Мост Между Мирами: История Мириэль и Катарины

Утро расставания — Дорога через Шир — Зов термальных источников — Встреча с дворфом Дуринбаром. На следующее утро девушки простились с гостеприимным домом и отправились в дорогу. Семиус, огорчённый своей неудачей, остался в поместье Брендибаков, пытаясь утешить свою душевную травму. Обратный путь до Брендивайнского моста прошёл без приключений. Погода стояла замечательная: весеннее солнце согревало землю почти по-летнему, и путешественницы наслаждались неспешной поездкой по уютным и живописным местам. Весна, казалось, пришла в Шир гораздо раньше, чем в другие края Средиземья. Здесь уже вовсю зеленела мягкая, шелковистая трава, на деревьях набухали почки, а кое-где распускались первые цветы. Ухоженные дороги, аккуратные, будто нарисованные, поля, журчащие речушки и зелёные холмы оставили в памяти девушек неизгладимые впечатления. Миновав границы Шира, они пересекли мост и, попрощавшись с добродушными стражниками, повернули лошадей на широкую дорогу. На этот раз они решили не заезжать в Бри и сразу свернули на северный тракт, намереваясь через несколько дней достичь развилки, откуда путь расходился: восточный к Форносту и западный — к Аннуминасу. Вдоль дороги жизнь кипела. На горизонте виднелись поля, которые уже начали обрабатывать крестьяне. Люди и хоббиты, живущие за пределами Шира, трудились бок о бок, заботясь о весенних посевах. Северный тракт, в отличие от шумного большого тракта, отличался своим размеренным ритмом. Здесь местность была другой: холмы становились всё более пологими, деревья росли плотнее, и изредка встречались небольшие озёра, блестящие под солнцем словно зеркала. На опушках лесов можно было заметить стройные берёзы и дубы, их молодая листва мягко шуршала под лёгким ветром. Миновав несколько небольших деревень, по окончании второго дня пути девушки заметили яркий деревянный указатель у примыкающей к тракту боковой дороге. Он выделялся свежей краской и словно звал остановиться. На большом стенде залихватскими буквами было написано на всеобщем: «Устал с дороги, путник? Поворачивай к нам и насладись горячими термальными источниками в уникальном месте — Дыхание дракона!» — Это похоже на очередное изобретение дворфов, — заметила Катарина, прищурившись. — Что такое термальные воды? Мириэль, улыбнувшись, ответила: — Термальные воды — это природные источники горячей воды, моя дорогая. Представь: не нужно греть воду для ванны — просто зачерпывай ведром горячую воду из ручья или озера. Мне доводилось видеть такие места, но впервые вижу, чтобы их использовали ради выгоды. Возможно, это действительно дело рук дворфов… или же необычайно предприимчивых людей. — Может, заедем взглянуть? — Катарина, явно заинтересованная, посмотрела на эльфийку с горящими глазами. — Охотно соглашусь, — ответила Мириэль, натянув поводья. — Немного расслабиться после дороги было бы замечательно. Лошади, словно чувствуя намерения хозяек, бодро двинулись по боковой дороге. Через полчаса пути по ухоженной лесной просеке перед ними появилось большое трёхэтажное здание из тщательно вырубленных каменных блоков. Невысокий забор, сложенный из того же камня, окружал постройку, а массивные деревянные ворота охраняли двое стражников в кольчужной броне. Чуть дальше по дороге виднелась привязь, возле которой уже стояло несколько крепких лошадей. Очевидно, здесь были и другие посетители. Заметив всадниц, стражники выпрямились, упёрли копья в землю и внимательно посмотрели на них. — Добро пожаловать, уважаемые! — обратился к девушкам один из них. — Полагаю, вы тоже заинтересовались нашей вывеской? Что ж, вы не ошиблись, решив свернуть сюда. «Дыхание дракона» — это место, где можно отдохнуть после долгой дороги, насладиться тишиной леса и расслабиться в горячих источниках, подобных которым нет во всём северном Арноре. Мириэль вежливо улыбнулась: — Вы правы, доблестный страж. Не заметить столь необычную вывеску на тракте было сложно. Можете ли вы рассказать нам больше об этом месте? — Конечно, госпожа, но лучше вам пройти внутрь и поговорить с нашим управляющим. Он объяснит всё детально — от услуг до цен. Если вы хотите только осмотреться, можете оставить лошадей у привязи. Если же