Узы, что связывают нас

Брюс всегда думал, что когда он привяжется, он сразу поймет, когда это произойдет. Это было глупое предположение, ничем не подтвержденное, но он верил в это. Возможно, он думал, что это будет волна удовольствия, момент абсолютного понимания или, может быть, просто щелчок, как будто кто-то переключил тумблер в его голове. Но вместо этого его тело связалось — либо во время течки, либо незадолго до неё — без его ведома. Теперь он чувствовал себя обманутым, словно кто-то украл этот момент у него. Он не знал точно, когда это произошло. Он не знал, какой поцелуй, толчок или вкус кожи окончательно привели его к полной зависимости — что связало его с Кларком — и это неведение неприятно беспокоило его. Он говорил себе, что момент не имеет значения; важно только то, что это Кларк. Кровь, связь и укус на его шее были лишь аксессуарами к альфе, к человеку, который действительно был важен. Но… всё же… ему бы хотелось пережить этот момент. Ему бы хотелось знать. — Как тебе это? — спросил Тим. — Идеально, — ответил он. Лицо Тима расплылось в широкой улыбке. — Правда? Брюс слегка переступил с ноги на ногу и посмотрел на мальчика. Тим быстро усваивал навыки, хотя и в искусственном смысле. На этом этапе он мог выполнять рутинные упражнения лучше, чем Дик или Джейсон, но ему не хватало текучести Дика и естественного чувства расположения Джейсона. Он знал движения, но, не имел остроты, Брюс боялся, что он будет слишком жестким и предсказуемым, и, не обладая врожденным талантом, сомневался, что Тим сможет эффективно адаптировать свои новые навыки к боевой ситуации. Настоящим талантом Тима были не физические навыки, а детективная работа. У мальчика была удивительная способность задавать правильные вопросы, и он уже был опасно талантливым хакером. Но Тима никак нельзя было убедить отказаться от роли Робина и сидеть за компьютером. Среди всех его черт решимость была, пожалуй, самой сильной, и он был полон решимости стать следующим Чудо-мальчиком. Брюс вздохнул и облокотился на стену. — Ещё раз. Тим с готовностью приступил к выполнению упражнений с математической точностью. На полпути Брюс шагнул вперед и принял на себя роль невидимого противника. Он удовлетворенно хмыкнул, когда Тим мгновенно адаптировал последовательность движений для противника его роста и комплекции. Когда Брюс изменил стиль боя, Тим закусил губу от напряжения и ответил правильно. У него не было той остроты, что была у других мальчиков, но, как понял Брюс, он был очень целеустремленным. Тим также сумел избегать Джейсона больше часа, когда тот начал принюхиваться. Джейсон, возможно, не мог перемещаться между крышами так, как это делал Дик, но он был быстрым, хорошим следопытом и умел использовать окружение в свою пользу, особенно в условиях улицы. — Джейсон сказал, что ты хорошо управляешься с посохом, — пробормотал Брюс, когда они закончили тренировку. — Да, — щеки Тима покраснели от возбуждения. — Хочешь посмотреть? Он спокойно посмотрел на него. — Покажи защитные приемы. Тим быстро подбежал к стойке с оружием, выбрал шест и вернулся, чтобы продемонстрировать свои умения, нахмурившись от концентрации. Он был хорош, но снова слишком зажат в рамках. Такой стиль боя помог бы ему сдать все экзамены, но был слишком регламентированным, чтобы быть эффективным против настоящего противника. — Ты уже решил, что будешь делать с документами? — спросил Брюс, надеясь, что разговор поможет мальчику расслабиться. — Я хочу быть омегой, — ответил Тим. Брюс легонько толкнул его пятку носком своего ботинка, напоминая о необходимости двигать ногами. — Почему? — Потому что это то, кем я являюсь. Брюс нахмурился. — Быть бетой проще. Тим пожал плечами. — Но это не то, кем я являюсь. Брюс хмыкнул и обошел его, чтобы посмотреть на него спереди. — Ты скучаешь по временам, когда притворялся бетой? — спросил Тим, переводя шест из одной руки в другую. — Ну, все ведь думали, что ты бета… всегда. Хотел бы ты снова быть бетой? Он не ответил. — Ты больше не