Поттер, как сильно ты спешишь?

      Драко читал книгу, сидя на широком подоконнике своего временного дома, — мэнор после войны не казался пригодным к проживанию, и он арендовал дом, так как купить его денег не было, — располагающегося неподалеку от центра магической части Лондона, когда совершенно внезапно подул сильный ветер, начался ливень. Никаких предвестников этого стихийного бедствия не было. Пару минут назад небо было чистым, но теперь тучи заполонили все воздушное пространство, а косые струи лились, как из ведра. Драко Малфой ненавидел дождь, считая его ужасным.       Всмотревшись внимательнее, Драко увидел бредущего по полю Поттера, — кого он пытается обмануть, не Поттера, Гарри! — который в это мгновение задрал голову, словно укоряя небо в плохом поведении. Очаровательно. Сердце Драко сжалось.       Ещё через секунду до Драко дошла вся ситуация: Гарри, за которым он шесть лет бегал по школе, якобы чтобы сказать, как тот ему безразличен, — ага, конечно, именно так, — находился около его, Драко, дома! Драко расплылся в коварной улыбке. Ну, или попытался, потому что внутри он плавился от щенячьего восторга и надежды, вспыхнувшей, как спичка, от одной мысли, что, возможно, только возможно, Гарри не так уж сильно хочет вымокнуть под этим диким ливнем, и будет не против… Впрочем, не стоило пугать удачу.       Драко с помощью пары заклинаний сделал свой вид как можно более презентабельным, то есть совершенным, и взял свой зеленый зонт. Посмотрел в зеркало. В собственных глазах увидел озорные смешинки. Удовлетворенный зрелищем, Драко, надеясь, что оглушающий стук его сердца слышен только ему, вышел за дверь и направился к Гарри, будто случайно привлекая его внимание громким возгласом, сообщающим, что он ненавидит дождь, мерзкий, отвратительный дождь, ставший целым ливнем во время его прогулки и испортивший ее.       Глазами Драко следил за Гарри. Что сделает? Гарри не подвел. Увидев Драко, он поспешил подойти поближе, с изумлением глядя в лицо, и воскликнуть.       — Малфой! А ты тут откуда?       — Из дома, Поттер, из дома, — манерно протягивая гласные, оповестил Драко. — Гуляю недалеко от места жительства. А вот что здесь делаешь ты, — он большим трудом удержался от мурлыканья, так силен был восторг от всей ситуации в нем, — мне непонятно. Расскажешь, герой?       — Тоже, можно сказать, гуляю. Спешу, — буркнул Гарри, отводя взгляд.       Драко едва не застонал от разочарования, когда лишился внимания этих изумрудных глаз.       — Поттер, как сильно ты спешишь? — Драко приподнял бровь.       К настоящему моменту между ними случилось слишком много, чтобы называть их врагами, но и совсем друзьями они, очевидно, не были. Отлично, Драко и не хотел дружить. Ему от Гарри было нужно несколько иное, чем отвергнутая много лет назад дружба.       — А что? — Гарри отзеркалил жест.       О, Мерлин, с Драко что, заигрывают?! Да ну, не, бред какой-то. Гарри не может, он же точно относится к Драко без толики симпатии, а Драко — просто одержимый дурак, потому что эта фраза вообще не была двусмысленной, как и мимика. Возможно, Гарри просто изменился. В любом случае, не мог этот невинный момент ничего значить.       — Ну, если ты не наполняешься радостью от идеи промокнуть до нитки, — дыши, Драко, дыши, — то, может быть, я мог бы пригласить тебя к себе выпить чаю, — последние слова он проговорил так быстро, что, наверное, Гарри ничего не понял.       — Выпить чаю? — словно осторожно переспросил Гарри.       — Да, выпить чаю. Ну, с печеньками там, пирожными, может. Как ты смотришь на это, Гарри?       — Как ты меня назвал? — глаза напротив распахнулись от удивления.       — Пардон, Поттер. Так, что насчёт?.. — он даже договорить не успел. Гарри перебил его, выглядя почему-то взволнованным.       — Да. Я согласен. И… зови меня так, — Гарри неловко улыбнулся.       Драко улыбнулся в ответ, надеясь, что все еще выглядит по-слизерински, а не так, как чувствует себя, поместил зонт между ними, чтобы дождь больше не попадал на Гарри, и пошел обратно к дому. Вовремя: за спиной грянул гром.       Гарри был так близко, и это сводило Драко с ума. Пьянящее ощущение было до невозможного приятным, хотелось просто обнять Гарри, ничего не объясняя, и пусть потом недоуменно смотрит, пусть считает идиотом, лишь бы не ненавидел, конечно. Этого Драко уже хватило, спасибо, подите нахуй.       