Из сладкого сна

Джинни испытывала невероятное волнение, образование в знакомом ей мире оставляло желать лучшего, и время, проведённое, в Хогвартсе являлось ключевым периодом для большинства подростков, юношей и девушек, которые являлись волшебниками Британии. Она шестнадцатилетняя девушка, яркая и достаточно симпатичная, как и все надеялась, что с этого момента откроется новая страница в её жизни, по этому, с волнением собирала любимые наряды, форму и учебники, среди которых, совершенно неожиданно обнаружилась тетрадь в чёрной обложке. Джинни безумно любила всякие блокноты и ежедневники, но не хотела напрягать родителей по мелочам, в семье, каждая копейка была на счету, поэтому она привыкла во многом себе отказывать. Возможно, просто кто-то из братьев решил её порадовать и сделать сюрприз? В любом случае, новый личный дневник, для её многообещающей школьной жизни Джинни не помешает. Первую запись она символично сделала уже в самой школе. Её переполняли самые разные эмоции, которыми хотелось поделиться хоть с кем-то, даже с бумагой, ведь близкую подругу за один день не заведёшь, хотя Луна была довольно милой, хоть и странной. Джинни даже было немного жаль, что она уже по семейной традиции попала в Гриффиндор, а не на один факультет с новой знакомой, хотя это неверное, и к лучшему, Когтевран совершенно ей не подходил. Строчка за строчкой, беспрерывно и с энтузиазмом она заполняла страницу тетрадки.  Мысли её, как и у любой девушки лились не однородной рекой, а разбивались на десятки маленьких ручейков. Как-то так она дошла и до парней. Ожидаемо, ей всё-таки шестнадцать и от огромного количества персон вокруг просто разбегались глаза. Хотя, она ещё летом успела познакомиться с самим Гарри Поттером, тот конечно был ещё достаточно далёк от идеала ему бы подкачаться немного и уверенности в себе побольше, ну а в целом, он был довольно симпатичным и богатым, и знаменитым… Джинни прикусила кончик пера, обдумывая эту идею, эту идеальную ситуацию, где она встречается с настоящей звездой магической Британии, помогает тому расправить плечи и встать на ноги, живёт в роскоши, появляется на первых полосах газет, ходит на баллы. Она уже хотела перенести часть размышлений на бумагу, но там её ждал «сюрприз». Строчка, что она не писала, те ми же чернилами, но вот подчерк разительно отличался. « И что же, ты решила попытать счастье с героем?» Эти слова… Тетрадь была не обычной? Может подарок от близнецов, но те просто создали какой-то инновационный продукт или соединили тетради, чтобы разыграть сестрёнку? Вот клоуны, она же столько всего глупого уже успела сюда написать! Однако, на следующий день, когда она решила спросить напрямую, братья отпирались, да и позже, что бы убедиться наверняка она сравнила подчерк, который разительно отличался от импульсивных каракуль близнецов. Подделать его конечно не проблема, но Джинни хорошо знала Фреда и Джорджа, они бы не продолжили розыгрыш после раскрытия, особенно такой злостный. Ситуация оставалась достаточно загадочной. Все братья постепенно были исключены из списка подозреваемых, хотя вскоре Джинни было уже всё равно, кто бы ни отвечал ей из дневника, этот человек, был потрясающим. Таким уверенным и харизматичным, все его советы и слова казались правильными, он просто выглядел в её глазах таким взрослым и крутым. Хорошеньким девочкам положено влюбляться  в таких юношей. В таких не совсем честных и правильных, но обаятельных и красивых.  Джинни уже и забыла, что когда-то мечтала о статусе девушки Гарри Поттера, по кусочкам стараясь собрать информацию о новом знакомом. В школе творилась полнейшая неразбериха, но Джинни была слишком занята собственным псевдо романом. Мерлин, с её телом и мыслями творились странные вещи, будто бы она и вправду была в отношениях. Образ Тома возник в голове с небывалой лёгкостью, помогли и те небольшие кусочки данных, что она откапывала, сохраняла и коллекционировала подобно сокровищам. Когда этот «картинка» сформировался окончательно, Том впервые появился в её сне. Это был раз третий за всю её жизнь, но прежде всё не было таким ярким и реалистичным. Парень держал на лице усмешку, будто смеялся над её такой откровенной фантазией. Рассматривал внимательно, отчего Джинни ужасно хотелось прикрыть себя чем-то или хотя бы закрыть самые откровенные места.  