ходишь на благотворительные мероприятия. Когда я был в приюте, ты всегда приходил хотя бы на них. — Тим прокрутил шест между рук. — Ты боишься, что кто-то увидит укус Кларка? Думаю, ты мог бы его спрятать. Когда я впервые пришел сюда, он был очень заметен, но теперь уже не так сильно. — Он сделал нервную паузу. — Кстати, я рад, что он на тебе. Брюс внимательно посмотрел на мальчика. — На тебе его не было на днях, — продолжил Тим, переходя к демонстрации другой стойки и стиля. — Я подумал, что, может, Супермен был очень занят или что вы, возможно, поругались. Рад, что он снова на тебе. Брюс поднял руку и провел пальцами по изогнутому следу укуса на шее. Он не заметил его отсутствия, но укусы обычно не слишком долго исчезают. Еще одна деталь, которую он упустил. — Держи защиту слева. Тим послушно выполнил указание. — Как ощущается укус? Больно? Он происходит быстро или занимает какое-то время? У тебя когда-нибудь идет кровь? Как ты это делаешь? Ты просто тыкаешь его в ребра и говоришь: «Эй, ты хочешь…?» — Ты слишком молод, чтобы беспокоиться о укусах, — рыкнул Брюс. Тим покрутил оружие перед собой. — А сколько лет должно быть, чтобы беспокоиться о укусах? — Левую защиту, — резко напомнил Брюс. — Старше. Мальчик покраснел и продолжил упражнение в молчании. Когда он закончил, он держал шест горизонтально на ладонях и с неуверенностью посмотрел на Брюса. — На самом деле, я знал, что вы с Кларком не ссорились. — Как ты это понял? — глухо спросил Брюс. — Дик и Джейсон ссорятся, ты и Джейсон ссоритесь, но Кларк всегда добр к тебе. Он никогда не говорит ничего плохого. Иногда мне кажется, что он не говорит плохие вещи, даже когда есть что сказать. Брюс внимательно его изучал. — Что заставляет тебя так думать? Мальчик пожал плечами. — Иногда кажется, что он проглатывает вещи, которые Джейсон бы выплюнул, а Альфред бы поперхнулся. Например, если он злится на тебя, он не скажет об этом, а если есть что-то важное, он не скажет… по крайней мере, громко. Тренировочный зал погрузился в неловкую тишину, пока Брюс хмуро смотрел на мальчика. Тим нервно крутил шест в руках и кусал губу, ожидая следующего указания. — В следующий раз, когда загорится сигнал, — начал Брюс, — я хочу, чтобы ты пошел со мной. Тим моргнул, и его губы предательски дрогнули в улыбке. — П-правда? — Я хочу услышать твоё мнение о некоторых людях Гордона, — подтвердил Брюс. — До тех пор продолжай тренировки. Ты все еще должен завершить упражнения, которые я задал тебе с Диком. — Да! Я сделаю это! — Широкая, счастливая улыбка. — Спасибо, Брюс. Через час он сидел один в пещере и смотрел на теперь уже пустое тренировочное кольцо. Слова Тима прокручивались у него в голове, как пучок водорослей, пойманный волной; всегда всплывающий на поверхность плотной влажной массой; темный и ползучий, как сомнение. Тим был прав. Кларк больше не говорил ему, когда что-то шло не так. Уже нет. Он говорил раньше, когда они были просто друзьями, но с момента их отношений альфа стал более осторожен в том, что рассказывал ему. История с возможности связи-стаи Кларка была тому достаточно ярким доказательством; он не хотел рассказывать об этом, боясь, как эта информация повлияет на их отношения. Это открытие вызывало боль. Это означало, что Кларк не доверяет ему настолько, чтобы не закончить их отношения из-за чего-то незначительного, не доверяет ему с потенциально негативными аспектами своей жизни, не доверяет ему… Брюс мрачно размышлял, что он мог бы понять корень этого недоверия, исходя из того, что он сам посеял, когда они только начали встречаться; глупая неуверенность, которую он подпитывал, переплетаясь с недоверием к касте Кларка, легко могли поставить того в очень шаткое положение; на самый край дороги, по которой они должны были идти вместе. Он не хотел, чтобы так было. Но если Кларк не говорил с ним о вещах, которые были для него важны, о вещах, которые причиняли ему боль, и которые вредили их отношениям… тогда было мало, что Брюс мог безопасно