Прикосновения

"Я" — под тиктоком с бешеной собакой. "Ты" — под тиктоком с нелепым котенком, извазюкавшемся в сливках. ЕНТП стоит в пробке и скидывает ИНФП все видео, которые ему попадаются. Она стоит в той же пробке и смотрит все, что он присылает. Оба сидят на пассажирских сидениях и прячут глупые лыбы за воротниками курток. [ЕНТП] Мне из-за тебя попадаются тиктоки с феями и коттеджкором

[ИНФП]

Поплачь

[ЕНТП] Не умею ЕНТП слышит отголоски негодования Стратега, тот снова ругается на радио. Особенно громко — в надежде, что Полемист его поддержит. Но ЕНТП не отвлекается от телефона и выискивает для ИНФП очередного уморительного представителя нижнего Интернета. Тренер отвлекается от дороги, чтобы оглядеть своих спутников. Он смотрит на Посредницу, но стесняется ту тревожить. Его беспокоит, что Активист сидит на заднем сиденье и не двигается. Кажется, он застрял не в пути на работу, а в пути на тот свет. ИНФП не обращает внимания — поглощена поисками милых эстетичных слайдшоу. ЕНТП вновь заступает на пост друга-задиры, ИНФП — возвращается к своему альтер эго ранимой плаксы. Теперь этим двоим снова тяжело не улыбаться во время серьезных снимков. Они вспоминают свои ночные переписки и дурацкие ролевые игры, которые затеяли вместо того, чтобы вовремя лечь спать. Синяки под глазами им замазывают Артистка с Защитницей, но улыбки стереть с лица у них не получается. — Ну, как там ваши чмоки-чмоки? — первым делом интересуется Делец, когда Полемист валится на пуфик после десятка снимков с Аналитиками и еще двадцатки индивидуальных. — Я тебе сейчас всеку, — ЕНТП устало трет лоб и усаживается поудобнее, проминая своим телом внушительное углубление. Удар в тумбу Дельцу бы как раз не помешал — тот снова пришел на работу со сломанным носом. ЕСТП ему улыбается. — Да ладно. Я шучу. Вижу, что все хорошо. Признаться честно — переживал! Уже думал, что эра Посремистов закончилась. — Посремисты? Что за ужас... — Я сам придумал! И Посрельцов тоже. На всякий случай. — Посрельцы? Это... — Ага, — ЕСТП кивает, — Посредник и Делец. Я прикинул, если у вас ничего не разрулится, то я руку помощи протяну. — Какой ты доброжелательный... — цедит сквозь зубы Полемист. — К твоему сведению, в Соционике мы с ней, — ЕСТП кивает куда-то в сторону, абсолютно мимо Посредницы. Походу, очередной сотряс или временная слепота, — куда популярнее тебя и неё. — Поздравляю. В Соционике ты и она — два мужика. — напоминает Полемист. — Поэтому и хайпа вокруг Соционики больше! — невесело отвечает ЕСТП. — Стань нашим героем — поцелуйся с каким-нибудь ЕСФЖ! Делец пропускает мимо ушей комментарий Аналитика и лукаво приспускает к носу очки. ЕНТП замечает у того лиловый фингал под правым глазом. — А ты знал, что у тебя глаз дергается, когда я говорю про меня и неё? — Так и поверил. — Посрельцы. Вот! Опять было! Полемист вздыхает и немедленно, но медленно покидает место, которое даже не успело нагреться под его телом, только бы не слушать Дельцовы бредни. И эти дурацкие каламбуры: Посремист и Посрелец. Ассоциация возникает единственная, но ЕНТП в туалет не хочет. Он добирается до Посредницы, по пути разминая спину, и слышит, как ЕСТП громко чмокает губами со своего места, имитируя поцелуи. — Что это с ним? — ИНФП кивает на ЕСТП. — Опять аллергия на что-то? — Хроническая тупость, обострение. — диагностирует ЕНТП. — Если напросится - c летальным исходом. ИНФП хмыкает, а Полемист решает отвести ее внимание от Дельца, пока тот не начал снимать с себя футболку и лапать собственную грудь. — Ты посмотри, какой довольный. — ЕНТП кивает в сторону Мемодела. — Клянусь, я видел, как он пританцовывает. И правда — тот с широкой лыбой пялится в свой планшет. Очевидно, уже нашел им что-то подходящее и точно не по сюжету, где ЕНТП измывается над ИНФП. Посредница улыбается, но от Полемиста не утаивается её нервное выражение на лице. — Надеюсь на что-нибудь нейтральное... — неуверенно бормочет она. — Пока Защитница не притащила сюда кровать с шелковыми простынями, я тоже. — ЕНТП видит, как Посредница смотрит на него, и выдыхает носом. — Да-да, я опять за свое. Не верю я в его... — он щелкает пальцами, мысленно подбирая нужное слово: — благоразумие! С этими охватами у него крыша едет. — Мне приятно быть полезной, — пожимает плечами коллега. ЕНТП на нее зыркает, но к его взгляду не успевает подмешаться недовольство. Он смотрит на нее с легким недоверием, будто она только что сказала, что знает, как разминировать бомбу в случае чего. — Ты не жалеешь, что осталась? — вдруг спрашивает он. — Нет. Ты был прав насчет коллектива. Я бы не смогла так просто расстаться с Защитницей, Артисткой, Консулом и... — она замолкает. — Остальными. — Да. Остальными. Почему ты спрашиваешь? Полемист выдыхает, упирает руки в бока и опять смотрит на Мемодела. — Я думаю, надолго ли хватит меня самого. Каждый день мы делаем одно и то же. Мне нужно что-то новое, что-то... интересное. ИНФП замирает с таким видом, будто предельно тщательно обдумывает свой ответ. — Ну... Босс пытался предложить кое-что новое... — Ты опять его защищаешь. — недовольно качает головой Полемист. — Нет-нет! Я... Я... — ИНФП трет затылок. Не хочется, чтобы их разговор на улице сейчас потерял значимость. — Мне кажется, его идеи тебе все равно не понравятся. — Ты права. Поэтому я хочу предложить свою. — ЕНТП с готовностью хрустит пальцами и с улыбкой встречает вопросительный взгляд коллеги. — Я хочу сменить нашу платформу. Глаза ИНФП округляются до размеров глобуса. — Он не согласится. — тут же отвечает она. — Если предложу я — нет. Но если мне поможешь ты... — он дергает бровью, смотря Интуитке прямо в глаза. Та тушуется, будто ей предлагают поучаствовать в чем-то крайне нелегальном. — Ты собираешься мной