Однако она даже взгляд не могла отвести в сторону, не говоря уже о том, чтобы двинуться, будто и вовсе не могла контролировать своё тело. Том присел возле неё, легко проводя ладонями по коже. Каждую секунду эмоции в голове Джинни сменяли друг друга, когда руки были на шее она почти дрожала от того насколько властными ощущались эти прикосновения. Ладони перешли на грудь, не сжали, лишь очертили линии, а Джинни была смущена до самого предела. Руки провели по талии и спине, она уже безумно хотела большего, хотя бы… Большего контакта, чтобы она сама могла прижаться к чужому телу, как-то ответить на всё это, но продолжала оставаться бездвижной по воле сновидения. Пальцы одной из рук сжали кожу под коленом, отвели ногу чуть в сторону, а вторая. Девушка закрыла глаза, другая рука перетекала по её телу всё ниже, прямо ТУДА. Это и вправду происходило, но лишь пальцы несильно провели по самому краю киски, как её жестоко выдернул из сна звон заклинания, что многие ставили, чтобы вовремя проснуться. Джинни рывком села на кровати, подтянув к себе ноги и, обняв руками подушку. Щёки щипало из-за количества приливаемой к ним крови. На таком моменте! Да чтоб его, нельзя было один единственный разочек проспать? Ну что за несправедливость? Девушка поспешила в душ, пока его никто ещё не занял, чтобы привести себя, а заодно и мысли в порядок. Ей не в первый и не в последний раз снятся эротические сны. Просто раньше сны были не настолько пугающе чёткими и не заканчивались на самом интересном! Она вздохнула, было бы здорово, если бы она смогла «досмотреть» его. День проходил как обычно, разве что ей было очень неловко писать в дневнике, но она старалась не подавать виду, что что-то не так. Это было легче делать перед тетрадью, нежели перед обычным живым парнем, несчастный дневник, хотя бы не видел её пылающих щёк. Ложилась она с предвкушением, хоть и знала, что в этом нет никакого смысла. Подобное снилось не так уж и часто, даже если девушка и не была против, а очень даже за. Вот только она испытала странное чувство дежавю, когда опять оказалась в пустом пространстве, не способная пошевелиться, на коленях перед Томом, а тот лишь чуть сильнее растянул губы в этой странной, немного злодейской улыбке и спросил: - Так на чём мы остановились в прошлый раз? Джинни будто бы и не просыпалась вовсе, тело охватывало всё тоже тепло и волнение, а пальцы Тома в этот раз без всяких прелюдий подобрались к киске. Все мышцы нижней части тела сжались в предвкушении, пока юноша, кажется, просто вернулся к тому с чего их «прервали». Он будто бы продолжал изучать её тела, наиболее интимную его часть. Джинни чувствовала, как с каждой секундой чужие пальцы скользят внутри всё легче из-за естественной смазки: - Куколка, раскрой свои ножки пошире. – Небольшая стая мурашек иголочками пробежала по плечам и груди, она не знала, как собиралась выполнить эту просьбу, мысли закружило из-за сложности задачи, она ведь не могла и пальцем двинуть, но колени разъехались по полу сами собой. Смущение, кажется, заиграла новыми красками. Пальцы Тома проводили по особенно чувствительным местам, волнами и зарядами распространяя удовольствие по телу, внутри росло приятное навязчивое тепло. Там, внизу определённо постепенно нарастала какая-то природная катастрофа: цунами, шторм или ураган… Она очень желала как-то проявить инициативу, Джинни не хотелось быть столь «безучастной», но вместе с тем было что-то возбуждающее в этой её беспомощности. Она жаждала новых эмоций и ощущений, хотелось больше, ярче, резче, а Том и сам не особо медлил, уделив не так много времени, тому чтобы её подготовить. Она была и рада, и жутко нервничала одновременно. Это ведь только сон, не реальность, тут она в любом случае будет испытывать наслаждение, даже если её буквально изнасилуют. Том будто читал её мысли, не улыбался, но при этом выглядел каким-то довольным, во время того как буквально испарял свою одежду. Он опустился между её ног, и в