Похвала

Этот день уже подходил к завершению, солнце вот-вот должно сесть за горизонт создав малиновый закат, окрашивая небо и крыши домов приятным розоватым оттенком. Обито порой специально не шёл домой, оставался дома у своего дяди Мадары, который живёт в многоэтажном доме на 21 этаже, чтобы провожать такой красивый закат, он всегда мог придти к Мадаре как к себе домой, даже когда того нет дома. Однако сегодня причиной его задержки у Мадары было кое-что другое. Кое-что, что было достойно внимания в большей степени, чем самый красивый розоватый закат за окном. По крайней мере для Обито точно. Он хорошо сдал экзамены, к которым так долго готовился, только вот почему-то восхищение и лестные слова он услышал только от своих друзей, от Какаши и Рин. Про отца Обито и не вспоминал, навряд ли пьяница вообще вспомнит что у него ребенок есть. Учихе такой вариант не нравился. Парень терпением не отличался и вскоре сам подскакивает со стула,оставляем недопитый чай на столе, направляясь в комнату к Мадары, который по всей видимости снова тухнет над бумажками с работы. Останавливаясь у двери, он даже отчего-то думает постучать, а потом вспоминает "зачем?" и, отворяя дверь, просто входит, после лишь слегка прикрывает её с тихим скрипом. Мадара не поднял взгляд на племянника, и даже не повернулся к нему лицом, продолжая что-то печатать в компьютере. — Почему ты до сих пор не дома, Обито? - В привычно сухой манере интересуется старший Учиха, всё ещё не поднимая взгляд на вошедшего. — Потому что папу видеть не особо хочется. - Сощурив глаза Обито прошел в комнату. Взгляд чёрных глаз отрывается от экрана ноутбука, наконец обращаясь к младшему. —Ты кое-что забыл. - Нетерпеливо высказался Обито, после чего сложил руки на груди и надул щёки, чем подкрепил своё немое недовольство. — Вот оно что.. - Кажется в самом начале фразы на устах Мадары мелькнуло подобие улыбки. Обито не отвечает, молча подходит ближе, прямо к чужому столу и осматривает его, будто желая найти там что-то интересное, но на глаза попадаются лишь скучные документы и отчёты. — Это ты меня вот на это променял, да? - Он фыркает в сторону лежащих на столе бумаг, хмуря брови и продолжая дуть щеки, словно малое дитя. — Нет. Я просто хотел закончить с отчётом побыстрее. - Отпрянув от стола и слегка откинувшись на спинку стула, мужчина размял шею, выдохнув и прикрыв глаза на пару мгновений. — Твоё "закончить" может длиться хоть всю ночь, а я устал ждать. - Уже не скрывая выдал младший, обходя стол и вскоре усаживаясь на чужие колени лицом к лицу, насколько позволяло кресло его дяди — Вы как хотите, но заканчивать работу вам придётся исключительно в таком положении. - Бесстыдно заявляет Обито, усаживаясь удобнее, а Мадара в это время открывает глаза, смотря в лицо усевшегося на него парня, от чего-то одобрительно хмыкая, будто эта идея пришлась ему по вкусу, да настолько, что одной рукой обнимая парня за талию, он притягивает его ближе к себе, до этого слегка сдвинувшись вперёд с сидения кресла, чтобы было удобнее. Обито такая инициатива нравится, ровно то, чего он хотел, даже чуть больше. Он укладывает голову на плечо старшего, прижавшись и прикрыв глаза, однако его щёки всё ещё были слегка надуты. — Не обижайся, Обито. Я обязательно сделаю то, что пообещал, но чуточку позже. - Объяснился Мадара, глаза которого снова уткнулись в экран ноутбука, а руки расположились на клавиатуре, что-то печатая. На удивление такая непривычная для работы поза с объятиями не была неудобной, а наоборот нравилась им обоим, ведь Обито наконец был в объятиях того, кого так сильно любил, а Мадара словно восполнял запас потраченной за день энергии, заряжаясь теплом, которым с ним делился его племянник. — Я хочу сейчас.. - Обиженно протянули в ответ, крепче обняв за шею и погладив длинные чёрные волосы. — Нужно потерпеть. - Продолжал настаивать Мадара, запустив свою ладонь под серую футболку и погладив спину, на что Обито на какое-то время замирает и тихо сопит на ухо. Ему явно было приятно. Но буквально через несколько секунд, стоило ладони уйти на клавиатуру, спокойное сопение заменилось недовольным. — ..