Он попросил меня искренне улыбнуться...

      После того как дети разбежались готовиться ко сну, Володя устало присел на край сцены и свесил ноги. На этот раз занятие затянулось. Бешенные октябрята совершенно отказывались слушаться худрука и, вместо того чтобы учить свои роли — раскидали декорации по всему залу. Поскольку Юра в очередной раз занимался уборкой сцены, которая из-за шаловливых детей выглядела как место куликовской битвы, то сразу после завершения своей работы остался на ней. Он сел рядом с Володей и стал внимательно изучать его черты лица при тусклом свете. — Эй, Володь, что с тобой? Из-за ребят расстроился? Они же ещё маленькие, — усмехнулся Юра, — не понимают всей важности дела. Я в их возрасте вообще устраивал забастовки против скучных… — Отвали, Юра! — серьезно ответил Володя, немного отстраняясь от него, — Прости… Я наверное просто устал… — зевнул, прикрывая рот рукой. — Какой-то ты не весёлый в последнее время, — обиженно заметил Юра. — ещё и ругаешься на меня… — Извини, сил нет на веселье. Я ничего не хочу… Всё так навалилось… — сказал худрук, взлохмачивая его волосы. — Прощу тебя если улыбнёшься!       Володя попытался выглядеть серьезно, но легкий румянец на щеках и дрожащие уголки губ выдавали его смущение и тревогу, — чтобы я тебе улыбнулся…? И всё? — Да, — Сказал Юра.       Старший попытался натянуть улыбку, но непроизвольно зевнул. Потом «улыбнулся», будто его током ударило. — Это… знаешь… ну… немного не искренне, — пионер придвинулся ближе.       Только сейчас Володя понял, как Юрка близко находится к нему в данный момент. Он не знал как правильно отреагировать на его слова и глупую просьбу улыбнуться… Вожатый чуть отстранился от Юры, стараясь держать себя в руках и не покраснеть еще сильнее. — А тебе обязательно именно искренняя улыбка? — Разумеется!       Лицо Володи все сильнее покрывалось румянцем, а его тонкие пальцы уцепились за рукав его белоснежной сорочки, пытаясь хоть как-то успокоиться и прогнать от себя все мысли о том, что Юра находился критически близко к нему в данный момент. Его сердце забилось сильнее, а слова наглого пионера только усугубляли ситуацию. — И как я, по-твоему должен тебе искренне улыбнуться…? — Хочешь сказать, я этого не заслуживаю? — Юрка наиграно надулся, и Володю это начало заметно раздражать. — Какой же ты… — вожатый выдохнул и снова взлохматил его волосы, а после запустил в них пальцы, — я не говорил о том, что ты чего-то не заслуживаешь. Просто улыбка должна… Она должна идти от души, понимаешь?       Володя честно старался казаться спокойным, даже пытался чуть саркастически усмехаться, но его голос слегка дрожал, — я… я слишком устал… — он снова зевнул и откинулся назад, ложась на сцену. — Ну нееет, Володь! Вот только не говори, что ты тут собрался дрыхнуть на сцене, вместо извинений??? — Юр, отстань… Я извинился уже. — Нет, серьезно, Володь. Я же сказал, что приму извинения только когда ты улыбнёшься! Эй! — Володя не ответил, а Юра придвинулся к нему ещё ближе. — Слушай, а если я сейчас сделаю что-то… — Начал Юрка неуверенно, — Эээ… Что тебя точно развеселит, ты ведь не убьёшь меня за это?       Володя строго посмотрел на младшего, приподнимая свою голову, — иди-ка ты к чёрту, до завтрашнего утра… Худрук сел ровно, чувствуя как его сердце начало стучать так сильно, что уже готово выпрыгнуть из груди. Он начал нервно кусать губы, надеясь, что Юрка не начнет сейчас делать какую-то откровенную глупость, которая усугубит ситуацию. — Ты мне доверяешь?       Старший несколько секунд посмотрел на его хитрые глаза. Он и без этих глупых вопросов прекрасно знал ответ. Володя закрыл глаза, снова нервно трогая рукав своей сорочки, на этот раз непроизвольно пытаясь оторвать белую пуговку с манжета. — Конечно, конечно, Юр, я доверяю тебе, но… — Тогда никаких «но»! Ляг обратно на спину и положи голову на свои руки.       Володя с опаской посмотрел на Юрку, чувствуя подвох в его словах, но всё-таки послушно лег спиной на сцену, положив голову на руки. Он пытался не подавать виду, что у него могла вот-вот начаться истерика.       Юра, воспользовавшись моментом, сел на его бёдра, обхватил их своими коленями. Затем расстегнул пару пуговок и слегка приподнял его сорочку, оголяя живот худрука, который от прикосновений сильно напрягся. Володя прекрасно знал, что этот хулиган хотел этим добиться от него, но лишь тихо вздохнул, пытаясь успокоиться. — Ты что делаешь…? — Ну Володя, не строй из себя дурачка. Неужели не понял что я собираюсь делать?       На самом деле он это уже давно понял. Этот вопрос был скорее чтобы заполнить неловкую паузу между ними. Володя был уставший, ему совершенно не хотелось сейчас стать объектом для Юркиных экспериментов… но… в его глазах пляшут такие озорные огоньки… Нет, Володя не хотел чтобы они сейчас угасали. Ладно, пусть делает что хочет…       Вожатый все еще пытался казаться спокойным, но легкий румянец на его щеках, тяжёлые вздохи и учащённое сердцебиение выдали его с головой. Володя прикрыл глаза, чувствуя как Юрка все сильнее нависает над ним. — Я думаю… Я понимаю… просто хочу услышать от тебя, что… что ты собрался делать…?       