Тупая клятва Гарри

Я больше никогда не буду спасать! — вот та самая клятва, что отравляла каждый день существования Гарри Поттера. Начиналось всё, в общем-то неплохо: он спас Гермиону, его отругали преподаватели и магия закрепила клятву «никогда не спасать». Волан-де-Морт, узнав об этом, оставил его в покое, хотя, казалось бы, зачем спасать, если можно мстить за родителей? Но почему-то все разом решили, что Гарри Поттер больше не в игре, и оставили его в стороне от новой войны. К облегчению Гарри, в конце хорошие ребята победили, как он с запозданием узнал. Почему с запозданием? Потому что ему больше приходилось следить за тем, чтобы не нарушить условия клятвы, чем за исходом гражданской войны между магами. Если человек падает с лестницы, нужно постараться, чтобы подавить первый импульс поймать его. Так Гарри чуть не умер в первый раз, вовремя опомнившись и позволив Рону пересчитать нижние ступеньки. Благо, они уже почти спустились, и рыжий легко отделался. Дальше Гарри уже был более внимателен, и, когда его попросили открыть Тайную Комнату, с помощью змеиного языка, с сожалением отказался. Было безумно жаль Джинни, но он бы умер раньше, чем успел прошипеть «откройся», так что его вины тут точно не было. Отдельным испытанием стал первый матч по квиддичу в качестве ловца. Оказалось, что если поймать снитч в ситуации отставания по очкам, ты спасёшь игру, так что пришлось отдать победу Слизерину и с позором уйти из команды. Но самым ужасным было лето у Дурслей. «Покупая экологически чистые продукты, ты спасаешь Землю». По-настоящему жуткая фраза в его ситуации. Благо, покупками занимались Дурсли, а не он. Проблемой было убедить тётушку, что он больше не может спасать её растения от высыхания, дошло до того, что Гарри пришлось устроить истерику из-за нежелания так глупо умирать. Сработало, но относиться к нему после этого лучше не стали. Очень неприятным открытием стало то, что ему нельзя спасать даже ситуацию, о чём недвусмысленно предупредил вредноскоп, когда Гарри захотел помирить Рона и Гермиону. Пришлось молчать и смотреть, как его лучшие друзья кричат друг на друга. Поняв, что дальше так жить нельзя, Гарри начал много читать про клятвы и всё, что с ними связано. Гермиона с удовольствием ему в этом помогла, составляя компанию в библиотеке долгими вечерами. Между тем ситуация начала становиться реально опасной. У Гарри заболел зуб. Пришлось выдёргивать, хотя он вполне мог его спасти. Вернее не мог, из-за клятвы. В целом, это было самым ужасным временем в его жизни. Да Гарри бы с удовольствием лично пошёл воевать с Волан-де-Мортом, который уже третий раз воскресает, лишь бы больше не быть связанным такими жёсткими ограничениями. И способ нашёлся. Достаточно неприятный, ведь нужно было провести ритуал и выплатить откуп Магии, лишившись части своего дара. Но Гарри был готов к этому. Всё что угодно, лишь бы больше не думать на каждом шагу, а не спасает ли он что-то прямо сейчас. Проигнорировав сходящий с ума вредноскоп, парень решил рискнуть. Ритуал прошёл почти так как надо: он освободился от клятвы, но почему-то оказался на вокзале Кинг-Кросс. Совсем пустой вокзал с узнаваемой платформой девять и три четверти. Единственное, что отличалось, это окровавленный уродливый младенец, брошенный под одной из скамеек, да обратившаяся к нему женщина: — А вот и ты, Гарри. — М-мама? — шокированно произнёс он, глядя на живую Лили Поттер. — Погодите-ка… Я что умер? — К сожалению, да, — грустно произнесла женщина. — Ты нарушил клятву. — Не может быть! — Может. Что ты делал в последние минуты жизни? — Пытался избавиться от клятвы. — То есть спасал себя от неё? Гарри замер в осознании. Оказывается, из его ситуации не было никакого выхода, а клятва сковывала куда сильнее, чем он думал. Обсудив с мамой кусок души Волан-де-Морта под скамейкой и то, почему его посмертный опыт выглядит вот так, Гарри огляделся. Тихое место, знакомый пейзаж, больше никаких дурацких клятв… А здесь не так уж и плохо.