Мафия и черный кот

— Привет~ ты чего такая хмурая, (Твое имя)? — Монстр за спиной певуче протягивает твоё имя, нагло навалившись и панибратски обнимая за плечо, свою самодовольную моську устраивая на твоём плече. — Ну, (Твое имя)~ ты обиделась? — Киллер тычет тебя пальцем в щеку и, ты прям чувствуешь, расплывшись в хитрый улыбке, дует тебе в ухо, заставив вздрогнуть и резко отпрянуть. Недалеко, однако, из-за цепкой хватки скелета. — Ты заебал. Сколько еще ты будешь вести себя так? И почему босс до сих пор держит твою идиотскую тушу в семье... — Вздыхаешь, быстро унимая злость, с новой силой полыхнувшую в душе, стоит только увидеть лицо парня. Угораздило же очароваться этой наглой кошачьей мордой. — Упс, я что-то пропустил? — Монстр делает круглые глаза и наивно моргает, да так не наигранно, что если бы ты его не знала и не видела чертей в темных провалах глазниц, то поверила б в этот спектакль одного актёра. — Ты. Все. Проебал! — Рычишь и тут же задыхаешься в возмущении, когда скелет легонько бьёт ладонью по губам и склоняется ниже, уперевшись в бедро рукой, звякнув кольцом семьи на пальце о застежку кобуры. — Тише, детка, ты же знаешь, я всегда делаю то, что от меня требуется. — Киллер прижимает назад чёрные уши, а лоснящийся хвост оплетает твою ногу за бедро, не позволяя отступить, несмотря на бушующую в душе смесь ярости, унижения и обиды, которую монстр откровенно читает в твоих глазах, снисходительно улыбаясь. — Ты стала слишком часто материться, тебе не идёт. — Кот дергает ушами, а когтистый большой палец проводит под твоей губой, немного сминая и щурясь от этого. — Вот так, теперь помада в порядке~ — Киллер выпрямляется и ведёт хвостом по твоей руке, прежде, чем поднять его рядом с собой в игривой волне, показывая тебе палец с помадой. И только ты хотела отвернуться, как скелет муркает удивленно, глядя на ладонь, где отпечатались твои губы и, кося на тебя лукавый взгляд, парень целует собственные пальцы, с наслаждением наблюдая как ты заливаешься краской. Едва ли не закипаешь от смущения и стыда того, что от этого в животе моментально скрутило тугим канатом желание получить настоящий поцелуй, и ты закусила губу прежде, чем осознала этот жест. — Идиот... — Резко отворачиваешься, прикладывая тыльную сторону ладони к горящим щекам в стремлении их остудить пока за спиной слышишь весёлый звонкий смех. И напополам с обидой за него в животе поймают бабочки от радости слышать, как этот монстр искренне смеётся, что бывает так редко... Украдкой обернувшись, чтобы взглянуть на его улыбку, ты получаешь цепкий взгляд единственного белого огонька, который пропадает, стоит монстру подмигнуть тебе. ᅠ Что уж говорить, свою работу Киллер и правда выполнял прекрасно, да только совершенно не по плану и если обычно босс закрывал на это глаза, то сегодня отчего-то был совершенно не в духе. Особенно на этот счет. Все твои попытки оправдаться были оборваны испепеляющим взглядом, так что теперь ты стоишь тихо, опустив голову, проклиная все, на чем свет стоит. День, когда пришла в семью, момент, когда принесла отчёт о миссии и Киллера, который нагло спихнул это на тебя, умотав в бар к своим шлюхам... Щупальце Найтмера вздрагивает, и он долго затягивается сигарой, молча глядя на тебя, пока ты и взгляд то поднимать не хочешь. — Когда приходишь ко мне, держи свои сопливые эмоции относительно Киллера в узде, поняла, (Твое имя)? Бесишь. Поэтому я не люблю женщин в нашем деле. Вспоминай какой он мудак и приноси мне эмоции повкуснее, иначе буду вынужден сам их выбить, чтобы перебить этот отвратительный вкус... — Дергаешься, отпрянув, когда чёрные щупальца касаются щиколотки, заставляя тихо пискнуть от отвращения. Но Найтмер лишь резко хватает другим за запястье, дернув тебя к себе на стол, заставляя смотреть в глаза. — Поверь мне, я мелочиться не стану, если продолжишь фонить. — Ого~ босс, развлекаетесь с (Твое имечко)? — Киллер заглядывает в кабинет, проходя без разрешения внутрь и совершенно не обращает внимания на злобный взгляд Найтмера. — Будете так её дёргать, она начнёт мазать по целям на заданиях, людишки такие хрупкие~ — Скелет обхватывает твою руку за запястье, вытягивая из хватки вектора и встаёт перед тобой, отпихнув за свою спину. — Я к вам по важному делу. Вот-с. — На стол приземляется как-то вещица, которую увидеть