Зачем ждать? Чего ждать? Я хорошо подготовился к экзаменам, и хорошо их сдал! - Не унимается парень, слегка поёрзав на чужих коленях. Он действительно заслужил того, чтобы его похвалили. — Мадарааааааа, я даже вёл себя почти хорошо.. - Шепнули на ухо дяде, обжигая его горячим дыханием — Я даже Рин подарок сде.. - Обито не успевает договорить, как вдруг получает поцелуй в шею и чуть ли не давится воздухом, замолкая и сразу после растягивая уголки губ в улыбке. — Я молодец? - Тихо и в то же время довольно выдаёт парниша, прикрыв глаза и получая ещё один приятный поцелуй в шею, следом за ним ещё два, на которые отвечают протяжным и в то же время дразнящим вздохом от наслаждения. Когда Обито чуть отстраняется и его чёрные как смола глаза встречаются с такими же, он делает очень хитрое лицо и закусывает нижнюю губу, повторяя заданный вопрос и склоняя голову в бок. — Я молодец? Мадара выдыхает, внутри себя принимая какое-то решение, а затем наконец выдавая: — Ты молодец, Обито. Но сейчас ты мне мешаешь. — Но ты же мне это простишь? - С улыбкой от уха до уха продолжает тараторить парень. — Прощу, если дашь мне закончить с отчетом. - Сухо добавил Учиха, прижав младшего к себе, заставляя его вернуться в положение, из которого он вышел, чтобы заглянуть в глаза. — А если не дам? - Интересуется Обито, словно не зная, какой ответ получит. Ответа не последовало, после чего Обито наконец притих, вжимаясь в чужое плечо. Как бы ему не хотелось забрать всё внимание дяди к себе, тот из принципа должен был закончить работу. Обито не успевает загрустить от того, что ему пусть и не прямо, но запретили выпендриваться, как вдруг его снова целуют в шею, заставляя покрыться волной приятных мурашек. Где-то через минуту на шее оставляют такой же невесомый поцелуй. Потом ещё один через такой же отрезок времени, словно Учиху таким образом хвалили за молчание. А Обито нравятся такие игры, он довольно улыбается, высчитывая время и специально подставляя шею под поцелуи. Бывало так, что Мадара задерживался, увлеченный работой, тогда парень слегка ударял того по коленке, а Мадара его слегка кусал. Хотелось больше, ещё больше, ещё и ещё. Но Мадара должен был закончить. Так проходит около десяти минут, после которых Обито получает крайне настойчивый, заставляющий издать тихий протяжный стон поцелуй, и Учиха только потом понимает, что за звук вылетел из его уст, тушуясь и утыкаясь в домашнюю кофту Мадары. Неловко Обито, а вот Мадаре очень даже понравилось, он хочет продолжить игру, которую начал сам, легонько укусив покрасневшего племянника за ухо, заставляя того вздрогнуть и подскочить на коленях, прикрыв укушенное место ладонью, которую мягко убирают, сразу после целуя в "пострадавшее" место, затем чуть ниже, ещё ниже и так осыпая лёгкими поцелуями и укусами всю ушную раковину вплоть до мочки, которую аккуратно берут в рот и начинают посасывать. На этом моменте Рампо уже не может сдержать вырывающиеся из его рта стоны, даже то, что он затыкал себя ладонью, мало помогало. Обито не любил чувствовать себя таким,слишком унизительно это было, он не любил показывать свою слабость. Через какое-то время протяжные стоны прерываются одним громким и коротким, причиной которому стало то, что Учиху вдруг слишком сильно укусили за шею и ладонью сжали внутреннюю сторону бедра, которое до этого лишь поглаживали. Укушенное место Мадара облизнул, но руку , бедра не убрал. Обито сжал колени так, что теперь рука Мадары находилась у него между ляшками. Он сжал руку в кулак и ударил дядю в плечо. — обито, не прячь от меня лицо. Мы договаривались, что ты не будешь прятаться. Посмотри на меня. - Мадару всегда смешило то, как вёл себя Обито при их играх, как будто между ними ничего никогда и не было. Обито глубоко вдыхает, собирая всю свою волю и поднимая взгляд на дядю Мадара ехидно улыбается, на что младший лишь хмурит брови, Мадара любил Обито, но и поиздеваться он тоже любил. Другие люди знали лишь то, что он любит издеваться. — Скажи, куда делась твоя игривость? Не уж то я её спугнул? - Прежде чем задать вопрос, Мадара кладет ладонь на чужую щёку и мягко гладит большим пальцем, таким образом не только проявив нежность, но и не давая младшему отвернуться или попытаться вновь спрятать лицо. — А вот и нет! - Хочется отвести взгляд, но эту возможность отрезали, от чего сердце начинает биться быстрее, с каждой секундой всё больше