Не могу без тебя

И похуй то, что завтра нам с тобой хреново будет

В комнате, наполненной запахом вишневых сигарет, в углу сидел парень. Он сидел, уткнувшись лицом в колени. В комнате было душно и темно, словно она медленно превращалась в парилку. Не хватало воздуха. Сначала по его внешнему виду нельзя было сказать, что с ним что-то не так. Волосы, как обычно, были спутаны. Но если бы в комнату проник хоть малейший луч света, стало бы заметно, что они не только спутаны, но и грязные, словно ими мыли пол. Лицо было бледным и худым, под глазами залегли тёмные круги. На шее виднелись красные пятна, которые, казалось, были расчесаны до крови. Руки и ноги были тонкими, как прутики, и покрыты порезами и шрамами от них. Парень открыл рот, положил туда таблетку и сглотнул слюну в надежде, что таблетка не застрянет в горле. Сил не было ни на что. А когда он ел в последний раз? Он и сам не может точно сказать. Помнит только, что это был кусок торта на празднике. Лучший праздник в жизни Кира. Конечно, ведь это было день рождения Серёжи. Серёжи, самого лучшего с темно-зелёными глазами мальчика с очаровательными чёрными волосами, похожими на спелую черемуху или ежевику. Сейчас этот самый лучший мальчик больше не с ним. Это уже не тот светлый и жизнерадостный юноша, который улыбался при виде каждой мелочи. Который таял от прикосновений и поцелуев в щёку, как лёд на солнце. Который говорил, как сильно любит, и бежал встречать Кира после очередных посиделок с друзьями. Сережа редко ходил с ним на такие встречи. Не хотел навязываться, да и в компаниях больших ему некомфортно, ему комфортно только в компании себя и Кира, и больше ему никто не нужен. Но Кир никогда не обижался, потому что доверял Серёже и не просил его о большем. Зачем ему это? В их отношениях всё было хорошо, они не жаловались и не ссорились. А если и возникали какие-то недопонимания, то они сразу же их обсуждали и находили решение. Они делали всё вместе: любили, спали, гуляли. Однако решение расстаться они приняли не вместе. Это решение было только за Серёжей.

flashback

— Кир, нам нужно расстаться, — без всяких колебаний произносит черноволосый. Он стоял за спиной Кира, который уже хотел запустить катку в «Доте». — Что? Почему? — спросил Кир, и от этих вопросов у него закружилась голова. — Я полюбил другого человека. Не ищи меня и не пиши мне больше, так будет лучше для нас обоих. Кир ничего не понимал. Он смотрел на Серёжу, словно ждал, что тот скажет: «Это была шутка». Но Серёжа просто молча ушёл. Он просто, блять, развернулся и ушёл, как будто между ними ничего не было, как будто все эти восемь месяцев они просто дружили или, что ещё хуже, не знали друг друга, словно незнакомцы. Но, к несчастью, они знали друг друга очень хорошо, от и до. Они знали все родинки и шрамы друг друга. Знали, что кто любит, а что ненавидит. А сейчас он говорит: «Я нашёл другого». Это так больно! Кир бы упал в ноги, молил остаться и всё разъяснить. Но его будто приклеили к этому чертовому полу. Он лишь смотрел вслед уходящему парню. — Сереж. Я люблю тебя, — произносит Кир с явной надеждой. Но тот даже не смотрит на него.

end of the flashback

Кир тянется к своему разъебанному телефону, и его пальцы привычно набирают знакомый пароль. Странно использовать в качестве пароля дату рождения любимого человека. Разве это нормально? И почему уже второй месяц он не меняет свой пароль? Потому что любит и надеется. Кир с трудом сглатывает и указывает пальцем на номер, который постоянно всплывает в его мыслях. Он нажимает на кнопку звонка и ставит телефон на громкую связь. Ему хочется услышать голос того человека, несмотря на его просьбу не делать этого. Он не справиться без него. Сколько же таблеток он уже принял, чтобы видеть в своих галлюцинациях образ этого человека? Много. Его даже, к сожалению, откачивали. Но он все равно нажирался. Пока Кир размышлял, его размышления прервал голос автоответчика. Он даже вздрогнул от неожиданности и не сразу понял, что это было. «Извините, набранный номер не существует. Sorry, the dialed number does not exist». Кир мычит громко, и телефон, лежавший рядом, оказывается в его руках. Телефон летит в стену. На этот раз мобильник, который уже еле работал, окончательно вышел из строя. Он больше не включается и уже никогда не включится. Рука машинально тянется к излюбленному лезвию. Он рассматривает его. Крутит в руках, как и игрушку. И думает, когда это все кончится. Он слишком слаб, чтобы умереть вот так, с лезвием в руке. Боится. Думает о Сереже, будет ли тому плохо?