сделать. Недопонимание, преследовавшее их на протяжении этой недели, будет повторяться снова и снова, пока он не научится слушать, а Кларк не научится говорить с ним, как раньше. Сейчас, возможно, всё было в порядке… или нет? Перед последним разом, когда они занимались сексом, Кларк упомянул что-то о Перри. Брюс знал, что у Кларка были некоторые проблемы на работе в последнее время, но он не знал деталей. Это было связано с его последней течкой? Суперменом? Документами, которые он не мог предоставить? Или, может быть, с чем-то ещё? Было ли это важно? Почему Кларк сказал ему, что это не важно, только после того, как они подтвердили, что остаются вместе? С онемевшими пальцами он протянул руку к компьютеру и набрал рабочий номер Кларка по памяти. Гудки звучали четыре с половиной раза, прежде чем на другом конце провода раздался запыхавшийся голос. — Да? Вы позвонили в редакцию «Daily Planet». — Я ищу мистера Кента, — ответил он слишком знакомому голосу. — О, он где-то летает. Я Лоис Лейн. Чем я могу помочь вам, мистер…? Он уже собирался повесить трубку, но затем передумал. — Я его партнер, — ответил он вместо этого. — Мне было интересно, как у него дела? Пауза. — Пора вам начать обращать внимание, — сказала женщина. — Возможно, вы уже опоздали. — Почему? — прохрипел он. — Ну, насколько я могу судить, Кларк, не в первый раз из-за вас, решил, что лучше будет уволиться, чем разбираться с вами. Знаю, что вы — большая шишка, мистер Загадка, и что подача документов может случайно выдать его секрет, но нам нужно придумать что-то, если он хочет сохранить эту работу. Быстро. — Вы знаете о Супермене? Женщина хмыкнула. — Я журналист-расследователь, и, не знаю, упоминал ли он, но я раньше встречалась с этим парнем. Это заняло у меня время, но я, в конце концов, увидела правду за этими очками. Теперь, насчет Кларка; если вы сможете придумать идею, и быстро, вы спасете задницу вашего партнера, если она ещё не слишком далеко высунута за окном. Брюс вспомнил смутные часы после его течки и обрывки разговоров, которые он запомнил. Чёрт возьми, Кларк говорил, что на работе дела идут хуже, но Брюс никогда не думал, что он на грани потери своей работы. Но как он мог ему помочь? Он не мог подать документы, не рискуя раскрыть секретную личность Кларка и, соответственно, безопасностью собственной стаи. Но укус на его шее, как доказательство, он не мог скрывать вечно. Уже появились фотографии, на которых виден след Кларка, и они распространялись в интернете, вызывая широкие и безопасные предположения. Как он мог вытащить Кларка из этой ситуации, не разоблачая его? Как он мог помочь своему партнеру, удерживая падальщиков, которые кружили вокруг его плейбойского образа, на расстоянии? — Кто проверяет документы? — спросил он. — Большие боссы. Те, кто выше Перри. Если ты думаешь использовать псевдоним, то можешь попробовать, но если у вас с ним все серьезно, я бы не рисковала. Если вы когда-нибудь свяжетесь, они потребуют личный образец крови. Он выругался. — Да, — ответила Лоис. — Именно. Было обычной практикой для компаний требовать от альф предоставления документов на их партнеров; это предотвращало ситуации, когда свободные альфы выдумывали партнера и использовали предлог «течка», чтобы взять неделю отпуска каждые пару месяцев. Учитывая, как долго они были в эксклюзивных отношениях, было чудом, что Кларк так долго сохранял расположение своего босса. Он должен был это предвидеть… должен был понять, почему Кларк снова просил у него документы… должен был… знать. — Что я могу сделать? Женщина вздохнула. — Честно говоря, не знаю. Если только ты не настолько богат, чтобы купить всю газету и изменить правила, я не вижу… — Могу. Долгая пауза. — Правда? — Это поможет ему? — настойчиво спросил он. — Если я куплю «Daily Planet»? — О боже, — связь затрещала. — Я знала, что узнаю этот голос. Ты Брюс Уэйн, не так ли? — Это поможет? Низкий рык. — Нет, не поможет. Брюс обернулся и изучил человека, который тихо парил в пещере за ним. Волосы Кларка были