решите остаться с ночёвкой, наш персонал позаботится о ваших скакунах. Стражник распахнул массивные ворота, впуская путников внутрь. Лошади осторожно ступили на каменные плиты просторного внутреннего двора, который казался ещё более внушительным, чем снаружи. Девушки спешились, и тут же к ним подбежал молодой человек в чистом фартуке. Он улыбнулся и, с легким поклоном, вежливо попросил разрешения позаботиться о лошадях. — Не беспокойтесь, я хорошо о них позабочусь! — заверил он и, взяв поводья, повёл их в сторону больших, ухоженных стойл. Мириэль с Катариной осмотрелись, прежде чем направиться к главному зданию. Весь двор был пересечён тропинками, аккуратно выложенными тщательно подогнанными камнями. Одна дорожка вела к стойлам, другая — к группе небольших строений с круглыми крышами, покрытыми блестящими черепицами. Из одной постройки доносились весёлые голоса и плеск воды. — Очевидно, это бани, — заметила Катарина, чуть приподнимая бровь. Эльфийка лишь мягко кивнула, устремив взгляд к третьей тропинке, ведущей к большому зданию, которое виднелось ещё снаружи. Их шаги звучали звонко по каменной мостовой, пока они не достигли красивой резной двери. Зайдя внутрь, они услышали мелодичный звук серебряного колокольчика, возвещавший о прибытии новых гостей. Просторное помещение встретило их теплом, изысканной обстановкой и слабым ароматом древесного масла. За стойкой из расписанного сложными узорами дерева сидел дворф — его массивная черная борода была завязана в сложные косички и украшена серебряными кольцами и тонкими нитями. На носу его сверкали хрустальные очки. — О, новые посетители, да ещё и эльфийка! Добро пожаловать, добро пожаловать! — воскликнул он, с лёгкостью соскочив с высокого стула и, подойдя ближе, отвесив изящный поклон. Дворф выглядел как истинный хозяин: его куртка из переливающегося шелка и штаны из мягкой выделанной кожи подчёркивали богатство и вкус. Его массивный пояс, украшенный эмблемами и гербами, искрился золотом и серебром. — Меня зовут Дуринбар, уважаемые. Для меня великая честь приветствовать в моём скромном заведении столь изысканных гостей, — проговорил он, с улыбкой поклонившись вновь. — Чем могу быть полезен? — Меня зовут Мириэль, а это моя спутница Катарина, — представилась эльфийка, слегка наклонив голову в ответ. — Ваша вывеска у тракта привлекла наше внимание, уважаемый Дуринбар, — добавила она. — Не могли бы вы рассказать нам немного о столь необычном месте? — О, конечно, конечно, почтенные! Присаживайтесь, прошу! — Дуринбар провёл их к низкому столу из дуба, покрытому тёмным лаком, за которым стояли мягкие лавочки. Дождавшись, пока путешественницы удобно устроятся, дворф занял кресло и, сложив руки на поясе, начал с важным видом крутить большими пальцами один над другим. — Как вы, вероятно, заметили, наше заведение носит название «Дыхание дракона». Оно дано в честь горячих вод наших купален, согретых, словно дыханием мифического существа. Место это мы с друзьями нашли несколько лет назад... совершенно случайно. Он хмыкнул, на мгновение отвёл взгляд, словно вспоминая. — Да простят меня дамы за детали, но дело было так: я, скажем так, отошёл в кусты справить нужду, и вдруг провалился в яму! Нырнул, словно молодая выдра, да ещё в кипящую воду! Катарина, услышав это красочное описание, не смогла сдержать смеха, даже эльфийка едва заметно улыбнулась, глядя на оживлённого рассказчика. — Вылетел я из этой воды быстрее молнии, — продолжил он, сияя от удовольствия. — И тогда понял, что наткнулся на настоящее чудо природы — термальный источник! В подземных глубинах наших гор такое явление не редкость, но чтобы так близко к поверхности? Да ещё всего в получасе езды от главного тракта? Это был подарок судьбы! Он с гордостью поправил одно из серебряных украшений на своём поясе и продолжил: — Не будь я дворфом, если бы не сумел извлечь выгоду из такой находки. Мы с друзьями, а также с помощью местных жителей построили это место. Через полгода усердной работы мы открыли двери, и скажу вам — успех был грандиозный. Особенно с приходом зимы, когда люди ринулись к нам погреться. Он широко улыбнулся и, сцепив пальцы, посмотрел на девушек. — Очень впечатляющая история, уважаемый Дуринбар. Есть ли у вас свободные комнаты в данный момент? — поинтересовалась эльфийка, слегка наклонив голову с вежливой улыбкой. — Конечно, госпожа, — бодро ответил дворф. — Сегодня у нас остановилась одна зажиточная семья из Пригорья, чьи лошади вы, должно быть, видели у конюшни. Эти люди вовсе не собирались оставаться, но, увидев наш горячий источник, забыли обо всем и уже как час плескаются в одной из купален, — он усмехнулся, коротко тряхнув бородой. — Если уважаемые путешественницы желают остановиться, могу предложить широкий выбор комнат на любой вкус.  