Душа на обмен

Тонкие струи едкого дыма, от почти потухших дешёвых свеч, купленных в ближайшем магазинчике, устремляются к потолку маленького подсобного помещения под лестницей в какой-то старой, Богом забытой школе. Перед аккуратно начерченой пентаграммой сидит человек. Спина его подобна тонкой молодой иве, такая же прямая и худая. Бледные руки лежат на острых коленях, сжимая от нервов темно-зеленый, выглаженный до идеала, костюм. Белоснежные ровные зубы с силой впиваются в алые губы, да с такой силой, что тонкая струйка яркой жидкости тихонько стекает по подбородку и капает на бархатную ткань пиджака. Сам человек не замечает этого. Мужчина только и может, что сжимать сильнее свой костюм и покачиваться всем туловищем взад, вперёд, проклиная своих коллег и учеников. Проклиная каждую живую душу в этой маленькой школе. Брюнета переполняет ненависть. Учителю противны его высокомерные коллеги, не желающие признавать новый талант. Противен молодой практикант Шан, лебезящий сначала перед начальством, а потом уже перед группой хулиганов. Противны вечно орущие ученики, забывающие своё место, подговаривающие остальных. Мелкие паршивцы портят репутацию учителю, портят одежду, портят кожу, однако смеётся тот, кто смеётся последним. Что же, теперь настало его время смеяться. Он зальётся звонким, злодейским смехом. Вонючие палочки от благовоний наконец-то догорают, осыпаясь на старый деревянный паркет. Легкий сквозняк тушит почти уже затлеевший огонь, маленький ветерок с каждой секундой становится сильнее, постепенно перерастая в настоящий ураган, сбивающий с ног такого невозмутимого человека. Холодные потные ладошки громко ударяются о деревянный пол, а голова невольно, сама по себе, склоняется перед возникшим из-под земли длинноволосым красавцем, будто бы сбежавшим со съёмок исторической дорамы о древнем Китае. Мягкие темные подошвы дорогих сапог тихо ступают на старый пол, погибающийся под весом неведомого гостя. Рукава тёмного ханьфу откидываются назад, шелестя в такт скрипящим половицам. Длиные чёрные, словно самая мрачная мгла, волосы падают на грудь явившегося на отчаяный зов демон, когда призванный наклоняет тонкий подбородок, опуская красные, жаждущие кровопролитий, глаза к дрожащей фигуре, склонившейся перед ним. Некогда такой гордый учитель теперь вжимается в пол, ощущая давление, давление и самодовольность юнца расположившегося всего в одном шаге. Мужчина ненавидит таких, таких молодых, амбициозных и наглых парней, таких как его ученики, однако ощущение первородного страха перед более сильным и серьёзным хищником заставляет жертву вжаться сильнее в деревянный пол, хватаясь худыми пальцами за выпуклые деревяшки и сажая в белую кожу острые занозы. Тишину нарушает такой гордый, самодовольный смешок. Бархатный смех пронзает всю комнату, а за ним следует удар. Носок сапога резко поднимается, оказываясь на плече у неудачливого человека, хватает лёгкого толча и острые логти прижимаются к стене, вместе с позвоночником. Зелёные, словно самые дорогие изумруды, изумруды превосходящие изумруды Теодора, глаза поднимаются к лицу нападавшего, где и сталкиваются с налитыми кровью зрачками. Демон жадно пожирает взглядом свою жертву. Губы наконец разжимаются, а горло выдаёт хриплый и тихий голос, буквально моля, моля о силе способной уничтожить врагов, моля о удаче, удаче, что вознесет к верхам. Дьвол слушает, слушает с особым вниманием. Каждое слово грешника, заставляет безумную улыбку тянутся всё сильнее и сильнее. — Имя. Мне нужно твоё имя - прерывает тираду своей жертвы хищник, опускаясь на одно колено перед дрожащим человеком — Шень..Шень Цзю - сначала робком, но потом уже громче с ноткой гордости и даже высокомерия, твёрдо произносит Цинцю, поддаваясь чуть чуть вперед, к лицу чёрта Демон ухмыляется сильнее, слыша такое до боли знакомое представление. Все-таки глаза не могут обмануть. Тело резко дёргается, приближаясь к грешнику. Горячие демонические губы оказываются поверх человеческих. Тёплое дыхание обжигает, а наглый язык слизывает почти засохшую кровь с хладных уст. — По рукам, учитель, когда придёт время заплатить, я тебя найду - смеётся Бингэ, растворяясь в воздухе