𝘻𝘪𝘯𝘨 𝘣𝘰𝘰𝘮!

сейчас играет: 1.5 - я больше не какой-то маленький ребенок.

01:43 ━━━━●───── 03:50

⇆ㅤ ㅤ◁ㅤ ❚❚ ㅤ▷ ㅤㅤ↻

ılıılıılıılıılıılı

Казуми вздохнула, присаживаясь на деревянную платформу снаружи, рядом с ней лежала небольшая аптечка первой помощи, она доставала от туда несколько пластырей. Она поранила ногу во время тренировки, поэтому сделала небольшой перерыв между уборкой и приготовлением ужина, чтобы залатать возможные раны. Издалека было видно, как Бакуго только что вышел из сауны и, приложив полотенце к голове, вытирал шипы. Он заметил Казуми, которая сидела в одиночестве, накладывая на икру оранжевый пластырь. Он перекинул полотенце через плечо, скрестил исцарапанные руки и прислонился к дверному косяку своей комнаты, неосознанно восхищаясь ею. На ней были мешковатые джинсовые шорты и укороченная фиолетовая майка. Ее волосы намокли, так как она тоже только недавно вышла из сауны, и капли падали на траву, когда она наклонилась, чтобы поправить пластырь на ноге. Он не смог сдержать довольной улыбки, когда она улыбнулась сама себе, поцеловав два своих пальца, прежде чем прикоснуться к пластырю. Он узнал в этом легком движении то, что обычно делала его мама, когда они с Казуми, играя в детстве, получали травму. Было довольно мило, что она сохранила эту привычку из детства. - Кацуки? - позвала Казуми. Он слегка вздрогнул и смущенно отвел взгляд. Он надеялся, что она не заметит его пристального взгляда. - Иди сюда, - пригласила она его, похлопав по месту рядом с собой. Он подошел, спрыгнул с платформы и плюхнулся рядом с ней. Он молча наблюдал, как она схватила его за руку и положила себе на колени, прежде чем отвернуться от него. - Что ты делаешь? - спросил он, и его глаза расширились, когда она достала из своей аптечки маленькую капсулу с йодом и ватную палочку. - Убери от меня это дерьмо! Казуми легонько шлепнула его по руке и положила ее себе на колени. - Эй! На сегодня я твоя сиделка, будь благодарен. - сказала она, а Бакуго уставился на свою руку, которая побелела в ее мертвой хватке. - Это будет чертовски больно! Я лучше подожду, пока все заживет само собой! - Бакуго зарычал, извиваясь в ее объятиях. Она внезапно скрестила руки на груди, когда посмотрела на него. Он воспользовался возможностью, чтобы убрать руку, но остановился, увидев, как она сердито смотрит на него. - Дай мне свою руку, - настаивала она, протягивая руку, и на ее милом лице появилась хитрая ухмылка. - Если только ты не плакса? Бакуго горкой усмехнулся, возвращая ей руку обратно, и она мило улыбнулась. - Двуличная, - пробормотал он себе под нос и вздрогнул, когда она ущипнула его. - Блядь! Казуми хихикнула, потирая место на его руке, которое она ущипнула, а другой рукой открыла баночку с йодом, прежде чем обмакнуть ватный тампон. - Это будет не так больно, я обещаю. - заверила Казуми, прежде чем начала быстро накладывать мазь на его порезы. Он выругался и отвернулся, чтобы она не увидела, как он вздрогнул. Но она все равно заметила страдальческое выражение его лица и ускорила процесс, увидев, как