49 хэйтеров и одна любовь

Даня сидит у себя в стримерской, пытается сосредоточиться на монтаже какого то левого видео или проще говоря, отвлекается хоть на что-нибудь. Завтра съемки хэйтеров и кажется, тревожность выходит за грань возможного. Обычно такое волнение он испытывал перед походом к стоматологу или полетом на самолете. Съемки же редко так встрясывали организм. Но тут была ситуация иначе. Пятьдесят тигров и один загнанный рыжий котёнок в одной клетке. Страшно. Руслан заглядывает аккуратно в комнату и наблюдая за нервными рваными движениями парня, встаёт в проход, ожидая, когда того заметят. Но, так и не дождавшись, решает подойти уже сам, максимально мягко укладывая руку тому на плечо. От чего Даня на месте подпрыгивает от испуга, снимая наушники. — Ты чего? — Рус усмехается и не застав ответной реакции, хмурится, по голове мягкой начиная гладить — Переживаешь? — Переживаю. И мужчина думает еще пару секунд, прежде чем предложить то, что давно хотел. — Дань, слушай, я тут думал последнюю неделю.. — предложение еще тянет так долго, нежнее поглаживая волосы, чтобы смягчить реакцию. — Мы вот объявили всем о ссоре, когда встречаться начали, помнишь? — Так — Парень внутренне уже напрягается, представляя масштаб вопроса. — Мы же понимали, что будет видно, что мы сильнее контактировать начали. О обрыве общения то сказали, а по сути ничего не изменилось, тик-токи, фанфики, так бы все и было, только жизнь усложнили себе. Никуда вместе не ходим, ну прям совсем. Может, мы.. — Нет! — Он категорично трясет головой, распыляя все вокруг своим страхом и тревожностью. А Руслан, конечно же, ловит это. — Ты ведь даже не дослушал.. — Пользуясь советами психологов, кладет руки на щёки чужие, пальцами оглаживая. — Тише, послушай, я просто прийду в качестве гостя, по импровизирую что-нибудь, и мы «помиримся» Нам же легче. — Нет, пожалуйста, Руся — Вторит тот и даже подумать об этом боится, чуть ли не рыдая. Кашин до тахикардии, до дрожи в коленях. Боится, боится что о них узнают. Возможно что-то сделают, они явно не в той стране где стоит распространяться об этом. Но страх только для одного человека показывает. Но ведь иногда через страх надо переступать? — Хорошо, я услышал тебя. Иди сюда, — Рус притягивает его к себе ласково и оставляет успокаивающий поцелуй за ушком. — Пошли спать, поздно уже. Он, правда, не будет говорить про то, что Егорик уже одобрил его заявку. *** Даня добирается на съемки в одиночку. Утром проводил Руслана на студию. Кажется, появились какие-то сложности с альбомом. Сомнений это никаких не вызывает. С новыми песнями всегда много мороки, а потому сегодня прийдётся переживать в одного — Готов? — Вопрос от Егора ощущается как насмешка, а по факту всего лишь риторический, а значит, варианты ответов однообразны. — Конечно — Данила давит неуверенную улыбку и они начинают съемку. В начале травит несколько идиотских шуток. Забирает подарки от «хэйтеров» располагаясь на кожанном кресле, отвечая сначала на самые несерьезные вопросы про Енину, несуществующую жену и концерты. И он понимает, что в принципе расслабился и сильно нервничать не получается. Как бы то не хотелось. Дальше все продолжается с более серьезных вопросов, и кто-то даже спрашивает о Руслане. Приходится отвечать сухо, будто и не интересует совсем. В расплох застаёт только появление Ениной, которую он тут же сбивает спесь плакатом, а та позорно сбегает. И он уверяет себя, что самое главное позади. Но Даня теряется в момент, когда микрофон дают мужчине, у которого он до боли в теле ловит знакомые черты лица, спрятанные за призмой темных очков. Руслан, Блять! Резко прямо садится. Чаще дышать начиная. — Данила, Здравствуй — Тушенцов очки снимает, принимая аплодисменты ребят вокруг. Рыжий глазами бегает по полу, правой рукой в подлокотник вцепляясь, а левой в микрофон. Даже по привычке ногой трясти начинает. Все это было похоже на недо-паническую атаку. Ну или именно неё? И кажется, только глаз Руслана способен уловить все эти нервные вещи, что проделывал возлюбленный. Уж слишком хорошо его знал. А тот теперь то точно чувствовал себя загнанным в угол котёнком. — У меня к тебе скорее не вопрос, а предложение. Думаю, ты тоже устал бегать со всех мероприятий, на которых приглашают нас двоих. Прошло три года, и я бы хотел сказать, что мне надоели наши прятки друг от друга. Что ты думаешь о том, чтобы поговорить без камер, и наконец-то все решить и погасить все недопонимания, а может даже возобновить нашу дружбу. Я, если честно, очень этого бы хотел. — Сердце в груди замирает и кажется, не только у этих двоих, но и у всего зала. Все с нетерпением ждут ответа, будто тут предложение руки и сердца делают. У младшего узел в животе завязывается, и микрофон сжимается сильнее. С ели заметной за очками влагой на глазах. А Рус, уже готовый все бросить, хочет подойти, в лоб поцеловать, лишь бы успокоить его. Не может он на такого Кашина смотреть, аж самому плохо становится. — Я..Да, да. Я согласен. Нам нужно поговорить — Взгляд наконец-то поднимает, когда к нему спускаются, чтобы любимые ромашки подарить. И тут значит успел. Старший аккуратно букет небольшой отдает и обнимает. Не по-дружески совсем, вплетаясь пальцами в рыжие волосы поглубже. — Не дрожи ты так, не съем. — И говорит шёпотом, горячо ухо опаляя, чтобы только он услышал — Будто не ты сегодня утром подо мной стонал, любовь моя. Даня краснеет, мгновенно возвращая на место, а причина краски на лице не уходит с площадки, тоже возвращаясь к своему месту. Приятное тепло по телу разливается. Паники будто и не было совсем. Теперь можно не прятаться за спинами ̶ф̶а̶н̶а̶т̶о̶в̶ хэйтеров и спокойно наблюдать за родным человеком, так смело и красиво отвечающим всем. Он гордится своим мальчиком. И дома, конечно же, его наградит