переполняясь чувствами и эмоциями, которые норовили вырваться наружу. Ладони парня улеглись на плечи дяди, едва ощутимо сжимая их от смущения и нервозности. — Я же обещал, что похвалю тебя. - Вдруг выдаёт Мадара, наклоняясь к чужому лицу и замирая в таком положении, чтобы понаблюдать за реакцией младшего, надеясь, что тот понял её смысл. Обито приподнял брови, смотря Мадаре в глаза. Внутри себя Учиха радуется, в то время как он сам хватает Мадару за кофту в районе ключиц и очень смело утягивает в поцелуй, впиваясь в его губы своими и первые несколько секунд просто отрывисто целуя, а затем углубляя поцелуй, бесстыдно проникая языком в чужой рот. Мадара сразу же подхватывает инициативу и отвечает взаимностью, прикрывая глаза и позволяя Обито полностью руководить этим процессом, а сам тем временем одной рукой проникает под футболку младшего. Когда в легких заканчивается кислород, поцелуй мягко разрывают, пытаясь восстановить дыхание и в отличии от Мадары Обито дышал очень тяжело и часто, в какой-то момент ему вообще кажется, что он не может отдышаться, а тело свело каким-то странным не отпускающим жаром. Опуская взгляд, Обито замирает и перестаёт дышать, в миг осознав причину того, почему же ему так душно, почему сердце так быстро бьётся и не успокаивается, а внутри и в мыслях бурлит так много пошлых мыслей и чувств. Парень знал, что такое возбуждение, он испытывал его ни раз, однако сейчас он даже и не понял того, когда успел возбудиться, а главное от чего? Едва успевшее остыть лицо Обито вновь заливается краской, и чуть хмурит брови,понимая насколько он не сдержанный. — Не смотри. — Мне не нужно смотреть, я чувствую. - Твердо заявил старший, вновь констатируя давно известный ему факт. От этого стало ещё более неловко. А хуже всего было то, что выдержка Мадары достаточно высока и он всё ещё не возбудился, даже не смотря на то, что пару минут назад ему на ухо откровенно и очень пошло стонали, словно во время секса — Я могу решить твою проблему, Обито. Если ты хорошо попросишь. — А? - Парень не понимает. Что значит хорошо попросить? Честно, ему даже думать не хотелось. Внизу живота уже завязался тугой узел, он зудел, пульсировал и требовал внимания, лишая возможности спокойно сидеть на месте. — Тебе нужно только попросить. - Ласковый шёпот на ухо будто бы окончательно добивает, заставляя застонать от смущения. Младший Учиха представил, как большая ладонь его дяди ложится на его возбуждённый член и быстро надрачивает, от чего кажется, что в штанах стало ещё более тесно и неуютно. — Попроси. - Шепчет Мадара прямо на ухо. Он видит, что Обито держится из последних сил, видит, как его тело слегка дрожит от нетерпения, видит, как ему тяжёло и сам думает о том, чтобы наконец приступить к тому, ради чего он затеял всё это. Обито сжал кулаки. Просить было откровенно стыдно, и Обито понимам, что Мадара просто издевается над ним. — Пожалуйста - Тихо начинает парень-Прошу, сделайте что-нибудь.. - Обычно упрямый Обито даже не находит в себе силы на то, чтобы проявить хотя бы малейшую попытку поспорить со старшим, ему просто было невтерпёж. Он просто не может перестать ёрзать на чужих коленях. А Мадара невероятно доволен, всё выходило куда лучше, чем он предполагал. Осталось только сменить позу на более удобную и тогда.. — Тебе нужно сесть ко мне спиной. - Проговаривает Мадара, а Обито уставился на него, явно не до конца понимая, что от него хотят и только потом сообразив, что нужно пересесть. Он нехотя слазит с чужих коленок и сразу же усаживается на них, но теперь уже спиной к дяде, а тот берет за талию и тянет на себя, усаживая вплотную к своему телу, а затем делая кое-что неожиданное и странное. Он слегка разводит свои до этого плотно сомкнутые ноги, а затем кладёт ладони на колени Обито и повторяет с ним тот же трюк, однако в этот раз разводя их гораздо сильнее, заставляя обрамлять собственные бедра, а Эдогава быстро соображает и фиксирует положение, плотнее сжимая чужие ноги и заводя за них свои. Обито не одобрил такое положение.