Эльфийка мягко склонила голову, слушая рассказ Дуринбара о приезжей семье из Пригорья, чей интерес к источникам, казалось, затмил все планы. Дворф выглядел довольным, явно гордясь гостеприимством своей обители. – Если уважаемые путешественницы хотят остановиться у нас, могу предложить выбор комнат на любой вкус, – проговорил он, жестом приглашая за стойку. По мере диалога лёгкий всплеск удивления  появился в его глазах, когда он внимательно изучил и Мириэль, и её спутницу. Его взгляд словно пытался сопоставить увиденное с каким-то образом из памяти. Когда Катарина потянулась за кошельком, Дуринбар вдруг поднял руку, мягко, но решительно останавливая её. – Простите за дерзость, госпожи, но я обязан задать вопрос, который не даёт мне покоя. Не знакомы ли вы случайно с неким Рагниром, начальником каравана, ехавшим по восточному тракту прошлой зимой? Эльфийка переглянулась с подругой. – Это имя нам знакомо, – произнесла Мириэль сдержанно, но в голосе её слышалось лёгкое удивление. – Мы встретили его полгода назад, когда шли через южный тракт, а не восточный. Что побуждает вас задавать такой вопрос? Ответ Дуринбара прозвучал неожиданно. Он низко поклонился, звеня металлическими украшениями на поясе. – Простите за столь неожиданный вопрос, госпожа, но Рагнир – мой родной брат. Он рассказал мне о вашей битве, когда вы защитили его и свою спутницу от разбойников. Девятерых, если я правильно помню его слова! Это поражает! Катарина застыла в изумлении, на мгновение утратив дар речи. Она никак не ожидала встретить здесь брата того дворфа, которого они встретили в дороге. – Нет-нет, прошу вас, не надо так кланяться, – мягко остановила его Мириэль, видя, что он готов был упасть на колени. – Защищать близких – долг каждого. И я вовсе не горжусь, что пришлось лишить жизни тех несчастных. Пусть Эру смилостивится над их заблудшими душами. Мириэль мягко улыбнулась, а её взгляд на мгновение потеплел. – Это для меня большая честь, – произнесла она с уважением, – ведь ваш народ я уважаю с раннего детства. А та ночь, когда мы вместе с вашим братом защищали караван, сделала нас друзьями. Дуринбар удивлённо вскинул брови. – Друзьями, говорите? Значит, вы снова виделись с ним? Мириэль кивнула. – Этой зимой мы встретились ещё раз. Было приятно узнать, что он в порядке. Дуринбар засмеялся, слегка качнув головой. – Вы встречались с ним дважды за последний год, а я, его родной брат, – всего один раз! Вот уж не знаю, радоваться мне или ревновать. Дуринбар кивнул с уважением, после чего повернулся к Катарине: – А вы та самая храбрая девушка, о которой мне рассказал брат? Он поведал мне о вашем мужестве, когда вы дрались бок о бок с ним и эльфийкой. Рана зажила? Надеюсь, теперь всё в порядке? Уж очень переживал он за вас. Катарина сдержанно улыбнулась, всё ещё пытаясь осознать услышанное. Однако её молчание нарушил дворф: – Поскольку вы друзья моего брата, я не возьму с вас ни единой монеты. Это честь для нас, что вы здесь остановились. Пожалуйста, примите моё гостеприимство – комната в вашем распоряжении столько, сколько потребуется. Мириэль склонила голову с лёгкой улыбкой, её голос звучал тепло, но с оттенком торжественности: – Ваше великодушное предложение, господин Дуринбар, трогает меня до глубины души. Мы примем его с благодарностью. Катарина, видя, как лицо Мириэль озарилось теплотой, добавила с лёгкой улыбкой: – Спасибо вам. Это действительно честь для нас, встретить такого гостеприимного хозяина. Дуринбар слегка поклонился, его взгляд наполнился гордостью. Дворф отвёл их в уютную комнату на втором этаже. Здесь царила атмосфера тепла и уюта: тёплые стены из тёмного камня, мягкий