках, — я люблю тебя! А мир смотрит на него пустыми глазами. Холод внутри этого взгляда бушует неимоверной силой, ещё немного и он вырвется наржу, заморозив вокруг себя абсолютно все. Рука ложится на рыжие волосы, слегка их тормоша. — И я тебя, лисенок, — тихо вздыхает Минхо и старается натянуть улыбку хотя бы на уголки губ. Получается паршиво. Ян чувствует пожар в груди, когда находится рядом с тем, кто так похож на кота. Он светится ярче солнца, когда глаза старшего смотрят только на него. И улыбается он шире чешира, когда тот говорит, что любит. Влюблен как ребёнок. Влюблен искренне и сильно. Чонин самый счастливый, с теплом под рёбрами, ласковыми руками, любящими глазами и милым смехом. Джисон любовался им только издалека, ведь знал, что сердце того мальчика занято старшим. Он никогда бы не осмелился признаться тому в чувствах, ведь знает, что будет отшит. И пусть он лучше будет мазохистом, чем тем, кого отвергли. И Хан только мечтал о счастье не своего рыжего лисенка. Вот только в один из дней Сони замечает блестящие глаза Чонина, ярко красные нос и щеки. Тот с такой скоростью пролетел мимо по коридору, что сам испугался. Непонимающе глядя по сторонам, замечает как из комнаты звукозаписи выходит подавленный Хо. — Вы поругались? — не думая выпалил Джисон, слегка щурясь. — М? — поднимает взгляд на белкоподобного и вздыхает, — мы расстались. — Что? — не верит своим ушам Джисон и не понимает: радоваться или грустить, беспокоиться, — почему? — Тут моя инициатива, не важно, Джисон, — чешет виновато затылок и уходит прочь. Ему бы самому переварить эту ситуацию. А Хан остаётся один в коридоре, прокручивая ситуацию в голове несколько сотен раз. Он действительно теряется в собственных чувствах. Не понимает, совсем не понимает, радоваться, что те расстались или же нет. В голове всплывают слезы Яна и парень тут же двигается в сторону, куда побежал младший. Чонин находится на лестечном переплёте, сидит на холодных ступеньках и тихо плачет. Железная тяжёлая дверь открывается и тот шугается, старается тут же стереть кошмар с лица. — Можешь этого не делать, — успокаивает его тёплый голос Хана, — я знаю ситуацию, тебе стоит выпустить свои эмоции. — Как быстро... Пошли слухи, — с заиканием выдыхает юноша и вновь закрывает лицо руками, закусывая нижнюю губу. — Нет, просто я мимо проходил, — сомневается, но все же кладёт руку на мягкие волосы и аккуратно массирует, — я... Мн.. Мх, — старается правильно подобрать слова, но в голове каша, — мне грустно от того, что твои чувства разбили, но... Думаю тебя сделает это сильнее. В твоей жизни ещё столько людей будет. Как плохих, так и хороших. Ты не должен проливать слезы из-за них. Даже если ты любил так, что космос позавидует размерам этих чувств. Нини, ты... Ты ведь знаешь, что заслуживаешь всего самого лучшего? Плечи Чонина дрожат от накатывающих ещё сильнее слез. Ему хочется кричать о том, как ему обидно и злобно, о том, что ему уже как две недели нагло врали о чувствах. Ведь они с Минхо договаривались, что обо всем будут говорить. Но его слова вновь пустили по ветру. На душе неимоверно паршиво. Лисьи глаза выглядывают и смотрят на Джисона, будто бы прямо в душу. Слишком проницательный взгляд младшего переворачивает все органы старшего внутри. — Заслуживаю? — хмыкает тот и щурится из-за того, что глаза щиплет от слез, — если эта боль следует за хорошим, то я никогда не хочу получать что-то хорошее. Это... Ужасно. Джисон, это мерзко. Мне больно. Мне очень больно. И Хан вновь теряется. Он не знает, что нужно сказать, сделать, чтобы Ян почувствовал себя легче. Тело движется вперёд мыслей, и вот, руки уже притягивают дрожащее тельце к себе, крепко прижимая. Младший шорахается, но не отодвигается, лишь обхватывает чужую талию и из него срываются все эмоции, что были внутри. Лестничная площадка погружается в громкий плачь вокалиста, а Джисон дарит поддержку и просто держит в руках этого беззащитного человечка. Потребовалось два часа перед тем, как Ян полностью успокоится от своей истерики, как полностью выплеснет всю обиду, что скопилась в груди. — Как ты? — тихо шепчет Хан, заглядывая в уставшие и опухшие глаза младшего. — Стало легче, спасибо, — слабо улыбается и вытерает остатки слез