Звездная Мондштадская ночь

Приятный Мондтадский ветерок отдувал полы монашеского платка. В сочетании с лунным светом погода была просто обворожительной. Сегодня не хотелось пить, не хотелось допоздна задерживаться шумной компанией и бесить всех в таверне, особенно очаровашку-владельца. Холодное сердце требовало спокойной ночи, звездного неба, сигареты между накрашенных багровым красным губ и дальней тихой дороги. Всё это было. Тем более сегодня вечер понедельника, когда все ставни домов запахнуты и люди пытаются отоспаться перед завтрашним ранним подъёмом. Из церкви Розарии получилось быстренько улизнуть незамеченной, а очередной дурацкий хор утром в шесть, в общем-то, можно было бы и пропустить, если всё будет походить на то, что монахиня отправится к мысу победы на одинокий и обдуваемый ветрами маяк. - Доброй ночи, сестра Розария! - на самом выходе из Монда стоял одинокий молодой парнишка, ровесник монахини, и как и присуще новобранцам в Ордо Фавониус, охранял главные ворота в город. - И тебе доброй ночи! Как служба? - Настроение у монахини на удивление было более чем хорошим. Даже вопрос был задан искренне и без какого-либо лукавства. Тем более и парень казался на лицо знакомым. - Если честно, то душа рвется. У меня дома не совсем ладно, а я тут стены сторожу. - Так какой почет! Ты первое лицо, которого встречают все прибывшие в Монд и уходящие из него. - Да я бы семью этому почету предпочел. Ведь просил отпуск, а никак не дают. - А в семье что? - Розария остановилась рядом с парнем и достала из пачки сигарету. Что-то внутри подсказывало, что тут надо задержаться. - Жена разродиться не может. Вот только-только мать прибегала, уже восьмой час и никак. А у меня сердце прям не на месте. - Стражник выглядел необычайно взволнованно, Розария ещё ни разу не видела парня, который так бы желал ребенка и здоровья своей жене. Почему-то резко захотелось ему помочь. В голове сразу пронесся голос Барбары: "ты монахиня, ты должна помогать людям!" Эх. - Хочешь я за тебя посторожу? Пол часа тебе смотаться туда-обратно хватит? - Глаза парня восторженно распахнулись и он быстро-быстро замотал головой. - Вы правда сможете? - Розария только хмыкнула и материализовала своё копьё, вставая на место отходящего от поста стража. - Будто в первый раз Ордо помогать. Лети давай! - Парень тут же умчался с криками "спасибо", оставляя девушку наедине с самой собой. Помечтать Розарии сегодня хотелось о многом. Она почему-то вспомнила свои первые дни в Монде и то, как Варка пытался придумать, запихнуть маленькую разбойницу к Ордо Фавониус или в монахини. Но пастор, увидев возможности дикарки сразу определил её в секретный монашеский полк, где под видом обычных сестер работали наёмники и разбойники - те, кто держит оружие в руках с пелёнок. Воспоминания приятно плыли перед глазами и переплетались между собой. Казалось, что времени на поразмышлять ещё много и ничто не нарушит её идиллии. За спиной со стороны города послышался взволнованный цокот каблучков по плитке. Через пару минут в проходе появилась краснощёкая девица лет двадцати двух с милейшими рыжими хвостиками, струящимися по обоим плечам, скрытым под цветастой вуалью. Девушка не прошла дальше, а остановилась в воротах и пристально посмотрела на Розарию. Та делала очередную затяжку и пустынным взглядом смотрела вдаль. Опасности рядом не было, поэтому можно было на всё забить. Девушка будто бы собралась с мыслями и подошла к монахине. - Доброй ночи! - Розария никак не отреагировала и даже не оглянулась, хотя боковым зрением уже успела оценить и то, что девчушка явно следила за монахиней в окне, и то, что она собирается сейчас врать, немного по-детски краснея. - Меня зовут Донна. Сестра Розария, у меня к вам разговор. - Монахиня молчала, продолжая курить, прижавшись плечом к стенке. Девчушка явно хотела бы получить какую-то реакцию и от безмолвия чувствовала дискомфорт, но и понимала, что лучше момента не найти. - Понимаете, наверное мастер забыл вам сказать. Но у нас с ним свадьба через месяц. - Ты о ком? - Розария всё же оглядела девчушку прямым взглядом с ног до головы. Её голос прозвучал грубо, хрипло. Донна даже вздрогнула, услышав его так близко в первый раз. - О Дилюке Рангвиндре. - Розария хмыкнула и отвернулась от девчушки. - И мне бы очень хотелось, чтобы вы перестали появляться рядом с ним. Я понимаю, что вы могли об этом не знать, поэтому и решила подойти и все спокойно обсудить. Точнее, скорее, попросить вас перестать маячить и пытаться увести моего парня. - Так парня или мужа? - Розария выдохнула дым, который тут же затерялся в ночном небе Мондштандта. Донна замялась. - Ну, будущего