свет лампад и простая, но добротная мебель из тёмного дерева. На окнах висели плотные шторы с узорами, напоминающими о ремёслах дворфов. Тёплое одеяло было аккуратно сложено на широкой кровати, рядом стоял небольшой столик с двумя креслами. – Если вам что-нибудь понадобится, просто позовите, – сказал Дуринбар перед тем, как покинуть их. – Желаю вам приятного отдыха, госпожи. Когда дверь закрылась, Катарина всё же не смогла сдержать радостного вздоха. – Невероятно, – прошептала она, взглянув на Мириэль. – Как всё неожиданно обернулось. Эльфийка лишь загадочно улыбнулась, усаживаясь на одно из кресел. Через несколько минут слуги принесли их личные вещи, пожелав приятного отдыха, и удалились. Катарина, казалось, совсем забыла об Аннуминасе. Она громко заявила, что раньше, чем через три дня, не двинется с места: нужно было выспаться на мягких постелях, насладиться горячими ваннами и настоящей, не походной едой. Мириэль с улыбкой согласилась. Всё, что радовало её жену, радовало и её саму. Да и она не отказалась бы от такого отдыха. Когда наступила ночь, они, наконец, добрались до горячего источника. Катарина закрыла двери на изящный замок, который обеспечивал приватность купальни. Внутри было тепло и уютно. Купель, выполненная в форме большого каменного круга, казалась настоящим произведением искусства. Камни, плотно пригнанные друг к другу, переливались в мягком свете. Небольшое отверстие в крыше позволяло пару выходить наружу, даря доступ свежему воздуху. Девушки оставили свои доспехи в комнате, доверяя крепким стенам и охране, что давало редкую возможность расслабиться. Раздевшись, Катарина смело шагнула в воду, но, не успев насладиться её теплом, тут же выскочила с визгом. – Ой, горячо-то как! – вскрикнула она, совершенно обнажённая, подпрыгивая на мраморном полу. Мириэль, наблюдая за ней, тихо засмеялась, медленно стягивая с себя одежду. – Что за спешка, свет моей жизни? – улыбнулась она, аккуратно складывая свои вещи. Катарина, пританцовывая от горячей воды, вдруг застыла. Её взгляд задержался на эльфийке, чьи движения, плавные и неспешные, завораживали. Внезапно ей вспомнились дни, когда они могли позволить себе нежность, свободную от спешки и тревог. Катарина осознала, что неделя долгих дорог, опасностей и редких мгновений покоя лишь усилили её желание. – Ты прекрасна, – выдохнула она, не замечая, как её сердце ускорило свой бег. Катарина стояла на холодных плитах, слегка дрожа, но не от холода. Взгляд её, полный обожания и желания, был прикован к Мириэль. Эльфийка, словно сотканная из света и гармонии, медленно снимала с себя оставшуюся одежду, открывая изящное, совершенное тело. Её движения были мягкими и грациозными, как у древней реки, вечно текущей с неутомимой силой. — Ты смотришь на меня так, будто я звезда, сорвавшаяся с небес, — Мириэль улыбнулась, её голос был мелодичным, как шелест утреннего ветра. — Ты и есть моя звезда... — прошептала Катарина, срываясь с места и подбегая ближе. Они встретились в объятиях. Тепло их тел смешивалось с лёгким паром, который поднимался от горячего источника. Катарина первой наклонилась вперёд, их губы встретились в поцелуе — нежном и осторожном, словно первое прикосновение. Но вскоре поцелуй стал глубже, горячее, каждая из них отдавала себя в этот момент полностью. Мириэль обвила руками талию своей жены, притягивая её ближе, пока их тела не соприкоснулись окончательно. Влажная кожа Катарины, чуть холодная после плит, нагревалась в объятиях эльфийки. Их дыхание смешивалось, частое и неровное. — Тебе следует быть осторожнее, ведь ты в огне, — прошептала Мириэль, её губы скользнули вдоль линии подбородка Катарины. — Я горю из-за тебя, — Катарина улыбнулась, её пальцы нежно касались плеч эльфийки, скользя вниз вдоль её идеальных линий. Постепенно они оказались у края горячего источника. Мириэль первая ступила в воду, привычно выдерживая её высокую температуру. Затем, протянув руку, помогла своей жене войти. Катарина вновь ощутила, как горячая вода обжигает, но тепло, исходящее от Мириэль, было сильнее. Они оказались в центре купели, обнимаясь и целуя друг друга с новой страстью. Тела скользили друг о друга, вода смягчала прикосновения, но каждая ласка была