воспользоваться? — Не тобой, — ЕНТП даже слегка удивляется такой формулировке. — Нашим контрастом. Ты будешь на его стороне, но преследовать ту же цель, что и я. Уверяю, тебе понравится. Ты в деле? — шепотом спрашивает ЕНТП, когда видит, что Мемодел направляется к ним. ИНФП не успевает все обдумать, а потому и ответить. Она натянуто лыбится подходящему с планшетом начальнику и слышит, как ЕНТП под нос бурчит: "ну что опять?". — Отличные новости, ребята! В интернете появился новый тренд! — Мемодел демонстрирует Интуитам картинку, которую собирается подстроить под них обоих. — Вау... — невпечатленно восторгается Аналитик, когда видит ее. — Как круто. Мемодел цокает языком, а потом поворачивает планшет к Посреднице, чтобы она получше разглядела изображение. Ей нравится только то, что здесь нет никакого стремного сюжета — ей не придется валяться в ногах у ЕНТП или целоваться с ним полуголой. — Тебя-то что не устраивает? — спрашивает начальник, когда не видит в глазах подчиненной желания поскорее встать под камеру. Такой вопрос ИНФП задевает — можно подумать, ей должно нравиться все! Ее негодование воздушно-капельным путем добирается до Полемиста, и он вступается: — А что ее должно устраивать в меме, которому сто лет в обед? Ты бы еще "УЗБАГОЙСЯ" решил нам показать! Мемодел выглядит удивленным, будто сам еще недавно хохотал с этого обгашенного лемура, а теперь вдруг понял, что никто другой его смешным уже не находит. — В ТикТоке про это уже все забыли. — продолжает ЕНТП. — Там в тренде другое. — В ТикТоке? — спрашивает Посредница, озвучивая немой вопрос босса. — Это в приложении, где все танцуют и снимают липсинки? Полемист закатывает глаза. — Темнота! — он делает вид, что хочет хлопнуть ИНФП по лбу, но сдерживается в последний момент. — Там уже давно все набирают многотысячную аудиторию на простейших видео! Там такие охваты! Столько подписок! ЕНТП специально сыплет всеми словами, которые нравятся Мемоделу. Он реагирует на них, как мистер Крабс на хрустящий доллар. ИНФП с сомнением косится сначала на Мемодела, а потом на Полемиста. — Не знаю даже... Разве нам плохо на нашей платформе? ЕНТП фыркает. — "Плохо"? — переспрашивает он. — Нам отлично! Нам очень нравится смотреть, как только вчера созданные каналы обгоняют нас в деле, на которое мы угробили столько лет! Правда? — он смотрит на босса. ИНФП, пораженная язвительным тоном ЕНТП, прикладывает руку к груди. Мемодел с сомнением смотрит то на нее, то на него. Его обижают слова ЕНТП, особенно "угробили". — Продолжай. — сухо командует начальник. Парой свайпов он уже открывает на планшете статистику паблика, и, судя по поджатым губам и подергивающейся ноздре, она его не впечатляет. — Знаешь, почему эти мелкие ушлепки интереснее нас? Они не боятся экспериментировать! Они снимают ролики на телефон! Делают дурацкие, но живые видео. А мы тут, — он делает широкий жест руками, — как в музее восковых фигур: все вылизанное и мертвое. ИНФП все еще шокировано смотрит на Полемиста, даже почти всхлипывает, когда слышит, что кто-то может быть интереснее них. В ее глазах, однако, искрится видимое только Полемисту одобрение. В его глазах — азарт, который улавливает только Посредница. Они на правильном пути. — Вы простите ЕНТП за грубость. — извиняется она перед начальством. — Но... мне кажется, он прав. Что если нам действительно не хватает этой самой... — она напевает "хм-хм-хм", пытаясь подобрать верное слово, — искренности? Помните одни из первых снимков, которые вы сделали, когда мы с ЕНТП просто смеялись с глупой шутки? Нам не приходилось тогда позировать и притворяться. Как насчет добавить немного спонтанности? — Спонтанности? — спрашивает Мемодел. — Где я вам ее достану? Вы хотите, чтобы я установил скрытую камеру и ждал, когда произойдет что-то невероятное? — Нет. — просто отвечает ЕНТП. — Для спонтанности нужны определенные условия: без давления, без посторонних глаз... Нужно пространство для экспериментов. — он делает паузу, позволяя словам просочиться в сознание Мемодела. — Хм... Почему бы тебе... не оставить нас с ИНФП здесь на ночь? С парой телефонов. Чтобы мы могли попробовать. Без риска для... основного проекта. Если получится хлам, мы его удалим и никто ни о чем не узнает. А если получится золото... Он не договаривает. Мемодел сам додумает. Он всегда додумывает самое выгодное. "Золото" сулит ему лайки, репосты, известность! Рекламные интеграции, мерч, интервью, закрытые вечеринки для селеб! Начальник выглядит сомневающимся, но внутри для себя уже все решил. — Одна ночь. В пятницу. Без доплаты. Поскольку это только эксперимент. — Пока только эксперимент, — в один голос поправляют его Интуиты и удивленно смотрят друг на друга. — Камеры не трогать, софтбоксы не ломать. Пользоваться только своими телефонами. И показать мне хотя бы три ролика, которые не стыдно будет выложить. ЕНТП ему салютует. — Так точно, капитан. Мемодел засовывает руку в карман и задумчиво звенит ключами от студии. ЕНТП старается не выдать торжествующей улыбки, а ИНФП заинтригованно вслушивается в этот звон. Начальник объявляет, что ждет их на точке через две минуты для "твой бойфренд ЕНТП" и "твоя девушка ИНФП" и удаляется. Даже уходящим он выглядит задумчивым — слегка сутулится и почесывает то затылок, то поясницу. ИНФП прикусывает губу и поворачивает голову к Полемисту, в ее глазах — восторг от проделанного, в его — теплое "я в тебе абсолютно не сомневался". Он подставляет ей кулак, чтобы она его отбила, и ИНФП даже заносит руку, чтобы сделать это, но вдруг останавливается. Этой же рукой касается своих волос и заправляет прядь за ухо. — Ты... ты молодец. — неловко хвалит она коллегу. Тот отставляет кулак в сторону и другой рукой растерянно потирает свою шею. — Ага... Ты тоже.