ты не успеваешь, но все внимание Найтмера живо сосредоточено на ней и все, что вы получаете в ответ это короткое и грубое. — Пошли вон. Живо. Киллер не собирается медлить, цепляя тебя за запястье вновь и уводя из кабинета босса, пока ты с силой сцепляешь зубы, силясь не зашипеть от боли. — Да отпусти уже, Кил-лер... — Не успеваешь возмутиться, как парень за эту же руку разворачивает тебя спиной к стене, прижимая всем телом, ногой вклиниваясь между бедер, вызывая неуместный тягучий жар в животе. Он на секунду перебивает страх, осевший на языке от мрачного лица Киллера, нависшего над тобой. — Ты столько уже работаешь и никак блять не запомнишь, что нужно засунуть куда подальше весь позитив прежде, чем идти к боссу? — Скелет рычит, прижав тёмные уши назад, а хвост распушился, плетью рассекая воздух за его спиной, пока душа крутится словно волчок яростной мишенью. Мишенью, что сама бьёт наотмашь по цели в виде тебя. — Делай что хочешь: видео про котиков грустные смотри, семью свою вспоминай или руки режь, но не смей, (Твое имя), приходить к нему с хоть каплей позитива! — Больно! — Отворачиваешь голову, сцепив зубы и не желая смотреть в пылающие изнутри тёмные провалы глазниц Киллера, который все сильнее сжимает и без того покалеченное запястье. — Больно? — Скелет ослабляет хватку, пальцами скользнув по ссадинам на запястье, к ладони, которую почти щекочет прикосновением. — Больно тебе будет, когда он серьёзно возьмётся за тебя (Твое имя). Когда ты не сможешь даже кричать, устав от боли, которую представить себе не можешь – она далека от физической раны. — Киллер вздыхает глубоко и отходит от тебя, а душа его перестаёт крутиться как сумасшедшая, с каждой минутой замедляя ход. Парень все равно никуда не пускает тебя, перехватывая за другое запястье и утягивает дальше по коридору. — Куда ты меня снова волочешь? — В лазарет. — Мы как бы у моей комнаты сейчас были... — Нам* нельзя в твою комнату, (Твое имя). — Киллер оборачивается через плечо, ловя твоё недоумение, пока в его душе от этой наивности вновь вспыхивает острое желание обладать. Такое тяжелое и приходится отводить взгляд и жмуриться, унимая горячий давящий вихрь, осевший в тазу, а душу... Киллер подхватывает тебя на руки, прижимая к груди, касаясь тебя жизнью, которая вздрагивает и наконец полностью замирает, оставляя внутри желание близости, но прогоняя сжигающую все до тла жажду власти. Власти над тобой. ᅠ Тиканье часов на стене раздражает, эхом отражаясь от пустого почти кабинета. Док появлялся здесь только по необходимости, но помещение держалось в чистоте и педантичном порядке, если никто потом не хотел постфактум обнаружить слабительное в своём кофе. Копаешься в мини-холодильнике, ходя там охлаждающей пакет, краем мысли цепляя вопрос о том, зачем вообще Киллер пошёл сюда с тобой, ведь эту рану нужно лишь охладить. Но не тут-то было. Стоит лишь выпрямиться, спину обжигает мягкое тепло чужой души, а по телу бегут предательские мурашки близости монстра, прижавшегося к тебе. — Мне что действительно надо учить тебя, что стоит лучше следить за ранами? — Килл говорит непривычно тихо после недавних событий. Мурчит почти, ловя твою руку под локоть, а другой стягивает вниз темный рукав кофты, пропитавшейся каплями крови. — Что за акт самовредительства, (Твое имя)? Тебе мало было боли совсем недавно? — Монстр держит твою руку чуть повыше запястья, осторожно, но цепко. Давая понимание, что вырвать руку не получится, как и улизнуть из его объятий, нагло нарушающих твои границы. Он крутит немного руку, подставляя под свет капли крови, сочащиеся из порезов, потревоженных им и - то, что он ненавидит - Найтмером. Ему нравится, как блестит кровь, нравится смотреть на твои порезы, нравится до щекотливой дрожи в крестце факт того, что он может прямо сейчас причинить тебе боль, а после смешать её со сладостью. Но он ненавидит факт того, что кто-то другой пустил твою кровь первым. Кто-то другой утянул тебя к себе на стол, сбив сердце на аритмию. Ненавидит и злится от того, что не может убить этого кого-то. Сжимая до скрипа челюсти, он сам не замечает как большим пальцем смазывает каплю с пореза, на их месте проявляя бусинки новых. Это даёт ему глоток воздуха, и он делает это снова и снова, с каждым из других. И когда каждая рана оказывается в темно-алых росинках, оставленных