немного странном и неуместном жесте погладил по голове, прежде чем войти. От этого поглаживания по телу прошлась дрожь, а через секунду её заполнило тепло. Это всё ещё было сновидение, и Джинни знала, что в реальности всё совсем по-другому. Это ощущение было призрачным теплом, вместе с лёгким покалыванием и возбуждающей картинкой перед глазами. Она не стеснялась издавать звуки, что раньше никогда не вылетали из её рта, ей хотелось, чтобы происходящие не заканчивалось. Том переместил вес, садясь вертикально и подтягивая её следом, теперь их лица были в паре сантиметров друг от друга, и Джинни была очарована глубокими глазами юноши. Правда насладиться картинкой ей толком не дали, движения возобновились, она всё ещё оставалось бездвижной, но чужие руки сами управляли её телом, определяя, насколько глубокими и частыми будут толчки. Эти руки могли, кажется сотворить сейчас абсолютно, что угодно с её жизнью и телом, но почему-то это не пугало. Может, потому что происходящее всё ещё оставалось сном? Смущающие звуки всё более громкие и частые, были предшественниками кульминации. Джинни терялась от того насколько ярко и сильно всё ощущалось, любое чужое движение откликалось в ней, затрагивая каждую частичку тела, даже пальцы на ногах, которые так сильно хотелось сжать. Грудь жгло, выказывая потребность в чужих прикосновениях, и в этот момент она просто мечтала о большем контакте, возможности прижаться к чужому телу, схватиться за плечи, вцепиться в губы. Воздух вырвался из её губ в форме крика, и она почувствовала, как что-то входит в не ещё глубже, заполняет её рывками, такое густое, по странному приятное… Сон оборвался, Джинни упёрлась взглядом в стену, всё ещё большей частью сознания пребывая в сновидении, нежели в своей тёплой уже знакомой кровати, она цеплялась за яркие эмоции и особенно неохотно возвращалась к реальности. Первое что она действительно хорошо почувствовала, были мокрые от выделений трусы и небольшое влажное пятно на тонких спальных штанах, кажется, она действительно сильно возбудилась. С того раза подобные сны посещали её чересчур часто, и действующие лица всё никак не менялись. Нынешние её сновидения можно было разделить на эротические и на совершенно туманные и незапоминающиеся. После последних она, отчего-то просыпалась напуганной и жутко уставшей. Дни сливались в один, каждый раз она с нетерпением ждала ночи, всё меньше сосредотачиваясь на том, что собственно происходит с ней и вокруг неё в реальности. Она была очень вялой, часто не высыпалась и даже если какие-то мысли и посещали её голову, то все они были не слишком приличного содержания. Отчего-то она постоянно была на грани возбуждения, пускай даже лёгкого, об этом она не сильно задумывалась, считая, что это какая-то фишка «переходного возраста», о которой просто не принято говорить вслух. Иначе, почему ещё другие девчонки так часто шептались о парнях, мечтательно закатывая глаза. В такие моменты они особенно тихо говорили какие-нибудь фразу по типу: « Ах, вот бы мы начали встречаться» или «Как бы мне хотелось увидеть его голым». Конечно, не все были такими, но выводы напрашивались сами, то что происходило с ней не являлось чем-то из ряда вон выходящим. Джинни смелела, осматривала библиотеку на предмет особенно откровенных романов, наслаждалась снами, с осторожностью и сомнением начала изучать своё тело. В её «первый раз» на тумбочке, рядом лежала чёрная тетрадь, и образ Тома так чётко всплывал в сознание. Она проводила руками по телу, ощущая лёгкие щекочущие прикосновения, её грудь была мягкой под руками, но лишь от сосков шли совсем небольшие импульсы в тело. Она делала, что-то не так? Во сне это было гораздо приятнее… С нетерпением и волнением она опустила пальчики к своей киске. Вот тут отклик был куда ярче, через десяток секунд она нашла точку, нажатие на которую вызывало наиболее яркие чувства. Смазка начала выделяться, несмотря на то что она испытывала гораздо меньше удовольствия чем рассчитывала. Пальцы нырнули глубже, и в этом что-то была близкое и одновременно далёкое от того, что она ощущала во сне. Свои собственные прикосновения были тусклыми, хоть и приятными. Джинни закрыла глаза, восстанавливая в голове образ Тома. Где бы он мог её сейчас коснуться, что бы сказал? Она как на яву услышала его низкий голос, призывающий к простым действиям, что она в угоду этой простой игре сознания с удовольствием выполняла.  