Книга Пятая: Поднявшийся к Звездам

      Пепел гнезда всё ещё оседал за моей спиной, а воздух Пятого мира дрожал, словно раненый зверь. Я стоял на краю каньона, глядя, как чёрные кристаллы рассыпаются в пыль, а нити Бездны — или, как местные зовут её, Чернила — растворяются в пустоте. Алый Лотос в моих глазах вращался, улавливая отголоски энергии, что пыталась уцепиться за реальность, но мой огонь был безжалостен. Это место, эта яма, больше не питало тварей. Это лишь одна из множества связей, однако даже так… Пятый мир получил передышку, хотя я знал — это лишь отсрочка. Бездна не отступят, пока их корни не будут выжжены до основания.       Культиваторы вдали замерли, их ауры мерцали, как звёзды в предрассветной мгле. Они смотрели на меня — кто с благоговением, кто с настороженностью. Я чувствовал их взгляды, тяжёлые, как горы, но мне было сейчас совсем не до этого. Их война с Чернилами длилась тысячелетиями, а я? Я был чужаком, спичкой, брошенной Мультивселенной в их костёр. И сейчас этот костёр нужно разжечь по-настоящему.       — Эй, господин Эл! — голос посыльного, того самого бледного паренька, дрожал, но он всё же осмелился подойти. — Командующий Лэй… он настаивает, чтобы вы…       — Сказал же, Лэй разберётся, — оборвал я, не оборачиваясь. Мой взгляд был прикован к горизонту, где пространство искрилось, как треснувшее зеркало. Что-то там было. Не просто ещё одно гнездо, а источник, от которого Чернила текли, как яд из открытой раны. Лотос уловил его — густую, липкую энергию, что резонировала с самой Бездной. И я собирался выжечь её дотла.       — Но… — парнишка запнулся, будто боялся, что я его испепелю одним взглядом.       — Беги к Лэю, — бросил я, наконец повернувшись. Мои глаза вспыхнули алым, и он отшатнулся, чуть не свалившись. — Скажи, что я пошёл за главным призом. Если хочет догнать — пусть ищет, где тьма гуще всего. Понял?       Он кивнул так, будто его жизнь зависела от этого, и рванул прочь, спотыкаясь о камни. Я хмыкнул. Крепкие ребята, эти культиваторы, но пугливые, как зайцы. Хотя после того, как я размазал двух Королевских Лордов и их гнездо, их можно понять.       Так или иначе, оставаться на этой планете нет смысла. Культиваторы и до меня уверенно держались в этой войне, а я лишь немного подсобил им. Конечно, чисто теоретически я мог остаться здесь, помочь им решить все проблемы, чтобы они задышали полной грудью. Быть может, я бы так и поступил, будь иные обстоятельства, да вот только время страшно поджимало. Я не мог оставаться в этом мире долго.       И, конечно же, я не забыл про избранника судьбы… Ох, этот культиватор будет страшным противников — но то лишь будущее, а не настоящая. Почему я так уверен в этом? Потому что местные Боги или система — черт его знает, что или кто именно, да и не суть — завязали клубок судеб именно на одном избраннике. Это удивительно, ведь каждый мир, в которым я бывал до этого, был переполнен, по меньшей мере, тремя или четырьмя избранниками. Если говорить кратко, то, чтобы не делал этот культиватор, как бы не сходил со своей дорожки жизни — его сила всегда будет расти, потому что так надо, так предначертано.       Ладно, пора двигаться. Лотос в моих глазах завертелся быстрее, улавливая нить, что вела к источнику Бездны — источнику, из которого энергия поступала к уничтоженного мной гнезду. Эта нить была толстой, как канат, и пульсировала, словно живое сердце. Я чувствовал её мощь, её голод, её связь с чем-то огромным — может, с самой Бел’Вет, чьи фиолетовые глаза всё ещё жгли мою память. Юми… Я стиснул зубы, прогоняя боль. Не время. Не сейчас. Сейчас — время жечь.       Я шагнул вперёд, и реальность подо мной треснула, как тонкий лёд. Этот мир был хрупким, будто соткан из стекла. Его законы гнулись под моей волей, и я не собирался церемониться.       — Расширение Территории, Эфимерная Плоскость, — прошептал я, складывая печать концентрации. Огонь Феникса вспыхнул в груди, но я удержал его, направив в пространство. Мир вокруг смазался, земля и небо слились в вихрь, и я шагнул в астрал — туда, где время текло, как река, а расстояния были лишь тенью.       Астральный мир развернулся передо мной — хаотичный, полный света и тьмы. Нить, ведущая к источнику Чернил, сияла, как чёрная звезда, но вокруг неё вились щупальца, что пытались задушить всё живое. Я видел миры, сжатые в этом пространстве, — осколки галактик, пожранные тьмой, и души, что кричали, растворяясь в коллективном бессознательном Бездны. Моя ярость вспыхнула ярче, и Лотос завертелся, как буря, указывая путь. Я потянул нить, и реальность раскололась.       Удар был резким — мои ноги врезались в чёрную, выжженную землю, а воздух обжёг лёгкие запахом крови и озона. Я выпрямился, и Лотос в глазах вспыхнул, открывая картину передо мной.       Передо мной возвышалась стена — нет, не стена, а барьер, сотканный из золотого света, что пульсировал, как живое существо. Он тянулся до горизонта, бесконечный, сияющий, но по его поверхности бежали чёрные трещины, словно вены заражённого тела. Твари Бездны медленно ходили за ним, но не атаковали намерено, будто ожидали чего-то.       