***

Это случилось еще там, на улице. Когда ИНФП села в такси, тут же зарделась и сморщила лицо так, что оно стало похоже на сухофрукт. Ей стало настолько стыдно, будто она, обнимаясь тогда, пролила кофе на куртку ЕНТП. Она была готова поклясться, что и ему стало неловко от ее поступка – он не обнял ее в ответ, а лишь растерянно потрепал по спине, как бездомную собаку, подошедшую слишком близко. ИНФП выглянула в окно. Аналитик стоял на крыльце и смотрел, как ее такси трогается с места. Он не махал рукой на прощание, хотя наверняка видел, что она смотрит на него из-за стекла. Черт. Ей следовало держать себя в руках. Это объятие отличалось от рабочих прикосновений. Искренностью. Даже больше – желанием. Оно было таким острым, что у Посредницы не получилось с ним бороться. Это был мгновенный нокаут. И как бы долго она не твердила себе "нет, нет, нет", руки сами потянулись к чужой спине, тело подалось навстречу. Словно ее подтолкнули к нему. Как тогда сделал Мемодел. Интуитка устало спрятала лицо в ладонях и в позе человека, сокрушенного собственной глупостью, доехала до дома. Через пятнадцать минут на телефон пришло сообщение, и ИНФП тут же взяла мобильник в руки.

