Книга Пятая: Поднявшийся к Звездам

      Сутки.       Для обычного человека – кратковременный миг, смена дня и ночи, однако для меня – то была целая вечность в тиканье часов и миг в моей личной вечности боли. Я сидел на холодном камне где-то на окраине еще дымящегося Токио, слушая, как город пытается зализать раны.       Не плач, не крики – тихий гул восстановления, прерываемый сиренами "Голубей". Мои собственные раны – трещины на иллюзорной коже – светились тускло, как угли под пеплом. Боль притупилась до глухого, постоянного фонового гула, переплетающегося с мерцанием звезд в моей Малой Вселенной. Я мог стоять и даже сражаться – это не такая проблема, однако столкновения с серьезным противником… я не переживу его. Да, захвачу ублюдка с собой, но на этом моя жизнь угаснет.       Но сутки – это та передышка, которую я мог позволить, ведь в мире ниндзя за это время прошло десять дней! Целых десять дней… Рагнарек начнется с последнего мира – самого дальнего от центра нашей крошечной Системы. Именно ему придется дольше всех остальных двигаться к ядру для сжатия и взрыва.       В общем и целом, если засяду еще на день здесь, могу не успеть решить проблему седьмого мира – мне неизвестен масштаб, так что нужно побыстрее отправляться.       Как только я поднялся, сразу же обратил внимание на своего коллегу. Арима стоял рядом. Белый плащ сливался с утренним туманом. Его Изумрудные Луны не были активны, а лицо – то была каменная маска Белого Бога Смерти. Но в глубине тех холодных глаз читалось понимание. И ответственность. Видимо, он уже понял, что я сделал для его мира.       – Справишься? – спросил я хрипло, не уточняя, о чем именно идет речь. Можно даже было сказать, что этот вопрос объединял все сразу: Удержишь ли хаос? Создашь ли надежду для гулей и людей? Справишься ли с обороной против возможного рецидива Бездны?       Он кивнул всего раз, но в этом движении была видна решимость.       – Справлюсь. Можете не сомневаться. Его слова были не пустым звуком. Арима клялся своей душой, своим телом и честью, что справится с возложенным на него обязательствами. Я улыбнулся от такого.       От меня больше ничего не требовалось. Я решил проблему Бездны, а управление миром и дальнейший его путь будет определять сильнейший – Арима Кишо. Я поднялся, и кости мерзко заныли в унисон. Взгляд скользнул по развалинам штаба CCG – памятнику вчерашней победе и цене, заплаченной за нее. Пора поставить точку для себя и Бездны в этом мире, и дать возможность другим, самым заинтересованным в процветающим будущем людям, начать новый абзац.       Я поднял руку, но не для прощания с Аримой. Я сложил печать концентрации, чтобы сосредоточиться на своей силе. Воля, все еще хрупкая, как тонкий лед после оттепели, потекла изнутри.       Беря подпитку из моей Малой Вселенной, она распространилась на весь мир, и я заметил краем глаза, как Арима напрягся. Понимаю его. Становится страшно, когда рядом находится кто-то настолько могущественный... Но объяснения я счел излишними. Пусть сам все увидит, и тогда в его голове происходящее встанет на свои места.       Стоило моей Воле охватить весь мир, как в воздухе начали появляться символы фуина. Глаза Кишо расширились от изумления, а лицо уже через секунду переменилось с напряженного на восторженное. Прямо в воздухе я рисовал сложную печать, используя саму суть своей связи с реальностью этого мира.       Алые и золотые нити энергии, пульсирующие в такт моему уставшему сердцу, сплетались в невидимый, но невероятно плотный кокон вокруг всего Шестого мира. Это был не щит от вторжения – щиты ломаются. Это был… иммунитет. Прививка от скверны Бездны на фундаментальном уровне. Как я сделал с RC-клетками, но направленный вовне. Любая попытка Бездны просочиться сюда теперь встретит мгновенный, сжигающий отпор самой ткани реальности, пропитанной остатками моей силы и очищающим светом Мировой Души Канеки. Чтобы все работало правильно, я использовал в качестве опознавательных знаков – негативную космическую энергию… энергию самой Бездны.       Это было очень кропотливая и мучительная работа для моего состояния. Каждая нить – это напряжение, выжимающее из меня последние капли. Когда барьер замкнулся, невидимой сферой охватив планету, я чуть не рухнул. Пошатнулся, опершись на воздух, который гудел от напряжения, но на устах была улыбка. Теперь этому миру ничего не угрожает… ничего, кроме Рагнарека, но с этим я разберусь уже скоро.       – Прощай, Арима Кишо, – прошептал я, глядя на его неподвижную фигуру. – Теперь весь мир в твоих руках. Он снова кивнул, но уже с улыбкой на устах… с благодарной улыбкой.       Больше медлить было нельзя. Я закрыл глаза, отгородившись от вида этого мира, от его боли и надежды – теперь это не моя забота.       Внутри, в ядре Малой Вселенной, где звезды горели тусклее обычного, я сосредоточился, выпуская свое восприятие не полем, а в виде направленного луча… луча, что уже через пару мгновений позволил мне прощупать пульсацию Седьмого мира где-то в бездне Системы.       Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Боль после построения защиты была невероятной, однако… однако движение – это единственное, что я могу сейчас сделать. Мне остается лишь надеяться, что там, в Седьмом мире, меня не встретят могущественные существа, ибо выжить в битве с ними я уже не смогу. Я глубоко задышал, стараясь игнорировать уколы рядом с сердцем, и начал выворачивать свою Волю наизнанку.       – Расширение территории, Эфимерная Плоскость. – Слова сорвались с хрипом, будто бы я уже был на грани… Хотя это было недалеко от правды.       Как и раньше, реальность начала надрываться под моим натиском, но не взвыла. Сила воздействия была уже не та, что раньше, однако заставить пространство содрогнуться и поддаться моей Воле все же удалось.       Пол под ногами не исчез – стал призрачным, мерцающим. Здания поплыли, а цвета выцвели до грязно-серой мути. Переход не был похож на быстрый и легкий прорыв. Скорее это было мучительное просачивание сквозь слои бытия. Каждое мгновение в формирующемся пространстве Эфимерной Плоскости отдавалось огненной агонией в трещинах, новым потускнением звезд внутри. Я не создавал ландшафт разбитых зеркал. Я тонул в серой, безликой пустоте, концентрируясь лишь на одной точке – выходе в Седьмой мир. Падение в колодец, выложенный битым стеклом.       Вывалился из своей Территории я с глухим стоном, спотыкаясь о скользкие корни. И первое, что ощутил – прекрасный бульон из запахов. Густой, тяжелый, пропитанный смрадом гниющей плоти, свежей крови, едкой плесени и древней пыли, словно из склепа бил по ноздрям с непривычной резкостью.       Слух ко мне вернулся чуть позже и напомнил он мне кое-что по истине страшное.… Это была не какая-то конкретная битва, а целое событие, путешествие, длинную в десятки тысяч лет… путешествие, которое я помнил лишь отчасти, однако сам опыт и боль от пережитого отпечатались не только в подкорке сознания, но и на душе, ибо в этом вечном океане боли и страданий я стал таким… я стал Проклятым.       Звук самой шумной, самой переполненной бойни накрыл меня, отдаваясь в голове мигренью. Непрерывный рев – ярость, голод, боль, слитые в миллионе глоток. Хруст ломаемых костей, раздираемого хитина, плоти и внутренностей. Шипение кислоты. Визги, режущие мозг. И сквозь все – монотонный, всепоглощающий шелест. Гигантская терка по камню, умноженная на бесконечность.       Я открыл глаза. "Шелест" – это были они. Миллиарды лап, когтей, щупалец, скребущих по земле, камням, костям.       Седьмой мир не просто враждебен. Он был перенаселен смертью. Я стоял на склоне холма, поросшего чахлыми, черными грибами-великанами, под вечно сумеречным, грязно-багровым небом. И куда ни глянь – копошилось, дралось, пожирало. Армии насекомоподобных тварей с нефтяными панцирями и жвалами для крепостных стен. Бесформенные сгустки слизи, пожирающие камни и испускающие ядовитый дым. Гигантские анимированные скелеты с мечами из черного камня. Тени с перепончатыми крыльями, пикирующие с леденящими воплями. И бесконечные орды мелочи – игольчатые крысы, скорпионы с жалами, щупальцево-ротые ползуны. Они не просто жили. Они пожирали друг друга, мир, саму землю. Этот мир являлся пиршеством Тьмы… то, к чему придут и остальные шесть миров моей Системы, попав в лапы Бездны. Масштабы делали прошлые битвы детской возней. В этом мире случилась катастрофа.       И какой у меня был первый рефлекс? Конечно же я захотел очистить этот мир, выжечь всех этих тварей своим Истинным Огнем, однако подводные камни у такого решения были настолько огромны, что меня утянет на дно вместе во время битвы. Я не переживу её – впаду в спячку на долгие годы, утеряв возможность спасения своих близких.       И что же мне тогда остается? Если сражаться не выход, то нужно прибегнуть к более умному ходу… нужно найти Книгу Судьбы и перенестись в прошлое, чтобы предотвратить грядущие события! Да, точно, поступлю также, как и в других мирах!       