ему больно. Однако через некоторое время она взяла его за щеку, чтобы он посмотрел на нее. Она рассмеялась, увидев, как он нахмурился, и придвинулась ближе. - Я почти закончила, ты большой малыш. - поддразнила она, нежно похлопав его по руке. - Просто не двигайся, у тебя порез на щеке. Бакуго раздраженно заерзал – в основном потому, что чувствовал странную нервозность, находясь так близко к ней. Что-то в ее беззаботных шутках и в том, как она легко управляла его телом, не проявляя беспокойства, заставляло его чувствовать себя странно. У него перехватило дыхание, когда она наклонилась ближе к его лицу, ее глаза расширились от сосредоточенности, когда она слегка капнула йодом прямо ему на скулу. Он даже не почувствовал боли от того, что йод попал на его порез; он был слишком отвлечен тем, как трепетали ее длинные ресницы и как слегка приоткрывались ее губы, когда она сосредотачивалась на своей задаче. Однако, она, должно быть, услышала, как у него перехватило дыхание, потому что быстро убрала руку, нахмурив брови. - Было очень больно? - тихо спросила она, слегка надув губки. Бакуго тихо усмехнулся, застав ее врасплох. - Нет, не в этот раз. - ответил он, прежде чем внимательно посмотреть, как она достает из своей аптечки фиолетовый пластырь. - Казуми, завтра мы снова тренируемся. Я только получу еще больше царапин. Нет смысла накладывать этот дурацкий пластырь. Она покачала головой, снимая пластырь, прежде чем осторожно приложить его к его скуле. - Это глубокий порез, Он случайно вдохнул ее клубничный гель для душа из-за ее близости. - К тому же, если ты хочешь быть героем номер один, ты должен заботиться о себе. Нет смысла так усердно работать только для того, чтобы не позаботиться о себе и навредить себе. - Герой номер один? - Бакуго приподняла бровь, аккуратно снимая повязку. - Как ты думаешь, я смогу это сделать? Казуми без колебаний кивнула - Конечно, в конце концов, ты же Кацуки Бакуго. Его глаза расширились, когда она наклонилась и поцеловала его повязку, но быстро отстранилась и дерзко улыбнулась ему. - Все зажило! - воскликнула она, открыв глаза и увидев, что лицо Бакуго было полностью красным. – Кацуки... Она вздрогнула, когда он внезапно поднес руку к ее лицу, его пальцы обхватили правую сторону, а большой палец погладил ее щеку. Ее лицо порозовело, она уставилась на него, застыв в шоке, когда его большой палец внезапно коснулся ее нижней губы. Его взгляд опустился на ее розовые губы в форме сердечка. Однако его взгляд метнулся к белым прядям волос, лежавшим рядом с его рукой, прежде чем он мягко отпустил ее лицо, решив убрать пряди с лица. - Не делай этого так небрежно, Казуми. - глубокий голос Бакуго вывел ее из небольшого ступора, в который она впала. - Я больше не какой-то маленький ребенок, не забывай об этом. Он мягко отпустил ее лицо, тихо поблагодарив за то, что она подлатала его, прежде чем уйти от нее в сторону главного обеденного зала. Когда он ушел, она обхватила голову руками, ее лицо практически сияло, когда она пыталась осознать, что только что произошло.

