Валечка

      Ощущение того, что вся прошедшая жизнь была лишь подготовкой к этой одной встрече не покидало всю ночь. Совершенно разные картинки всплывали в подсознании.       Валентина просыпалась то от пугающего чувства нереальности происходящего, то от сумасшедшего стука сердца, то от слëз. Ильи в этих снах не было, но ощущалось присутствие. Она просыпалась. Уходила на кухню. Курила и пила свой кофе. Ложилась спать, проваливаясь в очередной сумбурный сон.       Ночь была тревожной. Илья не звонил и не писал, давая выспаться. Но, какой там!       Валентина ловила себя на мысли, что всё не так. В прошлые разы Илья всю дорогу был на телефоне. Теперь молчит. Раньше Валентина трепетала от счастья, теперь — от тревоги. Всё по другому.       Да, оба стали на десять лет старше. Возможно, спокойнее и рассудительнее. Уже нет желания торопиться и рисковать. Хочется простого земного счастья и гармонии. А ещё целостности. Наполненности и осознанности.       Спонтанные действия уже не будоражат, а тревожат. И волнения, простите, чреваты гипертонией, неврологией, и, чего доброго, инфарктами…       Всё это крутится в голове и не даёт покоя. Всё это длится до половины пятого утра…       Звонок телефона вывел Валентину из состояния ступора и какой -то отрешённой задумчивости.       — С добрым утром, любимая! Как мне доехать до тебя? Мой навигатор заблудился и память подводит, — довольно бодро прозвучал голос Ильи.       — Ну, Слава Богу! Ты где? — чуть не плача спросила Валентина.       — В город въехал. Забил твой адрес и меня кружит где то рядом.       — Подожди! Ты уже приехал?       — Да. Вот чувствую, что рядом, но не могу понять куда ехать.       — Скажи мне, Солнышко, что там рядом с тобой. — Валентина едва может дышать.       — Тут Торговый центр и напротив обелиск. Я на стоянке, но тут…       — Стой! Стой на месте! Я знаю где ты! Между нами двести метров!!! Всего! Бегу! Жди! — Валентина влетает в кросовки, не выпуская телефон из рук.       — Куртку возьми, дурная, и обуйся! — кричит в трубку Илья, слыша всхлипы любимой.       — Я бегу! Бегу к тебе!       На ходу схватив куртку, Валентина выбегает на улицу. Огибает угол дома и бежит по пустырю к торговому центру. Там её ждёт счастье!       Город ещё спит. Конец сентября. По ночам уже холодно. Влажная холодная трава бьёт по ногам, но даже мыслей не возникает, чтобы пойти вокруг.       И, вообще, как можно думать, когда за этим пустырем ждёт тот, кого любишь до дрожи! И ещё три дня назад не было даже надежды на встречу.       Валентина бежит, как никогда в жизни. Бежит навстречу своему счастью! Она точно знает, где он, но мелкие ёлочки, которые высажены по периметру не позволяют увидеть. Это бесит! Как же это бесит! Он там. Он ждёт…       Куртка распахнута, потому что просто не было времени её застегнуть. Да и возможности тоже. Руки дрожат. Сердце выпрыгивает. В глазах слезы. Лёгкие вот-вот разорвёт.       Этой женщине почти пятьдесят! Она сильная. Физически тоже. Но бегать. Вот так бежать, как девчонка…       Наконец увидев его, Валентина реально забыла, как дышать. Осталось только перейти дорогу. Пешеходы? О чем это? Напрямик! Бегом! Иначе умру!       Илья поймал в самый подходящий момент. Валентина буквально упала к нему в руки.       И всё… Мир замер. Он свернулся до одного человека, который бережно держит её в сильных руках, не давая упасть.       Оба молчат. Валентина пытается справится со слезами и выровнять дыхание. Её голова лежит на груди любимого. Сердце бьётся как птичка. Дышать больно. И ноги не держат.       — Ну всё. Всё. Успокойся, дурочка! Это я. Я здесь. Я с тобой. Совсем. Навсегда. Ты мне веришь? — пытается успокоить Илья, а у самого голос дрожит от нахлынувших чувств.       — Не верю. Не верю, что всё это на самом деле. Я сплю, наверное… Но ты не снишься мне. Никогда. — Валентина подняла глаза полные слёз.       Илья провёл пальцами по щеке любимой, отодвинул с лица выпавшие пряди и поцеловал.       Боже! Это самые мягкие губы в мире! Самые нежные и родные! Их невозможно забыть! Это наркотик, от которого нельзя оторваться. А теперь и не надо.       Нежность… Всепоглощающая и оживляющая нежность растекается по телу, обволакивая тёплыми волнами счастья.       А губы кружат в невероятном вальсе, даря двум влюблённым абсолютный покой и блаженство.       Вы знаете что такое блаженство? С точки зрения восточных мудрецов, это ощущение парения, когда не чувствуешь твёрдой почвы под ногами, но от этого не страшно. Состояние, когда тело уверено, что умеет летать.       Илья и Валя парили, погружаясь в ощущение поцелуя. И сколько это длилось неизвестно. И кто проходил мимо не важно. И как это выглядело тоже.       — Теперь веришь? — спросил Илья.       — Верю…       — Поехали домой, замёрзнешь. Ты, ведь в пижаме, — сказал Илья, прижимая Валентину к своей груди.       — Боже! Я и не заметила! — засмеялась Валентина. — Как же долго я ждала этого момента! Столько раз представляла нашу встречу. Столько всего думала, но такого не ожидала. Поехали.       Спустя три минуты они оказались дома. Валентина первым делом накормила своего любимого. А потом они болтали, держась за руки, боясь потерять связь (прямо, как когда-то в детстве).       Дети проснулись, как обычно, в семь. Илья настоял, что не пойдёт спать пока не поговорит с девочками.       Завтракали всё вместе. Девчонки, как обычно, болтали без умолку. Каринка была жутко не довольна пробуждением. У неё никогда не бывает доброго утра. А Марина собирала их обеих в школу, возмущаясь тем какая не собраная у неё сестра.       Илья смотрел и улыбался, поглядывая на Валю. Ему безумно нравилась вся эта утренняя суета.       — Девочки, а я, ведь, к вам насовсем. Жить к вам приехал. — сказал он.       — Ну, да, знаем мы, — от Марины.       — Угу, — от Карины.       — И всё? Даже возмущаться не будете?       — А чë? Мама любит тебя. Ты её тоже. Мы всё это знаем. Ты, ведь, не будешь бухать и драться? — проверяя рюкзак сестры, выдала Маришка.       — Нет, конечно! Я, ведь, не… — Илья осёкся, боясь ляпнуть лишнего, — не придурок, чтобы из-за глупостей терять ту, которую ждал всю жизнь!       — Вот и хорошо. Карин, ты готова? Нам выходить надо, — ворчала Маринка.       — Ладно, Бро, живи, но веди себя хорошо. Пойдём, систер, — бросила Карина, похлопав взрослого мужчину по плечу, у лучезарно улыбнулась.       Девочки ушли. Валентина согнулась в приступе хохота. Илья ошарашено смотрел на неё.       — Ну как? Отбрили тебя мои детёныши? — спросила Валентина.       — Слушай, они такие взрослые, — ответил Илья.       — А у них не было выбора. Пришлось рано повзрослеть.       — Я думал, они капризничать будут или злиться…       — А смысл? Ты всё равно будешь жить с нами. Это не обсуждается. Они знают. Вот и поставили свои условия, — сказала Валентина.       Илья не спал почти сутки. И как только оказался в постели начал засыпать.       — Солнышко, можно я полежу у тебя на груди? Приставать не буду. Честно, — робко спросила Валентина.       — О чëм это ты? Иди ко мне. Теперь можешь делать со мной всё, что хочешь. Тебе всё можно, — сквозь сон сказал Илья.       Валентина легла рядом. Положила голову на грудь любимого мужчины, а он обнял её и уснул.       Вот оно! То самое счастье. Уютное и спокойное. Домашнее и тёплое, как свежие пирожки. Что ещё нужно? Ничего! Можно умирать счастливой! Можно. Но не хочется! Жизнь только начинается! Счастливая! И своя! Настоящая!