им, вышедших из-под его пальцев, а его рука перепачкана в твоей крови, монстр останавливается. Чувствует, как напряжение твоя рука от боли, что он причиняет прикосновениями, чувствует и то, как ты невольно вжалась спиной в его грудь, то ли потирая его больному желанию близости, то ли в стремлении согреться от мурашек, что гусиной кожей покрыли руки и шею, в которую Киллер утыкается и горячо выдыхает. — Что это было?... Зачем? — Тихо спрашиваешь, чувствуя пугающую до тошноты смесь эмоций. Боль, страх перед непредсказуемым монстром, с которым ты осталась наедине. Монстром, в которого влюблена и от близости его горячей и мягкой души, чувствует неуемную дрожь собственной. Она оседает под ребра, скручиваясь там в тугой горячий шарик, подстегивая неоднозначные мысли и ощущения в ответ на каплю грубости, власть парня над тобой и ту осторожность, которую он проявляет вопреки всему. Подталкивая к мысли, что монстру ты не безразлична. Монстру, которого зовешь так в мыслях отнюдь не потому что он скелет. — Я ненавижу, когда тебя кто-то трогает. Когда причиняет боль кто-то... — Скелет потирается носом о шею, втягивая долго твой запах и шепчет ответ, касаясь зубами нежной кожи, которую без труда сможет прокусить в один момент. Хвост скользит между бедер, крепко обвиваясь вокруг одного из них, прижимаясь слишком тесно, окончательно разгоняя мысли, выбитые из русла словами монстра. — Кто-то кроме меня. — Когтистые пальцы второй руки сжимают одежду на твоём животе, царапая и оставляя там крутиться до боли раскаленный металлический шар, сбивающий сердце и душу на беспорядочный ритм от осознания слов и собственной реакции на это. — Больной садист... — Хахаха, о да, милая! Поэтому не зови меня больше в свою комнату и не вздумай прийти в мою. — Киллер резко отстраняется, взмахнув руками, словно сбрасывая с них ощущение прикосновений, но сжимает кулаки в стремлении сохранить твой жар на них. Ведь все же... это он распалил твое тело. Монстр косит на тебя лукавый взгляд, но ты видишь, что за привычной усмешкой он прячет что-то. Что-то мрачное, что заставляет ноги неметь и врастать в пол, но... ты не хочешь бесконечно бояться его. Ты уже в этом болоте. В болоте рядом с ним так почему не сделать ещё шаг ближе? И ты его делаешь, впервые сама нарушая личные границы Киллера, удивленно дернувшего ушами, когда ты схватила его за руку, утягивая на кушетку. — Воу, ты решила вот так сразу, не доходя до спальни? — Скелет улыбается, привычно бросаясь пошлостями, но внутри него взводится пружина хищника от твоих действий. Желание проверить насколько далеко он может зайти в своей больной жажде причинять тебе боль, смазывая её после чем-то приятным для тебя. Желание, которое он только что старательно в себе пытался подавить, не желая оттолкнуть тебя от себя дальше, чем он это и без того периодически делал. Желание, на которое ты самовольно только что дала ему позволение. Киллер смотрит на антисептик, мазь и бинты, которые сам бросил здесь прежде, чем потерять голову и налететь на тебя со спины. Смотрит на руку, которую ты протягиваешь ему, отводя взгляд, ведь вы оба все прекрасно понимаете. Знаете, что понимает каждый из вас. Он только что добился твоего возбуждения. И он знает, что ты испытываешь к нему не только желание, спровоцированное близостью. И ты понимаешь, что он не дурак и видит все. — Похоже, ты решила предложить мне нечто более сладкое, чем просто секс... — Киллер неприкрыто мурчит по-кошачьи, но его голос не звучит обыденно-игриво, выдавая серьёзность того, что сейчас происходит. Ни капли не шутка. Первый твой шаг на встречу не просто к дураку, что вечно разбрасывается шутками, а к монстру с его нездоровыми маниями. Киллер ждет, что после этих слов ты передумаешь. Уйдешь и несколько дней будешь сторониться его, а после все вернётся на круги своя. Шуточки, нарушение личных границ, твоя ругань и... тщательная борьба с собой, несущая очередную смерть проститутке в ближайшем кабаке. Потому что поверила в себя, услышав плату. Потому что она – не ты. А ты так и сидишь напротив, даже когда Киллер придвигается ближе. Берет твою руку в свою, совершенно не обращая внимания на лекарства. Даже когда он проводит по порезам рукой прежде, чем поднять твой рукав ещё выше, глядя на то, как на твои глаза наворачиваются слезы. Его дыхание с каждой