За двумя зайцами

— Читайте! — взрыкивает ниндзя, выглядывая в окно. — Когда приходит ночь, — всхлипывая, бормочет принцесса. — Ай! От громыхнувшего на улице взрыва девушка вздрагивает, прикрывая голову широкими рукавами многослойного кимоно. — Дальше! — прищурившись, Кисаме пытается оценить обстановку. — Г-господин ниндзя, — ее голос дрожит так, что она заикается почти на каждом слове. — Может быть, лучше скрыться в подвале? У нас есть подвал… — Читайте. — Есть только звук… Взметнув сноп искр в темное небо, с треском обваливается одна из сторожевых башен. — Яростного ветра на вершинах, — зажимая уши руками, шепотом продолжает чтение девушка. Внизу, придерживая на бегу оружие, отряд стражи спешит на стены. Двор замка буквально содрогается от рева невидимой твари. Тут же, над стеной, показывается, дико вращая глазками на длинных стебельках, уродливая морда призванного чудовища-краба. Одним взмахом тяжёлой клешни монстр ломает стену, разбрызгивая каменную крошку по округе. Стража, так и не успевшая забраться по лестницам и занять позиции для обороны, большей частью гибнет под завалами. Выжившие, ощетинившись нагинатами, бестолково топчутся напротив пролома, через который едва уловимыми тенями во двор врываются нападающие. “Идиоты” — едва заметно вздыхая, ругается про себя Кисаме. Первым же ударом враг, даже не задержавшись толком, сметает стражу замка. “Куда же вы, дебилы, в ближний бой полезли?.. Башку бы их начальнику оторвать, почему не посадил людей на крыши и не раздал им луки, толку было бы куда больше!” Теперь навстречу противнику выскакивают уже ниндзя Киригакуре. Завязывается бой. Вот тут бы сильно пригодился отряд лучников. Проведя языком по заточенным зубам, Кисаме злится. Ему бы туда, вниз, а не торчать в покоях наследницы лорда. За его спиной принцесса, давясь слезами, продолжает чтение сборника стихов, то и дело сбиваясь на причитания: — Сушатся мелкие окуньки на ветках ивы… Боги-боги! Я этого не вынесу!... Рыбачьи хижины на берегу. Едва уловив в коридоре звук торопливых шагов, Кисаме кладет ладонь на рукоять меча. Идут двое. Один шаг легкий, мягкий, второй — грузный, шлепающий. Сориентировавшись, ниндзя опускает руку за миг до того, как сёдзи сдвигаются в сторону. На пороге стоит лорд, за его спиной — одна из его наложниц. Дама уже немолода, хотя ее лицо еще сохранило притягательность. Белила скрывают признаки увядания, но назвать ее красавицей сложно. Интересная — да, но не более. Но она неизменно пользуется благосклонностью господина, который хоть и отвлекается на других женщин, но все равно из раза в раз возвращается в покои Кикёо-сан. — Ты! — повелительным жестом лорд тыкает в Кисамеа сложенным веером. — Уведи Кикёо-сан отсюда! — Моя миссия — защита вашей семьи, — Кисаме на мгновение переводит взгляд на замершую перепуганным олененком принцессу. — Значит, у тебя новая миссия! — лорд с силой толкает в комнату спутницу. — Головой за нее отвечаешь! Та едва не падает, запутавшись в тяжёлых шелках. — Но мой лорд! — тоненько всхлипывает принцесса, округляя изящный маленький ротик с вычерненными по последней моде зубами. — А я? Как же я? Он ведь должен защищать меня! — Ты все слышал? Выполняй! — не обращая внимания на дочь, гаркает лорд, захлопывая двери. Принцесса так и сидит с открытым ртом, глядя на закрывшиеся сёдзи, только тяжело дышит от накатывающих слез, комкая ворот. Подобрав подол, наложница мелко семенит к принцессе, опускаясь рядом с девушкой. — Сатико-химэ, чем вы заняты? — приглядываясь к сборнику стихов, мягко спрашивает женщина. — Вы… вы не посмеете меня тут бросить! — жалобно шепчет та. — Кикёо-сан, я же принцесса! — Вы читаете? Позвольте мне к вам присоединиться, — склоняется в поклоне наложница. — Но… Принцесса сбивается, непонимающе глядя на женщину. Та