взъерошены, костюм сверкал своими традиционными цветами, а в глазах была тревожная красноватая искра. Быстрым движением Брюс прервал звонок, создавая для них приватный момент, и повернулся к нему полностью. — Я хочу помочь тебе, Кларк. Жестко. — Ты не можешь. — Это моя вина, что у тебя проблемы на работе, — возразил он. — И что? Раньше тебя это не волновало. — Он опустился на пол пещеры тяжелее, чем обычно. — Я думал, мы все уладили прошлой ночью, Брюс. Я думал, у нас все хорошо. Что между нами все в порядке. Почему ты так себя ведешь? Он нахмурился. — Ты говоришь, как будто я предал тебя. Я пытаюсь помочь тебе. — Купив мое рабочее место? Я сказал тебе, что не хочу, чтобы меня покупали. Я сказал тебе это. Я также сказал, что ситуация с Перри не важна. Почему ты мне не доверяешь? — Ты не куплен, — сердито сказал он. — У меня есть возможность помочь тебе, почему я не могу это сделать? — Ты не помогаешь мне, превращая Кларка Кента в парня, который спит с боссом, — резко ответил инопланетянин. — Ты действительно думаешь, что я останусь уважаемым журналистом, когда эта информация всплывет? Конечно, Супермен может быть в безопасности, но что тогда останется от меня? — Если я куплю «Daily Planet», я смогу отменить это правило, — возразил Брюс. — Я знаю, что это ненормально для рабочего места не требовать документы, но это не беспрецедентно. — Я сказал тебе, что это уже не имеет значения, — продолжил Кларк. — Я сказал, что это не важно. Тебя это не волновало, когда это было важно, когда я просил твои документы. Почему тебя волнует это сейчас? Он посмотрел на него с палящим гневом. — Ты позволяешь себе быть уволенным ради меня. Кларк остался невозмутим. — Нет, я позволяю себе быть уволенным ради себя. Это моя личность, которую мы защищаем, Брюс. — Если бы я не был твоим партнером, тебе не пришлось бы выбирать между своей личностью и работой. Злобно. — Я люблю эту работу, Брюс. Я люблю её. Но я тебя люблю больше. — Ты уже столько отдал за меня, Кларк. — Нет, Брюс, — он поднял руки, — я почти ничего не отдал за тебя. Ты жертвуешь больше для меня каждый раз, когда проходишь через течку, чем я когда-либо делал для тебя. Ты связан со мной. Моя зависимость от тебя всё ещё едва ощутима. — Это только потому, что я омега, — сказал он пренебрежительно. — Ну и что? Брюс нахмурился. — Я не собираюсь наказывать тебя за случайность рождения! Кларк скрестил руки. — Я не собираюсь притворяться, что не беру больше, чем даю. Брюс смотрел на него с недоверием. — Ты даешь мне больше, чем я когда-либо мог бы просить, Кларк. Ты почти ничего не требуешь взамен. Мне позволено доминировать над тобой, мне позволено спариться с тобой, но отказываться от твоего укуса на нелепо долгое время, и в этих отношениях я тот, кто изменил твою жизнь, переселил тебя в мой дом, в мою жизнь, гораздо больше, чем ты изменил мою. Кларк остался упертым. — Это справедливо. — Послушай, — он попытался перевести разговор в другое русло, — я могу помочь тебе. Я бы смог помочь тебе гораздо лучше, если бы ты сказал мне, в какой ты беде, и насколько это важно, когда мы только начали встречаться. Я мог бы тогда создать секретную личность, что-то придумать. — Долгая пауза. — Ты мой партнер, Кларк. Мне нужно, чтобы ты говорил со мной. Не только о хороших вещах, но и о плохих. — Потому что, если я этого не сделаю, ты за моей спиной купишь моего босса, — обвинил его Кларк. Низко: — Не в этом дело, Кларк. Инопланетянин отвернулся: — Я могу сам решать свои проблемы, знаешь ли. — Позволяя себе быть уволенным? — спросил Брюс, поднимаясь на ноги. — Или не рассказывая мне ничего, чтобы я узнал об этом от твоей бывшей девушки? — Мы как-то пережили эту ужасную неделю без ссор, — сказал Кларк. — Мы помирились. Почему ты снова начинаешь? — Вся эта проклятая неделя случилась потому, что мы не разговаривали друг с другом, — напомнил Брюс. — Нам нужно общаться. Если мы иногда будем ссориться, что с того? Мне нужно, чтобы ты доверял мне и не боялся, что я тебя брошу. Мне