become yourself

      — У девушки должен быть хотя бы один по-настоящему качественный комплект нижнего белья, — однажды Тошинори случайно вспоминает фразу, неоднократно услышанную ей откуда-то. И хотя она, признаться честно, не совсем согласна с этим — в конце концов, каждой девушки самой решать, сколько комплектов нижнего белья иметь…       Ну, качественное нижнее белье, которое не подведёт вас практически в любой ситуации, не вызовет раздражение на коже и не причинит дискомфорт, никогда не помешает, верно? По крайней мере, этим она руководствовалась — или оправдывалась, когда день спустя они с юной Мидорией в самом деле идут в торговый центр за обновками.       И, впрочем, не так важно, что такая фамильярность и походы учителей со своими учениками в магазин — уже само по себе нечто не совсем ординарное; и уж тем более не так важно, что учителя, вообще-то, не ходят со своими учениками выбирать нижнее бельё, аргументируя это… да ни чем таким, что в самом деле сошло бы за правдоподобный аргумент.       Но, к счастью, Яги достаточно умна, чтобы беспощадно отбросить своё здравомыслие как можно дальше, вместо этого под повседневный разговор с Изуку со странной дрожью в конечностях, не имеющей ничего общего с весенней прохладой, направляясь в сторону нужного магазина — к счастью, они выбрали достаточно далёкий от школы торговый центр, чтобы уж точно не пересечься ни с кем по пути…       И, кроме всего прочего, Тошинори также настояла на том, чтобы зайти не в самый дешёвый отдел, а выбрать магазин со средними ценами, где и отзывы, и качество самих товаров были неплохими, поскольку один по-настоящему качественный комплект нижнего белья — куда лучше кучи некачественных, которые преобладали в менее дорогих фирмах.       Кроме того, покуда Всесильная уже давно для себя решила, что сделает юную Мидорию преемницей своих знаний и научных работ, над которыми девушка как раз не так давно очень хорошо и кропотливо потрудилась, выложившись на «Плюс ультра», комплект нижнего белья более чем может сойти за подарок за усердный труд?       Тем более, что Яги без преувеличения достаточно богата, чтобы купить Изуку ту вещь, которую она захочет, ту вещь, которую она по-настоящему заслуживает, потому что… ах, женщина слишком хорошо знала свою ученицу, склонную к самопожертвованию и к тому, чтобы поступать правильно.       Именно поэтому, если действительно понравившееся нижнее бельё — или что-либо ещё, будет стоить буквально на йену дороже, чем планировалась, Мидория никогда не купит это, что, впрочем, было более чем разумно — особенно с учётом того, что её матери — обыкновенной медсестре, и без того приходилось немало работать, чтобы обеспечивать себя и свою дочь…       Слишком дорогостоящая единоразовая покупка не просто навредила бы их бюджету, но и оказалась бы абсолютно иррациональной. А просто так, без повода, девушка не примет подарок от другого человека, так что… ну, Изуку правда трудилась настолько усердно, что заслуживает поощрения, не так ли?       (Или же сердце Тошинори попросту было готово разойтись по швам от мысли, что её девочке придётся ограничивать себя в чём-либо, покупая не то, что нравится и подходит лучше всего, а то, что дешевле всего — и далеко не всегда качественно)       Хотя Яги, скорее, лишь оправдывалась, прикрывалась подобными мыслями, но в любом случае… купить что-то для молодого, здорового и красивого человека — своей ученицы, было куда приятнее, чем потратить деньги на собственное, далеко не такое красивое и здоровое, мягко говоря, тело. Это, вероятно, было бы куда более полезной и правильной тратой, нежели…       (Раздай всю себя и всё то, что осталось у тебя, по кусочкам, Тошинори. Разве твоё тело, твой разум, ты в целом… когда-то по-настоящему принадлежали тебе? Есть ли хоть малейший смысл тратить даже одну йену на что-то полуразрушенное, прогнившее изнутри, предназначенное лишь для того, чтобы отдавать себя всему миру, но никогда и ничего не брать? Так почему же сейчас ты колеблешься, Тошинори?)       — Ой, вот и он! — чересчур восторженно вскрикивает Мидория, тут же краснея, когда девушка осознаёт, насколько громким был сейчас её голос.       Глядя на витрины довольно большего магазина, пестрящего самыми разнообразными комплектами нижнего белья на любой вкус, размер, материал и цвет — глаза попросту разбегались от желания как можно лучше рассмотреть даже каждую мелочь, каждую деталь; Яги прикусывает язык со странным и незнакомым, но таким тяжёлым чувством на сердце, почти что прожигающим внутренности.       (О чём ты думаешь, Тошинори? Взгляни на себя в зеркале. И вспомни, ради чего вы здесь)       …ах, точно. Наверняка они смогут подобрать Мидории наиболее подходящий и наиболее красивый и комфортный вариант. Ей без сомнения что-нибудь понравится здесь, и юная девушка не вернётся домой с пустыми руками, верно?