При стояке было намного приятнее сидеть с сомкнутыми коленями, нежели с раздвинутыми. — Это то, ради чего ты пришёл. - Отчеканил Мадара, поглаживая бедра племянника, который даже слегка опешил — Я буду тебя хвалить. - Серьёзный тон раздаётся прямо над чужим ухом, заставляя замереть и притихнуть. По затылку младшего пробежала волна мурашек, заставляющих задрожать, а скулы вновь залились ярким румянцем. В такой позе они не смогут заняться сексом. Хотя бы потому что они были полностью одеты. Минет тоже невозможен. Но его ноги так сильно раздвинули, явно к чему-то подготавливая. Не успевший до конца осознать ситуацию Обито ощущает поцелуй под ухом, издавая шумный вздох, потом поцелуй под мочкой. Затем мягкое место кусают, заставляя вздрогнуть и застонать, быстро закусив собственный палец. Мадара вдруг берет парня за правый край выреза футболки и приспускает его оголяя плечо и тем самым открыв для себя новое место для поцелуев. Обито не противится, сидит смирно, а горячие губы почти сразу же ложатся на нежную кожу, оставляя после себя невесомый поцелуй, спустя пару секунд следом опускается второй, но более ощутимый, заставляющий парня вдохнуть полной грудью и шумно выдохнуть, ловя волну мурашек, табуном сбегающих по спине и оставляя после себя мимолетное чувство приятной расслабленности, которое отзывается сильным возбуждением между ног. Следом поцелуй в шею. Несколько поцелуев в шею. Откинувшегося на Мадару племянника буквально зацеловывали, осыпая шею и плечо поцелуями, которые со временем становились лишь более страстными и настойчивыми, вызывая ещё более тяжелые и громкие вздохи вперемешку со стонами. Обито не замечает того, как его собственная дрожащая ладонь спешит разместиться между ног, но её останавливают, схватив за запястье прямо у цели. — Куда? - Строго спрашивает Мадара, наконец отвлекаясь от поцелуев и глянув младшему в лицо. Обито не отвечает, ему стыдно,но терпеть больше не может. — И всё равно.. Я не разрешаю тебе дрочить. - Вновь строго проговорил Мадара, на что младший Учиха аж захныкал от нетерпения и невероятно сильного возбуждения, которое давило со всех сторон, жаром отзываясь не только в штанах, но на ушах, плече, на зацелованной шее и на груди. Мадара отпускает чужую ладонь, которая тут же хватается за край собственной рубашки до того, что аж костяшки пальцев побелели. Вторая рука точно так же сжимала кофту дяди, на ум которого приходит одна блестящая мысль. Ладонь Мадары ложится на колено Обито, доходит до бедра, затем переходит на живот, затем на грудь, при этом как бы случайно задев выпирающий из под одежды сосок и останавливается чуть ниже шеи, вторая рука тем временем достала из тумбы белую ленту, которую как-то раз Обито оставил на столе. — Сложи руки вместе, Обито. - Отдаёт приказ Мадара, а парень смотрит на него мутными от сильного возбуждения глазами и явно не до конца не понимает, зачем это нужно. Мадара выставляет свои руки перед Обито и показывает ему то, как он должен сложить свои: крестом, запястье к запястью, и когда это делают, он обвязывает руки младшего галстуком: сначала одну, потом вторую, затем фиксируя их вместе, надеясь, что завязал не слишком туго. Обито смотрит на свои связанные между собой кисти, удивленно таращится на них, после предприняв попытку разъединить их, сумев развести запястья меньше, чем на 2 сантиметров друг от друга, а дальше просто никак. Они пусть и были связаны несильно, но возможности избавиться от плотных узлов самостоятельно просто не было. Лента была достаточно длинной, чтобы Мадара мог хорошо связать руки и завязать крепкие узлы, развязать которые сможет только он сам. — Это чтобы ты мне не мешал. - Поясняет Мадара, затем поднимает связанные руки и заводит их себе за голову, фиксируя за собственной шеей, заставив детектива повалиться на себя и застыть в таком положении без возможности отстраниться. — А это обязательно? - Непонимающе проговорил парень, глянув на дядю. В таком положении Обито чувствовал себя уж слишком беспомощно. — Всё хорошо. Доверься мне. - Вдруг совершенно бесстыдно выдаёт старший и ровно на этих словах последняя капля рассудка покидает детектива и тот даже шумно, со стоном вздыхает, вновь начав ёрзать на чужих коленях, напоминая о том, что терпеть ну просто невозможно. Мадара понимает, что продолжать сладкие муки столь возбужденного парня будет слишком жестоко по отношению к нему, а значит пора приступить к самому интересному. Большая ладонь накрывает выпирающий из чёрных коротких шорт