Фиолетовая пьяница

Последнее, что помнил Цзян Чэн — это Хуайсана и вино. Зачем он согласился пить?  Вот теперь из за своей глупости он нарушил черт знает сколько правил. Благо, что его никто не заметил, пожалуй, это единственное, за что можно не волноваться. Вот проблема в том, что единственное! Ведь прямо сейчас он стоит у домика Цзэу-Цзюня. Пьяный в стельку.  «И чего я только сюда приперся, просто пойду обратно. Лань Сичень уже спит. Все хорошо»..— Ага, конечно. Не судьба ему спокойно уйти. Обитатель этого дома затащил Цзян Чэна в помещение. «О, утром мне конец». —Подумал Цзян Чэн. — Что вы здесь делаете посреди ночи? — Видно, у Цзэу-Цзюня очень чуткий сон. — Да вот не спится, решил прогуляться. — беспечно ответил Цзян Чэн. Хуже уже все равно не будет. — В любом случае, гулять по ночам запрещено. Вернитесь к себе. — Ответил Лань Сичень. Цзян Чэн все дивился, почему его до сих пор не отвели на наказание. Все равно, что сейчас ночь. Просто было интересно почему.          Цзян Чэну алкоголь совсем ударил в голову, и он неожиданно выпалил: —А пойдемте со мной прогуляетесь?— Не дождавшись ответа, фиолетовый пьяница схватил за руку притупившего внимание Лань Сиченя и вышел из дома.  —Подождите. Вы пьяны? — выражение лица Цзэу-Цзюня было просто не передать словами. Но больше всего было видно смятение.            Будущий глава ордена Лань видно был слишком сонным, что бы сопротивляться.            Цзян Чэн довел их обоих до большой поляны. Где то летали светлячки, стрекотали кузнечики, цикады.Лунный свет освещал все вокруг. Было невообразимо красиво.            Они оба сели на траву. Цзян Чэн посмотрел на небо. В небе были звезды , они буквально усыпали поднебесье.  —Правда звезды красивые? — спросил виновник всего этого. Но Сичень не ответил, он лишь смотрел на лицо человека, который находится рядом. Именно этот парень заставлял сердце Цзэу-Цзюня стучать чаще.               Под звездным светом черты лица Цзян Чэна были особенно красивыми. Рука сама невольно потянулась к лицу. Подушечки пальцев прошлись по скулам и остановились у губ. Лань Сичень столкнулся с вопросительным взглядом. Нефрит благополучно его проигнорировал и примкнул к чужим устам. Сначала поцелуй был совсем невинный — лишь прикосновение губ, но потом его углубил сам Вань Инь. Язык младшего вторгся в рот, словно пытаясь все изучить. Он прошелся по зубам и страстно оплел язык старшего. После сам Лань Сичень ловко перенял инициативу. Цзян Чэн обвил руками шею Нефрита. Поцелуй окончательно потерял всю свою невинность и стал страстным, грубым, властным.               Когда уже кислорода стало не хватать обоим, они отстранились. Щеки покрылись румянцем, волосы растрепались. Все это можно было засчитать как пьяное признание? Возможно. Но Хуань спросит об этом потом.. ————————————            Утро. Фиолетовая пьяница просыпается в своей комнате. Он практически не помнил события прошлой ночи. Лишь то, что он целовался с Цзэу-Цзюнем. Стоп.. ЦЕЛОВАЛСЯ С ЦЗЭУ-ЦЗЮНЕМ?! Нет, конечно, Лань Сичень ему нравился еще давно, никто не спорит. но.. Ладно, на это подумает Цзян Чэн позже, сейчас у него есть проблемы с правилами, которые он нарушил мало того ночью, но уже и утром! Было давно уже не пять утра, тренировку и завтрак он пропустил. Все пошло наперекосяк. Ничего уже не может испортить его утро еще больше.              Раздался стук в дверь. «Может Хуайсан пришел»?—сразу же подумал Цзян Чэн. Он подошел к двери и открыл её. Ага,не испортит ничего его утро еще больше, конечно. За дверью не было Не Хуайсана, зато за ней стоял Лань Сичень.            У Цзян Чэна округлились глаза, щеки стали пунцово-розовыми. События прошлой ночи явно сказываются.  —С вами всё хорошо?— начал Цзэу-Цзюнь. Вот знает же, что не просто так пришел этот Лань, не для того, что бы спросить как он.— вас не было на утренней тренировке и завтраке.  —Со мной всё хорошо.—ответил Цзян Чэн.— Простите меня за беспокойство прошлой ночью. И сейчас.           Вань Инь притянул Хуаня за ворот и примкнул к его губам. Лань Сичень не затупил, а обхватил талию Цзян Чэна и прижал ближе к себе.            А сам Вань Инь удивился: «как так вышло, что на его чувства ответил мужчина»? Уже не важно.           Лань Хуань проник языком в рот Цзян Чэна. Он прошелся по зубам и приласкал нёбо. После того, как они отстранились, между ними образовалась тонкая нить слюны, будто показывая их связь.  —Я люблю тебя.— в губы прошептал Лань Хуань. —Я тоже.. — ответил Цзян Чэн.           Сичень вновь прислонился своими губами к губам возлюбленного.             Всего этого было понятно .