разворачивает к себе книгу и начинает декламировать стихи. Чертыхнувшись, Кисаме возвращается взглядом к окну. Голос наложницы звучит ровно, женщина явно умеет держать себя в руках. Во дворе дела обстоят не очень гладко. Нападающих явно больше, и, похоже, все они — ниндзя. В воздухе сильно пахнет дымом, видимо, нижние этажи замка уже в огне. — Уходим! — Но!.. — слезы Сатико не утихают. Она каждый раз порывается утереть их, но отдергивает руки в бесполезной попытке сохранить макияж. В итоге выглядит еще более жалко. А вот Кикёо, наоборот, пытается сохранить хладнокровие. — Я понимаю, уважаемый господин, — аккуратно подбирая слова, начинает дама. — Вы обязаны выполнить порученное вам задание, но… неужели такой сильный воин не сможет защитить двух слабых женщин? Усмехнувшись, Кисаме позволяет себе показать женщине свой жуткий оскал. Едва заметно ее зрачки расширяются, но та продолжает льстиво улыбаться: — Вы, несомненно, весьма умелый и благородный воин, на которого мы с принцессой можем всецело положиться… — Еще скажите “прекрасный”, — не пряча зубов, подсказывает он наложнице, забавляясь ее попытками манипуляции. — Эм, — все-таки сбивается Кикео. — Красота в мужчине — не главное. Поверьте моему опыту, господин ниндзя, я в таких вещах разбираюсь. Главное, что мужчина может и чего он не может… И вы можете… можете нас спасти! Я это вижу! — У меня приказ, госпожа, — стоит на своем Кисаме. — Конечно, — кивает Кикёо, подходя к нему ближе и всматриваясь в по-рыбьи блеклые глаза Кисамеа. — Но подумайте, если выживу я, а принцесса погибнет… И при этом… давайте откровенно, наш лорд может и не пережить эту ночь, что вы тогда скажете вашему главе? Согласитесь, со стороны это будет выглядеть несколько предосудительно: спасти наложницу вместо принцессы… даже если я подтвержу слова лорда, кто мне поверит? На это Кисаме уже откровенно ржет в голос. — Вывести двоих сложнее, чем одну, — ниндзя почти с удовольствием следит за тем, как мелкой рыбешкой наложница вертится в сетях судьбы. — Неужели благородная дама готова пожертвовать собой вопреки воле ее господина? — Сопроводите из замка сначала госпожу, а потом вернитесь за мной, — хмурится дама, пытаясь найти варианты спасения. — Время! Боюсь, когда я вернусь за вами, спасать уже будет некого. — Боги! — всхлипывает Сатико. — Моя госпожа, прошу вас, немного терпения! — строго, почти резко бросает Кикёо, прикусывая губу. — Прошу вас, придумайте что-нибудь! Я не верю, что такой благородный и сильный воин не сможет защитить двух слабых женщин. — Я ниндзя, мадам, а не самурай. У ниндзя нет чести, только приказ. — Бесчувственный убийца! — срываясь на писк, взвизгивает Сатико, принимаясь рукавом размазывать слезы по лицу. — Госпожа, как можно оскорблять нашего защитника! — одергивает ее Кикёо, даже не оборачиваясь. — Вашего, — поправляет ее Кисаме, приподнимая брови. — Нашего! — улыбнувшись, женщина отвечает ему, копируя мимику ниндзя. — Он больше не мой… — Дочери лорда не подобает вести себя, как перепуганная служанка! — напоминает дама Сатико о ее статусе. Но потом, всплеснув руками, делает шаг к Кисамеу, прикладывая одну руку к своей груди, а второй почти касаясь мужчины. — Неужели ничего нельзя сделать? Мы выполним любые ваши приказы! — Раздевайтесь. — Что? — на лице Кикёо проступает удивление, граничащее с шоком. Выдержав паузу, Кисаме поясняет: — Я не собираюсь тащить лишние тридцать килограмм ваших платьев на себе. — Да как вы смеете! — почти захлебывается возмущением Сатико. Наложница окидывает задумчивым взглядом сначала себя, затем принцессу и, наконец сообразив, кивает: — Раздеваемся, — и сама же бросается к принцессе, чтобы помочь той. Наблюдая за двором, Кисаме ждет, пока женщины торопливо скидывают свои богатые, а главное, тяжелые одежды. Кикёо даже