Allies | KıvMer

— Оййййй, привет, муж! Какими судьбами? — язык Кывылджим уже мало слушал хозяйку и заплетался — Я тебя не ждала! Омер, будучи в шоке, окинул взглядом свою жену: волосы были в хвосте, но немного растрепались. Пояс халата был практически развязан и держался на волоске, обнажая при этом небольшие участки тела, в том числе там, где было видно красивое кружево от её нового белья. Сама Кывылджим, оперевшись на косяк, смотрела мутным взглядом прямо в глаза Омера, видимо ожидая от него какого-то вразумительного ответа. — Ну, да. Меня не ждала, но ждала кого-то другого. — он прошел внутрь дома, по спине пробежал холодок от романтической обстановки комнаты. — Вино, свечи… И где он? Мгновение, и Кывылджим оказалась практически вплотную к Омеру, тихо прошептав: — Кто? — Любовник твой, уже успела спрятать? — Омер усмехнулся. — Или сбежал через окно? — Ты знаешь, — Кывылджим приняла эту игру. — у меня только один любовник и того я не ждала сегодня… — Омер не успел ничего возразить, как был прижат к дивану, а Кывылджим удобно устраивалась на его бедрах, укладывая свои ноги по обе стороны. — Сколько ты выпила, дорогая? — вопрос был снят, как только взгляд Омера упал на две пустые и одну, выпитую наполовину, бутылку красного вина. — Пару бокалов, не больше. — хихикнула Кывылджим, пытаясь избавиться от халата, который явно мешал ей. Пара манипуляций и он полетел куда-то в сторону телевизора, оставляя Кывылджим в одном нижнем белье. Омер все еще не мог прийти в себя и не знал, что ему делать. Кывылджим была пьяна, но её настойчивость сбивала его с толку. Её руки забрались под его рубашку, а горячее дыхание уже вовсю обжигало его шею. — Кыв… Кывылджим, — дышать становилось тяжело — я думаю, что нам не стоит этого делать. Ты много выпила и завтра меня убьёшь. Казалось, что она абсолютно его не слышала. Пуговицы на рубашке никак не поддавались и она не придумала ничего лучше, чем порвать её. — Я хочу тебя, Омер. — рубашка была порвана и Кывылджим коснулась рукой его груди, а затем начала вести ею вниз, вплоть до ремня его брюк. Она подняла глаза, долго всматривалась в его, такие родные, черты лица, а затем резко впилась в его губы. Омер сдался. Он начал отвечать на столь требовательный поцелуй с привкусом хорошего вина, их языки быстро сплелись. Воздух в комнате стал тяжелым, их тела горели. Его руки блуждали по всему её телу: руки, талия, бёдра. Между делом, рубашка Омера составила компанию её халату. Они целовались так долго, что уже практически задыхались, но оторваться не могли. Соскучились. Очень. Щелчок. И вот уже её бюстгальтер был откинут в сторону. Она заерзала, сидя у него на бедрах, и он издал такой сексуальный стон, от которого она могла кончить здесь и сейчас. — Не дразни меня, Кывылджим! — он резко сжал её левую грудь, а губами впился в правую настолько сильно, что она ахнула. Кажется, еще секунда и он был готов поменять положение их тел, подмяв её под себя. Но, внезапно, режим «дикой кошки» Кывылджим сменился на «маленького котёнка» и она резко уперлась своими ладошками в его грудь. — Омер, — она обняла его за шею и легла головой ему на грудь. — Я тебя люблю. Очень сильно. Спасибо, что ты приехал сюда, ко мне. — Кывылджим зевнула. — Пойдем спать? Он уставился на жену темными, от возбуждения, глазами, абсолютно не понимая, как быстро изменилось её настроение, и, чуть не поперхнувшись воздухом, немного возмущенно ответил: — Я тебя тоже очень люблю, но, ты обалдела? — она ничего не ответила, играясь с щетиной на лице у мужа. Омер выдохнул. — Ладно, пойдем. — он поднялся с ней на руках. — Я отнесу тебя. Но, за тобой должок! — Как скажешь, моя любовь. — Кывылджим окончательно вырубилась. Омер уложил Кывылджим спать, поцеловал в лоб и вышел из комнаты, решив немного прибраться в доме. Он выключил телевизор, собрал все бутылки, помыл посуду, переоделся и, со спокойной душой, лёг на кровать. На утро Кывылджим пыталась собрать себя после пробуждения, лежа с закрытыми глазами, не решаясь их открыть от головной боли. Последнее, что она помнила, это вторая бутылка вина и новая мелодрама по телевизору… Дальше, пока что, провал. Открыв, наконец-то, глаза, она обнаружила на