Володя резко втянул воздух, стараясь задержать дыхание, когда он почувствовал как Юрка провёл своими пальцами по его бокам. От его прикосновений вожатый сразу покрылся небольшими мурашками, но старался никак не реагировать на это. Он продолжал оставаться все таким же напряженным. Володя зажмурил глаза, прикусывая свои губы.       Юркины руки, будто издеваясь над ним, то предательски ускорялись, пересчитывая все его рёбра, то неожиданно замедлялись и резко переходили на живот. Володе приходилось прикладывать всё больше сил, чтобы суметь удержать себя в руках и хоть как-то успокоиться. Он слегка что-то жалобно пропищал, не открывая своих глаз, пока Юра продолжал свою наглую пытку по его торсу, да еще и оттягивая его сорочку чуть выше.       Володя сжал губы, и резко закрыл рот рукой, пытаясь сдержать смех, который хотел вот-вот вырваться наружу. — Эй, эй, — Юра остановился, — я тут стараюсь вообще-то, а ты пытаешься скрыть эту прекрасную улыбку и свой смех от меня? Володя нервно выдохнул и посмотрел на младшего, — Юр… Я… — Ну нет, Володенька, я хочу услышать это… — Юра провёл пальцами по его животу, — твой смех, прошу… не стесняйся, просто доверься! Тут всё равно кроме нас никого нет…       Вожатый нехотя снова закрыл глаза и убрал руку от лица, чувствуя как Юрка продолжал легонько водить пальцами по его животу. Несмотря на то, что Юра просил не сдерживаться, Володя не мог позволить себе рассмеяться и снова сильно напрягся. Он все сильнее сжимал зубы и свои губы, пытаясь остановить свой смех и постараться возразить 16-летнему наглому хулигану, но Юрка всё равно щекотал его. — Юра…пх… чёрт…ха…       Володя резко отвернул голову в сторону, понимая, что уже слишком близко находится к тому, чтобы начать истерично смеяться и биться в агонии, а Юрка всё продолжал водить своими музыкальными пальцами по его груди и животу. Вожатый резко втянул воздух, чувствуя как его сердце начало биться сильнее, а руки резко остановили ладони нападавшего. — Ха… черт… не надо… остановись… — Почему?       Володя резко сел ровно, крепче зжимая своими руками Юркины ладони. Он пытался отдышаться, чувствуя, как взгляд пионера прикован к нему. — Потому что я с ума сойду, если… если продолжишь… — еле слышно пролепетал Володя, отводя взгляд в сторону и снова краснея.       Юра ехидно улыбнулся, — ну так… а что в этом плохого…? Сойди с ума, откройся, смейся… Я хочу тебя увидеть таким, хоть раз… — Юра уложил Володю обратно на сцену, — убери руки, убери…       Он развёл его руки в сторону, чувствуя как дыхание вожатого снова участилось. Володя снова отвернул голову в сторону, понимая, что не сможет контролировать свое тело, если Юрка вновь начнет его щекотать. Юра положил свои ладони ему на грудь, легонько проводя пальцами под белоснежной сорочкой.       Володя чувствовал как его тело снова покрылось мурашками, а уголки губ чуть дрожа приподнялись наверх. Он чуть сильнее запрокинул голову назад, чувствуя как его сердце начало сильнее биться в груди, а дыхание участились. Володя кое-как смог заставить себя "расслабиться", насколько это возможно в текущей обстановке, и, наконец, позволил себе засмеятья.       Его легкий смех вырвался наружу, заполняя все вокруг своим звоном. Володя уже не мог контролировать его, потому как Юрка все еще продолжал водить своими пальцами по его телу, заставляя его все сильнее хохотать. Володя резко вдохнул холодный воздух, чувствуя как его глаза уже начинали слезиться от смеха. — Юр…хах. Юра!!… хват-хах… прошу… дышать…       Смех в зале потихоньку стих, а Володя наконец-таки смог отдышаться. Его сердце стучало так быстро, как никогда раньше, руки все еще продолжали подрагивать, а в легких ощущалось небольшое чувство жжения после такого сильного смеха. Вожатый, тяжело дыша, взглянул на Юрку и успокаиваясь, сделал длинный выдох, понимая как близко сейчас находится это пионерское недоразумение у его лица. В эту же секунду его щёки снова начинает покрывать легкий румянец. Спустя пару минут неловкого молчания, Володя наконец смог нормально и спокойно взглянуть на Юру, а после всё-таки решился неуверенно и тихо спросить, — ты доволен…? Я заслужил твоего прощения?       Юрка просто счастливо улыбнулся. Он все еще продолжал нависать над Володей, держа свои руки на его груди. Юноша всё сильнее приближался к его лицу, уже почти соприкасаясь с его губами, — да, теперь я доволен и больше не сержусь на тебя.       Юрка осторожно коснулся носом кончика носа Володи, заставляя его вновь прикрыть свои глаза от наростающего смущения. Старший практически сразу позволил Юре прикоснуться к своим губам. Хулиган нежно поцеловал Володю, после чего слез с его колен и отошёл от сцены, — думаю, нам обоим пора спать. Особенно тебе.       Володя все еще пытался прийти в себя после их поцелуя, чувствуя как его учащённое дыхание наконец-то понемногу нормализуется. Он растеряно посмотрел на Юрку, все еще чувствуя легкий румянец на своих щеках после всего… этого… Спать уже не хотелось, но Володя лишь тихо вздохнул, не став спорить. — Да… думаю, что ты прав, уже правда поздно. Доброй ночи.