Часть 1
2 июля 2024 г., 00:38
Боль давно прошла, попутно оставляя за собой неприятный дискомфорт. Капли алой жидкости, роскошно падали на грязные плитки, растекавшись в кляксу. Лезвие сверкало ярким пламенем, с наслаждением, ожидая, как снова будет поедать чужую плоть, вонзившись в тонкую кожу, разгрызая её.
Ещё одно, тонкое действие. Такое лёгкое, но оставляет за собой столько крови. Рана вошла в мясо, хлынула кровь. Словно фонтан.
«Пора заканчивать»
Саки прошёл к раковине, положив лезвие в глубину. Холодная, большая струя потекла прямиком на кровавую руку.
Чистая, хрустальная вода под наконец, окрашивалась в лёгко-красную, с вкусом железа.
Сжав зубы, Саки терпел. Терпел адскую боль, которая добиралась прямиком в белый череп, в тёплый, склиский мозг, тонкие ткани.
Голова пульсировала. А уши, словно хищний зверёк, слышали каждый шорох, что можно было услышать, своё сердцебиение, измученного сердца.
Вынув руку из под струи, всё стало только хуже. Густые полосы, вперемешку со влагой, пачкали пыльный ковёр.
Лезвие лёгко отмылось. Идеально блестело, своей чистотой и металлом. Готовясь к повторному использованиему.
***
Жизнь у Саки, была явно не самым сладким, и таким вредным сахаром. Порой, и вправду были вкусные моменты. Но их было так мало, что можно было посчитать на пальцах.
Для некоторых, это было бы ужасно отвратно, с привкусом кислоты после рвоты. Но для Саки, это было облегчением. Как свежий глоток воздуха, после физического удушение, своей же рукой.
Всё стало лучше, когда он познакомился с Нигелем.
Малый мальчик, имел вредные привычки, как алкоголь, сигареты. Но никак не самоповреждение себе специально. Он сам, позволил этому тайному увлечению, войти в его рацион дня. Всё больше и больше, рыдая в подушку, пачкая своё постельное белье, кровавыми пятнами. А лезвие, в ценности и сохранности, лежало внутри тумбочки на ключ.
Нигель показал ему мир, какой он есть на самом деле. С кучей крови, страданий, боли и не справедливости. Как несчастные люди, тонут в своих грехах и жестокости жизни, которая поглащяет их, с ног до головы, мучая. Она никого не жалеят. Придётся, только терпеть и искать людей, которые поймут, примут, полюбят и выслушают всю накопившиесю сажу.
Но найдёт ли Саки такого человека? Время всё решит.
***
Саки не любил жаловаться, на свои препятствия и боли, с которыми он борется каждый день. Но явно проигрывает. Не любил, что люди испытывают к нему жалость, гладя по головке, отводя взгляд куда-то в бок. Не искренне же говорят, на их лбах, всё написано. Это те самые «добрячки», которые просто не хотят терять свой статус, необходимого человека, который всем нужен. Ведь невозможно держать своих тараканов в себе, что проедают мысли, шепча так сладко и гадко, что ты никому не нужен.
Но ведь, на самом деле, так и есть. Никому нет дела до тебя. У каждого своя жизнь, и никто не будет целовать тебе ноги на коленях, вскрикивая какой ты всем нужный.
Но Саки бы и просто хватило, чтобы кто нибудь, вытер ему солёные слёзы, укрывая своими объятиями любви и лёгкости.
***
Мать ругала Саки, к его пристрастие. Но ругала, ни за то что переживает, как бы его сынишка, не умер от потери крови, с воткнутым лезвием в руке, которую
с сочным хлюпаньем, будут вытаскивать. От чего, он только больше, потеряет жидкость в венах.
Ругала за то, что он уродует себя. Не ради этого, она лежала на койке, чувствуя как из её влагалища, лезет живой человек, которого, она так усердно и долго вынашивала у себя в животе, следуя диету врачей. Не ради этого, явно.
Ведь кто полюбит человека, с полосыми на руках? А может, даже не на руках.
Ни единого слова, что же такого случилось, что привело его к такому, ужасному выбору.
Саки знал, что не будет никаких вопросов, «что случилось!?». Он прекрасно знал, что она говорит это, от чувство материнского инстинкта. Если бы не он, она бы совсем даже не вякнула, по поводу этого.Она давно подозревала Саки, в этом деле. Капли крови, которые Саки забывал вытерать, дали о себе знать.
Что Саки услышал, было полнейшей банальщиной, для его семьи. «Не хватило смелости, чтобы выговориться человеку?», «Не порть своё тело! Я не ради этого, тебя рожала!».
***
Но самым страшным было, когда Нигель узнал об этом. Хотелось сбежать, уехать куда подальше, чтобы не слышать, что он думает по этому поводу. Явно что-то не хорошее.
Саки был бледным как поганка. Рука выла от боли и дрожала, когда маленькие руки, исследовали порезы, массируя пальцами, глубокие шрамы в мясо. Саки ждал слов, ждал осуждения. И самого больного, разрыва их дружбы. Как земля будет трястись, делая между ними дыру. Трещины в земле, которые дойдут до Саки, и он упадёт в пропасть. Но зато, перед смертью, посмотрит на родное лицо.
Чужие губы, соприкоснулись к порезам. Лёгкий чмок, вызвал бурю эмоций. Было тепло, приятно и непонятно. Почему он так сделал?
Слёзы потекли по лицу. Маленькие, прозрачные бусинки, стекали по подбородку, тихим падением, нервировали уши. Было горько. Саки больше не хотел этого терпеть, и не получалось. Тёплые руки, элегантно обвили талию, а сам Нигель, прижался к животу. Капли падали на медовые волосы, но было так плевать.
Неужели, Саки сможет высказать, всю грязь, что так копилась в душе, все эти долгие годы, мешая жить, обычной жизнью.
***
Как оказалось, Нигель так хорошо вылизывал ноющие сердца боли, что была заперто замком. Но тёплые слова, что заставляли дрожать всё тело, слушая родное сердцебиение, было словно ключом, к этому замку.