[ЕНТП]

Доехала?

Она ответила сразу же. Сразу же после того, как поулыбалась экрану и завалилась на кровать, чтобы поболтать в воздухе ногами. ЕНТП. "С ним приятно… быть в хороших отношениях" —рассуждает про себя Посредница. С ним здорово не ссориться, с ним хочется мириться, с ним ей нравится. Он ей… ИНФП опять прячет лицо в руках и мысль не заканчивает, словно в комнате находится тот, кто умеет мысли читать. И непременно позвонит ЕНТП и сообщит ему эту новость. Посредница ставит себе вечерний чай, а сама мерит шагами кухню. Долгое время он казался ей стервозным неприятным негодяем, который только и ждал, чтобы оскорбить ее или унизить. Только потом Аналитик объяснил ей свою методу: говорить что-то настолько мерзкое, чтобы эмоции на их лицах вышли максимально правдоподобными. Так, во время их первых рабочих дней он подошел к ней, резко повернул к себе и с самым серьезным выражением на лице заявил: "тебе стоило вскрыться еще в средней школе". После такого он не мог ей нравиться, а работа превратилась в сущий ад. Она не стала жаловаться начальству на каждодневные унижения, лишь окрестила Полемиста местным мудаком и предпочла общаться с другими, а с ним — была вынуждена фотографироваться. Строить грустное лицо или плакать рядом с ним было несложно, это было первоначальной ее реакцией на любое его появление рядом. Но потом, после неслучившейся пощечины, ИНФП взглянула на ЕНТП по-другому. И с течением недель поняла, что он, оказывается, вполне себе терпимый персонаж в ее жизни. Более того, он оказался остроумным, веселым, начитанным, талантливым, интересным, смелым и… Посредница могла бы продолжать бесконечно. Бесконечно его расхваливать и бесконечно бояться сказать хоть один комплимент в лицо. Она не прекращала думать о нем даже по ночам. Лежала в кровати, пялила в потолок и мысленно прогоняла дни, проведенные вместе. Фото, сделанные вместе. Позы, принятые вместе. Она закрывала глаза, позволяя мысленным образам обострить физические ощущения. Думала о тех прощупывающих почву снимках, где приходилось играть более романтические роли. Вспоминала чужие руки на своей талии, губы у своих ключиц, его подбородок, упирающийся в низ ее живота, для какого-то дурацкого мема про Посредническую доминацию. Они все еще не переходили черту. Но чем дольше так игрались, тем сильнее ИНФП хотелось поскорее узнать, каково это — заступить за полосу, которую они сами и начертили, отказав Мемоделу в снимке с поцелуем. Посредница держит руки по швам, вминает их в кровать, пальцами пытается ухватиться за матрас. Абсолютно уверенная, что сегодня сможет заснуть без вызывающих образов и собственных похабных идей. Она чувствует себя грязной, она чувствует к себе отвращение из-за того, что может питать что-то к коллеге. И ненавидит себя, когда руки пропадают под одеялом, а погруженная во мрак комната наполняется собственными тяжелыми вдохами, отдаленно напоминающими чье-то имя. Она хотела его коснуться. Но боялась, что любое прикосновение распалит этот огонь так сильно, что в ней не найдётся сил его потушить.