ılıılıılıılıılıılı

Казуми хихикнула, наблюдая, как Джиро бьет Серо по лицу за его нежелательный комментарий о причуде Яойорозы, и ее щеки были полны карри, над приготовлением которого усердно трудились оба класса. Рядом с ним были Монома и Кендо, которые обсуждали свои необычные тренировки, и Казуми отстранилась, слушая перепалку двух учеников. - Чему ты улыбаешься? Казуми подняла голову, заметив Бакуго, проходящего мимо нее с тарелкой еды. Его карри выглядело ужасно – оно было скорее красным, чем коричневым, из-за того, сколько специй он добавил в свою порцию. - Приятно видеть, что ученики ладят друг с другом, - прокомментировала Казуми, пододвигаясь, чтобы Бакуго мог сесть рядом с ней. Прошло уже несколько часов с тех пор, как они разговаривали в последний раз, и он, казалось, вел себя нормально, поэтому она изо всех сил старалась подавить свое смущение, возникшее ранее. Она говорила себе, что он просто капризничает, потому что она нянчилась с ним, но в глубине души знала, что дело не только в этом, судя по тому, как спокойно он справился с ситуацией. Бакуго кивнул, отправляя в рот ложку риса с карри, прежде чем с любопытством повернуться к ней. - Почему твой отец тренирует тебя? - спросил Бакуго, Казуми слегка поперхнулась рисом. Монома, сидевший напротив, усмехнулся, пододвигая к ней стакан с водой. - Жуй как следует, ты что, младенец? - Монома сделал выговор, Казуми залпом допил воду. - Эй, отвали, я с ней разговариваю. - Бакуго прервал его, слегка похлопав по спине, когда она проглотила застрявшую в горле еду. Бакуго повернулся спиной к Мономе, повернувшись всем телом к Казуми, и терпеливо ждал, когда она ответит на его вопрос. Она была не совсем уверена, может ли она рассказать о том, что ей сказали, но, поскольку Бакуго не был ябедой, как мальчик, похожий на леденец, которого она знала из своего класса, она не видела проблемы в том, чтобы рассказать ему. - Шота хочет, чтобы я была в первых рядах команды по поиску убежища Лиги Злодеев... - прошептала Казуми, и глаза Бакуго расширились. - Поскольку это опасная работа, он хочет подготовить меня к сдаче предварительного экзамена на получение геройской лицензии. - Что? - Бакуго вынужден был признать, что сгорал от ревности. - Да... они хотят использовать мою причуду, Кацуки. - сказала Казуми, и ее глаза заблестели. - Я... Я никогда раньше не чувствовала себя такой нужной. Челюсть Бакуго напряглась, когда он вспомнил слова, сказанные ему Бест Джинсом перед тем, как они покинули здание его компании. - Мы так и не поймали человека, который похитил ее, так что он, вполне возможно, все еще на свободе. А теперь, когда ее лицо появилось в средствах массовой информации, это может быть еще опаснее. Поэтому, когда я говорю беречь друг друга, я имею в виду именно это, Катсуки. То, что она, будучи студенткой первого курса, работала не только в "Про-Героях", должно было привлечь к ней внимание ПРЕССЫ. Или, что еще хуже, привлечь к ней внимание Лиги злодеев. Что, если ее похититель был членом лиги? Или, что, если он найдет ее и решит забрать обратно? Бакуго ударил кулаком по столу, заставив Казуми и еще нескольких учеников, сидевших за тем же столом, подпрыгнуть от неожиданности. - Ты с ума сошла? - он закричал, и за столом воцарилась тишина. - Ты не можешь рисковать своей жизнью, когда ты всего лишь первогодок. От его слов у Казуми упало сердце. Она ожидала, что он хотя бы немного порадуется за нее. Но вместо этого его сердце, казалось, было полно тревоги. -Ч-что? Записаться на геройский курс - все равно что рискнуть своей жизнью, какая разница? - мягко ответила Казуми, убедившись, что никто, кроме Бакуго, ее не услышит. - Кроме того, если я буду под крылышком у Шоты до моего предварительного экзамена на лицензию, он будет отвечать за меня так же, как за ваш класс в течение всего семестра. А вы, ребята, просто молодцы! -Да, но это работа на передовой в реальном мире. - прошипел Бакуго. - На учителя Айзаву можно положиться, но ты не знаешь, что может там случиться! Зачем они дают такую возможность первокурснику? Они явно используют тебя! Его последние слова прозвучали слишком сильно. Как человек, которого похитили на год и оставили в живых, чтобы взять у него кровь, она прекрасно понимала, что ее используют. Но слова Бакуго заставили ее усомниться в себе, а не использовали ли ее? - Ого, ого, Бакуго. - Киришима подошел к их столику и схватил Бакуго за плечи, прежде чем тот успел наорать еще сильнее. - Не надо так злиться. - Нет! Она ведет себя безрассудно! - Бакуго сердито сплюнул, вставая из-за стола, чтобы оттолкнуть Киришиму. - Не соглашайся так легко на что-то опасное! Имей хотя бы элементарное уважение к себе. - Разве ты не поступил бы так же, если бы у тебя была такая возможность? - Казуми резко ответила, ее голос был ровным, когда она посмотрела на него. - Ты говоришь это только потому, что считаешь меня неспособной? Лицо Бакуго вытянулось от ее слов. Он почувствовал, как его охватывает чувство неуверенности, когда она пристально посмотрела ему в глаза, словно призывая согласиться с ее словами. Дело было не в том, что она была неспособна... дело было в том, что Бакуго слишком сильно заботился о ней.

Черт.