нужно, чтобы ты доверял, когда я говорю, что люблю тебя. Кларк посмотрел на него: — Прости, но немного сложно доверять тебе, когда я застал тебя за тем, что ты планировал купить мою газету, чтобы вытащить меня из беды. — Я звонил тебе! — Правда? — скептически спросил Кларк. — В следующий раз попробуй мой мобильный. — Черт возьми! Ты ходишь вокруг да около, Кларк. Я не оттолкну тебя, если ты подойдешь ближе. — Иногда, Брюс, ты ведешь себя так, будто ненавидишь меня. Будто не хочешь, чтобы я тебя беспокоил. Разве это приглашение подойти поближе? Брюс отвернулся и уставился на клавиатуру. Спустя какое-то время вздохнул и провел пальцами по волосам: — Это та ссора, которую мы должны были устроить другой ночью, не так ли? Он услышал, как другой мужчина что-то пробормотал на криптонском, а затем крепкие неразрушимые руки обняли его и притянули к горячему, твердому телу его партнера: — Может, то была трава, а это корень, — пробормотал инопланетянин. — Источник. — Может быть… Он ощутил свою связь; одиночный аккорд внутри него пульсировал удовлетворением, когда густой красивый запах его партнера окутал его, как вторая пара рук, и тепло его тела впиталось в него. Связь была ещё небольшой, но она существовала и уже была сильнее, чем когда он впервые заметил её. Маленькое, простое чувство, соединяющее его и его избранного. — Я звонил тебе, — мягко заверил он его. — Знаю, — вздохнул Кларк. — Знаю. Я доверяю тебе. Прости. — Я действительно люблю тебя. Снова: — Знаю. Он повернул голову и посмотрел на мужчину позади себя: — Ты поговоришь со мной сейчас? Кларк наклонился и поцеловал его в щеку: — Ты позволишь мне решить это по-своему? — Кларк… — Пожалуйста. Я говорил с Перри сегодня утром. Он нахмурился: — Что ты сказал? — Я собираюсь изменить свой статус на работе на временный, — сказал Кларк. — Это значит, что мне нужно будет работать всего три дня в неделю, и я смогу подстроить график под твои периоды течки. Плохая сторона в том, что я не получаю такие же деньги, истории или позицию. Это будет как когда я только присоединился к газете, на самом деле. Брюс нахмурился: — Ты в порядке с этим? — Это… не идеально, я знаю, но я думал, если я смогу заниматься независимой журналистикой, я всё ещё смогу сводить концы с концами и освещать те истории, которые хочу… в основном. — Я всё ещё могу купить газету, — предложил он. Кларк вздохнул: — Какой от этого будет толк? Ты мог бы оставить мне работу, но я всё равно останусь ненадежным парнем, о котором все втайне знают, что он спит с боссом, и без этого правила кто-то мог бы воспользоваться системой. Кроме того, Кастовые права накинутся на нас за фаворитизм альфы. Я этого не хочу. — Он грустно улыбнулся. — Это хорошее правило, правда. Просто… мы довольно особый случай. Всё-таки супергерои. — Это несправедливо, — прорычал Брюс. Тихий смех: — Пожалуй, нет. Долгая пауза: — Ты будешь счастлив? Вернувшись назад, вот так? — Честно говоря, Брюс, я думал, что мне придётся уйти. Это хорошо. Мне не нужно быть самым известным журналистом в мире. Лоис может взять это на себя. Я просто буду писать на задних страницах и публиковать более интересные вещи самостоятельно. Будет приятно писать без ограничений. Пещера погрузилась в тишину, пока Брюс переваривал новую информацию. Ему это не нравилось. Ему не нравилось, что Кларк жертвует всем, что он заработал как репортер, ради него. Но, в то же время, он знал, что не может его остановить. Это жизнь Кларка, его выбор, и ему нужно уважать это. Последнее время он не уделял этому должного внимания. Он был связан с Кларком больше, чем одним способом; гормональная зависимость была лишь слабой нитью по сравнению с другими, более глубокими аспектами их союза. Он был связан с ним так же, как и со своей стаей, и несмотря на все преграды на их пути, он не допустит, чтобы их союз стал чем-то меньшим, чем связывающим. — Я обещаю, что буду лучше для тебя, — пробормотал он. — Обещаю. Кларк снова поцеловал его, на этот раз нацелившись на губы: — И я тоже.