повыдирала шпильки из прически, оставив лишь один золотой гребень. — У кого из вас руки крепче? — уточняет ниндзя, когда на женщинах остаются лишь легкие нижние юкаты. — У меня! — решительно делает шаг вперед наложница. — Тогда держитесь крепче. В следующий миг Кисаме легко закидывает женщину на плечи. Дама бестолково пытается уцепиться за шею, затем за одежду ниндзя. Дернув головой, Кисаме одним движением перекидывает ее ногу на другое плечо. Та, ахнув, пытается свести бедра, сжимая его шею. — Легче, мадам, — примирительно хлопает ту по колену ниндзя. — Наклонитесь сильнее назад, распределите ваш вес по моей спине. Теперь согните ноги и держитесь за свои колени. Поерзав, дама занимает нужную позу. — Это выглядит непристойно, — морщась, замечает Сатико. — Зато максимально удобно для меня и надежно для нее, — спокойно поясняет Кисаме. — Мне нужна максимальная свобода, доступная нам в данных условиях. Девушка теряется и снова морщит лицо, качая головой. — Я так не смогу! Я упаду… — Вам и не надо, — успокаивает ее ниндзя. — Мне нужна хотя бы одна свободная рука. Он подхватывает Сатико под попу, легко поднимая. Та сначала пытается уцепиться за ногу Кикёо, но Кисаме поправляет ее, предупреждая, что держаться надежнее за него. И, поведя плечами, проверяет, насколько удобно распределился вес. — Ну что, дамы, готовы к пробежке? — оскалившись, взрыкивает ниндзя и под неуверенное “да” выскакивает в окно. Толчок. Резкий прыжок на соседнюю стену. Пригибаясь, Кисаме бежит вбок так, чтобы уйти в тень, и чтобы его силуэт не выделялся на фоне пожаров. Новый прыжок, уже на крышу конюшни. Там на них выскакивает вражеский ниндзя, но теряется на мгновение, не сообразив, что за чудище перед ним. Кисаме этого достаточно, в грудь врага вонзается кунай с взрывной печатью. От взрыва крыша проседает, раскидывая за спиной Кисаме горящую черепицу. Ниндзя рвется к внешней стене. Пересадив Сатико на локоть, Кисаме складывает печати для активации техники. Вкладывая приличное количество сил, Кисаме призывает плотный туман. Его объема ки достаточно, чтобы затопить туманом весь задний двор замка, превращая кипящую тут битву в игру в прятки. Теперь пробираться приходится аккуратнее, бойцы затаились, не понимая, чья техника накрыла площадь. Прямо перед Кисамеом мелькает силуэт. Не разбирая, кто это, ниндзя в одно движение перерубает неизвестного и двигается дальше. Девушки притихли, плотнее прижимаясь к нему. Еще одну взрывную печать Кисаме вешает на стену и спешит прочь. “Пять, четыре, три, два…” — отсчитывает ниндзя время до активации печати, — “Один!” Одновременно со взрывом Кисаме рвётся вверх на пределе своей скорости. Толчок — и новый прыжок. Присесть, потратив мгновение на оценку обстановки. За его спиной раздается еще один мощный взрыв, буквально снося часть третьего этажа, где находились покои принцессы. Позволив себе короткую усмешку, Кисаме тенью скользит дальше к лесу. Теперь он не торопится — слишком быстрое движение может привлечь внимание противника. Мягко ступая по каменистой равнине перед замком, ниндзя как можно ниже пригибается, сильнее прижимая к себе принцессу. Кикёо держится на удивление крепко для изнеженной аристократки. И все же он спиной чувствует, как плотно вжимается в него женщина, согревая своим дыханием поясницу. Добравшись до леса, Кисаме формирует клона, отправляя того на разведку, а сам по краю уходит в сторону моря. Этот крюк, конечно, отдалит их от спасения. Но, возможно, собьет со следа преследователей. А главное, если Кисаме доберется до воды, то там он получит преимущество. Полноценный бой с его балластом в виде повисших на нем девиц — дело нелегкое. Но когда они почти достигли скал, удача отвернулась от них. Навстречу из леса выскочили враги. Противники замерли, оценивая друг друга. По