***

      Впрочем, подобрать нижнее бельё оказывается не так уж и легко, как казалось ещё несколькими минутами ранее, потому что Яги крайне редко покупала себе что-то подобное — да и какую-либо одежду в целом; а Изуку… ещё реже. Говоря точнее, юная девушка была здесь практически впервые, обычно в этом вопросе полагаясь на свою маму — Инко.       Но, к счастью, Мидория хотя бы помнила, какого размера мама покупала ей бельё, поэтому основная задача заключалась в том, чтобы выбрать фасон, материал и цвет — а вот уже с этим возникали огромнейшие проблемы, учитывая всё разнообразие, представленное здесь. Кроме того…       — Думаю, — озадаченно почёсывает свою поразительно длинную шею Тошинори, оглядываясь в поисках надписей с разделами, прежде чем кивнуть в сторону одной, — для начала нам… было бы неплохо пройти туда? И выбрать комплект спортивного нижнего белья. С этим не должно возникнуть много трудностей.       Ну… почти. Однако благодаря консультантам магазина Изуку смогла найти тот спортивный топик, который не только приглянулся ей, но и явно оказался бы достаточно практичным, удобным, приятным к телу и эластичным одновременно, чтобы не жалеть об этой покупке и уж тем более не волноваться о практичности и надёжности — один пункт из мысленного списка Яги уже вычеркнут.       Впрочем, отыскать повседневный комплект тоже было практически проще пареной репы — в тот момент Тошинори лишь стояла в сторонке, с небольшим интересом разглядывая интересные фасоны в другом отделе, пока Мидория немного застенчиво, иногда оборачиваясь на учительницу, присматривалась к белью нежных, пастельных тонов с довольно милыми, местами даже забавными изображениями в виде зайчат или каких-то других зверушек — на это Всесильная могла лишь фыркнуть.       Потому что вскоре — быстрее, чем хотелось бы; они вдвоём стояли с донельзя красными щеками перед тем, что Яги бы без сомнения назвала «ничем», но это висело на одном из манекенов, перед которым учительница и ученица совершенно случайно остановились, с нечитаемыми выражениями лиц переглянувшись почти синхронно, стоя в тяжёлом молчании, пока кто-нибудь из них не сможет сказать хотя бы что-то:       — Гм, я не уверена, что это… удобно? Наверное, нам стоит пройти дальше, юная Мидория…       Пожалуй, Всесильную в жизни может по-настоящему удивить лишь ничтожно малое количество вещей. Однако то странное подобие стрингов, держащихся, по всей видимости, на божественных силах — не иначе; шокировало её настолько, что она, весьма консервативная, ещё долго оставалась под впечатлением, прилагая все усилия, чтобы не закашляться кровью, когда её мысли плавно перетекают в довольно странное русло.