Я прищурился, чувствуя, как Лотос улавливает источник Бездны — он был где-то за этим барьером, в сердце тьмы. Энергия, что текла оттуда, была гуще, чем в гнезде, и резонировала с чем-то знакомым.       — Хе-хе, ты все-таки пришел. — в этот момент во тьме зажглась пара фиолетовых огней, которые посмотрели на меня с интересом. — Бел’Вет… — заключил я практически сразу, а мое лицо лишилось всех эмоций. Из тьмы на свет барьера шагнула девушка. У неё была прекрасная фиолетовая кожа, темное платье, которое переливалось мириадами звезд и странное око во лбу…       — Стоило мне позвать, как ты сразу прибежал ко мне… Как это мило. — выдало это нечто с такой улыбкой, что меня передернуло. Мои глаза вспыхнули, и я шагнул к решетке. Императрица Бездны тоже приблизилась к барьеру. — Ну же, Эл, твоя борьба заслуживает уважения, однако все твои действия лишены смысла. — заявила она с жестоким оскалом на устах.       — Лишено смысла? — как ни странно, её слова напомнили мне, что я здесь вовсе не из-за личных обид. Я сделал шаг назад, подавив рвущуюся из груди ярость.       — Ты далеко не первый “герой”, который пытается нас остановить. Тот же Повелитель Ночи пытался, однако ему не хватило силенок… не хватило мотивации для этой вечной борьбы. — высказалась Бел’Вет, издевательски прокрутившись на месте.       — И что с того? Хочешь переманить меня на свою сторону? — мой голос стал еще холоднее. В целом, я уверен, что она прекрасно понимает, что я представляю опасность для неё и других Высших Существ. Да, моих сил все еще недостаточно для битвы с Наблюдателями и Творцом, поэтому мне нужно каким-то образом стать сильнее…       — Хочу. — Императрица Бездны не стала обманывать и ответила прямо. Учитывая её характер, это слегка удивило меня. — Храм Тенериса использует тебя в своих интересах. Ему неважны твои способности, навыки и характер… Как только ты выполнишь свою задачу, тебя устранят за ненадобностью. — в этот момент она стала серьезнее, заговорив с предельной четкостью.       — М-м-м, и я должен в это поверить? — уточнил я с явными сомнениями в голосе. Нет, я тоже многое, что могу сказать — лапшу на уши вешать может каждый —, однако она же не думает, что я настолько туп, что поведусь на эти её слова?       — Поверить? Тут вопрос не в вере, а в голых фактах. — заговорила сухим голосом Бел’Вет, посмотрев на меня с капелькой сочувствия. Очередная манипуляция? Наверное, да. — Творец захватывает один мир за другим, однако он не встречает там существ выше определенного уровня силы… Более того, сейчас ты являешься сильнейшим из всех существ, с которыми он сталкивался, не считая моего хозяина. Именно поэтому он не убил тебя — ему банально интересно, насколько ты сможешь преодолеть наложенные на всех существ ограничители силы. — объяснила Императрица без издевок.       — Ограничение силы значит… — пробубнил я. Ну, в целом, это звучало вполне логично. Дать возможность развиваться душам — это одно, но дать развиваться бесконечно — это иное. Думаю, вначале Мультивселенная не особо это понимала, поэтому Эллион и смог достичь такой невероятной силы. Дело не только в знаниях, но и ограничениях самой сути души. — И как это относится к моей цели? — уточнил я, прищурившись. Она не просто так дала мне время переварить данную информацию. Ох, не нравится мне это… совсем не нравится.       — Как ты думаешь, что будет с тобой, когда ты уничтожишь Бездну, сожжешь души моего хозяина и Творца? Что будет после? — столько наводящих вопросов напрягало.       — Ничего. Я зажи… — меня перебили, так и не дав закончить.       — Нет! Твое нынешнее существование может создать противовес Творцу и моему хозяину, формируя мнимый баланс, а вот после их смерти… Уже ты будешь являться источником нарушения баланса. — Бел’Вет медленно подняла руку и ткнула в меня пальцем, будто бы это был приговор.       — Хм… — я прикрыл глаза, задумавшись над такими речами. Конечно, я понимаю, что эта тварь — тот еще манипулятор — но все же. Её слова звучат слишком уж логично.       Храм Тенериса ничего не требовал взамен знаний. Выполнение миссии — это его просьба, но баланс… да еще в целом Мультивселенной… Нет, если бы я активно использовал свои способности, сжигал один мир за другим, то — да, меня даже нужно было устранить, но я, как бы, не планировал такое.       — И что ты хочешь мне предложить? Перейти на вашу сторону? — уточнил я. Безусловно, переходить на сторону Бездны и Творца — это идиотизм в данный момент времени. Разговор с самой коварной тварью, встреченной за три жизни, — это уже, своего рода, ошибка. Мог бы — сразу бы срубил ей голову, да вот только та тьма, что была за барьером, была слишком плотной. Выжечь всю при нынешнем состоянии я точно не смогу, поэтому для начала стоит узнать, для чего я так нужен ей.       — Моя обитель объединяет души в единое целое — коллективное-бессознательное, однако их индивидуальность, характер и личность, по факту стираются… — Императрица Бездны замолчала, посмотрев в сторону. К нам кто-то приближался, и я тоже ощущал это. — Но именно ты, твой огонь Феникса может вдохнуть в эти души жизнь… Твоя сила абсолютного хаоса — это главный источник для формирования души. — в этот момент створки барьера засияли ярче, и Бел’Вет вынужденно отступила во тьму.