𝘻𝘪𝘯𝘨 𝘣𝘰𝘰𝘮!

сейчас играет: 0.8 - устрашающе великолепна

01:43 ━━━━●───── 03:50

⇆ㅤ ㅤ◁ㅤ ❚❚ ㅤ▷ ㅤㅤ↻

ılıılıılıılıılıılı

- Ты знаешь, что ты идиот? Монома надулся, сидя на ступеньках стадиона рядом с главной сценой. Он прижимал ко лбу пакет со льдом, под правым глазом у него был синяк. Он только что вернулся с битвы с Киришимой, конечно он был довольно далек от того, чтобы копировать его причуду в идеальном виде, но все же в итоге проиграл, когда его время на использование причуды Киришимы закончилось. Казуми не смогла сдержать вздоха, глядя на лицо Мономы. К несчастью для Мономы, это был заслуженный удар. Она прониклась симпатией к Киришиме. Он был милым и дружелюбным человеком, который всегда здоровался с ней по утрам и спрашивал, как прошел день, когда у него была такая возможность. Неудивительно, что именно Монома вывел его из себя, у нее всегда было ощущение, что Киришима не самый большой поклонник Мономы. Кадзуми неожиданно улыбнулась - Кстати, я выиграла, надеюсь увидеть тебя перед классом 1А, когда начнется обед, с коробкой сока и ланчем для меня. - Я помню, ты говорила это уже сто раз. - пожаловался Монома, ударившись коленом, прежде чем его взгляд был прикован к экрану перед ними. Она снова нахмурилась, глядя на экран, на котором шла напряженная битва между Мидорией и Тодороки. Она только что узнала, что Иида выбыл из боя ранее из-за каких-то семейных неурядиц. Из-за этого она автоматически оказалась в числе претендентов на бой либо с Тодороки, либо с Мидорией. Монома, заметив безудержную энергию Казуми, положил пакет со льдом себе на колени, прежде чем повернуться к ней. - Не смотри на них, ты выводишь себя из себя. - он попытался успокоить ее. Она повернулась к нему, и было заметно, что ее ноги непроизвольно дергаются. - Что? Казуми улыбнулась Мономе. Она не была слишком уверена, когда они стали друзьями. Возможно, он приобрел новый уровень уважения к ней после того, как она объединилась с ними, и они поняли, насколько они оба на самом деле похожи. Кроме того, он был не так уж плох, когда не желал ее гибели. - Я принесу тебе холодный пакет со льдом, - сказала Казуми, пытаясь избавиться от головокружительной улыбки на ее лице от его слов. Монома прогнал ее, улыбаясь про себя, когда заметил, что она выглядит немного более расслабленной, чем раньше. К ее счастью, Бакуго только что вышел из лазарета после посещения Урараки впоследствии их битвы. Казуми отошла в сторону, ожидая, пока он уйдет, но остановилась, когда его голос наполнил ее уши. - Кто бы ни победил в этом бою... тебе лучше побить их. - вдруг потребовал он. Он смотрел, как Казуми обернулась, ее темные волосы упали ей на плечо. Ее круглые глаза с любопытством впились в его глаза, зрачки запрыгали по его лицу, словно пытаясь прочесть его мысли. - И почему ты должен болеть за меня? Я думала, я тебе не нравлюсь? - спросила Казуми, приподняв бровь. - Ты мне не нравишься, - согласился Бакуго, прежде чем рассмеяться. - Если ты выиграешь свой следующий матч, мы сможем показать себя друг другу. Я хочу посмотреть, что может сделать такая плакса, как ты, против меня. Кадзуми подавила желание вздрогнуть. Она едва выжила в схватке между их двумя командами в бою на колесницах, в ее ушах все еще слегка звенело от его взрывов в ушах. Тем не менее она элегантно улыбнулась, поворачивая дверную ручку лазарета.

ılıılıılıılıılıılı

Черт возьми.

