Первое время

      На лице застыла угловатая улыбка с самого начала этих странных обстоятельств. Тот темный скелет, покрытый какой-то жидкостью, предложил ему работу. Не прошло и недели после этой встречи, как он оказался здесь. Казалось бы, все просто. Но так было только первое время.       Уже около получаса в его глазнице не видно глаза. А все из-за странных типов, с которыми ему предстоит работать. Новый босс упомянул, что уже успел нанять парочку других скелетов, но Хоррор, как теперь ему стоит называться, совсем не рассматривал тот момент, что они будут… такими. Со вздохом он ссутулился, прикладывая руку к глазницам. Они трое - копии друг друга. Есть различия, конечно, но черт побери…       С самого момента встречи с этими двумя его все больше посещали мысли о том, что он совсем свихнулся. Да, просто травма головы и голод окончательно добили и так державшиеся на соплях остатки разума. И из-за этого он видит своих слегка искаженных двойников. Даже не так. Двойников прошлого себя.       Один из них усмехнулся. Он прокручивал в руке клинок и сидел ближе, расслабленно закинув на спинку сиденья руку. Второй же не подал голоса ни разу за все время присутствия. Да даже лица его рассмотреть не получалось – мешал большой капюшон, как можно сильнее натянутый на голову.       - Итак, ребятки, раз уж мы все тут Сансы, что уже нас объединяет, не хотите поделиться своими охренительными историями, подтолкнувшими вас на эту работенку? – голос, и без того громкий и пронзительный, почти оглушал. Казалось, что он кричит прямо в череп. – Нет? Серьезно? – тишина даже не успела повиснуть и стать ему ответом. Чего вообще добивается этот парень? Хоррор потер переносицу. – Здоровяк, я уверен, что тебе точно есть что нам рассказать, - он повернулся в сторону говорящего, что сейчас кончиком ножа постукивал себя по черепушке с широкой ухмылкой. Ну конечно, о чем еще могла бы пойти речь. Красный глаз наконец показался, мрачно сверля в громкоголосом дыру. Тот склонил голову. Сложно было определить по черным глазницам, куда он смотрит. Странный тип. – И было бы интересно узнать, откуда у тебя такой большой глазик. Магией от тебя чет только слегка попахивает. Странно, что у тебя за потенциал такой, раз босс предложил работать на него? - у ока блеснул кончик ножа, что тут же оказался отбит топором. Успевшая дрогнуть улыбка тут же расширилась. – О, значит так? Знаешь, мне осточертело уже сидеть на одном месте. Давай разомнемся и посмотрим, что ты можешь, - Хоррор и сам уже поднялся, держа оружие наготове. Изо рта вырвался хриплый смешок.       Треск. Прямо около носка его кроссовок выросли кости, разделяя двух скелетов. Душу будто ударило током. Голова сама повернулась в сторону молчавшего. Тьму капюшона разрезали гетерохромные зрачки. Настолько пронзительных глаз он не видел еще никогда. Вьющийся вихрь голубого и красного в одном из них сразу дал понять, что и шанса на спасение при неприятном раскладе отношений с этим скелетом не будет. Никакой пощады. Настолько острый взгляд мог посоперничать с клинком черноглазого. По позвоночнику прополз холодок, заставив нахмуриться.       - Эй, Дасти, ну зачем? – одноглазый с большим трудом смог заставить себя оторваться от этих зрачков и скосить око на говорящего. Даст, значит. По виску скатилась капелька.       - Нам пора на задание, - голос, больше похожий на шелест, пробрал до самых мелких косточек. Настолько по-мертвому не говорили даже монстры в его вселенной. На миг вернув взор к так называемому Дасту, Хоррор не увидел этого безумного вихря. Раскаты магии прекратили беспокоить душу. Парень в капюшоне отвернулся к подошедшему шумному скелету. Изо рта невольно вырвался тихий выдох. Усевшись обратно, красноглазый накрыл полую глазницу рукой, выстукивая на верхнем краю ритм. На что он подписался…       - Эй, не тормози, - перед лицом махнули кистью в беспалой перчатке. Око поднялось. – Работать придется всем троим, так что не расслабляйся, - Хоррор выдохнул и, выждав секунду, поднялся. Даже сутулясь, он возвышался над этими двумя на несколько сантиметров. Следуя за ними, он сунул свободную руку в карман, второй крепко сжимая древко топора.              ***              Кости пронзили очередное тело. Кровь растекалась по их неровной поверхности, обновляя на концах слой красного. Крики уже отзывались от стенок черепа бесконечным эхом. Топор в любой момент грозился сломаться под силой, с которой он вонзал его лезвие во все новую и новую плоть. Они просто бросали тела там же, где убили, и шли дальше. Убийство ради убийства… Какое расточительство.       Хоррор стоял над своей последней на данный момент жертвой. Без разницы, какого пола человек, какого цвета его кожа, одежда, уж тем более что у него за душа. Они для него не имели значения. Учитывая, скольких он успел убить еще у себя в мире, хотел бы, давно собрал необходимое количество и своими руками разрушил барьер. Казалось бы, такая упущенная возможность… Но были свои нюансы, оставляющие его в бездействии лишь следить за событиями и поддерживать оставшуюся жизнь в маленьком снежном городке.       По скуле скатилась капелька крови. Он весь в ней. Рукав раздраженно стер жидкость, норовящую попасть на зубы и в рот. Его и так сворачивало от чувства голода каждый раз, стоило втянуть воздух. Паршиво. Отвратно. Повсюду мерзотный запах, на который его тело так яростно реагировало, требуя вкусить сочное мясо. Дрожащие пальцы вновь накрыли глазницу, на этот раз постукивая изнутри. Он весь пропах кровью.       