с щёк, — Ты сам как? Сидел тут со мной несколько часов. — Мне не сложно, Нини, мне важно твоё состояние, — аккуратно касается нижних век младшего, стирая проблески влажности, — я бы сидел с тобой и несколько дней, пока тебе не станет легче. Чонин тихо смеётся и тихо шепчет слова благодарности за заботу и терпение. И Хан сдерживает в себе всякое желание оставить поцелуи на этом лице и манящих губах. Но это будет неправильно, поэтому он просто улыбается в ответ. Чонин и Минхо замечают друг друга только во время работы, в остальное время стараются даже не пересекаться. Обоим нужно время, особенно Чонину, чтобы полностью отпустить и вернуться к хорошим взаимоотношениям. И если Минхо уже со всем справился и просто даёт младшему пережить расставание, то Яну помогает Джисон и иногда Феликс. Так и проходит два месяца после расставания. Ян полностью адаптировался к тому, что Ли не занимает в его жизни роль партнёра и что в жизни в принципе происходят расставания. Они оба поговорили об этом и пришли к решению остаться хорошими друзьями и коллегами. Теперь в команде не висело напряжение и неловкость при появлении двоих в одной комнате. А Хан радостно все так же наблюдал за рыжим лисенком, что вновь начал улыбаться ярче солнца. Это горело душу. — Хани, — зовёт Чонин на ушко сонного старшего, заставляя того тут же проснуться, — с добрым утром, Хани. — Господи, — закрывает ладонью ухо и недовольно смотрит на парня, — и тебе привет. Ты чего такой энергичный с утра пораньше? — Сегодня мой день рождения! — восклицает младший и дует губы. — О, — тянет Хан и задумывается, — с днем рождения, лис. Чонин щурится и хмыкает. Кидает краткое «спасибо» и уходит, оставляя старшего в замешательстве. — Я что-то не то сказал? — сам себе задаёт вопрос и протирает заспаные глаза. День проходит гладко и на удивление мирно - никто не заработал новые синяки на теле. Только вот Ян выглядел обиженным на Джисона. А тот совсем не понимал в чем причина. Утром поздравил, днем подарил подарок. Где же он прокололся? Даже у Феликса спросил, а то сам не понимает. Вечером на телефон приходит уведомление о трансляции с Чонином в честь его дня рождения. И кто Сони такой, чтобы не зайти? Улыбка не сходила с лица старшего до середины эфира, пока Ян не отказался открывать его ещё один, специально для стрима, подарок. Под рёбрами неприятно екнуло и Хан пошёл на место съёмок, дожидать когда стрим кончится и обговорить этот момент с младшим лично. Замечая как из комнаты выходит стафф, прошёл внутрь, где сидел Чонин за столом и читал комментарии на фансайне. — Почему ты не открыл мой подарок на стриме? Где я провинился? — подходит ближе и усаживается рядом. Откладывая телефон в сторону, лисьи глаза встречаются с чужими. Вновь будто смотрят в самую душу. — Хани, — обводит взглядом комнату и показывает пальцем, чтобы тот придвинулся ближе. Джисон послушно это делает и тут же ощущает мягкое касание к своей щеке. Сердце замирает, а дыхание спирает. Ему кажется, что это произошло не на самом деле. Вот только его пухлые щёчки обхватывают широкие ладони младшего и утягивают ближе, вовлекая в поцелуй. Целует осторожно и нежно, боясь спугнуть и ошибиться. И Хан падает в пропасть своих чувств. Где-то внутри разгорается пожар и тот отвечает на поцелуй. Он безумно долго об этом мечтал и вкус персика на чужих губах ему только снился. Старший обхватывает чужие запястья и тянется ближе, чтобы забрать все секунды этого момента себе. Чувствует чужую улыбку и улыбается сам. Счастлив. Хан действительно счастлив. — Ты мне нравишься, Хани, — заключает чужие пальцы в свои, — и я бы хотел сделать своим главным подарком признание. Но ты слишком скромный, пришлось самому делать. — Я думал я тебе не нравлюсь, — отводит взгляд куда-то в пол, — я был рад тому, что ты улыбаешься. Я привык наблюдать. Поэтому сейчас кажется все сном. — Тогда я сделаю так, чтобы этот сон ещё долго не кончался, Хани, — тянется вперёд и оставляет ещё один поцелуй на родинке, — будешь ли ты со мной вместе? — Я мечтал об этом, — ярко улыбается старший и пересаживается на колени парня, обвивая шею руками и вовлекая в очередной поцелуй. Сладкий, со вкусом персика, и очень тёплый поцелуй. Мечта Джисона стала реальностью.