прикроватной тумбочке таблетку и стакан воды. Отложив мысли о том, как это здесь появилось, Кывылджим еле поднялась с кровати, накинула халат и вышла в гостиную, где был абсолютный порядок и чистота, как в Версале. Однако, её взгляд привлекли мужские вещи, аккуратно висящие на стуле. Сложив свой внешний вид после пробуждения и эти вещи, её голову посетила гениальная мысль: «Здесь что, был мужчина? У нас что-то было? Кывылджим, больше никогда не пей непроверенные вина!» Её размышления резко прервала открывающаяся дверь и, появившийся из-за неё довольный Омер с букетом цветом и полным пакетом продуктов. — Опа! Проснулась, птичка! — он чмокнул её в щеку, проходя на кухню. — Иди умывайся и будем завтракать. — Омер, как ты здесь оказался? — Кывылджим пребывала в шоке, все еще пытаясь вспомнить окончание прошлого вечера, но в голове крутились только маленькие отрывки. — Ну, как все. Через дверь. — он улыбнулся и кивнул в сторону. — Очень смешно! — она все еще стояла в закрытой позе, сложив руки на груди. — Что ты сделал со мной вчера? Я проснулась почти голой! — Я? А ты не помнишь? — внезапно Омер расхохотался и, сквозь смех, продолжил: — Ты вчера так набросилась на меня, чуть не изнасиловала. Я еле отбился, Кывылджим. — Хватит шутить, Омер! — Да какие шутки, дорогая. — он немного повернул шею влево и её взору открылось несколько синяков. Остаток вечера тут же всплыл в её памяти и она стыдливо прикрыла глаза. — Эмм, прости. Я слишком много выпила. — она задумалась на секунду. — Да ты и сам не слишком сопротивлялся! — Признаю, я почти сдался под твоим напором. Но, ты захотела спать, а твое желание для меня — закон! Кывылджим закатила глаза и пошла в ванную, Омер крикнул ей вдогонку: — Кстати, за тобой долг! — она непонимающе уставилась на него — Не помнишь? Ну, ладно, как вспомнишь, я с тебя спрошу! После душа её ждал накрытый стол для завтрака и Омер, напевающий одну из популярных песен, при этом усердно замешивая что-то в глубокой миске. — Ты как раз вовремя, — он обернулся, услышав её шаги. — Садись, сейчас я доделаю тесто и будем завтракать. — Тесто? — она увидела персики и её глаза тут же засияли. — Ты делаешь пирог с персиками? — Угу, с утра на рынке взял вместе с другими фруктами и овощами, решил, что давно его не делал. — Мой любимый! — Кто? — Пирог… — Омер пробурчал что-то себе под нос, а Кывылджим добавила почти шёпотом: —И ты. — Что? — он все прекрасно слышал, но решил притвориться дурачком. — Ничего, люблю этот пирог очень, говорю. — Знаю. Он закончил приготовление теста и сел за стол, напротив неё. Выпив немного чая, Кывылджим о чем-то задумалась и уставилась в стену. — Слушай, — она перевела свой взгляд на Омера. — что мы будем дальше делать? — Я планирую доесть свой завтрак и сделать пирог, а потом можно прогуляться. — Я не об этом. Вообще, в глобальном плане. — Не знаю, если ты чувствуешь себя комфортно рядом со мной сейчас, давай просто жить дальше. Если нет — я уеду обратно в Стамбул или поселюсь на эти две недели в домике неподалеку. — Мне хорошо с тобой, не надо никуда уезжать. Просто иногда во мне закрадывается непонятное чувство. Я хочу снова доверять тебе, но страх запутывает все мысли и я боюсь. А ты? Как ты себя чувствуешь? — Я тоже боюсь. Чувствую себя канатоходцем, который первый раз выполняет упражнение, а с обеих сторон — обрыв. Думаешь, вдруг ты оступишься, а страховка тебя не спасёт, потому что её нет. — он аккуратно заглянул ей в глаза. — Боюсь не оправдать твоих и своих ожиданий. — Омер, — она положила свою руку на его, не отрывая от него взгляда. — у меня нет насчет тебя никаких ожиданий и мне ничего не нужно, просто будь таким, какой ты есть. Мы оба далеко не идеальны, но, стараемся принимать все недостатки друг друга и расти вместе. — И ты нужна мне, без всяких ожиданий. Я однажды сказал, что ты стала для меня надеждой… Так и остается по сей день. Люблю, когда ты рядом и озаряешь своей улыбкой весь свет или когда грустишь, а я судорожно придумываю что-то, чтобы тебе стало лучше. Люблю смотреть как ты медленно просыпаешься. Ну, что ты… — он коснулся её лица и вытер слезы, капающие из её глаз. — Не плачь, милая. — Я люблю завязывать тебе галстук с