***
Дорогая машина медленно подъехала к большому, красивому пятиэтажному зданию с башенкой над главным входом и открытым бассейном. Само здание было нежно-кремового цвета, с красными вставками и украшенное растениями. Ну и не удивительно, это же отель «Гранд Париж» принадлежавший мэру. — Месье Буржуа, мы приехали. Взяв сумку с соседнего места, парня встретили дворецкие, которые сразу же выхватили вещь из чужих рук. — Да не надо, я и сам могу дотащить. — Ни в коем случае, месье! — придерживая дверь сказал один из дворецких, — Мы отнесем вещи к вам в комнату. — Тогда я позвоню отцу и скажу ему, что я уже… — Месье уже обо всем знает, и он просил передать вам, что как освободится, он встретится с вами. Неловко замерев, Рей улыбнулся. Дом ни капельки не изменился, и люди в нем тоже. Это заставляло все старые воспоминания всплыть. Все детство он провел в штатах, но это не мешало ему приезжать сюда, к семье. — Хорошо, — Рей расслаблено потянулся, и щурясь на ярком солнце, стал подходить к главному зданию. Около входа стояло еще несколько уборщиков, которые с вежливой улыбкой провожали парня взглядом. А тот в ответ им махал рукой. Заходя в вестибюль глаза невольно разбежались. Пол был выложен белой плиткой, а потолок поддерживали шикарные белые колонны. В центре была стеклянная ваза, полностью забитая розами. Такого в Нью-Йорке не было. — Ну Рей, ты где, я не пойму! Пойдем я тебя провожу. — Хлоя недовольно выглянула из-за чужого плеча, проталкивая внутрь парня. — Хлоя, но я помню, где моя комната. — И что? — она недовольно хмыкнула, поправляя прическу. — Сестре даже нельзя проводить родного брата? — Ладно-ладно, извини, — парень рассмеялся и, взяв цветок из рядом стоящей вазы, театрально закрепил на волосах девушки, протягивая руку вперёд в приглашающем жесте. — Ну что, пройдем, мадемуазель?***
Заходить в бывшую комнату после долгого перерыва было довольно странно. Белые стены, темный пол и черные занавески, которые сильно отличались от однотипного оформления здания. — Я уехал на такое длительное время, и за это время ничего в моей комнате не изменилось, — внутри как-будто зацвели цветы и стали порхать бабочки, настолько было приятно чувство того, что несмотря на отсутствие парня его родные не посмели ничего убрать без его просьбы. Что можно сказать об интерьере комнаты… На правой стороне располагалась большая кровать с белым покрывалом окруженная темными тумбочками с золотыми вставками, на которых стояли лампы. Напротив находилась небольшая гардеробная, не такая внушительная, как у младшей сестры, но достаточная для парня. Рядом со входом в гардеробную находилась белая дверь в ванную комнату, комната которой ничем не выделялась от остальных ванных в отеле. Устало плюхнувшись на мягкую кровать, парень прикрыл глаза. В самолете поспать ему так и не удалось. Вибрация рядом лежащего телефона привела парня в чувство. На экране высветился номер отца, на что тот тут же подорвался с места и взял мобильный. — Рейден Буржуа слушает, — выученная фраза за многие годы явно взяла свое. — Как всегда официально. Как дела у тебя? — голос отца успокаивающее действовал на уши, придавая уверенности. У Рейдена с отцом всегда были хорошие отношения, никто из них никогда не подводил друг друга, и всегда чувствовали что не так, предлагая свою помощь. — К сожалению, сегодня я не смогу встретить тебя, надеюсь, вы добрались домой без происшествий? — поинтересовался Андрэ, заранее зная ответ. — Все нормально, уже пришел в комнату. Вещи, конечно, еще не разобрал, но уже планирую, — произнес, смотря на свой огромный багаж и сувениры, стоящие посреди комнаты. — Мне сказали, что ты отказался от помощи персонала. Может все же нужна помощь? — с волнением спросил Андрэ. — Если ты передумал, я могу направить их к тебе. — Да не, пап. Отдохну и разберу, мне не нужна помощь в разборке собственных вещей, — Рейден устало потер переносицу, обратив внимания на свои чемоданы, — К вечеру управлюсь. — Хорошо. Как знаешь. Но не забудь, что тебе нужно еще забрать учебники на предстоящий учебный год. Надеюсь, ты помнишь об этом? — голос отца стал на миг серьезнее, но уже через секунду вернулась бывшая мягкость, — Мы уже подали документы, и надеюсь, ты не слишком устанешь за сегодня. — Ох, да! Я уже забыл об этом, — Рейден хлопнул ладонью по лбу. Из его головы выскочили мысли о том, что он будет здесь не только жить и отдыхать, но и придется заняться учебой. Обычно он ездил сюда только на отдых и встретиться с родными, но учеба — никогда, — Спасибо, что напомнил. Я уже скоро пойду туда. — Можешь попросить сестру проводить тебя, вдруг зайдешь не туда или еще чего-нибудь, — мэр, мешкая, стал приводить примеры того, что может пойти не по плану. — Ты же только приехал! Школа Франсуа Дюпона, скажем, новая локация для тебя. Не хотелось бы, чтоб остались плохие впечатления. — Ничего страшного, пап. Я сам разберусь, — отказался парень, чуть усмехнувшись, — А то она уже потащила меня по магазинам и не хотелось бы, чтоб мы не дошли до самой школы, заходя в какой-нибудь бутик по пути. — Ну хорошо, — Андрэ не стал настаивать, тут же переводя тему, — Я приду поздно вечером, не думаю, что мы встретимся сегодня. Мне пора идти. Надеюсь, ты