***

      Точно так же, как и в косметике, в одежде, в кулинарии и во многих других премудростях Тошинори, потратившая большую часть своей жизни исключительно на науку, на общее и полезное для мира дело, откровенно не разбиралась — или придерживалась весьма строгих взглядов, навязанных её прошлым обществом.       Поэтому единственным образом, которым она могла помочь Изуку — разве что своим кошельком и редкими, казавшимися ей самой неправильными, комментариями, над которыми чаще всего приходилось хорошенько подумать, хотя какие-то элементарные вещи, благо, женщина всё же могла подсказать:       — На мой взгляд, всё же стоит присмотреться к более натуральным материалам. Хотя если ты не планируешь носить этот комплект часто, особенно на повседневной основе… подожди, юная Мидория. Кажется, мне попадалось на глазах что-то подобное… о! Вот и он.       Такой высокий рост обычно был для Яги проклятием, однако сейчас она как никогда благодарна этой своей особенности, позволяющей ей видеть одновременно немного больше комплектов, нежели Изуку, в поле зрения который находились, в основном, лишь средние и самые низкие полочки. Именно поэтому у учительницы также больше шансов быстрее найти нужную вещь…       Довольно простой и лаконичный, без излишеств в виде бантиков и оборок, такое близкое к классике — Тошинори нравится это… и Мидории, впрочем тоже: высокие трусики-стринги, аккуратный и мягкий, эластичный топ — и всё это бежевого, почти телесного, цвета… должно быть, самый нейтральный вариант из всех возможных, подходящий даже больше для повседневности, чем для каких-то особенных случаев.       (Не то чтобы у Изуку есть последнее, но всё же, когда в её зелёную макушку пробралась одна случайная, немного озорная и до бесконечности волнующая, безрассудная мысль… нет, ей точно не подходит этот комплект)       — Он правда очень приятный наощупь, и я уверена, что комплект комфортно носить — особенно летом, потому что в нём явно не будет жарко, — поясняет своё решение Мидория, застенчиво хлопая ресницами, когда Яги выглядит неподдельно удивлённой, — но… кхм. Для тела? Мне хочется, чтобы… найти что-то особенное. И для тела, и для души.       Тошинори, внимательно слушающая свою ученицу, на последней фразе растерянно выгибает бровь, нелепо моргая, прежде чем слегка нахмуриться под тяжестью странного, неясного чувства, задаваясь вопросом… что означает «для души»? Конечно же, у неё есть душа, но…       Всесильная отдавала предпочтение классике и тому, что, возможно, чересчур простое, однако комфортное; не задумываясь ни о какой эстетике, хоть у неё всё же было несколько ярких и современных, даже экстравагантных костюмов (впрочем, купленных не ей самой, а подобранных стилистом перед важными выступлениями). Поэтому… сейчас она в самом деле чувствовала себя сбитой с толку, пожимая плечами.       (Ей слишком стыдно и неловко переспрашивать, интересоваться о том, чем является одежда для души, потому что… нет, всё же: а есть ли у неё вообще душа? Что осталось от учёной после всех её многочисленных опытов и бесконечных расчётов?)       — Хорошо, — отвечает Яги спокойно, ровно, но чересчур тихо, прикрываясь мягкой и нежной улыбкой, когда сердце замирает в преддверии внезапной бури, — тогда… я буду ждать тебя здесь, если тебе понадобится мой совет.       (Изуку он не понадобится — девушка, возможно, и юная, но во многих повседневных вещах разбирается гораздо лучше. Поэтому смирись с тем, что в обычном мире, где нет места всему тому, чем занималась Всесильная целую жизнь, нет места и тебе, Тошинори)       Мидория, улыбаясь ярко-ярко — точно само солнце в этот тёплый, ни в коем случае не жаркий и не обжигающий весенний день, почему-то благодарит её за услышанные слова настолько искренне, настолько радостно и рьяно, что в самом деле хочется верить…       Что Яги может быть нужной даже сейчас, в новом и непривычном, чересчур современном для неё мире обычных людей. Что она всё ещё может быть кем-то за тенью Всесильной. Что она всё ещё может быть… всё тем же не менее важным, не менее ценным человеком даже сейчас — как и то, что она в целом может просто быть.       — Но, — внезапно останавливается на половине пути Изуку, оборачиваясь в сторону учительницы и в очаровательной смеси задумчивости и игривости прижимает указательный палец к своей мягкой, веснушчатой щеке, — я не покажу Вам свой комплект, если Вы не подберёте что-то себе.       …в конечном итоге Тошинори всё же не сдерживает кашель.