мысленно выругался он. Он не мог так сильно заботиться о ком-то. Это только сдерживало бы его. - Тсс, ты идиотка. - Бакуго усмехнулся, засунул руки в карманы спортивных штанов и побрел прочь с площадки. Казуми выдохнула, схватила свою и Бакуго пустую тарелки и отнесла их в раковину мыть. Казалось, в этот день они только и делали, что ссорились.

ılıılıılıılıılıılı

Казуми лежала без сна на своем футоне, ее волосы были заплетены в косу, и она смотрела в потолок, натянув одеяло до подбородка. Она начала сомневаться в своей сделке с Айзавой.

Почему она так быстро согласилась?

Конечно, это был хороший опыт и возможность получить работу в полевых условиях, которая была ей по душе. Но почему она не подумала о последствиях своего выбора? Не говоря уже о том, что она никогда не думала о том, что Айзава может использовать ее. Но, вспоминая, как он всегда избегал называть ее своей дочерью, как он сохранял дистанцию между ними, как он был тем, кто так усердно трудился, чтобы мотивировать и подталкивать ее, как он был тем, кто лично обучал ее. Как он был тем, кто вызвался взять ее к себе. Она застонала, перекатилась на бок и подперла голову рукой. Она плотнее завернулась в одеяло, тихо вздохнув. Ей нужно было перестать думать об этом так глубоко. Бакуго, вероятно, так защищал ее из-за того, что рассказала ему о жестоком обращении к себе несколько лет ранее. Он не упомянул об этом при ней, когда они поссорились, хотя, учитывая, что они были на публике. Она вынуждена была признать, что у него были все основания так злиться. Она не могла допустить, чтобы его беспокойство так сильно повлияло на ее жизнь. Но она знала, что его беспокойство было обоснованным. Вероятно, она собиралась поговорить с Айзавой о своем решении во время завтрашней тренировки. Возможно, она могла бы лучше подумать об этом, а не задавать вопросы о том, почему Айзава удочерил ее. Она закуталась в простыни, решив, что делать с проблемами, которые не давали ей покоя. Она ничего не могла поделать со своими проблемами, кроме как поспать до наступления завтрашнего дня. Однако, все, казалось, стало еще сложнее, когда кое-что привлекло ее внимание. Казуми медленно села, увеличивая расстояние слышимости и настраивая чувствительность, когда услышала голос, доносящийся издалека. - Значит, их семь, - произнес хрипловатый голос издалека. - Мне все равно, просто дайте мне на них посмотреть. - напряженно ответил другой голос. - Заткнитесь, вы, сумасшедшие ублюдки. - раздался тот же голос, что и ранее. - Пока нет, мы двинемся, когда все десять человек будут здесь. Казуми выпрямилась, ее глаза расширились, когда она отрегулировала громкость звука в ушах. - Если собрать кучку сильных подонков, это только увеличит риск. Лучше иметь небольшую группу опытных представителей элиты. - продолжил тот же голос. - Сначала мы дадим им понять, что их мир в наших руках. Казуми сбросила с себя одеяло, переступая через спящих одноклассниц, и, спотыкаясь, вышла из женской спальни класса А. Она надела тапочки и выбежала на улицу, на холодный воздух, в сторону общежития для мальчиков. Распахнув раздвижные двери, она босиком пробежала по деревянным панелям, прежде чем скользнуть по земле в комнату для мальчиков. Айзава и Влад играли в карты, склонив головы к двери, когда услышали ее шаги. Когда они увидели, как Казуми просунула голову внутрь, схватившись за грудь, когда она держалась за дверной косяк, пытаясь отдышаться, они поняли, что что-то не так. Именно в тот момент, когда она увидела растерянные выражения лиц своих учителей, не имело значения, использует ли ее Айзава. Никто другой не мог выследить злодеев, кроме нее.

ılıılıılıılıılıılı

Издалека Даби не обращал внимания на препирательства шести других злодеев позади него. Его взгляд был сосредоточен на общежитиях внизу. Он заметил маленькую девушку, спотыкающуюся на выходе из одного из общежитий, и прищурился, наблюдая, как она поспешно пересекла лужайку, прежде чем броситься в другое общежитие. Он с любопытством приподнял бровь.

Как странно.

ılıılıılıılıılıılı