Моя дорогая

      Они не разговаривают друг с другом уже несколько дней. Это не было игнорированием из-за какой-то обиды, по крайней мере так думал ученый, он считал, что его возлюбленная просто не в настроении поддерживать светские беседы.       Девушка лежала на кровати и целыми днями смотрела в потолок, не проронив ни слова, однако и ученый не пытался завести разговор. Лишь ложась спать, он аккуратно обвивал руками её за талию, и прижимался лицом к её холодной шее.       Со временем он перестал замечать специфичного запаха в их квартире, Дотторе, конечно иногда открывал окно и проветривал помещение, однако запах оставался всё тот же. Хотя и Лиза ни капли не жаловалась, несмотря на то, что была довольно чувствительна к запахам и этот специфичный аромат вряд-ли бы стерпела. Однакож она молчала.       Её глаза, как казалось самому Дотторе, были прекрасны, он готов был смотреть на них вечно, но и они утратили свой живой блеск. Неужели она всё-таки держит обиду?       Вернувшись с работы Иль Дотторе, знатно уставший, пошёл в спальню, чтобы проверить свою ненаглядную. На его лице нарисовалась слабая улыбка, когда он увидел, как она сидит на кресле и задумчиво смотрит в пол. Ученый ничего не сказал, лишь подошёл к ней, поцеловав в лоб, тихо спрашивая как у неё дела, она только слабо кивала на некоторые вопросы, но всё также молчала. — Моя дорогая, с днём рождения. — сказал он, нежно поглаживая её по холодной щеке. Дотторе осторожно придерживал её за талию, её руки слабо лежали на его плечах. Её глаза также сверкали и выглядели словно стеклянные. Быть может они помирились? Ученый ведь так заботится о её, уже несколько недель, мертвом теле.