***

      Она пошла на сделку с дьяволом — не иначе, покуда сейчас с неимоверно глупым выражением лица, выражающим абсолютное недоумение и растерянность, стоит перед манекеном с комплектом, который… это нельзя назвать по-настоящему оригинальным, но, несмотря на некоторую ординарность, сердце Яги странно затрепетало, словно женщина стояла в крошечном шаге от гениального открытия.       Но нет. К сожалению — или к счастью, она всего лишь стояла в шаге от обыкновенного, особо ничем не примечательного нижнего белья, которое, впрочем, удивительным образом приглянулось: ажурное, нежно-нежно бледно-голубого цвета, вероятно, даже слишком нежного, что смотрится вполне гармонично; с мягкими, комфортными чашечками и трусиками-слипами такого же голубого, разве что по бокам — где бёдра, аккуратные вставки белого — как и, впрочем, у бюстгальтера, верхняя часть которого образовывала белую «галочку».       Пожалуй, правда ничего такого сверхъестественного, приковывающего к себе внимание, но Тошинори показалось, что к её голубым глазам… ах, нет, это слишком нелепая мысль, не правда ли? Но, по крайней мере, материал у этого комплекта настолько приятный, настолько комфортный, что отказать себе в приобретении подобной вещи… не совсем правильно?       Потому что Яги тоже заслуживает чего-то хорошего, красивого. Того, чего она действительно хочет, насколько глупым или странным её выбор ни казался бы остальным. Ведь это правильно, ведь это и должно быть так, не правда ли?       (И плевать, Тошинори, что из-за аварии у тебя нет одной груди. И уж тем более плевать, что ты не выходишь никуда дальше своей работы, дома и ближайшего магазина. Сделает ли тебя это счастливее?)       Когда женщина притягивает комплект к себе, сжимая в руках вещи от нелепой, но всепоглощающей радости, так сильно, что, казалось, её пальцы станут белее белого; с абсолютно искренней и довольной, почти победной улыбкой, открывает для себя кое-что очень и очень внезапное       Счастье может быть не только в мировых открытиях, но и в обыкновенных мелочах. И пока эти мелочи действительно приносят удовольствие… это уже не мелочи, а важные, полезные и нужные вещи и события, которые не просто имеют право на существование: они должны существовать.

***

      Яги немного — и, если честно, наиграно, дуется, потому что Изуку так и не показала ей выбранный комплект. Но, как бы ни было любопытно… слишком странно лезть с расспросами, не так ли? К тому же, прошедший день и эта вылазка в магазин принесли больше пользы, чем вреда.       Потому что, несмотря на «обман» ученицы, стоя сейчас перед зеркалом в ванной комнате в купленном нижнем белье, проводя руками по своим худым бёдра и выступающим косточкам на них, неторопливо перемещая пальцы к тонкой талии… Тошинори чувствует себя по-настоящему совершенной.       И не так важно, что у неё нет груди, а большую часть левой стороны занимает огромный и уродливый, стёганный-перестеганный шрам. И не так важно, что она слишком худая и, должно быть, чересчур странная, отличная от общепринятого понятия красоты.       Но сейчас, впервые за долгие годы, Яги без доли сомнения может назвать себя если не красивой, то, во всяком случае, чересчур довольной. Счастливой. Полноценной? Да, даже так — словно наконец-то вдохнула воздух полной грудью, а не одним-единственным лёгким.       (Словно наконец-то приняла себя)       …однако же, когда ничего не подозревающей Тошинори приходит уведомление на телефон, дышать становится одновременно ещё легче и ещё тяжелее. Потому что, ради физики и всего Святого в мире… Мидория всё же решает показать своей учительницы комплект нижнего белья, который, как и сама девушка, исключительно красив.       Что ж, это ещё один прекрасный день, чтобы любить девушек, не правда ли?