не забудешь про мою просьбу. Послышался гудок завершающего звонка. Откинув телефон куда-то в сторону, парень наконец поднялся с насиженного места и стал подходить к своим вещам. — Да уж, надолго тут все, — оглядев все багажи, заключил Рейден, — Может, все же нужна была помощь персонала?... Выйдя из душа, парень кинул взгляд на черный экран, одновременно подходя к маленькой тумбе, на которой покоились небольшие вещички: ключи, брелки, жвачки и остальное. Схватив пульт, он включил плазменный телевизор, который мило предоставила парню его сестра. На первом месте по просмотрам находилась какая-то банальная программа выясняющая отношения между людьми. Девушек он не знал, даже никогда их не видел, поэтому разбираться в этом было довольно глупо. А еще были детские мультики, которых Рейден насмотрелся ещё в раннем возрасте. В общем, так и не найдя ничего интересного, телевизор был выключен. — Что-то это напоминает мне мою жизнь в Нью-Йорке, нежели в Париже, — заключил Рейден, бегло оглядев комнату, взглянув на наручные часы, — Уже пора за учебниками, иначе я совершенно ничего не успею. Быстро переодевшись, Рейден подошел к зеркалу, поправляя одежду. Парень придирчиво осмотрел свое отражение. Чуть вытянутые голубые глаза и родинка под глазом. Да уж, внешностью он был похож на свою сестру. Конечно, кроме блондинистых кудрявых волос, которые имели теперь более светлый цвет, из-за многочисленных крем-красок и салонов. Слышать шутки каждый раз как тот проходит мимо раздражающей компании по типу: «Блондинам думать ни к чему, с папочкой мэром то!» ему, честно признать, надоело. Переодевшись в новую повседневную одежду и прихватив с собой сумку с телефоном и остальными вещами, парень вышел из комнаты, предварительно заперев за собой дверь. Проходя по коридорам мимо обслуживающего персонала, приходилось заново осваиваться ко всей компании. Несмотря на деловой и серьёзный вид самого здания, люди внутри были весёлые и добрые, что очень радовало парня. — Здравствуйте, здравствуйте… — безостановочно произносил он, проходя мимо уборщиц, регистраторов и остальных работников персонала. — Добрый день… Наконец дойдя до вестибюля, Рейден предупредил рядом стоящую девушку, чтобы никто не поднял лишнюю суматоху, и вышел на свежий воздух. Чуть мокрые волосы приятно ласкал прохладный ветерок, а солнце выходило из-за небольших светлых туч, даря свои лучи жителям Парижа. Оглядевшись по сторонам, Рейден начал рассматривать престижные, красивые дома, которые были различных цветов и оттенков, но от этого они не переставали быть такими же прекрасными, насколько был сам город. Да и сам Париж был настолько чистым и невинным, что становилось больно глазу. Чистые улицы, ухоженные растения и хорошо покрашенные здания. Казалось бы, что Париж — это идеал для мечтательных и творческих людей. Для тех, кто хочет побыть в одиночестве на шумной, людной улице, но даже при этом всем не чувствовать себя настолько отдаленным от внешнего мира. Если кратко говоря, всё как будто в сказке. Сам парень не был сильно творческим человеком, для него большее значение имела учеба, но это не мешало ему заниматься любимым делом. К примеру он имел прекрасный музыкальный слух, и игра на скрипке для него просто подходила. С детства мать была жутким фанатиком музыкальных предметов, хоть и не показывала это на людях. Всё-таки Одри Буржуа является известным режиссером модного журнала, который получил огромную популярность. Вот с дочерью у нее были проблемы в общении, а вот с сыном в точности наоборот, начиная с самого детства. Поэтому заставить Хлою играть на каком-либо инструменте так и не получилось, а вот Рейден поддался почти сразу. В остальном для старшего Буржуабыли трудности. Ни рисование, ни танцы не давали такие плоды, как давала музыка. С раннего возраста парня привлекали ноты. Для него ноты — это отдельный язык, который нужно учить годами, чтобы добиться совершенства. И у него, можно сказать, неплохо получалось. Жаль только, что сама школа Франсуа Дюпона не была основана на музыкальном стержне, что было бы довольно неплохо. Поступить в нее было не настолько сложно, как он думал. Все же сын мэра имел довольно высокий статус, что иногда помогало в повседневных делах, хорошо или плохо то было, для него был важен результат, а не сама дорога к цели. Проходя мимо центрального парка, наткнулся взглядом на устало стоящего парня возле фонтана, то и дело позирующего на объектив недалеко стоящей камеры. Ярко-золотистые волосы юноши будто горели на солнце, а белая рубашка придавала образу некой повседневности и спокойствия, что очень подходило под окружающую обстановку. Сразу видно, что с камерой работает профессионал и подбирать образы он явно умеет. Но вот только одно но. Рейден где-то видел этого парня, но не мог понять где именно. Все-таки что-то необычное было в нем и в его образе. Что-то, что раньше он встречал довольно много раз, но вспомнить был не в силах. — Да уж. неужели Париж настолько маленький, что всех людей в это месте я запомнил за какие-то жалкие часы? — устало вздохнув, заключил тот. Не став задерживаться на месте, парень направился прямиком в учебное учреждение, желая поскорее отделаться от навязчивого чувства «должен».