Love Is a Losing Game
2 июля 2024 г., 21:21
Дэвид звонил в офис Карла Лагерфельда. Эми чувствовала себя не очень хорошо. Вечером она искала свои таблетки для похудения, которые Теннант успел выбросить несколько дней назад, а ночью вколола себе опасную дозу А-ПВП. Ради похудения. Естественно, после такого бурного времяпровождения ей было плохо.
— Алло, алло! Меня слышно?
— Здравствуйте. Вас слушает администратор. Чем я могу вам помочь?
— Доброе утро, мне нужно поговорить по поводу состояния одной из Ваших моделей, Эми Николь Смит.
— Кого Вы хотите услышать?
— Того, кто принимает решения об их карьере и назначениях. Мне нужно срочно с ним поговорить.
— Вы имеете самого Карла?
— Если до него возможно достучаться, то да, свяжите меня с ним.
Прошло несколько минут.
— Это Карл, говорите.
— Доброе утро, мистер Лагерфельд. Меня зовут Дэвид Теннант, я партнёр Эми Николь Смит. Впрочем, Вы наверное уже слышали об этом. Мне надо поговорить о её состоянии.
— Что с ней? Всё в порядке, надеюсь?
— С ней не всё в порядке, сэр. Она уничтожает себя морально и физически, и всё ради Ваших стандартов красоты. Отказывается от еды и воды, принимает таблетки для похудения. Слишком сильно нагружает себя в общем.
— Бедняжка. Но Дэвид, это моделинг. Такие требования являются каноном всех стандартов красоты. И никто не может с этим ничего поделать, даже я. Но никто не заставляет худеть Эми Николь так мучительно. Вы помогали ей как-либо в плане снижения веса?
— Нет, сэр. Я пытался убедить и остановить её, позаботиться о себе наконец-то, но она отказывается слушать. Она чувствует, что на кону её карьера и что она должна сделать всё возможное, чтобы остаться в вашей индустрии. Это не просто работа моделью, это слишком опасно.
— Хорошо, мистер Теннант, я вас понял. Я постараюсь быть более лояльным к мисс Смит. В том числе и мои коллеги, раз уж она такая импульсивная. Я не знал, что всё так серьёзно и что она подвержена ментальным проблемам. Спасибо, что дали мне знать. Я бы не позволил ни одной своей музе так переживать...
— Благодарю вас, сэр. — сам Теннант вздыхает, испытывая облегчение от того, что Лагерфельд серьёзно относится к ситуации. — Я ценю это. Но пожалуйста, поймите, речь идёт не о её импульсивности. Речь только о её здоровье и благополучии. Она морит себя голодом и подвергает своё тело адским испытаниям только для того, чтобы удовлетворить эти требования.
— В высокой моде нет места жиру. Но Эми в принципе стройная, даже если сильно набирает вес. У неё такой тип фигуры.
— Мистер Лагерфельд, дело не в том, чтобы быть толстым. — Дэвид стискивает зубы, его терпение на исходе из-за беспечного отношения дизайнера. — Речь идёт о молодой женщине, которая вынуждена морить себя голодом и рисковать здоровьем ради какой-то там высокой моды. Она и так довольно худая, но чувствует, что должна довести себя до определённых приделов, чуть ли не анорексии, которые Вы и устанавливаете. Это не является устойчивым или полезным для здоровья.
— Я уже понял вас! Не сердитесь! Мы постараемся относиться к Эми Николь более корректно и серьёзно.
— Спасибо ещё раз. Я просто хочу, чтобы она была здорова и счастлива. Она талантливая и красивая женщина, и её ценность не должна определяться её весом. Пожалуйста, я просто прошу Вас относиться к ней с добротой и уважения. Поговорите с ней, повторите всё, что я Вам только что сказал.
— Конечно, я обязан после этого провести с ней содержательную беседу. Помогу понять для неё, что должно стоять на первом месте.
— И можно она завтра останется дома? Ей нужен отдых.
— Да, конечно. Доброго вечера, мистер Теннант!
— И Вам того же самого, мистер Лагерфельд.
Разговор подошёл к концу. По совету хозяина модного дома своего имени, Дэвид перезвонил администратору и взял отдых для своей возлюбленной. Теперь, всё идёт у них в гору. Смит восстанавливается, журналисты стали отставать постепенно, а жизнь насыщалась хоть и весёлой, но бытовухой. На многие года вперёд.
