Хо влюблён в тебя

Джисон решил не затрачиваться на гостиницу, поэтому снял комнату. В квартире, куда он заселился, уже жил постоялец – Хван Хёнджин. Простым человеком его было сложно назвать. То, что он являлся художником уже о многом говорило. На нём всегда были белые заляпанные краской, футболки, летний бежевый комбинезон, а в волосах, постриженных под каре, всегда можно было найти пару-тройку заколок или кисточек для рисования. Комната Хвана была заставлена холстами, тут же стояли корзины, заполненные красками, палитрами и множеством другой, предназначенной для работы, утвари. Здесь, на стенах, висели листы с набросками; Хёнджин намеренно размещал их тут, чтобы не забыть. В его комнате не было кровати. На застекленном балконе он умудрился повесить гамак. Они сразу подружился, хотя в этом нет ничего удивительного. У них были похожие взгляды на жизнь. Творческие. Только Хван рисовал красками, а Хан словами. Однажды в очередной их совместный вечер на балконе у Хёнджина, Джисон рассказывал о своём недавно написанном стихотворении, а Хван жаловался на то, что сегодня в магазине продавец хотел всучить ему просроченную гуашь. Хан попутно листал свои давно забытые соцсети, как вдруг наткнулся на чат с Минхо. – Странно, – цитировал он вслух. – Что "странно"? – прекратил свой рассказ Хёнджин. – Хо не писал с момента моего отлёта. – Кто такой Хо? – не понимал Хван. – Он мой сосед.. ну как, наши балконы находятся друг напротив друга, – Джисон вздохнул, – он, наверное, единственный человек, который остался у меня в Корее. – Можно по подробнее. – За счёт того, что наши балконы так близко, мы почти каждое утро виделись. Заходили другу к другу на чай. С ним в принципе можно было говорить о чём угодно. Он всегда заботился обо мне: спрашивал, все ли хорошо, мог помочь мне в том, в чём я действительно затруднялся. Он так тепло улыбался мне. И в тот момент, когда мы прощались, глаза его были уж очень грустными.. обнял он меня крепко, хотя раньше никогда так не делал. – Хан перевёл взгляд на телефон, – А сейчас ни одного сообщения, поэтому странно. – Джисон, – взгляд Хёнджина стал хмурым, – ты вообще понимаешь, что сделал? – Что я сделал? – Хо влюблён в тебя. Это по твоему рассказу понятно. – Что? – Хан растерялся, – такого быть не может.. – Очень даже может, – Хван резко забеспокоился, – а вдруг с ним что-то случилось? В голове у Хана стали потихоньку двигаться шестерёнки, ему вдруг стали понятны многие поступки Минхо. Он тут же стал писать Ли. Но тот не отвечал. Когда он позвонил, на той линии сказали, что абонент недоступен. Вот тогда он и в правду начал беспокоиться. Через пару часов раздумий он сказал Хвану. – Я возвращаюсь в Корею. * * * Те часы, что Джисон провёл в самолёте, показались ему вечностью. Не говоря уже о дороге от аэропорта до квартиры Минхо. Ли так и не ответил на сообщения и звонки. Когда Хан добрался до квартиры друга, то сразу начал отчаянно колотить входную дверь. Тщетно. Тогда Джисон вернулся в свою квартиру. Впервые это расстояние между их балконами казалось ему таким большим. Либо он сейчас прыгает и попадает в квартиру Минхо, либо прыгает и как минимум ломает себе что-нибудь. Прыжок. И Хан оказывается на противоположном балконе. Он сильно ударился, но думать об этом не было времени. Минхо сидел на кухонном полу и смотрел в одну точку. Хану стало жутко от этой картины. Он окликнул его: – Хо! – Хани.. это ты? – неверящим и хриплым голосом спросил Ли, поднимая голову. Джисон подбежал к нему. Глаза Минхо были заплаканными, волосы сильно взлохмаченными, а руки были в красных царапинах, как старых, так и свежих. – Зачем? – Хан схватил руки Минхо, – зачем всё это? – Хани.. – Ли запнулся, – я всё могу объяснить.. – Ты настолько сильно любишь меня? – Джисон решил не медлить. Глаза Минхо округлились. – Ты любишь меня? – Хан был готов заплакать, – просто скажи.. я тебя не отвергну, не посчитаю странным. Скажи. Умоляю. – Чертовски.. – начал тихо тот, затем резко сорвался на истерический плач, – чертовски люблю! Джисон крепко обнял Минхо. Куда он смотрел? Почему раньше не замечал чувств Ли? Дурак. Самый настоящий дурак. – Хо, не переживай, – Хан начал гладить старшего по спине, – я больше никуда не уеду, я буду с тобой. – Всегда-всегда? – совсем охрипшим голосом спросил Минхо. – Всегда-всегда. * * * Прошёл месяц. – Хо, мы же на работу опаздываем, – смеялся Хан, пытаясь выбраться из объятий Минхо. – Работа может подождать, – отвечал Ли, целуя Джисона в лоб. – Работа может и подождёт, а Хёнджин ждать не будет. – Ты прав, – всё же согласился Ли. Теперь они живут в квартире Минхо. А квартиру Джисона у них купил Хван, решивший вернуться в Корею. Они открыли цветочный магазинчик, здесь же Хёнджин продавал свои картины. – Явились – цитировал Хван, завидев парочку. – И тебе привет, Хёнджин-хён, – поприветствовал его Хан. Ли кивнул с улыбкой ему. Он знал и был благодарен Хёнджину, ведь если бы не он месяц назад, то возможно Джисон не вернулся бы к нему. Когда они зашли в здание и Хёнджин скрылся из виду, Хан обнял Минхо со спины: – Я люблю тебя, Хо. – И я тебя.