Я закрыл глаза, собрал жалкие крохи сил и выпустил восприятие. Узким лучом, сканирующим не поверхность, а основу реальности. Искать пульсацию предопределенности, смешанную с гнилостным дыханием Бездны. Луч заскользил по швам мира, вгрызаясь в потоки, и затем я… Ничего не ощутил. Просто пустота. Луч не наткнулся на преграду. Он ушел в пустоту, устремляясь туда, дальше, за пределы Седьмого мира.       Книги Судьбы не было. Но… ее не могло не быть! Она – часть ДНК мира! Каркас! Вынуть её – значит уничтожить Систему Творца и его возможность по подчинению потоков энергии! Но мир… жил. Пусть передо мной и были чудовища, которые были искаженными людскими душами, однако они все еще не стали частью Бездны…       И в этот момент у меня случился… Ступор.       Холодный, липкий, сильнее усталости и боли. Я стоял среди движущегося кошмара, а мой разум бился о стену непонимания. Без Книги я был слеп. Без Книги мне не удастся добраться до корня проблемы. Без Книги вся гонка, все жертвы – это лишь фарс. Как найти иголку в стоге сена размером с планету, который сам пытается тебя сожрать? У меня нет на это времени! Нет сил на такой подвиг…       – Ха-ха-ха! – в этот момент меня пробило на истерический хохот от осознания. Бел’Вет – нет сомнений в том, что это её рук дело – все продумала заранее. Она вывела свои войска из моей Системы, при этом что-то сделав с местной Книгой Судьбы, чтобы я не мог так удобно перемещаться между потоками времени.       Алый Лотос вращался на безумной скорости, ища способы решения проблемы, и я достаточно быстро нашел один способ выпутаться из этой ситуации. Ну, как выпутаться? Приходилось идти на риски, и немалые, однако иначе я просто полягу здесь и никого не спасу.       Без Книги Судьбы или достаточного количества энергии, я не смогу просто взять и проникнуть в суть мира, вытащив из него нужную информацию – силенок не хватит, однако я могу переместиться в прошлое, ибо мое понимание времени значительно выросло за весь прошедший путь. Единственное, учитывая текущее состояние, меня хватит на один полноценный скачок, а дальше я буду некоторое время недееспособен. Кроме того, прыгать вслепую во времени – это такое себе решение. Мне нужен маяк, по которому я смогу настроить временные координаты… и эти маяком я надеялся сделать Проклятого – между Проклятыми есть резонирующая связь, поэтому найти такого не проблема, однако мне остается надеяться, что у меня останутся силы, чтобы все исправить… чтобы изменить будущее этого мира, а иначе всему настанет конец.       Я закрыл глаза, отсекая гул битвы и смрад гниения. Моя Воля, ослабленная, но всё ещё живая, начала медленно разворачиваться. Я не стал раскидывать её широким полем на все время— сил не хватило бы. Вместо этого я выпустил восприятие узким лучом, словно копьё, пронзающее ткань реальности. Оно скользило сквозь слои мира, минуя крики монстров и шелест их когтей, в поисках того, что было мне знакомо – отголоска проклятой души.       Сначала я чувствовал только хаос: бурлящие потоки энергии, искажённые Бездной, мешали сосредоточиться. Но затем, сквозь этот шум, я уловил слабый отклик. Едва заметный, как угасающий пульс, он исходил откуда-то из глубин этого ада. Я сосредоточился сильнее, сжимая луч восприятия, пока не увидел его в своём сознании: Проклятый, одинокая фигура, окружённая тенями и болью, где-то в сердце этого мира.       Я собрал остатки сил, чувствуя, как трещины на моей иллюзорной коже засветились ярче, а звёзды в Малой Вселенной мигнули в тревоге. Воля текла медленно, сопротивляясь, словно ртуть, выскальзывающая из рук. Я вывернул её наизнанку, шепча хрипло:       – Расширение территории… Эфимерная Плоскость. – так было быстрее всего, хотя моя Малая Вселенная явно начинала разрушаться от таких страшных перегрузок. Пол под ногами не исчез, а стал зыбким, как мираж. Шум битвы приглушился, цвета выцвели, и я начал погружаться в серую пустоту. Это не было плавным переходом — скорее, мучительное выдавливание сквозь трещины бытия. Каждое мгновение отзывалось агонией в теле, но я держал фокус на энергии Проклятого, позволяя ей вести меня.       Скачок длился вечность и миг одновременно. Я чувствовал, как время растягивается, а затем сжимается, пока наконец не вырвался из Эфимерной Плоскости с глухим стоном, рухнув на колени. Мир вокруг изменился, я успел ощутить это перед тем, как осознание провалилась в безмолвную тишину…