Разберёмся завтра

Плотные шторы чуть колыхались от слабого сквозняка, проносившегося сквозь комнату. Яркий свет разгонял все тени в помещении, где за письменным столом уместились двое. Однокурсники, с недавних пор друзья, как-то случайно нашли общий язык. Оба оказались опоздавшими и просто заняли места рядом с друг другом, единственные свободные если быть точнее. Объединила их любовь к обеденному перерыву, куда они и отправились сразу после пары, на которой оставили попытки успевать записывать за преподавателем и обсуждали недавно вышедший фильм. Началось всё с нескольких шуток, брошенных невзначай. Молчать было как-то неловко, а волнение распаляло юморную сторону одного из них, и до невозможного сложно становилось держать приступы остроумия при себе. Чуть улыбаясь явно сдерживая смех парень махнул другому в знак того, чтобы наклонился, и пара слов на ухо сделали свое дело. Теперь сдерживали смех уже двое, иногда переглядываясь и снова вспоминая шутку, отворачивались, смеясь в ладошку. Потом оказалось, что и ездят они на одном автобусе, только второму нужно ехать до конечной, а первому лишь четыре станции, и кофе они пили в одной и той же кофейне на углу, и тему для болтовни находили моментально. 📚👯‍♂️📚 — Всё, я больше не хочу ничего делать, и так нормально, — произнес, потянувшись, Хван. — А поучить материал не собираешься? — следом закрыв толстую тетрадь, спросил Ян и зевнул. Время уже приближалось к десяти, а сегодняшний ранний подъем вообще действовал как снотворное весь длинный день. — Да там не спросят, пофиг, — отмахнулся Хёнджин, запихивая пару тетрадей в сумку. — Н-да, без десяти, а Джисон даже в сети не был, сказал ему по пути и слился, супер. Хван вышел из-за стола, потягиваясь, кости громко хрустнули в неестественном изгибе и сделав пару шагов, он плюхнулся на заправленную кровать. — Ну, на такси доедешь. Может перекусим? Я чёт проголодался со всеми этими цифрами, — с прикрытыми глазами ответил Чонин и зевнул в третий раз. Он совершенно потерялся в мыслях, приходивших одна за одной перед тем, как уснуть, а его гость, тем временем, наткнулся на ноутбук под декоративной подушкой. — А может посмотрим чего? Чонин в миг, вспомнив что-то важное, проснулся и спотыкаясь, попытался добраться до кровати. Но опоздал. Хёнджин уже подцепил тонкими пальцами крышку ноутбука. Всё было будто в замедленной съёмке и те сладкие стоны, которые окрасили щеки обоих в румянец, и рука, стоящего на коленях у кровати Чонина, захлопнувшая устройство, что заставило его наконец заткнуться и перестать воспроизводить недосмотренное видео. — Только не с этого ноута, — ответил Ян немного с опозданием и запихнул ни в чем не повинную технику под подушку. Он через силу поднял голову на замершего Джина. — А давай досмотрим, там же только середина, — неопределенно улыбнулся Хван и лёг на бок, подперев голову рукой. Ян сглотнул. Его взгляд ненароком метнулся к губам, к плавному изгибу талии, к острому колену и ещё больше смутившись, вернулся к полу. — Ёбнулся что-ли, — быстро проговорил Чонин, подумав, что дразнить его было не обязательно. Резко вздернув голову от прикосновения к своей щеке, он рвано выдохнул. Чужое лицо вдруг оказалось совсем уж близко. — Значит тебе нравятся парни, — чуть склонив голову вправо, Хёнджин взглянул в глаза напротив. В них он заметил лишь смущение с каплей страха и тогда прильнул своими тёплыми губами к чужим. Ян распахнул веки ещё сильнее не понимая как реагировать. Щёки горели адским пламенем, пока его губ мягко касались. И он попытался отстраниться, стараясь не думать о том, как это приятно. На мгновение Ян заметил приоткрытые темные глаза Джина, когда между ними появилась прослойка из воздуха. Хван почти сразу же мягко толкнул Чонина на спину и вновь припал к чужим приоткрытым губам. Ян, угодив в сладкую ловушку, крепко зажмурился и ответил, неловко двинув губами. Чужая рука тут же скользнула по его торсу, цепляясь за выпуклый сосок и сжимая на нём тонкие пальцы. Парень