Добавить её один палец, сжать сосок на груди, было лучше, приятнее, когда она следовала этим командам, а потом всё зашло ещё дальше. Она будто почувствовала чужие руки, что гладили её бёдра. Ей безудержно сильно захотелось открыть глаза, но голос приказал продолжать и она привычно повиновалась. Призрачное касание почудилось ей, прямо вблизи её клитора и Джинни поняла, что мелко дрожит от возбуждения.  Её движения становились более яростными, грубыми, неаккуратными. Чужие руки были то ту, то там по-прежнему едва уловимые, но столь желанные. Она бы не достигла пика в одиночку, но была достаточно близка к нему, настолько, что это смогло её удовлетворить. Прерывисто дыша, она убрала мокрые пальчики от киски, с сожалением понимая, что не может долго поддерживать высокий темп, и ей нужна передышка. Однако это было вполне себе не плохо… К сожалению «горячих» сновидений оставалось всё меньше, чаще её преследовала та самая мутная дымка. После таких ночей, сил ни на что не хватало. Выжатая как лимон, она могла прикорнуть и днём, но это никак не влияло на ситуацию, а ведь близился конец года, экзамены. Джинни несколько волновалась из-за этого, но отчего-то даже не думала ничего предпринять. Сны по продолжительности становились всё длиннее и длиннее, до одного особенно долгого и по-настоящему утомительного сна.

***

Том наконец-то мог в полной мере ощутить собственное тело. Как его вес удерживают ноги, как сжимаются пальцы, как сидит на теле привычная школьная форма. Точнее, одежда была до ужаса знакомой, но вот ощущение её на коже – нет. Все эти звуки, запахи, сырость и холод, он по настоящему изголодался по возможности чувствовать окружающий мир. Его достоинства и недостатки. Тело девушки лежало буквально под его ногами, он выжил её почти досуха, не полностью, но жить той оставалось недолго, для завершения ритуала потребуется вся её жизненная сила. Небольшая цена за собственное тело, за свободу от ненавистного вместилища, но он не спешил с завершением ритуала. Внутри бушевала магия, Том чувствовал себя по-настоящему живым и наполненным силой, однако хотелось большего, а тут, прямо под его ногами валялась такая замечательная возможность. Что может быть более бодрящим для вновь ожившего человека, чем секс с послушной, красивой куколкой? Сны и фантазии по-своему хороши, они питали его энергией и не давали заскучать, но реальность была куда более привлекательной. Тело девушки всё ещё окутывали его чары, что делали её абсолютно безучастной и безразличной ко всему что происходит, она была в состоянии некого транса и даже не почувствовала бы если бы он сейчас ей что-то сломал, не возразила бы если бы он приказал ей умереть. Очень сложная магия, но у Тома был целый год, чтобы настолько крепко оплести чужое сознание. - Сядь. – Приказал он, и девушка, которая казалось, была без сознания, послушно перетекла с пола в нужное положение, всё ещё не открывая глаз. Том расстегнул и снял штаны, по ногам пробежались мурашки, из-за низкой температуры помещения, хоть часть кожи и прикрывала мантия, но его не особо смущали эти мелочи. Член уже начал твердеть, ситуация и мысли как-то располагали к подобному исходу. - Открой рот и немного высунь язык, оставайся в этом положении. – Указания могли быть недостаточно точными, но ему не сложно было приподнять голову девушки и на всякий случай магией зафиксировать челюсть, ему ведь не нужны неприятные случайности, тем более, что он собирался после вернуть куколке часть контроля над собственным телом. Он не намеревался больше медлить поиграть в «обучение», сломить чужое сопротивление и гордость можно лишь с живым человеком, а не с пустой оболочкой, поэтому он просто неторопливо погрузил член в гостеприимный ротик марионетки, наслаждаясь тем, как сантиметр за сантиметром кожу охватывает жар, как он скользит по чужому язычку к горлу. Он вошел, полностью чувствуя