Не в ясную погоду

      На миг снаружи стало так ярко и, казалось, на секунду точно настал день. Да только это молния проскользнула за окном, а не солнечная активность. И лучше было бы так, ведь грозы зачастую идут в комплекте с ливнями, под которые нередко попадают блуждающие далеко от своих домов участники сервера. Так и Душенька попался на уловки природы и чувствовал себя мокрым оборванцем-кроликом, когда ступил за порог своего дома. Неотапливаемое, мрачное помещение, пусть и укрывало от наружных неприятностей, но не помогало согреться и нагоняло тоски. И ведь никто не поднимет Душке настроение, кроме него самого, оттого он побежал зажигать свечи в фонарях, стоявшие по дому, оставляя мокрые следы от себя. Одним за другим по первому этажу разожглись огоньки, и в голове снизошла мысль о том, что снаружи это, должно быть, выглядит эффектно, хотя имелись сомнения, были ли видны сквозь ливень горящие окна, что могли придавать определённый шарм лицу здания. Да вот только от проверки Душенька всё же воздержался.       Одежда: повязка, свитер, рубашка, штаны и даже нижнее бельё — снялись тяжело и в наказание отправились сушиться на спинках ближайших стульев, пока сам Душенька, открыв вход под одеяло, забрался на белую простынь, поджимая колени к груди. Казалось бы, какая-то розовая ткань, набитая морскими водорослями, но так тепло и чувствуешь себя в безопасности от всяких бабаек подкроватных. К слову, эти детские байки всегда смешили Душу, в особенности, когда майншилдовцы, не скрывая страху, поджимали ноги под себя, не имея энтузиазма оголять ни пальца, и не вылезали из под одеяла даже в самую жаркую погоду. Но сколько бы Душенька не смеялся над остальными, только сам он грешится таким поведением, оставаясь наедине с собой.       И обычно этот смельчак грозы не страшится, не трясётся под одеялом и даже, проиграв на желание одному приколисту-якудзе-акуле, засранцу Хайди короче, стоял под берёзой с металлической трубой, пока стихия бушевала. Да только от чего-то сердце сейчас так колотится, и уши невольно прислушиваются к звукам снаружи. И повернуться лицом к окну так страшно. Но Душенька даже не думал о том, из-за чего чувствует себя столь неприятно. Он поселил в своих мыслях пустоту, оберегая себя от угнетающих умозаключений в ходе раздумий над всяким.       Да только его образ всё никак не отступит.       Душа всё чаще слышит в себе порывы сильной привязанности к нему и осознанного желания увидеть лицо за балаклавой, сделать ему комплимент, несмотря на шрамы, как сам он сказал, обнять и получить такие же крепкие объятия в ответ.       Как прекрасно.       Но только в своей голове.       И ведь неизвестно, соберётся ли он силами и расскажет ему всё, что прятал в уголках сознания от него.       А может и не нужно?       — А может.. позже?       Когда-то уж точно, но, к счастью, не сегодня. В последний раз Душенька встаёт с кровати, чтобы погасить фонари и, воротившись обратно, со слепотой в глазах ощутить на голом теле тёплые прикосновения: грубоватая ладонь ведёт по спине, приобнимая за плечо, — и как Душенька заваливается на него, но в конце концов просто падает головой на подушку, разгоняя фантомные ощущения. Натянув одеяло, пора было бы наконец и забыться во сне.       Скоро будет легче.