Дождь в Сеуле

      Он стоял под внезапно хлынувшим дождём. Прозрачные капли стекали по слипшимся прядям, падали на высокие скулы, обнажённую грудь, щекоча чувствительную кожу. Рубашка промокла вмиг, облепила торс, словно высеченный острым резцом скульптора из драгоценного розового мрамора. А он не обращал на это безобразие никакого внимания, поглощённый совсем другим зрелищем.       Напротив него под прозрачным зонтом была она - его мечта. В цветастом сарафанчике, босоногая, танцующая по лужам. С яркими синими глазами, озорно блестевшими из-под густой чёлки, и тёмно-красными, словно измазанными вишнёвым соком губами. ***       Он смотрел на эту фею дождя, не замечая, как за ним с робкой жадностью наблюдает официант из кафе напротив. Тот самый, что по утрам ждёт встречи, готовя свежевыжатый сок, улыбается застенчиво пухлыми губами, прячет глазки-щелочки под волнистой челкой. Тот, что позволяет лишь взглядом гладить ямочки на щеках, что краснеет пунцово, соприкоснувшись пальцами на стаканчике с кофе. Тот, что жил надеждой на большее, и чья надежда умерла, растворяясь в потоке дождя.       Он стоял, глядя на дождь, что размыл силуэты пары под прозрачным зонтом. А капли все били в окно, проникали сквозь стекла, оставаясь на щеках солёными дорожками. ***       Хлопнула негромко дверь, звякнул придверный колокольчик, и в кафе зашла та, чьи ямочки на щеках и острые коленки в прорехах мокрых джинсов так полюбил рассматривать бариста с глазами-щелочками, прикосновения к её пальцам он ждал каждый день, готовя американо со льдом, и каждый раз терял надежду, если за окном сгущались тучи, и по стеклу начинали назойливо стучать крупные капли. Ведь она не любила дождь.       Но не сегодня. Сегодня она вошла, озаряя улыбкой хмурый день, и впервые попросила сливочный латте. Её тонкие пальчики соприкоснулись с ладонью бариста и несмело задержались намного дольше обычного. Глаза смотрели доверчиво и открыто, словно знали всё о парне, варившем ей кофе. И уже не имел значения ни дождь, хлеставший в огромные окна кафе, ни размытые силуэты на улице, а в душе баристы с пухлыми губами и глазами-щелочками расцветала первая любовь. ***       Летом дождь в Сеуле не редкость, скорее закономерность. Тогда почему этот чудик в мокрой рубашке стоит под дождём? Пуговицы расстегнул — сияет мускулами, позёр!       А у него нет мускулов, да и рубашек тоже, если честно. Пальцы натянули рукава в попытке спрятаться от настырного дождя. Капли стекали по волосам цвета мяты, прятались в воротнике худи и превращали его в мокрого ёжика. Ёжика в черной толстовке, с носом-кнопочкой, тонкими запястьями и фарфоровой душой. Он часто делал "фыр-фыр-фыр" и не любил выходить на улицу, но сейчас стоял под дождем напротив кафе и ждал.       Дождался. На него напрыгнули, оплели руками, натянули капюшон до самых бровей, шумно схватили за руку и потащили в сторону кафе, ворча о том, что он опять промок и замёрз. В уютном кафе снова будет айс-кофе и искренность, поддержка и забота, тепло от яркой улыбки и сияющих глаз. И уже не холодно, и не страшен дождь, ведь у него есть собственное, персональное солнце. ***       Дождь в Сеуле летом не редкость. Бьёт по асфальту, крышам, окнам и зонтам, пускает пузыри по лужам и бежит мутными речками вниз по крутым улочкам. Смазанные фигуры мелькают за стёклами кафе и магазинов, спеша укрыться от прохладных струй. Но кто-то в этом большом городе вовсе не спешит прятаться от дождя. Они готовы вечность гулять по мокрому городу, держа в руках прозрачные зонтики и глядя в счастливые глаза напротив. Ведь дождь в Сеуле стал их судьбой.