Дорогой дневник

— Дневник это бабская хрень! — кричал Картман в лицо Кайлу и Стэну. — Жиртрест, ты так говоришь, потому что у тебя рука отвалится перечислять всё, что ты сожрал и высрал за день! — Чертовски верно! — выбрал я сторону Кайла. — Да пошли вы нафиг, пидоры! А я домой. Вы нафиг, я домой. Картман слился, на что мы с пацанами просто сделали вид, что ничего не произошло. Этот жирный псих хотя бы никого не ударил, как это было, когда мы пытались сделать супергеройскую франшизу, так что можно сказать, эта вспышка гнева не была чем-то серьёзным. Парни начали обсуждать ведение дневников, как это помогает бороться со стрессом, развивает наблюдательность и всё прочее дерьмо, которое нам скармливают блогеры по успешному успеху. Честно говоря, я бы с радостью вписался в эту движуху вместе с ними, но у меня просто не было денег на дневник. Это же лишняя бумага и ручка, а мои родители не то чтобы богаты. Был вариант натыкивать записи на моём старом кнопочном телефоне, но и там память была ограничена, а большую её часть занимало скачанное у пацанов порно, терять которое ради дневника не хотелось. Да и потом. Легко говорить про успешный успех с экрана монитора и, может быть, мотивационная моча работает в их мире, но не в моём — на самом дне социума. Бедный ребёнок это вовсе не то же самое, что бедный взрослый. Да, во втором случае могут быть кредиты, чего у меня нет в силу возраста, но зато взрослый человек сам контролирует финансы. Взять хотя бы моего отца. Я не могу заставить его тратить деньги на еду, вместо пива и наркотиков. Не могу найти нормальную работу сам из-за учёбы и законодательства. Я в дерьме, и никакой хлыщ, каким-то чудом добившийся популярности там, где ещё сотня канули в безвестности, ничего не исправит очередным видео про то, как важно читать по книге в неделю и дрочить в пять утра. Однако, Кайл и Стэн заинтересовали этим ещё больше пацанов, так что увлечение дневниками стало повальным. Я знаю, что многие девчонки вели дневники, потому что для них это типично, но мне не настолько часто приходилось иметь с ними дело. Готов поспорить, что мой дневник был бы самым интересным, при условии, что они поверят тому, что я там напишу. Так, сегодня в школе шальная пуля очередного стрелка вышибла мне мозги. — О боже мой, они убили Кенни! — Сволочи! Не в первый раз. Но школьный стрелок, серьёзно? Да мой класс пережил уже пять эпизодов за последний месяц, и что-то никто не умер. Кроме меня. В аду меня встретил уже почти родной рёв огненной геенны и растерянные люди, ожидающие приветственной речи демона, а после и самого Сатаны. Я не стал дожидаться очередного однообразного представления, а сразу направился в обход сцены в сторону прелюбодеев. Это было лучшее место в аду. Жарко, конечно, но, как пел МС Пох, трахаться в бане очень хорошо… Впрочем, следовало быть осторожным: если ты маленький мальчик в аду, есть шанс, что трахнешь не ты, а тебя. Мне повезло, что когда я впервые попал в квартал прелюбодеев, опыт Мистериона научил меня достойно драться. Конечно, какой-то порядок поддерживали демоны, не давая насильникам слишком разойтись и чувствовать себя как в раю, но рассчитывать только на персонал не стоило. Со временем, адские пидарасы запомнили меня и начали бояться, но я всё равно не рисковал участвовать в оргиях, боясь увлечься, потерять бдительность, а вслед за ней и очко. — Привет, Кенни! — Здорова. Хью Хефнер был достаточно знаменит, чтобы тусоваться около Сатаны, который любил известных личностей, но предпочитал сходки прелюбодеев. Ха! Что сказали бы интернет-гуру, если бы узнали, что один из моих духовных наставников сам основатель журнала Плейбой? — Ты опять умер, — заметил Хью, шлёпнув проходящую мимо девицу. — Застрелили в школе, — пожал плечами я, выбирая между тем, чтобы достать член и попытаться найти педофилку, которая мне поможет (тут главное не отходить от края оргии и следить за тылом) и тем, чтобы поговорить с наставником. — Сочувствую, — вздохнул старик. — Ты-то воскреснешь, а вот твои друзья… — Не, они живы. Как и прошлые двенадцать раз. Разве что за Картманом могут прийти персонально, но даже этот жирный уёбок умудряется уворачиваться от пуль. — Без меня в Америке стало ещё хуже… Ещё что нового? — Все ёбнулись на дневниках. Думают, что это сделает их жопы успешными. Хью рассмеялся: — Дневник — это всегда компромат. Конечно, он бывает полезным, но всегда лучше потратить время на галочку в списке дел, чем на записывание дня. — Не скажи, — не согласился я. — Это работает так, когда у тебя полно дел и ты