Магистр. Заметки на полях 4

Поехавший Темный Заклинатель: Эту шпильку я забрал с Луанцзан!.. Ею я, во имя Старейшины Илина, убиваю всех своих жертв!.. Заклинатели: Вэй Усянь вредит людям даже после своей смерти. Цзян Чэн: У Вэй Усяня не было шпильки. Поехавший Темный: А это что? Цзян Чэн: Понятия не имею. Но не его шпилька. Глава Яо: Глава Цзян, но как же так? Цзян Чэн: Да мы для меня-то живого мужчину родича для гуань ли полгода искали! А у Вэй Усяня никого не было, и я вышел на одного старейшину, но этот поганец умотал на Луанцзан с Вэнями!.. Все: … Глава Яо: То есть мы воевали против того, кому даже шпильку в волосы не вставили. Цзян Чэн: Ага. Так что не было у Вэй Усяня шпильки. И чьей шпилькой ты убивал? Темный заклинатель: Не знаю. Не Хуайсан: По форме — цзиньская. Значит, и убивали вы во имя какого-то Цзиня. Все: /Смотрят на Цзинь Гуаньшаня/ Цзинь Гуаньшань: Я выясню. Цзян Чэн: В общем, позор тебе. Элементарного о кумире не знал. Поехавший Темный: Но умру я во имя него! Поехавший Темный: /вонзает шпильку в горло пять раз/ Глава Яо: Глава Цзян, а может… может, вы больше не будете рассказывать этим несчастным, каким на самом деле был Вэй Усянь? Мы ж ни одного заклинателя схватить не можем — после ваших откровений все на себя руки накладывают! Цзян Чэн: А я виноват, что они не в курсе, кому поклоняются? И с чего все решили, что Вэй Усянь был опасным и ужасным, если он был разгильдяем, мотом, пьяницей и балбесом. Глава Яо: Но опасным и ужасным он от этого быть не перестал. Цзян Чэн: /очень тяжёлый вздох/ . Вэй Усянь: И сколько темных заклинателей ты убил, пока я был мертв? Цзян Чэн: Знаешь… чаще они накладывали на себя руки, когда я про тебя немного рассказывал. Вэй Усянь: … Вэй Усянь: Да я даже не удивлен. Глава Яо: Оскорблены? Вэй Усянь: С чего это? Я ж себя знаю. И глава Цзян меня знает. И лжи не скажет. Глава Яо под нос: Ну а чего я хотел? Они ж росли вместе