тому, как трое вражеских ниндзя переглянулись, Кисаме понимает: искали не их. А если искали принцессу, то явно не узнали в дрожащей, зарёванной, простоволосой девчонке наследницу лорда. Но выбора уже нет. Разжав руку, он скидывает с себя Сатико. А вот избавиться от Кикёо не успевает. Враги бросаются на него. Первый удар Кисаме принимает на меч под испуганный вой наложницы, оказавшейся в вихре боя. Завертевшись волчком, он отражает удары. Времени нет не то, что избавиться от висящей на нем женщины, но даже перейти в контратаку. Сбоку выскакивает его клон, отвлекая на себя одного из противников. Этого достаточно, чтобы перехватить чужой меч. Цубы сталкиваются в блок. Резко опустив клинок, Кисаме заставляет чужое оружие соскользнуть, высекая искры. Противник, слишком увлекшийся противостоянием, теряет баланс. Кисаме не упускает шанса, подбивая опорную ногу нападающего. Окончательно потеряв равновесие, тот открывает спину. Вывернув кисти, Кисаме описывает лезвием полукруг, легко перерубая позвоночник. И тут же закидывает руки за голову, прикрывая спину от удара второго. Клинки со звоном сталкиваются. Пинок назад и новый удар. Лезвие легко рассекает затылок врага, согнувшегося от меткого удара ниндзя. Оставшийся противник тем временем успел разделаться с его клоном и теперь занимает классическую позу для атаки. Кисаме опускает меч, отводя его вбок, на что противник поднимает свой клинок, заводя его за голову. Кисаме смещает вес назад, перехватывая рукоять обратным хватом. Противник отвечает широкой стойкой, выдвигая вперед левую ногу и укладывая катану на локоть. — Слезай, — требует Кисаме, хлопнув по бедру Кикёо. Повозившись, наложница кое-как сползает с него. Кисаме расправляет плечи, глубоко вздыхая. Перед ним мастер меча, и, похоже, не уступающий ему в навыках. Опустив клинок, он переносит вес на левую ногу и, выдвинув вперед правую, замирает, отведя оружие назад. Противник, оценив его стойку, отвечает классическим чудан, выставляя меч перед собой. “Раз, два…” — считает удары своего сердца Кисаме. Но в последний момент перед ударом рядом с ним раздается вопль: — Опа! Глаза вражеского ниндзя округляются, но Кисамеу некогда разбираться, что произошло. Этот бой из тех, что заканчиваются после первого удара. И в этот удар он вкладывается на максимум. Сбитый с толку противник упускает момент. Этот краткий миг и определяет победителя. Вторым ударом ниндзя отсекает голову проигравшему и только затем оборачивается. Наложница лорда, смущенно пожав плечами, торопливо запахивает кимоно. — Безотказный прием, — поясняет Кикёо, растягивая губы в дрожащей улыбке. — Еще ни разу не подводил. Все, что остается Кисаме — склонить голову, молча благодаря за помощь. — Кажется, я начинаю понимать причину столь трепетной заботы лорда о вас, Кикёо-сан. — Ну что вы, господин ниндзя, я всего лишь слабая женщина, — скромно опускает глаза наложница. — Ваша доблесть и навыки — вот что принесло победу. Дальнейшее путешествие проходит спокойно. Они добираются до родственников принцессы. Сдав своих подопечных, Кисаме уже было почти покинул город, когда его догнал мальчишка-посыльный, с поклоном передавая золотой гребень и записку без подписи. “Прошу достопочтенного воителя принять этот скромный дар в благодарность за спасение наших жизней. Ваши навыки были столь поразительны, а смелость столь велика, что забыть их было бы преступлением. И если благородный муж сочтет возможным посетить спасенную им даму, благодарность и радость этой дамы будет безгранична, подобно морю”. Оскалившись, Кисаме оглядывается, заставляя посыльного в ужасе отшатнуться от ниндзя и бегом броситься обратно. Кажется, ему еще рано возвращаться в Кири. В конце концов, отчет для главы клана может и подождать денек. Кисаме улыбается, разворачиваясь обратно.