мужа. - Монахиня молчала и смотрела вперед. На мосту ходили ещё не уснувшие голуби, а там, где-то вдалеке, двигалась запоздавшая повозка. Ситуация была комичной донельзя. Она уже не в первый раз видела эту Донну пускающей слюни на Рангвиндра, который, к слову, то ли просто не распространялся о том, что был для кого-то идолом, то ли сам не знал об этом. Она понимала, что для Дилюка такая девчушка - это пустое место. И не потому что она некрасива, красива, даже очень, а потому что так и останется тенью. Она недостойна некоронованного принца Мондштандта. Хотя, тут пожалуй и Розария была недостойна его внимания. Дилюк всегда прекрасно смотрелся со своей бывшей, но магистр никогда больше не одарит его своим солнечным светом, поэтому Рангвиндр похоже решил купаться в свете луны. По крайней мере последнее время он очень намекал на интрижку с Розарией. Всё это просто выворачивало внутренности от желания поиграться с нервишками дувчушки. - Знаешь, я думаю свадьбу надо отменить. - Донна тут же округлила глаза и визгливо воскликнула. - Почему это? - Очередная затяжка, но на этот раз дым бесцеремонно и оскорбительно был выпущен прямо в лицо Донне. - Вчера мастер Дилюк пригласил меня к себе на винокурню на, так сказать, званый ужин. - Девушка тут же закашлялась и нахмурила брови. Розария же одним выверенным движением откинула бычок куда-то в траву и наконец отлипла от стенки, поворачиваясь лицом прямо к девушке. - Представляешь же его гостинную, да? Там массивный обеденный стол посередине. Двенадцать стульев, да? - Донна утвердительно закивала, проглотив лишние шесть стульев в никогда невиданной столовой. - Свечи на столе. Кроваво-бордовая скатерть. Золотой сервиз. И еда. - Каждое слово монахиня смаковала. Она размазывала его по багряным губам, как масло, понижая голос, делая его бархатистым и обволакивающим. - Мясо средней прожарки. Сыроватое, с привкусом крови. Всë как я люблю. Элитное одуванчиковое вино, сделанное руками самого мастера. Поданое вместе с лучшими сортами сыра. Несколько видов салата и гарнира к стейку. - Донна все больше погружалась в размышления, словно в транс. В еë стекленеющих глазах можно было разглядеть картинку, которую Розария придумывала на ходу. Она дополняла еë элементами обстановки и окружения, чтобы в нужный момент ударить под дых. - Нам понадобился час, чтобы утолить физический голод. А потом, на этом же самом столе, где раньше стояло мясо медиум прожарки, мастер Дилюк отжарил меня. - Розария особенно выделила последнее слово, грозно и злорадствуя морща носик и посылая холодную иглу из глаз прямо в область чужого сердца. Донна тут же побелела. - Мы развязно трахались прямо на обеденном столе на протяжении двух часов до дрожи в коленях. А потом, Дилюк отнес меня на руках в кровать своей спальни. Ты же знаешь какая у него большая кровать? - Стекло глаз Донны начало трескаться, по щекам начали течь слезы, а девчонка так и не могла поднять взгляда. Она машинально отрицательно покачала головой, потому что не знала как выглядит убранство не то, что спальни Дилюка, а даже всего прочего в доме. Вообще казалось, что Донна вот вот упадет в обморок или что-то типо того, но монахине было мало. - Ох, дорогая. У него огромная кровать, на которой мы, немного передохнув, кувыркались до шести утра. Мастер Дилюк был просто превосходен. Его член... - Хватит! - Визг разрезал похолодевший воздух вокруг девушек и заставил монахиню поморщиться от громкости. - Хватит мне это рассказывать! Вам по сану не положено даже думать о подобном. Как вы смеете вообще мне это говорить?! - Донна наконец смогла поднять взгляд, но встретилась только с игривым взглядом Розарии, на глубине которого плескалось искреннее отвращение. - А как ты смеешь подходить и называться женой человека, который скорее всего даже о тебе не знает! Глупых фанаток замуж не берут. Зато за слежку и клевету охотно берут в Ордо Фавониус. На несколько суток. Можешь со мной дождаться отошедшего от поста офицера, и как миленькая сходить в карцер. Ты там быстро узнаешь много интересного и покруче чем то, что я рассказала. Так что? - Розария взмахнула рукой, и снова из элементали материализовалось копьë. Из заплаканных глаз Донны расплескался страх. Он тек по щекам и подбородку, оседая в ткани платья на груди. Девушка попятилась назад. - Ненавижу. Ненавижу тебя! Психованная. Не смей ко мне больше подходить! - Донна тут же скрылась за аркой входа в Монд, и только цокот каблучков всë ещё доносился до монахини. Розария засмеялась и убрала копьë. Между пальцев появилась ещё одна сигарета и девушка наконец осталась наедине со звездным небом. Ненадолго. - Спасибо