В доме Драко первым делом левитировал мокрый зонт в ванную комнату, потом оценивающе оглядел Гарри. Ставший сильнее на своей авторской работе, он все еще был не очень высоким, и Драко находил это очаровательным, потому что это значило, что он может, по идее, предложить Гарри свою одежду на время, чтобы дать время одежде Гарри высушиться. Драко об этом Гарри и сказал. Как странно: соглашаясь, Гарри выглядел почти смущенным, хотя вроде бы никаких причин у него, в отличие от Драко, для этого не было.       Драко выбрал из шкафа чистую и недавно выглаженную одежду, повесил вешалку с ней на крючок в ванной, а сам пошел в кухню, чтобы как можно скорее разогреть растопленный шоколад — Драко обычно запивал им особо кислые зеленые яблоки, даже если кто-то скажет, что это странно, — и вытащить из морозилки жареное тайское мороженое. Оно на самом деле было холодным и очень вкусным!       Ко всему прочему, Драко не мог обойтись без упомянутых зеленых яблок, слишком любил их. Он без магии нарезал два яблока на тончайшие дольки, засчет чего казалось, что их очень много. После этого Драко прошелся по всей кухне простейшими заклинаниями, уничтожающими пыль, и успел закончить за минуту до того, как Гарри вышел из ванной.       Томительное ожидание в течение целых — спасай, Моргана, — шестидесяти восьми секунд того стоило.       Когда Гарри показался в очень мягкой, но достаточно солидной на вид клетчатой черно-зеленой рубашке и светло-голубых джинсах Драко, он выглядел великолепно. Очки и лохматые волосы, как обычно, чертовски шли ему, хотя кого угодно другого наверняка уродовали бы. Тонкий, ставший едва заметным шрам было почти не видно, но Драко знал, где он. Помнил. А как забыть лицо, которое видел каждый день в течение шести лет и каждую ночь на седьмой год? Как вообще забыть Гарри? Это было невозможно, Драко не стал бы лгать самому себе после долгих лет, за которые он успел многое осознать и окончательно принять свои чувства.       — Малфой? — недоуменно позвал Гарри.       — Драко, — машинально поправил он. — А. Да, точно. Садись. Тебе чай или горячий шоколад? — Драко чувствовал такое желание позаботиться, что описать это было бы сложно.       — Шоколад.       — Секунду, — шоколад как раз успел разогреться, поэтому Драко, заранее знавший, что выберет Гарри, торжествующе улыбнулся, ставя кружки на стол. — Как дела?       — Да нормально, — Гарри неопределенно махнул рукой. — Вот, выходной выдался, решил погулять, а тут этот дождь.       — Ужасный дождь, — подтвердил Драко, вознося капризной погоде благодарности в мыслях.       — А ты как? — когда Гарри задал этот вопрос, Драко поперхнулся шоколадом и поспешил положить в рот дольку яблока, чтобы у него был предлог помолчать подольше. — Можешь не отвечать, конечно, — Гарри посмотрел на Драко с тревогой, почти испугом. — Если что-то не так, Драко…       — Все в порядке, — с трудом выдавил из себя Драко, прожевав яблоко.       — Точно? Ты так отреагировал… — теперь Гарри сам замолчал, никем не перебитый.       — Любой был бы удивлен, справься о его самочувствии тот, кто ему нравится уже много лет, ничего удивительного, — пожал плечами Драко, тут же застывая.       О, Мордред и Моргана. Что он только что сказал? Он фактически признался Гарри, Гарри Поттеру, герою Магической Британии, в любви? Теперь стоило ждать трагического конца своей жизни. Стало страшно, страшнее, чем в Адском пламени на седьмом курсе. Знание, что это было его планом, и что Драко и хотел сделать это, никак не помогало. Хитрый слизеринский план не учитывал фактор человеческих чувств.       — Что? — Гарри, кажется, был шокирован.       — Что? — нервно переспросил Драко. — Давай, колдуй. Или кричи, что ты там планировал.       — Драко, — осторожно начал Гарри, — как сильно ты меня ударишь, если я сейчас поцелую тебя?       — Да никак, — Драко сглотнул и пожал плечами.       Он не верил в то, что слышал, но если уж играть, то до конца. Кто не рискует, того Поттер не целует, ага.       — Отлично, — это было последним, что Драко слышал перед ошеломляющим ощущением касания чужих губ к своим и вкуса горячего шоколада с заварным кремом на пирожных.       Наконец появилось что-то, что затмило собой вкус яблок. Какой прекрасный дождь шел за окном, барабаня по крыше. Драко обожает летние ливни в душные июльские дни.