Дайкири и рулетка

      Синонимы имени Чонгука – наглость и самоуверенность.       Именно с такой мыслью Чимин, недоумевая, смотрит на сообщение на почте и раз за разом пробегается по одному предложению:       «хай, давай сегодня встретимся вечером?»       Наверное, если Чонгук написал бы ему такое сообщение две-три недели назад, то Чимин, возможно, и согласился бы. У него ещё голова не так плотно была забита Намджуном, да, он его привлекал, но так, чтобы думать о нём каждый час и прокручивать перед сном их первый интимный контакт, – такого ещё не было. Возможно, две-три недели назад Чимин в этот час уже бегал бы по квартире, выворачивая шкаф наизнанку, брился и мылся, представляя образ, в котором он появится перед Чонгуком, который обязательно откроет перед ним дверь автомобиля.       Они время от времени ругаются на эмоциях, потому что Чонгук невозможно гордый. Он любит себя и почти не обращает внимания на людей. Его задевает неправильное обращение к нему, его задевает, когда на него повышают голос, его задевает, когда друзья не зовут его на прогулки с собой, его задевает, когда Чимин, общаясь с ним, параллельно переписывается с кем-то ещё, его задевает, когда кто-то указывает на его скверный характер. Чимин уже и не вспомнит всех причин ссор, которые происходили между ними, ведь их было так много. Он тоже любит себя, но не до такой степени. Он помнит, как Чонгук сказал, что если с ним человек не поздоровается первым, то и он не станет этого делать (за исключением друзей). У Чонгука много достоинств, но и отрицательные черты характера он держит у себя в карманах в качестве сюрприза в коробочке из-под обручального кольца.       И всё же зловоние оскорбления ещё не выветрилось из Чимина, насколько широко он ни раскрывал бы окна в сквозняке. Для такого ему требуется месяц тишины от Чонгука, но никак не несколько недель. Чонгук в тот день очень сильно задел его, и они оба это понимают, только он не особо умеет извиняться словами. Это приносит боль. Неужели Чимина действительно никто не воспринимает всерьёз? Он всё ещё корит себя за то, что оставил Намджуна в квартире одного, но как знать, что он сказал бы ему? О чём он хотел бы поговорить с ним? О том, как он представляет свой первый секс? О том, какое порно он смотрит? О том, как именно он мечтает лишиться девственности? Им не о чем разговаривать.       Разве?       А разговоры на лестнице за бутылкой и сигаретой?       Он ничтожество?       Чимин ничего не отвечает, он оставляет сообщение висеть непрочитанным. Он пока не готов выходить на контакт с ним.       В течение нескольких часов Чимин время от времени косится на почту на компьютере, он отслеживает каждое уведомление и выжидает, какой следующий будет шаг Чонгука. Он должен унизиться перед ним хотя бы сейчас. Он должен добиваться его, выпрашивать прощение, и Чимин ещё долго не будет принимать его извинение, чтобы показать, что он живой человек, который хочет быть любимым. У него пропадает настроение даже читать сообщение с гороскопом, сообщения от старых друзей, которые приглашают его встретиться в каком-нибудь клубе, или сообщения с предложением принять участие в новом рекламном проекте. Всё потом. Сейчас Чимина интересует только собственная задетая гордость.       Но какого мнения о нём два этих человека? Однако вот вещь, которая объединяет их – они хотят затащить его в постель. Они ведь сами вкладывают в свои действия этот смысл, сами подчёркивают свой сексуальный интерес, сами провоцируют на интимные диалоги. Разве Намджун хоть раз поинтересовался у Чимина о его увлечениях, хобби, талантах и желаниях? Он либо сам обо всём рассказывал, либо пытался пристыдить Чимина за отсутствие опыта в постели и за примитивное мышление. А что Чимин может рассказать о самом себе? Умеет рисовать и готовить, закончил художественную школу, шьёт и вяжет одежду, в университет поступать не стал, живёт на деньги матери, которая несколько лет назад уехала в другую страну и с которой он изредка созванивается. Неотзывчивый, любит свою внешность, с завышенными требованиями, эгоцентричный, нецелеустремлённый. Настоящий набор «Кукла-мразь» какого-то там года выпуска лимитированного издания. Ему приятно получать комплименты от других людей, ему приятно было добиваться внимания Намджуна, но сейчас играет ли это какую-то роль?       — Да наплевать вообще, — поднимаясь с пола, говорит Чимин своему отражению. У него уже высыхает бесцветный лак на ногтях. — Наплевать, кто, с кем, почему и зачем хочет переспать. Меня это не волнует, я просто хочу, — он смотрит себе в глаза, не может заставить себя улыбнуться, — чтобы меня лишили девственности. Я больше не хочу придавать этому такое большое значение. Я потеряю для них ценность, и они исчезнут из моей жизни.       Чимин накидывает на себя большую белую футболку размера XXL, прикрывающую его синие боксеры, запрыгивает в тапки и стучится в квартиру Намджуна. Сначала тишина, Чимин плотнее прижимается ухом к двери, нажимает на дверной звонок, а затем слышит копошение. Он тут же отпрыгивает назад и приглаживает волосы. Неужели он его разбудил?       — Снова ты, мальчик-одуванчик! — сквозь щель приветствует Хосок Чимина, широко улыбаясь и щурясь. — Чего в трусишках по подъезду бегаешь? Спонсора ищешь?       — Мне Намджун нужен, — он игнорирует заинтересованный взгляд, направленный на его голые ноги, приподнимается на носочках и двигает шеей, пытаясь разглядеть коридор за спиной парня.       — Зачем?       — Поговорить надо!       — Он уже устал и почти уснул, а тут ты в его сонную идиллию врываешься. Чуть лбом нашу дверь не разнёс. У него ночная смена, так что иди обратно домой, сплети какую-нибудь салфеточку по макраме, — Хосок уже начинает постепенно прикрывать дверь, маша рукой на прощание, но Чимин просовывает ладонь в проём.       — Дай. Мне. Поговорить. С Намджуном.       — Нет, я не понял, тебе все твои лепестки с головы поотрывать, что ли? Только учти, я не гадать на тебе буду.       — Это не твоё дело! Забирай «ВАШУ» дверь и проваливай отсюда! Позови сюда моего Намджуна! НАМДЖУН! Я сейчас так зол, что лучше со мной не спорить!       — Чимин? — дверь полностью раскрывается, и на пороге возникает Намджун в одних домашних шортах. Он торопливо поправляет волосы, говорит что-то на ухо Хосоку, тот кивает и, одаривая Чимина снисходительной улыбкой, уходит в спальню. — У тебя что-то случилось?       Что он сказал ему? Извини, дорогой, я сейчас разберусь с этой стервой и приду к тебе, где мы вернёмся к тому, с чего начали, тебе лучше не слышать его воплей.       — Да вот думал, ты уже умер. Давно не виделись. На лестничной площадке больше не встречаемся.       Чимин сдерживается из последних сил, чтобы не раскричаться на весь подъезд до первого этажа. Он чувствует себя таким униженным после встречи с Хосоком. Что он здесь делает? Почему он в квартире Намджуна? Почему он открывает дверь? Почему он встречает его? Почему он говорит «нашу дверь»? Почему «нашу»? Чимин ужасно ревнует, он хочет заплакать и ударить Намджуна кулаком или ногой. Разве не он совсем недавно целовал его на кровати ранним утром? Тем единственным утром, когда он никуда не ушёл, когда он никуда не исчез, когда он увлёк его в поцелуй и почти что раздел? Как они могут так поступать с Чимином? Чем он это заслужил? Он как-то неправильно ведёт себя? Он должен отдаваться им в первый же день?       — Я думал, что ты больше не хочешь со мной общаться. Две недели уже бегаешь от меня.       — Я? Бегаю? — театрально изумляется Чимин. — Когда такое было?       — Думаешь, я не замечаю, как ты украдкой проскальзываешь в свою квартиру, как захлопываешь дверь, когда слышишь, как на нашем этаже останавливается лифт, как сбегаешь по лестнице, когда слышишь мои шаги за дверью? Ты всё ещё выбегаешь по ночам из квартиры, но стоит тебе услышать только малейший звук, и ты сразу залетаешь обратно. Чимин, я знаю, что тебя всё ещё мучают кошмары и что это единственный безалкогольный способ спрятаться. Я всё знаю.       — Отлично. Ты за мной следишь?       — А ты избегаешь меня?       — Нет. С чего это? — Чимин складывает руки на груди и смотрит на стену.       — Все признаки на лицо. Ты так быстро от меня свинтил в тот день, даже не дал договорить. Мне кажется, на этом ты поставил точку в нашем общении.       — А ты что прикажешь мне делать? — Чимин повышает голос, всплескивая руками. — Как должен ещё поступить человек на моём месте? Я, девственник даже до поцелуев, первым делаю шаг и предлагаю себя, а в итоге наблюдаю картину, как ты воссоединяешься со своим любовничком!       — Какое воссоединение? Какие, мать твою, любовнички? — шипит Намджун и закрывает дверь. Будет скверно, если Хосок услышит это. — Я вообще не понял, что произошло в тот день! Нет, ты мне даже объясниться не дал! Ты чё, амбассадор этикета, думаешь, это красиво, а? Ты кто такой, чтобы вот так за собой последнее слово оставлять? И потом ты, вся важная из себя курица, сбегаешь из квартиры и что-то кудахчешь о том, что рядом со мной место заслуживает другой человек! У тебя там в котелке лапша вместо мозгов совсем переварилась, что ли? Не знаю, что ты там себе навыдумывал, но ты края видишь?! Или ты, алкаш, уже с самого утра наклюкался?!       — Не пил я! Не пил! Я не алкоголик! Хватит так называть меня, ты, пенсионный фонд! Что тогда этот Хосок делает в твоей квартире, а? — Чимин, обескураженный словами Намджуна, придавливает его главным вопросом, который задевает его больше всего. Он дурак? Похож, да, но даже дурак поймёт, что между ними двумя произошло. Слишком очевидно, чтобы выслушивать оправдания. Намджун замолкает, но его глаза горят яростью. — Я такого унижения ещё никогда не испытывал, как тогда. Он меня унижал, а ты даже слова поперёк не сказал!       — А по мне не видно было, что я совсем не рад был его присутствию и хотел спровадить как можно скорее?       — НУ ТАК И ЧТО ОН ТУТ ЗАБЫЛ? Трусы твои погладить вернулся?!       — Ему некуда идти, Чимин. Он ждёт, когда прежние квартиранты выселятся, и он уедет. Я не вру тебе. Клянусь.       — Ах, не врёшь? А ты поставь себя на моё место, я тебе тогда в чувствах признавался, и!..       Чимин замолкает, зажёвывая губы вместе с солёной обидой, если он продолжит, он заплачет. Намджун это чувствует, поэтому тоже молчит, даёт возможность выговориться. Чимин личность ранимая и чувствительная, он не переносит ссоры и конфликты. Почему на их пути раз за разом возникают препятствия? Так комично и отвратительно. У него слезятся глаза от мыслей, он пытается украдкой подтереть глаза.       — А сейчас дверь твоей квартиры открывает он! И ты выходишь полуголый! — голос Чимина дрожит. — Ты соврал мне, ты всё ещё любишь его. Господи, какое я ничтожество, унижаюсь перед тобой, а забыть тебя всё равно не могу! Знаешь, знаешь... я действительно не понимал, почему я проклят. Но я всё понял, я понял, что просто не достоин того, чтобы меня любили.       — Чимин, не говори так...       — А я разве неправду говорю? Я ведь признался тебе, а ты пустил его к себе! Мы!.. Мы!.. Мы не в отношениях, я не имею права требовать с тебя что-то, но хотя бы капельку, капельку уважения, Намджун. Просто сказать: «Извини, я не могу принять твои чувства. А вот просто так переспать с тобой я был бы не против!» Это так тяжело?! Зачем мучить меня? Почему вы все такие?! — от выплеснутых эмоций Чимин начинает плакать и накрывает лицо ладонями.       — Чимин, я клянусь...       — Ты просто скажи: ты ничего ко мне всё это время не испытывал? Скажи.       Дверь раскрывается и ударяет по спине Намджуна, приоткрывшего рот, чтобы успокоить и разубедить Чимина в его сомнениях и страхах. В их разговор вмешивается Хосок, высовывая голову наружу и пытаясь одним взглядом быстро оценить ситуацию. Он видит заплаканное лицо Чимина и недоумевающего Намджуна.       — Намджун, я понимаю, разговор важный, но вы здесь сейчас всех жильцов на уши поставите, у тебя смена через шесть часов. А ещё тебе сестра позвонила, она что-то про твоего отца говорила, что-то как будто ему плохо стало. Давайте вы как-нибудь потом поговорите?       — Отцу? — встревоженно.       — Всё, Намджун, забегай быстрее, — Хосок хватает парня за предплечье и утаскивает в квартиру. — Пока, Чимин, был рад поговорить, надеюсь не увидеть тебя снова!       Дверной замок закрывается. Чимин дрожит, но не от горя – от злости. Злость вспыхивает, как под пламенем. Он гневно ударяет по двери, топает ногой, а затем влетает в свою квартиру, грозно хлопает дверью до обсыпавшейся штукатурки и до оглушения.       Новое сообщение:       «Ну раз не хочешь то твоё дело, мог бы и       ответить а не игнорить целый день >:Р»

Ответ:

«Чонгук, через час чтобы был у моего

дома! Мы едем играть в покер!!»