Моему Лунатику

Я ломал стекло, как шоколад в руке Я резал эти пальцы за то, что они Не могут прикоснуться к тебе Я смотрел в эти лица и не мог им простить Того, что у них нет тебя и они могут жить

Лунатик, За стенами, которыми ты себя окружил, за крепостями, которые ты воздвиг, в чаще непроходимого леса, куда ты загнал самого себя, пытаясь изолироваться… было ли там, среди исполосованных сосен, место для меня? Все, что мне нужно было, это место рядом с тобой. Я думал, блять, неужели я много прошу? Теперь ясно, что да. Много. Твоя душа не для всех, правда, Лунатик? Блять. Пишу так, будто ненавистные слезы не мешают мне различать кривые буквы, которые я пытаюсь вывести на листке. Будто это не я не выходил из дома последние две недели, не ел и почти не дышал. Будто не переписываю это письмо в седьмой раз. Будто в этом ебаном письме есть хоть какой-то смысл. И все же, знаешь что, Лунатик? Ты гребанный эгоист. Единственное, что останавливает меня сейчас от того, чтобы висящее на стене для брутальности ружьё сделать чеховским, это ты, который, я уверен, хотел бы чтобы я жил. И я отказываюсь верить, что ты не думал так же про меня, Джеймса, Лили и остальных. Ты устал от боли и решил, что этого достаточно? Достаточно, чтобы убить себя? Блять, нет! Нет, ты не имел на это права, Лунатик. Ты не имел никакого права поступать так со мной. Я больше никогда не поговорю с тобой. Не услышу родной твой голос, хриплый смех, традиционное ворчание из-за «грубейшей грамматической ошибки». Ты никогда больше не примешься учить меня жизни и строить из себя ебаного гения, коим ты на самом деле являешься. являлся. Никогда больше ты не смутишься от того, что я заглядываю тебе в глаза. Неужели я не заслуживаю тебя, Лунатик? Неужели я не заслуживаю тебя живым? Если бы я только знал если бы я только знал если бы я только успел вовремя все могло бы быть иначе ты бы вновь сидел рядом со мной неловко сжимая краешек рубашки и дышал дышал дышал и сердце билось бы в твоей груди перегоняя кровь по венам я был бы самым счастливым человеком на свете Прошло две недели, а я уже забыл, какова жизнь без всепоглощающего чувства ненависти. Я сижу в изоляции; сомневаюсь, что смогу быть еще чем-либо полезен для общества. Не знаю, зачем, с какой целью продолжаю поддерживать в себе жизнь. Зачем она мне, когда в ней нет тебя? Зачем жизнь мне, убившему единственного человека, который меня по-настоящему любил? Ты мне скажи. Скажи, лунатик, скажи еще раз, что я должен быть сильным, что я должен бороться, поклянись, что ты всегда-всегда будешь рядом со мной Прошу, прости меня Прости, Римус Прости, что не смог любить тебя как следовало

Но я хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой Я так хочу быть с тобой Я хочу быть с тобой, и я буду с тобой