Звёзды

Мы сидели на холме, окружённое заросшим полем. На небе не было видно звёзд, от слова, совсем.. Меня, впрочем, это не особо смутило, я не был заядлым фанатом всякой астрономической херни. Спросил бы меня кто-нибудь, сколько планет вращается вокруг Солнца, я бы ответил около пятнадцати или что-то в этом духе. Кратко говоря, я полный ноль в этой теме и меня устраивает эта позиция. В отличие от Уилла. Судя по тому как он, неподалёку от меня, насупился и безрезультатно пялил во мрак - отсутствие и так едва заметных сверкающих огоньков его очень расстроило. Нуу.. Он постоянно с энтузиазмом ведал мне разнообразные факты про астрономию, вычитанные из затхлой энциклопедии с почти раздробленным корешком и чуть-ли не к чертям выдранными страницами.. Слушая его в пол-уха, я поджигал травку, заваривал себе кофе и ужасался измученностью всех книг, перепавшие ему в лапы - одновременно. Настолько мне было не интересно слушать лепет Байерса. Выделялась лишь полная Луна, одиноко устроившаяся на небе и одаривая нас почти никакущим освещением. — звёзд нет — полушёпотом подытоживает Уилл, скорее всего самому себе, а не мне.. Я же, всё-таки, не слепой. Он обиженно фыркает, я слышу шелест травинок, когда Уилл переменяется в другую позу. — это несправедливо. Я хотел подобрать созвездия. — ам. Ты делаешь это каждый раз, когда мы выходим гулять ночью. — и это правда. Уилл постоянно так мечтательно водит пальцем по небосводу, его витание в облаках и тотальное игнорирование моего присутствия до жути выводит меня из себя. Чтобы он соизволил обратить на меня внимание, приходится его отвлекать, а когда я его отвлекаю, он может нехило мне треснуть. — не надоело? Почему тебе эти каждые разы так любопытно соображать всякие закорючки, которые даже слабовидящие не назовут пандой или как там.. — медведицей, Майк. — придирчиво цедит Уилл, всё таки уловив мою мысль и явно раздражаясь с этого. Он шумно вздыхает, кажется, смирившись с безнадёжностью моего незнания в астрономии. — созвездии - это не просто закорючки! Они помогают ориентироваться.. Они.. Они.. Очень красивые! Звёзды намного чувственнее большинства людей, они символизируют истину, надежду, свет внутри каждого из нас! — господи, ты такой фанатик, Байерс. — боковым зрением я замечаю, как силуэт Уилла сердито повернул голову в мою сторону, в то же время я продолжаю оглядывать ужасно интересный низ холма, деликатно динамя чужой, осуждающий взгляд. Он скоро прожжёт во мне дырень, ей богу. — говорит тот, кого хер отлепишь от фурри. — ну уж нет, это уже наглость, удар ниже пояса цеплять тему моих увлечений. Я почти идентично копирую предыдущую реакцию Уилла.. Ну тоесть, поворачиваюсь к нему и цинично сверлю взором. Как только я встретился с ним взглядом, он почти что мгновенно меняется в лице, даже в паршивом, серебряном свете я могу разглядеть его восхищённый и одновременно злорадствующий вид, что это с ним стряслось? Я облизываю пересохшие губы и уже собираюсь спросить, какого хера он так на меня пялит.. Как тут, Уилл бесцеремонно тянется своей ладонью к моему лицу, без стыда и какого-либо угрызения совести начиная ласково оглаживать большим пальцем мою щеку, вырисовывая на ней круги. Моей озадаченности нет предела. Весь мой мозговой отдел яро кричит, чтобы я поскорее отдёрнул от себя лапу этого блядского Байерса, то что это непозволительно так без разрешения меня трогать.. Он делал это раньше, без моего спроса цеплял в объятья, но именно это прикосновение ощущается более.. Интимным? Будто бы он вторгся в ту часть моего личного пространства, в которую я не запустил бы даже собственную мать. Но я застыл, обрамлённый лучами луны и частичным натиском Уилла, по каким-то причинам не решаясь проявить сопротивление, хотя у меня была и есть такая возможность. Это по-гейски, это неправильно, но тепло его ладони успело меня пригреть. Поддавшись соблазну, я едва качаю головой навстречу тактильности, молясь, что в темноте он не заметит то, что я ластился. — знаешь.— он задаёт интригующую паузу, его ореховые, налитые детским любопытством глаза скользят по моей морде, когда я пытаюсь вытолкнуть из глотки хотя-бы какой-то путёвый вопрос. — твои веснушки очень похожи на звёзды. Его хватка меняется, уже более требовательно стянув две моих щеки пальцами и свободной ладонью нахально тычет, вероятно, в одну из сотен веснушек. Я непроизвольно затаил дыхание, я чувствую, как к моему лицу назло подступает кровь.. Я наверное такой ужасно раскрасневшийся. Уилл с не соответствующей нежностью водит от одной моей веснушки к другой, даже не жалуясь на ужасное освещение.. Меня переполняют все возможные и невозможные ощущения, я злюсь на его резкость, я ликую от его тактильности, я расстраиваюсь, что не могу получить больший контакт. И всё это бурлит во мне, из-за этой коротышки. Он сведёт меня в могилу, от меня останется только новое созвездие под названием "взволнованный, разнежанный Майкл Уилер." Хотя нет, мне не нравится, когда ко мне обращаются по полному имени.. Лучше будет назвать так, взволнованный, разнежанный, сломленный гомосятиной паренёк. — вот большая медведица.. А вот здесь скорпион.. — я не понимаю, на чём сосредоточить свой слух. На своём ускоренном и несвойственно громком сердцебиении, или на задумчивом бормотании Уилла. Придурок, прекрати, я сейчас подвергнусь самовозгоранию. — завали свой пиздак, Уилл. — инстинктивно съязвил я, но Байерс метает упрекающий взгляд, без слов пристыдив мою брань — ты не отделаешься, придурок. Тебе надо было подумать дважды, прежде чем критиковать мои интересы — я уже подумал дважды, я уже подумал, только пожалуйста, отвали! Я теряю планку натурала! — будешь теперь отдуваться своей рожей.. Пока мне не надоест считывать созвездия. Так на чём я остановился? Ах да. Скорпион.. — твою же маать.. — не ной, ты меня сбил..