Удар по плечу и тяжесть повисшего на нем тела заставили пошатнуться. Холод лезвия явственно ощущался у подбородка. Запах металла только дополнялся отвратительным смрадом человеческих потрохов. Сбоку от головы раздался заливистый смех и восторженные отзывы о проделанной работе. Голова все еще как-то улавливала общую суть сказанного, пока слова пролетали мимо, не оседая внутри пробитого черепа.       Глаз как в замедлении оторвался от трупа, перемещая взор в бездонные глазницы. В них шевелилось что-то белое. Толстые, блестящие опарыши, плавающие в смолистом черном гное. Он вытекал комками, выталкиваемый ордой склизких собратьев из черепа, и забирал их не способные удержатся внутри мертвые захлебнувшиеся тела с собой. Хоррор мог слышать чавканье при каждом их движении. Даже тонкий писк пробивался сквозь море людских криков и становился все громче, громче, перекрывая его собой. Они вновь двинулись. Их малюсенькие глазки смотрят на него.       Он резко отступил в сторону, закрывая глазницы и отворачиваясь от гниющего черепа. Ноги понесли его куда-то, лишь бы подальше от запаха крови и валяющихся повсюду трупов. Толчок. Удержавшись, он наконец-то посмотрел вперед. Красный глаз с сузившимся зрачком впился в чужие, горящие тихим безумием. Снова они. Снова этот огонь, пожирающий души монстров. И снова удары молнии по душе. Исказив рот, Хоррор закрыл обе глазницы и надавил на них руками. Но даже так он видел это пламя. Оно пробивалось к нему, обволакивало его глаз, держало в тисках душу и било, било, било током. Он ощущался уже по всему телу, каждая косточка получала свой разряд. Его потряхивало от этого. Ноги потеряли чувствительность. Он не мог сделать и шагу, чтобы уйти от не прекращающихся атак.       Резкая встряска. Понадобилась пара секунд, прежде чем одноглазый смог понять, что видит все вокруг. Глазницы открыты. Гетерохромные зрачки перед ним не горели адским пламенем. Только холод серьезного и твердого настроя. Руки отдались тянущей болью в области запястий, заставив запоздало дернуть ими. Топор валялся у ног меньшего скелета.       - Успокоился? – обычно тихий голос прозвучал слишком громко, едва не закладывая несуществующие уши. Вырвавшийся вздох сопроводился прикрытием опустевших глазниц. – Впервые убиваешь монстров?       - Нет. Уже приходилось, - руки наконец отпустили, и они безвольно повисли дополнительной тяжестью вдоль тела. – Забрал их жизни за свою после того, как они во главе с безумной треской меня убили.       - Ты продолжаешь нести бред, - плечи задрожали от смеха.       - О, да все, что меня окружает, бред, - последний смешок и в глазнице вновь виден красный глаз. – Дружок, я сомневаюсь, что все происходящее реально, что уж говорить о тебе, - он с усмешкой накинул тому на плечо руку и сжал верхнюю часть рукава. – Понимаешь, ты, тот истекающий черным шумный парень, наш «босс» тем более – вы не внушаете ощущения реальности. Я с вами работаю уже какое-то время, но все эти темы с мирами, перемещением между ними, обращением их из светлых счастливых историй в негатив для подпитки нашего работодателя – это все звучит, как полнейший бред. Да тут охотнее поверится в то, что я просто в состоянии овоща перед распадом в пыль ловлю последние глюки. И их содержание мне кажется издевательски несерьезным, - он опустил голову, трясясь от смеха. По-прежнему сутулясь, заглянул под капюшон. По виску вдоль трещин скатывались капли. – Даст, да как вообще можно принять это все за реальность?       Молчащий до этого скелет вздохнул и с усмешкой ответно приобнял его, кладя пальцы на край тазовой кости. Рука на плече тут же дрогнула и оторвалась от своей опоры. Дрожь прошла по всему телу, припечатывая одинокое око к открывшемуся лицу собеседника.       - Разве это хуже того, что творилось в твоей жизни до этого? Даже если это самый больной бред, который создало твое сознание, почему бы и не продолжить играть в этой глупой сказке одного из плохих парней? – цветные зрачки блестели ехидством. Пальцы в перчатках постукивали по чужой кости ритм, что Хоррор обычно выбивал при любой возможности.       Из-за спины раздался знакомый громкий голос. Чужие пальцы замерли. Рука слетела с места, скрываясь в кармане. Улыбка спала, а на лицо вновь легла тень от поправленного капюшона. Красный глаз не отрывался от двуцветных зрачков, пока и они не скрылись за сильно натянутой тканью. Обернувшись, он застал шагающего к ним Киллера.       - Ленивые кости, вы решили всю работу на меня скинуть? – подлетев и как обычно нарушив всякие личные границы, он стряхнул с ножа оставшуюся пыль, едва не попав на коллег. – Хоррор, я из-за тебя чуть во всем этом не извалялся. Обзавелся бы таким же стилем, что и Даст, - названный без энтузиазма обернулся к нему.       - Мы уже закончили, а вот ты сегодня совсем не торопишься, - голос вновь принял шелестящий безэмоциональный оттенок.       Хоррор подобрал топор, сметая с него землю и прах. Древко слегка треснуло. При каждом движении серые частички сыпались с поношенной одежды. В воздухе стояла свежесть и влажность. Ветер шелестел в кронах деревьев, разнося голоса коллег по округе. Кое-где закручивалось в небольшие вихри то, что осталось от их жертв.       - Пошли, здесь наша работа закончена.