И, знаешь, правда то, что жизнь порой стрижет как бритва.

Кир помнит, как в начале их отношений Сережа пытался убедить его, что причинение вреда себе — это не выход. Самоповреждение было для Кира привычным делом. Но когда Кир осознал, что Сережа действительно беспокоится о нём и заботится, он и тот начал идти к своей цели: перестать терзать себя и наконец-то уже переставать делать необдуманные поступки.

Ты, главное, держись там, не вздумай больше вскрыться.

Проклятый не мог так просто отпустить Сережу. Тяжело и больно. Он уже знает, как зовут нового ухажера своего мальчика любимого — Максим. Знает, что теперь Серёжа целует Максима туда, куда и целовал Кира. Обнимает так же крепко. Ужинают и завтракают они вместе. Вместе в доту рубятся. Вместе по магазинам ходят, делая глупые фотки, которые они делали с Киром раньше. Сука! У Серёжи появились новые фотографии с Максимом, а у Кира — новые порезы. Серёжа давно живёт новой жизнью, а Кир пытается всё вернуть и живёт с постоянными мыслями о Серёже. У Кира старый номер, а Серёжа уже раз десять, а то больше, поменял. Сережа счастлив, Кир — нет. И Кир даже нашел, где они живут. Приезжал, угрожал, набрасывался с кулаками на Максима. А потом сам же Максим просил Сережу забрать заявление. Максим не писал его, а Сережа зачем-то полез.

У тебя там неплохие подвязки с этим лохом Все на серьезных, походу мода

В глубине души Максим понимает парня. Но прошло столько времени. Почему бы просто уже не отпустить? И пока очередная угроза сыпется в адрес Максима, Сергей пытается защитить своего возлюбленного от навязчивого бывшего парня, который не даёт им спокойно жить. И пока Серёжа строит планы на Максима и их совместное будущее. Кир же пытается разрушить планы и вернуть Сережу.

Ты хочешь построить любовь, а я сломать ему палец.

Пока Кир делает надрез на и так уже неживом месте и упирается головой об шкаф, мыча от боли, перед ним словно Сережа. Такой, падла, красивый и родной. Он своими холодными руками касается щек Кира, и тот смотрит прям в душу. Ему хочется, безумно хочется обнять своего Акуму. Но не может даже пошевелиться. Он уверен, боль пройдет, а с ней и Сережа. Кир хочет опять сделать уже новые порезы, как вдруг голос его останавливает. — Хватит руки калечить. Ты же хочешь, чтобы я приходил еще к тебе почаще? — Сережа кивок видит и продолжает, — Лучше снюхай дорожку, и я буду всегда рядом. А что остается Киру? Правильно. Потянуться к ящику, который стоял возле шкафа, и достать белый и заветный порошок. В отношениях Кир никогда не употреблял подобного. Не курил траву, хотя ему предлагали. И Сережа гордился своим мальчиком. До безумия гордился. Кир делает дорожку, наклоняется ближе, закрыв одну ноздрю, и вдыхает белый порошок, откидывается назад и голову закидывает. Хочет опять Сереженьку видеть. Но, к сожалению, слышит только голос. Или даже голоса. Он запомнил этот голос надолго. Максим, блядь такая. — Посмотри, что ты с ним наделал, — голос невыносимо противный, так еще и близко так, словно ему в ухо говорят. Перед глазами белый свет, и он думает, что уже умер. Или умирает. — Хули встал, вызывай скорую, — кричит парнишка, на корточки присаживается и легонько бьет Кира по щекам. — Кир! Кир! Ты меня слышишь? — треплет того по плечу. А Кира опять плавит, ему всё это кажется? Эти касание же он сам себе внушил, правда же? В комнату скорая врывается, которую вызвал Максим, он Серёжу оттаскивает от тела и к себе прижимает, целуя в макушку. Медики без всяких вопросов парня забирают и даже ничего не говорят. Ну и не нужно. Сережа опять будет сидеть на валерьянке. Чертов Кир. Сука!

И все как ты хотел Только ты по любви, а он под белым

***

Парнишка со сплитом проснется в больнице. С невыносимой болью в голове он не до конца понимает, что он тут делает и как оказался. Ему лишь медсестра добренькая скажет, что спасли, его откачивали снова и что Кир опять всю больницу на уши поставил. А тот будет лишь недоуменно смотреть по сторонам. Когда же он спросит: «А кто же спас?», ему только плечами пожмут в ответ. Но Кир уверен, что это всё его заслуга, всё благодаря ему, Сереже.