Амано Казуми проснулась этим утром не для того, чтобы встретиться лицом к лицу с Шото Тодороки – сыном героя номер два. Она ни разу не разговаривала с этим парнем. Ей показалось, что с ним было немного трудно найти общий язык, и, во-первых, он почти ни с кем не разговаривал в классе. Уже не говоря о том, что он был пугающе красив; его двухцветные волосы и противоположный цвет глаз, мягко говоря, завораживали. Он также был хорошо сложен, его лицо было естественной формы и с правильными углами. И молчим уже о том, что его тело, половину которого она могла видеть, потому что он только что впервые использовал свою огненную причуду, было подтянутым. Казуми мысленно дала себе пощечину за такие мысли.

Ради всего святого, ты собираешься драться с этим парнем!

Казуми прерывисто вздохнула и слегка поклонилась Тодороки в знак приветствия. Парень, несмотря на то, что выглядел так, будто только что вылез из глубин ада после драки с Мидорией, вежливо поклонился в ответ. Она была напугана тем, насколько он был спокоен, ей казалось, что она уже проиграла, судя по тому, как уверенно он себя вел. Не говоря уже о том, что он смотрел на нее сверху вниз, беспечно ожидая начала драки. Какая-то часть ее сознания подсказывала ей, что она по-королевски облажалась. Когда Сущий Мик объявил о начале боя, Тодороки немедленно запустил в нее цепочку сосулек, и она заметно вздрогнула, услышав треск льда и визг, заполнивший ее уши. До этого самого момента она и не подозревала, что ей так не нравится звук льда. Она уже миллион раз видела, как Тодороки использует свою причуду, но никогда еще она не была объектом его фирменного ледяного удара. Борясь со звуком, она в ответ использовала его собственную причуду, улавливая звуки, издаваемые его льдом, манипулируя звуковыми волнами руками, чтобы разбить этот дурацкий лед, и тут же побежала прямо на него. Глаза Тодороки на мгновение расширились, он не ожидал, что она так легко преодолеет его лед. Казуми оттолкнулась от земли, используя звуковые волны, чтобы набрать высоту, прежде чем ударить его ногой. Он легко поймал ее за ногу, но звук, с которым его рука коснулась ее ноги, только заставило Казуми издать звук, с которым она могла бы поработать. Она сбила его своей ногой, а Тодороки отлетел на другую сторону поля, пока не уперся в ледяную стену перед линией. Пока он переводил дух, Казуми послала на сцену звуковую волну, и цемент обрушился на него. Однако ее глаза расширились, когда Тодороки одновременно накрыл сцену слоем льда, но ее землетрясение сумело расколоть лед. Она застонала, зажав уши, и тут же приглушила звуки. Казуми на мгновение споткнулась, изо всех сил стараясь устоять на ногах. Она машинально обхватила голову руками, крепко зажмурив глаза от невыносимого треска. Тодороки, заметив ее беспокойство, быстро воспользовался возможностью и заключил ее в ледяную коробку. Когда она открыла глаза, все еще не вслушиваясь, они тут же расширились, когда она уставилась на твердую ледяную глыбу, в которую медленно вмерзало ее тело. Она использовала свою грубую силу, чтобы броситься на стены, но, увы, не смогла пробить их без помощи своей причуды. Тодороки определенно позаботился об этом, сделав стены как можно толще. Как она должна была пробиться сквозь них, используя звук, который она ненавидела? Видя, что Казуми явно в ловушке, Полночь хотела объявить Тодороки победителем, но с трибун раздался громкий крик. - Стойте, придурки! - закричал Бакуго, и Полночь остановила свой флаг в воздухе. - Она пытается выбраться! Ученики геройского курса в замешательстве уставились на Бакуго.

Почему его это так волновало?

Он хотел, чтобы Казуми победила или что-то в этом роде?