сдавленно хмыкнул. Его ладонь, покоившаяся на плече Джина, запуталась в его блестящих волосах и притянула ещё ближе. Поцелуй давно перерос из мягкого в жадный. Кажется уже никто не мог насытиться, прикусывая и вылизывая чужие губы. Тонкая блестящая капля скатилась из уголка чонинова рта, но сам он не заметил полностью отвлечённый мокрыми поцелуями в шею, что прошли дорожкой к изгибу. На тонкой коже появился укус. Теплый язык тут же прошёлся по свежей отметке и Ян всхлипнул, сжав руку на затылке Хвана. Хёнджиновы руки проникли под футболку, прикосновения ощущались горячими, кровь в венах кипела, сердце заходилось в бешеном ритме. Растянувшись на ковре посреди комнаты, Чонин плавился под натиском чужих губ, не думая, что это что-то неправильное, точнее вообще не думая. Его мозг случайно отключился, вверяя бразды правления твердеющему возбуждению. Томный вздох сорвался с чониновых губ, когда его сосок оказался в плену чужого теплого рта. Зубы сжали чувствительную кожу и тело, вздрогнув, попыталось отстранить настойчивые ласки, но сильная рука придавила все его слабые попытки где-то над головой, а язык продолжил вылизывать уже другой затвердевший сосок. Футболка так и осталась задернутой к шее, когда Хван опьяняюще медленно спускался ещё ниже. Быстро чмокнув тазовую косточку, натягивающую молочную кожу, Джин стянул домашние штаны вместе с боксерами и впился в белое бедро поцелуем-укусом, специально не обращая внимания на прижавшийся к животу розовый член. Ян вздохнул. Терпеть все эти мучения было до одури приятно. И правда, наверное, он просто сошел с ума, потому что в голове не укладывалось, как... — Хёнджин! — хвановы губы вдруг плотно сомкнулись на покрасневшей головке и Чонин выгнулся, как маленький мостик в парке неподалеку... — Мхм, — сделалось горячо и мокро. Рот будто затягивал попробовать всю свою глубину и узость и Ян в нетерпении толкнулся внутрь. Пальцы на ногах поджались, когда член вошёл на половину. Высокий стон разнесся по комнате. Чонин даже не думал, что всё ещё способен на такие звуки. Тонкие пальцы сжались на черных, как уголь волосах, и оттянули длинные пряди принося раздражающую боль. Хёнджин убрал обе руки от своей взлохмаченной прически и крепко сжал худые запястья одной своей ладонью. Ян протяжно стонал от чувств переполняющих его, пока Хван, сжимая чониново бедро, ритмично двигал головой, с каждым движением погружая чужой горячий орган всё глубже. Член прошёл в узкое горло, позволив носу на долю секунды коснуться впалого живота, и отстранившись, Джин снова насадился. Слишком уж горячо и узко было в глубине хёнджинова рта, что Ян не продержался долго. Почувствовав дрожь чужого тел,а Хван сделал последние движения и выпустил член изо рта. Джин навис над Чонином, быстро надрачивая одной рукой, и притянул его за подбородок снова впиваясь в истерзанные губы. Ян, простонав в поцелуй, бурно кончил толкнувшись бедрами в чужую ладонь. Так феерично легко стало на душе, но реальность обрушилась на прояснившийся рассудок. Жаль дельных мыслей не прибавилось. В голове крутилось: "Пиздец," и ни словом больше. Хёнджин, чмокнув напоследок в почти что красную рдеющую от проснувшегося смущения щёку, и поднялся. Порыскав по столу, тот обнаружил салфетки и вытерся ими, пока Чонин судорожно натягивал бельё. Руки совершенно не слушались, тело всё ещё пребывало в состоянии эйфории не функционируя нормально. В этот момент хотелось что-то сказать Джину, прояснить ситуацию, но Ян не знал, что сказать. Ему нужно время. — О, вот и Джисон звонит. Ладненько я пойду, пока Нини, — легко произнес Хёнджин и подхватив свою сумку, исчез за входной дверью, оставив Чонина одного с мозгами набекрень. 🏡🚶🚕 И не так важно, что звонил ему вовсе не Джисон, а незнакомый номер, и домой он поехал на такси. Просто нравился Ян ему до сумасшествия, до ломоты костей, до головной боли и снов не дающих спокойно спать. Завтра Хёнджин предложит ему встречаться. Всё завтра. А сегодня он подрочит в одиночестве.