***

"Ага… ты тоже". ЕНТП следит за тем, как фотографируют Посредницу. Она встает в свою фирменную позу – на одну ногу, спиной, к камере поворачиваясь лишь лицом. Улыбается камере так тепло, что Полемист не может не улыбнуться в ответ. Он тут же отворачивается, рукой проводит по губам, чтобы стереть свою тупую лыбу. Смотрит в сторону Дельца. Он не видит его глаз – тот в фирменных солнечных очках – но в их отблеске читает: "ага, чувак, ага". Что бы то ни значило. Хорошо, что тот не видел, как Посредница не отбила его кулак. Иначе бы в студии встал такой гогот, который даже Менеджерка и ее сумочка не смогли бы заглушить. Интуит смотрит на свою руку. "Да ладно!" — думает он. — "Что такого сложного в том, чтобы его коснуться?". Что такого сложного в том, чтобы дать ему зеленый свет? Показать: я могу начать с этого, а потом мы сможем и обняться. А после объятий мы сможем и… Он не додумывает мысль, видя, что улыбка ЕСТП ни с того, ни с сего становится шире, будто ЕНТП рассуждал вслух и громко. Телепат хренов. После объятий на крыльце, Аналитика словно осенило: ничто не мешает им делать это постоянно, не только ради Мемоделовых фантазий. При встрече, при прощании, при чем угодно. Он не ожидал, что ему это так понравится. Несмотря на то, что на многих снимках он касался остальных людей, он чувствовал, что испытывает тактильный голод. Ему не хватает настоящих прикосновений, искренних. Он понимал, что Посредница не из тех, кто — как Развлекательница — может прикоснуться ко всем, в любом месте. Она словно мысленно просчитывала все риски, прежде чем кого-то обнять. Потому-то этот жест на крыльце показался Полемисту таким ошеломляющим. Она доверилась ему настолько, чтобы рискнуть. Мысль о том, что он для нее —веская причина пойти наперекор собственному страху быть понятой неправильно разгоняла кровь в венах. Каждое ее действие проходило через миллион фильтров: "Как это воспримут?", "Не обидится ли кто-то?", "Не будет ли это выглядеть странно?". Она не просто обняла его, она взбунтовалась против самой себя. Полемист увидел ее стержень, ее отчаянную смелость, ее готовность к любой его реакции. Он не мог не оценить масштабы этого риска. Она нарушила собственные правила — ради него. И он подумал, что она будет готова сделать это снова. Но ошибся. Она его не коснулась. И ему только оставалось гадать, почему. Может быть, она уже пожалела о той вспышке спонтанности и теперь она занята выстраиванием еще более высокой стены? Или в его растерянном похлопывании по спине ей показалось, что он ее оттолкнул? Мысль о том, что он виноват в отказе, была горькой, как сироп от кашля. Он, мастер слов и аргументов, не смог найти единственно верного жеста, когда это было так важно. Он зря рассчитывал, что один смелый поступок откроет дверь для других. Видимо, кулачок был пустяком только для него самого. Но выигранная возможность остаться здесь с ИНФП ночью вселяла небольшую надежду прояснить, что происходит между ними. Когда наступает пора фотографироваться вместе, ЕНТП делает вдох и задерживает дыхание. Им необходимо взяться за руки. Мемодел решает продолжить эксперименты и просит их встать в пару для "плюсов встречаться друг с другом". Какой текст они подставят в фотошопе — одному Богу известно, но контекст фотографии обоих вгоняет в легкую краску. ИНФП медленно вкладывает свои руки в ладони Аналитика. Ее руки холодные и мягкие, и ЕНТП бессознательно проводит по тыльным сторонам ее ладоней большими пальцами. ИНФП поднимает на него глаза. Тот делает вид, что не понимает, в чем дело, и вопросительно кивает. Он замечает этот растерянный взгляд и проступающий на щеках румянец. — …ЕНТП? ЕНТП! Кому говорю? Улыбаемся! — доносится до него голос Мемодела. Улыбка наползает на лицо с профессиональной скоростью. ЕНТП даже не успевает почувствовать, как растягиваются мимические мышцы. Щелчок. Вспышка. Еще одна. И руки ИНФП уже прислонены к ее бокам, а Полемист, как дурак, свои до сих пор держит в воздухе. Несколько следующих снимков мало отличаются по степени неловкости. ЕНТП держит коллегу за бока и неосознанно, опять, ее слегка оглаживает. Он чувствует, как ИНФП дергается, и его руки примерзают к ее ребрам. Ему… интересно. Интересно ее изучить, интересно, чтобы и она познакомилась с ним поближе. Но коллега упорно держит руки там, где указано, сразу принимает только те позы, которые говорят. И не перестает краснеть от чего-то. Это сводит его с ума. Эта покорность, эта готовность выполнить любой приказ Мемодела, в то время как его собственные, самые робкие инициативы встречаются стеной смущения. ЕНТП ловит себя на мысли, что ревнует. Ревнует к работе, к начальнику, к камере, которая получает от Посредницы куда больше отклика, чем он. Тогда-то его осеняет. В пятницу не будет Мемодела. Не будет камер. Не будет указаний. Будут только он и она. Его глаза горят. Он ловит ее взгляд и своего не отводит. В его глазах — немой вопрос, который он боится задать вслух: "Когда нас никто не будет заставлять... ты сама захочешь до меня дотронуться?". В ее потупленном взгляде и алых щеках ЕНТП мерещится робкое: "нет". Но на самом деле ИНФП, даже не подозревая о вопросе коллеги, признается: "Я боюсь, что если я начну, то уже не смогу остановиться".