Это какая то ошибка

Дворец Хуа Чэна - величественное сооружение, окруженное прекрасными садами и прудами. Он обладает классической китайской архитектурой, украшенной прекрасными резными элементами. Центральный зал украшен статуятами из белого мрамора, выполненных в форме животных. Залы дворца богато украшены тонкой утварью и украшениями, также здесь можно найти богатую библиотеку, а огромные окна позволяют естественному свету наполнять каждую комнату. Тем не менее дворец Хуа Чэна может быть неожиданно пугающим сооружением, особенно ночью, когда его тени сливаются с темнотой. Высокие башни, мрачные тени в коридорах и темные комнаты создаются пугающий и немного жуткий эффект. Архитектура дворца, украшенная резным орнаментом в виде демонических существ, добавляет еще более зловещий оттенок общей картине. Ци Жун ощущал, как волна злости захлестывает его при виде великолепия сооружения. Его глаза горели, а губы нервно поджались в тонкую складку. Его сердце дрогнуло при мысли о побеге, а руки инстинктивно сжались в кулаки от нарастающего напряжения. Однако он прекрасно знал, что попытка бегства была бы бесполезной...Ведь как ни как Чуа Чэн один из сильнейших непревзойденных демонов, но к удивлению Ци Жуна, он.. Вёл себя очень спокойно и расслаблено, не смотря на то какой шум он устроил. Рядом шёл не без известный черновод. Ци Жун хмуро наблюдал за спокойным поведением Хуа Чэна, чувствуя растущее недоумение. Почему он не выражал никакого гнева или раздражения? Почему он вел себя так, будто все нормально, разговаривая спокойно с Четвертым Бедствием? Ци Жун ощущал, как его собственная злость начала медленно превращаться в сомнения и беспокойство... —Что задумал этот чёртов ублюдок.? Расправа над Ци Жуном была бы ужасным зрелищем, если бы свершилась. Непревзойденный демон не известен своими милосердными методами, поэтому мысли о мести мелькали в сознании Ци Жуна. Он представил себя в ужасной боли, прикованным к земле, в то время как Хуа Чэн над ним насмехался. Эти мысли были мрачными и не давали покоя, добавляя еще больше тревоги к нервам Ци Жуна.Четвёртое бедствие не смогло удержать истерические смешки, которые начали исходить из его груди. Эти мысли были ужасны, но в то же время и немного абсурдны. Он продолжал смеяться, слезы выступили в уголках глаз, когда нервное напряжение переросло в нервный приступ смеха.Хуа Чэн наблюдал за резко переменившимся состоянием Ци Жуна, нахмурив брови от беспокойства на секунду, но сразу же попытался скрыть это. Он продолжал спокойно идти по коридору, делая вид, что все в порядке, пока Ци Жун хохотал рядом с ним. Ци Жун выпалил вопрос своим резким тоном, заставив воздух вокруг наполниться напряжением. Его слова резко рассекли воздух, словно нож пронзил тонкую ткань спокойствия. Резкость вопроса прозвучала так, что собеседник невольно вздрогнул от боли. Она была очевидной в ответной реакции, которая моментально отразилась на лице.И были те слова такими: —убить меня вздумал верно?! Из-за небольшой шумихи!? Резкий вопрос Ци Жуна заставил Хуа Чэна на секунду остановиться на месте и бросить на него грустный но в тоже время удивлённый взгляд. —Я не намереваюсь убивать тебя, — ответил Хуа Чэн, нахмурившись. — С чего у тебя такие мысли?. Я к тебя добор и не собираюсь причинить вред.. ХуаЧэн бросил вопрос с отчаянием в голосе, его глаза расширились от надежды и тревоги: — Ты помнишь меня? — спросил он, внимательно всматриваясь в лицо собеседника и стараясь найти ответ в его жестах.Ци Жун пристально всматривался в лицо собеседника, изучая каждую деталь, каждый изгиб: складки на лбу, морщинки вокруг губ, форму глаз. Он старался найти в этом лице хоть какие-то признаки узнавания, но пока тщетно. Его глаза метались от глаз к губам, надеясь что-то уловить в мимике лица . —нет.Знать тебя не знаю. Сердце Хуа Чэна дрогнуло от боли, когда он осознал, что его не помнят. Его глаза расширились, а губы поджались в тонкую складку. Он почувствовал ледяное прикосновение одиночества, а внутренности сжались от неприятного чувства пустоты. Все это было отражено на его лице, как он бы этого не хотел.Хэ Сюань стоял в нескольких футах от них, молча наблюдая за развернувшейся ситуацией. Его глаза не отрывались от лиц Ци Жуна и Хуа Чэна, не упуская ни одной детали. Он внимал каждому вздоху, каждый жесте, а на лице было написано хладнокровие и некоторое презрение к Ци Жуну.Хэ Сюань продолжал наблюдать за Ци Жуном и Хуа Чэном с холодной отстраненностью, как будто происходящее не касалось его напрямую. Его лицо осталось хладнокровным и бесстрастным, а глаза смотрели равнодушно, словно он наблюдал за чем-то незначительным. Казалось, что его совершенно не интересовало ни что происходило, ни переживания Хуа Чэна, ни к тем более судьба Ци жуна. Хуа Чэн, пытаясь пробиться через стену забвения Ци Жуна, начал медленно объяснять свою личность. Каждое его слово было произнесено мягко, словно он опасался вызвать нежелательную реакцию. — Ты действительно не помнишь меня? — тихо спросил он, бросая на Ци Жуна внимательный взгляд. — Неужели совсем ничего не вспоминается? Ци Жун ощутил легкий укол разочарования, когда слова Хуа Чэна коснулись его слуха. Он отверг мысль о том, что они когда-то были близки. Мысль о прошлом с непревзойденным казалась ему абсурдной, невозможной. Он резко ответил: — Какая близость?Я знаю о тебе благодаря твоему статусу. Поэтому не нужно мне мелеть чепуху. Хуа Чэн продолжил свои попытки пробиться к памятливости Ци Жуна, представляя ему давно забытый случай. — Помнишь, как ты спас жизнь мальчику, который упал со стены во время шествия? — спросил он нежно. — Ты поймал его с высоты. Это было очень давно, но, может, тебе хоть что-то вспоминается? Ци Жун наконец ответил, почесав свою голову и ухмыляясь: — О, да, это был ужасный день, — его голос был с ноткой раздражения. — Как я мог забыть этот кошмар?После того как я сделал этот добрый жест эта малявка прицепилась ко мне на мертво.— добавил он.Ци Жун бросил недоверчивый взгляд на Хуа Чэна, озадаченный его осведомленностью. Как он знал, что именно Ци Жун спас этот ребенок? Он пристально всматривался в демона напротив, пытаясь понять, откуда у него есть эта информация. —откуда ты это знаешь?! А? Ты может и силён в своих мечтах. Погодите.. Это мог помнить только тот ребёнок. И балбес Се лянь.. Ты.. Ты тот отвратительный ребёнок! Нет.. Это бред. Бред бредовый! Ха-ха-ха! Так ведь.?