секундой сбивается все сильней, пока он подносит твою руку к своему лицу. Целует пальцы, вместе с тем своими надавливая на раны, выжимая из них кровь, разрывая едва переставшие кровоточить места под твое болезненное скуление и всхлип. Он чувствует дрожь в твоей руке, понимает, что ты дрожишь всем телом и подставляет руку под твои же слезы, заставляя зашипеть от жжения. Хмурится недовольно. — Прости. Это мне не понравилось. — Выдыхает сбито, хвостом оплетая за локоть, но тут же уползая им в другую твою ладонь, позволяя растрепать идеально гладкую шерсть. — Если сделаешь мне больно – я за себя не ручаюсь. — Предупреждает, но в словах не слышится угрозы и все, что ты делаешь это треплешь мягкий хвост сбито дыша и жмурясь от боли. Боли, что практически стихает, когда неожиданно к порезам прикладывается горячий язык из эктоплазмы. Он нежный и гладкий, а магия в нем словно пускает странную дрожь по самому кровотоку, заставляя твою душу мелко затрястись, а ногу тесно сжать вместе, когда Киллер словно принимается зализывать твои раны. Он прижимает тебя собой к стене, и ты ощущаешь жар его души так близко к своей, что не в силах сдержать тихого стона, привлекающего внимание монстра к тебе. Он усмехается и тут же прикусывает твоё запястье, до боли сдавливая зубами, заставляя кровь сочиться и сбегать прямо на его язык, пока ты быстро-быстро дышишь в стремлении смягчить боль. Жмуришься и ждёшь, когда он перестанет и на смену ей снова придёт нечто приятное. Киллер разжимает челюсть и в каждый порез вклинивается кончиком языка, заставляя тебя дернуться и вскрикнуть, оказываясь совсем зажатой у стены. Парень сидит на тебе сверху, коленом прижимаясь между ножек, надавливая, перебивая колючие мурашки боли волной неоднозначного жара и сам рычит, сдерживаясь от того, чтобы не разорвать языком или зубами порезы. Он лишь раскрывает каждый чуть сильнее, обновляя их, собирая на язык твою кровь и чувствуя, как все внутри него дрожит и жжется от желания наконец сорваться с цепи и сделать все, что он желал. Все, что он так давно видел перед закрытыми глазами, каждую ночь, стоило лишь лечь в постель и вспомнить твой образ, который он тщетно отгонял, боясь сорваться. Отгонял, понимая, что от привычной мысли "поиграться и убить" душа горит адовым пламенем, едва ли не плавя кости своим жаром несогласия, зля монстра до трясучки и зубовного скрежета с которым он беспричинно шёл убивать. До тех пор, пока в один вечер его больная душа не дрогнула, меняя форму, стоило лишь во сне явиться той картинке, тем событиям и следующим за ними чувствам, являя то, чего он оказывается желал на самом деле. — Тебя. — Рычит Киллер, прижимая за шею к стене и заставляя распахнуть испуганно глаза. Он усмехается и мурчит, показывая свой язык и клыки, перепачканные твоей кровью. Приближается теснее, пока ты дрожащий рукой сжимаешь его хвост, не чувствуя почти вторую, где лишь ледяные пальцы напоминают, что она на месте. — Ты все ещё хочешь поцелуй, детка? — Монстр сардонически усмехается, сминая пальцами твои губы, совершенно не ожидая такой реакции. Ты отводишь взгляд, но не в отвращении или страхе. Смущена, пристыжена и испугана отнюдь не им или кровью. — (Твое имя)? — Киллер поднимает твоё личико за подборок, заставляя смотреть в его глаза, где сейчас неугасаемой звездой восторга горит один безумный белый огонек. Он в шоке и восхищении смотрит как ты стыдливо поджимаешь и кусаешь губы, глядя на него самого с мольбой не смеяться над твоей очевидной влюблённостью, чувствуя себя сейчас бесконечно глупо от того, что тебя так легко прочитать и... специально не сдерживаешь порыв нервно облизнуть губы, без слов давая ответ. — Да ты... такая же больная, как и я, малышка... — Киллер, шало улыбнувшись, порывисто склоняется к твоим губам, шепча в них слова, что мурчащим выдохом рвутся из груди от восхищения, залившего его душу. Душу, что окончательно растекается формой души монстра прежде, чем он припадает к твоим губам в грубом поцелуе со вкусом крови. Крови, что бежит и из твоих прокушенных губ, которые он непременно залижет, сбивая боль на удовольствие, которое жаром скрутило ваши души от близости, когда его вновь оказалась прижата к твоей груди, ощущая не только их мягкость, но и податливый трепет твоей души за грудной клеткой. Рождая нетерпеливое рычание в его...