чужое щекочущее дыхание на коже. Аккуратно заскользил обратно, почти полностью выходя, и тут же сбросил эту осторожность и леность с движений, взял комфортный для него темп и размах. Широкие торопливые движения, где он позволял себе замереть чуть дольше, полностью находился внутри. Куколка послушно принимала, не проявляя никакой инициативы, лишь изредка сглатывала слюну, и по-прежнему держала глаза закрытыми, что несколько раздражало. - Посмотри на меня. – Девушка медленно как в полу дрёме открыла глаза. Они были неестественно мутными, неподвижными и тусклыми, она даже ни разу не моргнула, действительно невероятно похожая на куклу. Полностью в его власти, она продолжала дышать, лишь благодаря тому, что он этого желал. Внутри что-то пронеслось подобно молнии, но он не собирался заканчивать так скоро. Постепенно ослабляя путы на чужом сознании, он возвращал этим глазам блеск. В следующий момент, с удовольствием наблюдая как различные эмоции, захватывают рыжую головку. Да, достаточно необычная ситуация, проснуться с членом во рту. Притом что Том не спешил отдавать девушке контроль над телом, и вовсе не собирался останавливать движение. - Что с тобой? – Спросил он с абсолютно фальшивым беспокойством, даже не стараясь как-то его прикрыть. - Помнится, ты так часто грезила об этом и днём, и ночью. – Постоянный поток энергии, что подпитывал его почти каждую секунду, сложно было не заметить, а позже разум девушки был как на ладони, все её мысли, желания и мокрые фантазии. Он собирался вернуть Джинни часть контроля над телом, чтобы та по собственной воле прикрываясь его приказами, могла проявить инициативу. Он ведь прекрасно знал, что ей нравилось подчиняться, но вряд ли бы её разум справился, пойми она, что совершает всё по собственной воле. Поэтому он подумывал, немного обмануть свою жертву, а позже возможно в самом конце, он раскроет ей глаза, чтобы полностью насладиться чужими эмоциями. - Как это всё знакомо… Прямо как в твоих снах, ты ведь будешь такой же послушной девочкой, правда? – Он дал куколке время, убедиться, что сказанное является правдой, а потом отдал первый приказ. - Я бы хотел, чтобы ты постаралась чуть лучше. Постарайся плотнее обхватить губами мой член. – Всего секунда и губки девушки обхватывают его ещё более плотным и жарким кольцом. Боже, она действительно сделала это, а ведь он специально дал ей немного свободы, чтобы она сама могла всё контролировать, ей стоило, только воспротивится, и она бы всё сразу поняла. Это по-настоящему будоражило сознание, ему нравилась эта безграничная власть, безропотное подчинение. Не просто так ведь к Воландеморту обращались не иначе как «Мой лорд», а при встрече целовали подол мантии. Том с сожалением выскользнул изо рта, кажется, его член был уже достаточно «готов», да и он был несколько перевозбуждён покорностью марионетки, ему требовалась пара секунд, чтобы взять себя в руки и продолжить. После незаметного жеста рукой с Джинни пропала вся одежда, кожа покрылась мурашками, но она не сжалась и не вздрогнула от холода, всё ещё находясь под контролем. Если комфорт девушки его волновал мало, то ему самому не слишком хотелось как-то соприкасаться с холодными грязными камнями, поэтому но не очень аккуратно перенёс девушку на пьедестал, положив на него спиной.  Поза той казалась расслабленной, но грудь мелко и часто вздымалась, щёки горели, она старательно отводила взгляд в сторону, кажется, пытаясь найти стену привлекательнее всего происходящего с ней. - Смотри на меня. – Велел он, и она сразу же повернула голову. Было бы славно, если бы его «сторонники» так же безоговорочно бы его слушались, а ведь он постепенно начал отдавать девочке контроль обратно, но та даже не думала о том, чтобы сделать, хотя бы лишнее движение без его приказа, настолько сильно привыкла к этому, полюбила? Ладони беззастенчиво и нагло сжимали тело перед ним, пощипывали, гладили, давили. Девушка была жутко горячей, несмотря на температуру комнаты и холодную плиту на которой она лежала. Мягкое, упругое тело и такой горящий от смущения взгляд, Тому даже захотелось немного задержаться на прелюдиях, но ему было как-то