утра, смотреть на твое серьезное лицо за работой, люблю твои ямочки, когда ты улыбаешься… Вот, как сейчас! — она дотронулась до ямочек на его лице и погладила щетину. — Я так скучаю, Омер! Он молча придвинул к ней стул и крепко обнял, гладя жену по волосам и целуя в макушку. — Может, посмотрим какую-нибудь мелодраму? — пока Кывылджим загружала посудомоечную машину, Омер без интереса листал каналы в телевизоре. — На улицу пока выходить опасно, можно сгореть во всех смыслах! — О, нет! Мелодрам мне хватило вчера. — рассмеялась Кывылджим. — Хозяин сказал, что здесь есть настольные игры, может сыграем? — Опачки! — Омер тут же сделал хитрющее лицо. — На раздевание? — Нет уж, оставим это на потом. Концепция «просто поиграть» тебя не устраивает? — Хотя бы на желание, Кывылджим. — взмолился он. — Ладно, уговорил. Иди, ставь пирог в духовку, а я пока выберу игру. Из многочисленных игр, выбор на «Монополию». — Желание будет моим! — довольно потирал руки Омер. — Ты когда выбирала игру, забыла, что твой муж — бизнесмен? — Не выпендривайся, я помню, как ты строил из себя короля нард и что в итоге? — А что в итоге? По-моему, все остались в выигрыше. — Как это? — Ты выиграла игру, а я выиграл тебя в постели. Хотя, погоди… — он задумался. — Ты в двойном выигрыше, потому что тоже выиграла меня в постели. — Омееер! — засмеялась она. — Выбирай свою фишку! Спустя пару часов игры, Кывылджим прибрала к рукам почти всю недвижимость на поле: — Ну, что, бизнесмен. Я забираю у тебя последний отель и ты официально — банкрот! — Тебе просто повезло! — буркнул недовольно Омер. — Давай своё желание. — Ну, началось. Я уже поняла, что ты не любишь проигрывать! — Это смотря, что я получу от тебя после проигрыша. — ухмыльнулся Омер. Кывылджим закатила глаза, а после хитро улыбнулась: — Знаешь, недавно, от скуки, я сидела в интернете и набрела на кое-что интересное. Хочу, чтобы ты заказал это для меня. — Это твое желание? Для тебя все, что угодно. Показывай, что ты хочешь. Она потянулась за телефоном, открыла нужную ссылку и повернула экраном к Омеру, который открыл рот от удивления и поднял глаза на неё: — Шутишь? Нууу, это можно купить и в магазине, прямо сегодня. — Нет, закажи именно это домой, пусть лежит до нашего возвращения. Это моё желание! После того, как желание Кывылджим было исполнено, они выпили чай с пирогом и стали собираться на прогулку. Было решено отправиться на пляж, где было немноголюдно. — Омер, а ты умеешь делать прически? — Кывылджим сидела в объятиях мужа и любовалась морем. — Косички, хвостики могу. Для более сложных причесок придется пройти курсы. — засмеялся он. — Заплети мне пару косичек. — она достала из кармана шорт две резинки. — Только красиво! — Это как пойдет, я не профессионал. В процессе заплетения волос, Омер иногда кидал взгляд на семью, которая отдыхала недалеко от них. Женщина загорала, а мужчина учил маленькую девочку кидать камни в море так, чтобы они пролетали несколько метров над ним, прежде чем упасть на дно. Смех малышки был слышен в разных концах пляжа и Омер сам невольно улыбался. — Жизнь моя, а ты бы хотела ещё ребёнка? Кывылджим замерла от вопроса, вспомнив её недавний разговор с Фатмой. Несколько дней назад — Кывылджим, ты в последнее время так много спишь, у тебя все хорошо? — спросила Фатма, пока они прогуливались по магазинам. — Я чувствую себя прекрасно, дорогая. Меня немного подташнивало в первый день отдыха, но это всё от стресса после перелета. У меня такое всегда, это нормально. — А цикл? Кывылджим на секунду задумалась. Она полезла в приложение и тут же её пробрал озноб. — Задержка. 5 дней. Но, это ни о чём не говорит, в последнее время мой организм постоянно в стрессе, цикл мог сбиться. — Мог, не мог. — Фатма, немного улыбнувшись, посмотрела на подругу. — Зайдем в аптеку на обратном пути. Вернувшись на виллу, Фатма тут же потянула её в номер. — Давай, бегом в туалет! — она вручила Кывылджим пять разных тестов. — Вдруг я стану тётей в третий раз, это волнительно! — Фатма! — Кывылджим смерила её серьёзным взглядом. — Я волнуюсь намного больше тебя! — Всё, молчу. Через некоторое время, Кывылджим вышла из ванной, с готовыми тестами в руках. — Ну, что там?