большое, сестра Розария. Вы меня безумно выручили! Родился. Родился, представляете! Сын! - Парень прилетел весь в мыле. Молодой папашка, что тут сказать. В обычный день ситуация бы никак не откликнулась монахине, но после разговора с Донной, такое теплое, счастливое и совсем домашнее «родился» каким-то странным теплом осело на глубине ледяного сердца, вызывая улыбку. - Поздравляю. - Вы расскажете магистру? - В глазах стражника читался легкий испуг. - У тебя напарник сегодня где? - Болен. - Почему замену не поставили? - Да нет никого. Все по патрулям. - Свидетели того, что ты убегал есть? - Надеюсь нет... - Голос парня становился всë более поникшим. - Тогда мне не о чем рассказывать магистру. Я ничего не видела и через главные ворота не проходила. - Розария подмигнула встрепенувшемуся и засиявшему от счастья парню и уже хотела уходить, но задержалась. - Огонька только у тебя не найдется? Прикурить. - Извините, сестра, не помогу. Не курю. - Из-за арки раздался мужской голос. - Найдется огоньку. - Розария сразу узнала уже породнившийся тон Дилюка, когда у него было просто прекрасное настроение. На губах монахини тут же снова расцвела еле заметная улыбка. - Как вы вовремя, мастер. - Рангвиндр появился из прохода и вежливо поздоровался со стражей кивком головы. После он поравнялся с Розарией и щелкнул пальцами, вызывая искорку элементального огонька, от которого монахиня тут же прикурила. - Благодарю. - Какая приятная встреча. В столь прекрасную ночь и со столь обворожительной девушкой. - Розария хмыкнула на подкат от мастера, но внутри снова разлилось тепло. Парочка, если их так можно назвать, медленно шла по мосту, прогуливаясь и любуясь звездами. Дилюк не выглядел строгим и вечно хмурым мужчиной, он будто вернулся в свои восемнадцать, когда характером мало отличался от сейчашнего Кейи. На лице застыла шкодливая улыбочка, в глазах пылал огонëк, а руки, как всегда обтянутые плотными перчатками, были спрятаны в карманы сюртука. - Так вы оказывается любите мясо с кровью и сыр. Какой сорт предпочитаете? - А вы любите подслушивать? - Розария догадывалась, что пока она рассказывала детали придуманного вчера, рядом был кто-то ещё. Но это было совершенно неважно в тот момент. - Я лишь немного услышал занимательный диалог, где по поводу меня клеветали сразу обе стороны. Хотя, пожелания одной я готов и даже очень хотел бы выполнить. - Дилюк не скрывая любовался Розарией. Скользил взглядом с вечно уставшего, но миловидного лица на широкие плечи и накаченные руки. - Хотите взять пастушку замуж? Организуете свадьбу через месяц? - Розария остановилась и прислонилась поясницей к ограде моста, не дойдя совершенно немного до его окончания. На еë лице красовалась ехидная улыбка, а между губ дотлевала сигарета. Дилюк тут же подхватил настрой и навис над монахиней, упираясь обеими ладонями в ограду, около бедер сестры. Расстояние между ними было мало, но оба чувствовали себя спокойно, забираясь в зону комфорта другого. - Могу постелить на обеденный стол багровую скатерть, отжарить стейк, а потом тебя. - Розария осторожно выдохнула дым за плечо и удивленно подняла брови. - А мы уже перешли на такой уровень общения? - Ну по твоим рассказам так мы должны были сегодня проснуться в одной постели. Мне кажется это нужно исправить. - Мастер, вы точно не перепутали манеру общения со своим братом? Обычно капитан кавалерии любит отпускать подобные подкаты. - Уверяю, он украл манеру у меня, просто оттачивает еë каждый день на всех, а я оставляю только для особенных. - Я для вас особенная? - Ещë как. - Слова тут же увязли в сухости багровых от помады губ. Поцелуй вышел смазанный и шкодливый. Будто они были не взрослыми людьми, а впервые целующимися подростками, которых могут застукать. Во рту Дилюка оседал тяжелый привкус табака в сочетании с сладковатостью вишневой помады. Сочетание, к запаху которого он уже привык, а вот ко вкусу только пытался. Как и к холодной стали перчаток монахини, с нежностью ложащейся на щеки и шею. - Ты мне так всю помаду смажешь - Подкрасишь потом. - Ага, на тебя не напасёшься! - Новую куплю тебе. Мне не сложно и очень даже в радость. - Дилюк прижимал Розарию за талию к себе и прикоснулся лбом к её лбу. - Но сейчас меня больше интересует идем ли мы жарить стейк, или перенесём на другой раз! - Розария мило расхохоталась и отвернулась от Рангвиндра. Пиро элемент незамедлительно заставлял её крио таять, но она и не была против. - Сегодня слишком хороший вечер, чтобы переносить нашу встречу на другой день. - Рангвиндр лучезарно улыбнулся и утонул в глубине лиловых глаз, даже не сразу замечая, как его нежно утягивают в поцелуй.