не по статусу что ли? Да и не мог он позволить себе настолько сильно отвлечься, ритуал всё же нужно было завершить в ближайшее время. Пальцы скользнули в мягкое нутро, настолько влажное и сколькое,  похоже несмотря на собственные псевдо метания куколка была просто ужасно возбуждена, хотя обстановка и ситуация не особо располагали. Это льстило, заставляло кровь бежать по венам быстрее, жару распространяться внутри и внизу, в члене и яйцах, он уже не мог быть столь аккуратным как секунду назад, девочке вообще повезло с тем, что он не вошёл в неё сразу же без какой-либо подготовки. Не хотел раньше времени заканчивать спектакль, а излишняя боль наверняка бы немного отрезвила сознание девчонки. Поэтому вошёл он плавно, закинув на плечи загорелые ножки и позволяя Джинни привыкнуть, первое время, ограничиваясь медленными глубокими толчками. Та вцепилась с край плиты, видимо не сильно задумываясь о том, почему вообще способна двигать собственными пальцами. Смотрела на него, прикрыв глаза, но с жадностью и большим вниманием, дышала прерывисто, позволяя себе иногда издавать тихие стоны. Не жалась, не думала о какой-то дурацкой гордости, не пыталась сдерживаться, возможно, только чуть-чуть. Том ускорился, ему так хотелось увидеть, что эта девочка выдаст на пике. Он почти полностью вернул ей контроль над телом, но она не осознавала этого. Поджимала пальцы на ногах, прикусывала губу, выгибалась, но не более. А он подбивал её каждым толком, к чему-то более очевидному. Сколько Джинни грезила о его губах и широких плечах, теперь у неё был шанс, но она просто оставалась послушной куколкой. Ну что же, ТОМ сделает ей милость, перед этим естественно, наложив пару заклинаний, он то точно знает, что совеем недавно сосал этот ротик. - Поцелуешь меня? – А ведь он даже не приказал, но Джинни совершенно не обратила на это внимание. Так резво с такой жадностью буквально прилипла к его губам. Её собственные же сладкие, пухлые, с призрачным вкусом каких-то ягод - небольшой эффект от заклинания. Целоваться с ней было даже приятно. Всё своё желание, что она копила целый учебный год, она пыталась вложить в свои действия. Так складно постанывая от того, что притянутый её руками он смог войти на пару сантиметров глубже. Пора было заканчивать это представление, он уже чувствовал приближающийся финал. Оторвав, от себя девушку, он осмотрел её такую податливую, румяную с чуть припухшими губами, остановился на несколько мутных глазах. В этот раз те заволокло пеленой удовольствия. - Куколка,такая послушная, а ведь всё это время я даже никак не контролировал тебя. – Девушка слегка нахмурилась, стараясь уловить суть сказанного. Все слова для неё сейчас были далёкими и бессмысленными. - Ты сама выполняла абсолютно все приказы, и наслаждалась тем, что была такой жалкой и беспомощной. – Глаза немного прояснились. Она выглядела такой ошеломлённой, дёрнула правой рукой, ради того чтобы понять, что в теле действительно нет привычного оцепенения и она может легко двигать любой частью тела. Рука поднялась, стремясь то ли оттолкнуть, то ли прижать мужчину ближе. Однако в любом случае было несколько поздно для подобных экспериментов, она смогла лишь вцепиться в чужое плечо, когда почувствовала, насколько резкими, яростными и беспорядочными становятся толчки. Вскрик что вырвался из груди, перебил её сладкий стон и рык Тома. Напряжение которого, разливалось внутри неё. Рука безвольно упала на камень, она дышала очень громко и часто, стараясь прийти в себя. Взгляд скользнул вбок, где на противоположном конце этой огромной комнате, разъехались в сторону каменные плиты входа. - Джинни! – Позвал её призрачно знакомый юношеский голос. Со стыда захотелось просто провалиться на месте, там более что Том лишь сейчас выскользнул из неё, тем более что она всё ещё лежала на грязной плите, голая с широко разведёнными ногами. - Возможно, тебе стоит немного отдохнуть – Сказал ей Том, и она с огромным облегчением закрыла глаза, тут же проваливаясь в какое-то облачное и лёгкое ничто. Не мучая себя глупыми размышлениями на тему того, по приказу ли было совершено это действие или же по собственной воле.