Только раненый Мидория, который был свидетелем возмущенного крика Бакуго из телевизора в лазарете, понимал, что чувствовал Бакуго. Мидория всегда верил, что независимо от того, что произошло между Бакуго и Казуми, Бакуго всегда питал слабость к своей лучшей подруге детства. Все повернулись к сцене, чтобы увидеть, как Казуми на мгновение вздохнула. Она не могла издать ни звука, если не могла его слышать, что делало еще более трудным преодоление того самого звука, который она презирала. Но она не могла просто сдаться, не тогда, когда Айзава наблюдал за ней. Она еще раз выдохнула, прежде чем закрыть глаза, и подставила ладони ледяной тюрьме, прежде чем выключить слух. Она тут же съежилась от звука трескающегося льда и взвизгнула от соприкосновения тепла своего тела с холодной поверхностью. Это было еще хуже, учитывая, что, по сути, это был небольшой воздушный карман, оставлявший место для того, чтобы звуковые волны отражались друг от друга и непрерывно отдавались эхом в ее ушах. Тем не менее, она сосредоточила свою причуду в руках и ногах, начав прилагать огромное количество энергии для увеличения амплитуды звука. Ее дыхание стало прерывистым, когда она почувствовала, как звук царапает ее чувствительные уши, девушка была на грани слез, когда почувствовала, как ее руки и ноги погружаются в лед. Казуми почувствовала, как ее охватывает паника, когда шум начал проникать в ее голову, ее разум играл с ней в игры, показывая воспоминания о недавнем прошлом. О том, как она оказалась в ловушке.

В такой же коробке, только стеклянной.

Она кричала, колотя кулаками по стенам.

Когда звук стал еще более невыносимым, а ее руки начало жечь, она начала кричать. Бакуго, который все это время корчился на своем стуле, резко встал и бросился вниз, на первый этаж. - Бакуго! - позвал Ашидо, - Вернись... Мальчик остановился, зажав уши вместе со всеми остальными, когда крик Казуми резко усилился до более высокой амплитуды, чем она пропускала раньше. Все разинули рты, когда лед вокруг нее практически взорвался, ледяные осколки полетели в сторону Тодороки. Слишком отвлеченный тем, насколько ужасным был ее крик, Тодороки прикрыл уши, прежде чем потерять сознание, его тело выбросило за границу и бессистемно покатилось по сцене, пока он не ударился о стену. Полночь с благословением уставилась на Тодороки, а затем перевела взгляд на Казуми, которая дрожала на ногах. Глаза Бакуго заблестели, он собирался начать подбадривать, пока не увидел, как у нее подкашиваются ноги. Полночь мельком взглянула между Казуми, которая почти безжизненно лежала на земле, ее чернильные волосы закрывали ее рухнувшую фигуру– и Тодороки, чье тело безвольно упиралось в стену стадиона, а осколки льда вонзались в его кожу. - КАЗУМИ! ПОДНИМАЙ СВОЮ ЗАДНИЦУ! - заорал Бакуго, хватаясь за край барьера. - ПРОСНИСЬ, ЧТОБЫ Я МОГ ТЕБЯ ПОБИТЬ! Айзава, видя, что Сущий Мик был очень шокирован, взял микрофон, прежде чем объявить ничью между двумя потерявшими сознание подростками. Классный руководитель класса 1А с изумлением уставился на то, как какой-то барьер, покрывавший периметр сцены, медленно исчезает, с него на землю падают осколки льда. Светло-фиолетовый оттенок и то, как барьер состоял из маленьких волн, заставили его понять, что это были звуковые волны, создаваемые Казуми.

Неужели она создала какой-то барьер, чтобы защитить публику ото льда?

Он приподнял бровь, на его лице появилась легкая ухмылка.

ılıılıılıılıılıılı

- Хм, я вижу, у нее все хорошо. - человек в маске оперся на руку в белой перчатке, его глаза были сосредоточены на экране перед ним. - Жалко, что она такая же слабая, какой я ее помню. На экране Казуми рухнула на землю, заставив его вздохнуть.

ılıılıılıılıılıılı