ощутима, каждое движение приносило ещё большее наслаждение. Мириэль провела пальцами по волосам Катарины, позволяя воде стекать тонкими струйками вниз, их губы не размыкались. Словно в танце, они двигались медленно, но уверенно, наслаждаясь моментом. Эльфийка наклонилась к шее Катарины, оставляя лёгкие поцелуи вдоль её линии, а затем откинулась назад, позволяя своей жене быть ведущей. Тёплая вода окутывала их, будто защищая от всего мира, который оставался где-то за стенами «Дыхания дракона». Казалось, время остановилось, оставив их наедине друг с другом, в этом идеальном союзе душ и тел. Их близость продолжалась, наполненная тихими шёпотами, смешанными с плеском воды, и вскоре стало ясно, что они нашли абсолютную гармонию, которая могла существовать только между ними. Вернувшись в комнату, девушки едва успели закрыть за собой дверь, как между ними вновь вспыхнула искра, слишком яркая, чтобы её игнорировать. Катарина первой оказалась в объятиях Мириэль, её пальцы уже спешили распутать эльфийский пояс. Губы их встретились в поцелуе, глубоком и жадном, наполненном страстью, словно они слишком долго ждали этого момента. Мириэль, нежно удерживая Катарину за талию, позволила ей действовать первой, но когда ткань одежды упала на пол, эльфийка уверенно прижала её ближе, наслаждаясь теплом её кожи. Свет свечей мягко касался их тел, словно природа сама решила стать свидетелем этой ночи. Они опустились на мягкие простыни, упиваясь ощущением уюта и интимности. Нежность, которая началась в купальне, теперь сменилась более решительными движениями. Мириэль, удерживая взгляд Катарины своими сверкающими глазами, провела кончиками пальцев вдоль её шеи, спускаясь к плечам и ниже, словно изучала её заново. Вокруг царила ночная тишина, нарушаемая только их дыханием и едва слышным шелестом ветра за окном. Каждое движение, каждый жест становились частью этой гармонии. Катарина, чувствуя себя полностью защищённой и любимой, отвечала с такой же страстью, её руки находили трепетные точки на теле Мириэль, заставляя её легонько вздрагивать. Лес за окном казался соучастником этой ночи: листья шептали что-то своё, сверчки пели приглушённые песни. Это было как будто само Средиземье благословило их любовь. Движения становились всё увереннее, дыхание участилось, но всё ещё было место для нежности, которая переполняла их сердца. В свете свечей, среди мягкости подушек, две души сливались воедино, оставляя за пределами комнаты весь мир, словно сейчас существовала только их любовь. Они наслаждались друг другом до самого утра, пока первые лучи солнца не коснулись горизонта, озаряя комнату мягким светом нового дня. Так, в атмосфере нежности, уюта и тёплого взаимопонимания, дни пролетели незаметно. Вопреки первоначальному плану Катарины, они провели в «Дыхании дракона» не три дня, а целую неделю. Это время было наполнено ленивым отдыхом, прогулками по окружающему лесу, тренировками, где Катарина с упорством оттачивала свои навыки владения кинжалом и мечом, и, конечно, незабываемыми вечерами и ночами, которые проходили то на мягкой постели, то в тёплых водах источника. К концу недели Катарина с лёгкой неохотой признала, что нельзя злоупотреблять гостеприимством и пора продолжить их путешествие в Аннуминас. Однако её взгляды на будущий дом изменились: теперь она была уверена, что они должны построить нечто своё, если в городе не найдётся подходящего места с огромной купальней, достойной сравнения с природной теплотой «Дыхания дракона». Тёплым весенним утром, когда первые лучи солнца заглянули в их комнату, девушки покинули гостеприимное убежище, тепло поблагодарив хозяина. Он долго раскланивался, приглашая их возвращаться в любое время года. Несмотря на его искренние заверения в том, что за их пребывание ничего не нужно платить, Мириэль и Катарина оставили в комнате небольшую сумму денег, сопроводив её запиской: «Эти средства — наша благодарность и добровольное пожертвование для развития и процветания этого чудесного места. Пусть оно продолжает приносить радость путникам, как принесло её нам.» С лёгкой грустью, но полные сил и вдохновения, они тронулись в путь, оставив за спиной уголок покоя и тепла, который навсегда останется в их памяти.