реально их выполняешь. У нас же это всегда выбор. Ебланить, рискуя вляпаться в очередное дерьмо или спокойненько писать в дневник. Прикинь, я даже умирать стал реже из-за того, что они перестали искать приключения на свои задницы. — Возможно, — пожал плечами Хью, вспоминая, что нормальные люди не обладают его эффективностью, а мне и моим пацанам всего лишь десять лет. Я открыл глаза в своей комнате. Очередное утро после воскрешения, невыполненная домашка и громко спорящие пацаны. — Да вы гоните! — Не гоним, вот смотри, вчера Кенни застрелили, на прошлой неделе он споткнулся и ударился об угол парты, а ещё отравился и умер. — Ты дебил, никто не умирает несколько раз! — У меня тоже есть эти записи, жиртрест! — воскликнул Стэн, шумно листая дневник в поисках нужной страницы. — Да вы разыгрываете меня со своей гейской хернёй! Привычно не вслушиваясь в переругивания, я подошёл и поздоровался: — Привет, пацаны. — Вот, видите! Никто его не застрелил! Что этот жирный пидрила сейчас сказал?.. — Чел, а может Картман прав? Подумай сам, если бы Кенни умер, мы бы запомнили… — засомневался Стэн. — А откуда тогда записи? Я стоял и не верил. Неужели, на этот раз друзья будут хотя бы знать, через что я прохожу в своей жизни? Однажды я пробовал рассказать окружающим про свои смерти. Стэн, Кайл и даже, чёрт возьми, Картман вопреки всякой логике умудрялись находить выход из самых странных ситуаций, в которые впутывались. Мне кажется, это их суперспособность — встревать в неприятности и выходить сухими из воды. И теперь появился шанс… — Обычно вы не помните. — Кенни, блять! Ты тоже прикалываешься?! — завизжал Картман, не веря, что его не разыгрывают. — Заткнись, Картман, — серьёзно произнёс Стэн. — Что произошло… — шелест страниц, — две недели назад? Я задумался. Большинство людей в принципе не вспомнят в подробностях, что с ними происходило полмесяца спустя. Конечно, смерти трудно не запомнить, но их было так много, что в моём восприятии они смывались в трудно различимый калейдоскоп. — Честно? Не помню, — признался я. — Проломил череп об парту, отравился едой, встал член на Венди, и я потерял сознание из-за резкого отлива крови, прилетела гигантская птица и утащила в небо, неожиданно увидел слив фото Сары Джессики Паркер… — Встал… на Венди?.. — Чел, я не специально… — Забей, Стэн. Так что, было что-то из этого? — спросил Кайл, ища что-то похожее у себя в дневнике. — Двенадцатое число: «не могу поверить, что Кенни умер от разрыва сердца, увидев голую Сару Джессику Паркер. Это до сих пор стоит у меня перед глазами. Боюсь, мне больше никогда не будут нравиться женщины»… — О, нашёл. Это было девятое: «Никогда не думал, что можно умереть из-за эрекции. А вдруг это случится и со мной?..» Я улыбнулся. — Надеюсь, в этот раз мне не придётся стрелять себе в голову, надеясь, что вы хоть что-то вспомните? — Чел! — в два голоса ответили лучшие друзья. — Ладно. Допустим. Просто допустим, вы меня не разыгрываете, — произнёс Картман. — Ад правда существует? — Чел, ты видел Иисуса и Сатану, — закатил глаза Кайл. — Ты серьёзно? — Ну, мало ли. Вдруг, это был просто монстр типа Сказлипопа. — Логично, — ответил я. — Да, ад существует. Там действительно жарковато, но души более выносливы, чем тела, так что к этому привыкаешь. Пытают там, в основном, тех, кто сильно косячит, в остальном — живи как хочешь. — О-фи-геть. Всю дорогу до школы отвечал на вопросы о смерти, аде, Сатане и прочих вещах, в которые никто бы не поверил, поделись я ими раньше. — Венди-Венди, ты не поверишь, что мы узнали! — обратился к своей подружке Стэн, когда она села в автобус. — А ну заткнулись все! — водитель автобуса наорала на них, но никто не обратил внимания. — Да, Стэн? — девушка элегантно поправила волосы. — Оказывается, Кенни всё это время умирал. — О, у вас тоже есть эти странные записи в дневнике? — включилась в разговор Бебе. — Да, а у вас? — Ещё с первого класса. Загадка дневников начальной школы Саус Парка обросла множеством теорий. Никто не знает правдивы ли они… — Я знаю, — не выдержал я, не желая слышать тупой бред, который они могли придумать. — Время от времени меня что-нибудь убивает, а на следующий день все ведут себя так, будто ничего не случилось. Рэд вскочила с места и подошла к их сидениям. — Я была права. Остальные девочки молча отдали ей деньги. Я вздохнул. Надо было мне больше общаться с девочками, может быть, в моё проклятие поверили бы намного раньше. Но кто же знал, что они знают больше, чем показывают? Точно не я. О чём ещё знают и молчат девочки Саус Парка?..