стояк, заставив Обито подавиться воздухом, начиная мягко и медленно поглаживать движениями вверх-вниз, на что до безумия возбужденный племянник, сам того не осознавая, сладко застонал, совсем тихо, закусив нижнюю губу от удовольствия и прикрыл глаза, предприняв попытку выгнуться в спине, желая толкнуться в чужую руку, однако совершить движение бедрами просто не получилось, поза, в которой он находился просто не позволяла лишний раз шелохнуться не так, как этого хочет Мадара. Особенно, когда его свободная рука обняла за талию, плотнее прижав к себе, а горячий язык прошелся по всё ещё оголённой части плеча, вдоль шеи до самого уха, на что из груди Рампо вырывается громкий откровенный стон, после которого ладонь между ног задвигалась быстрее и настойчивее, заставляя младшего вздрогнуть всем телом и доставляя ему совершенно новую волну наслаждения, из-за прилива которой из его рта наконец полились откровенные пошлые стоны, сопровождённые учащенным дыханием. Он закатывает глаза от удовольствия и вновь пытается выгнуться в спине, но вместо этого лишь сильнее зажимает руками шею Мадары, прижимаясь к нему и даже не осознавая того, что его тело, как и он сам сейчас всецело в руках старшего, а значит, что сейчас и до самого конца только он управляет процессом, только он решает, что делать и как. Возбуждение Обито росло с каждой секундой, а рука между ног будто специально начинает давить на пах сильнее, не на секунду не прекращая ублажать и это сводит парня с ума. Все его самые пошлые, самые грязные фантазии вдруг стали реальностью. Реальностью, которая лишает рассудка и делает очень приятно. До одури приятно. Обито был согласен на то, чтобы кончить просто от этих настойчивых и активных поглаживаний, однако у Мадары были другие планы. Он ловит себя на мысли о том, что ему безумно нравится главенствовать над обездвиженным племянником, нравится его податливость и послушание, нравится играть с ним, нравится ласкать и слушать его откровенные несдержанные стоны, безумно пошлые стоны. В какой-то момент Эдогава зачем-то опускает взгляд, приоткрыв глаза в прищуре и созерцая ужасно пошлую, неприличную картину, от которой в боксерах скапливаются первые капельки влаги: Большая ладонь любимого дяди у него между ног, она гладит, ласкает, надрачивает, делает до безумия приятно, доставляя невероятное удовольствие, разливающиеся по всему телу. А Мадара стонет, протяжно и откровенно стонет от удовольствия, да настолько, что ему самому становится неловко от этого, но он не может контролировать эти ужасно пошлые звуки, вылетающие из его рта. Настолько, что едва его щеки успевают остыть от одной волны смущения, как следом за ним накрывает другая, заставляя залиться краской с новой силой. Настолько, что он чувствует, как под шортами становится ещё горячее, ещё более влажно и тесно, чем было до этого. Чёрные глаза, затуманенные возбуждением, то и дело закатывались от удовольствия, а нижняя губа стала красной и чуть опухла от того, что её постоянно кусали, чтобы хоть как-то заглушить льющиеся изо рта стоны. Заглядывая в лицо Мадары, Обито почему-то жутко тушуется, будто к нему на секунду пришло осознание происходящего. Но всего на секунду, ведь его сразу же целуют, очень настойчиво, очень жадно и страстно целуют, моментально углубляя поцелуй, на который отвечают сразу же, прикрыв глаза. Во время этого сладкого процесса Эдогаву не прекращали ублажать, лишь немного замедлились, чтобы схитрить и забрать чужие губы в плен своих и уже потом - во время пошлых причмокиваний - запустить свою ладонь под резинку шорт проводя ею по пульсирующему от возбуждения члену, который теперь скрывали лишь белоснежные боксеры. Это прикосновение отозвалось в теле Обито так приятно, что он только от него покрылся мурашками, сладко застонав в поцелуй, который глушил все звуки, выходящие из его рта. Спустя ещё несколько секунд, парень пробует отстраниться, чувствуя, как в его лёгких заканчивается кислород, но ему не дают этого сделать, сильнее впившись в губы и прижав к себе. Обито недоволен этим, недоволен тем, что ему не дали сделать вздох, в моменте он даже умудряется нахмуриться, но сведённые между собой брови в миг меняют своё положение, стоит ладони на трусах обхватить член двумя пальцами, пройдясь по всей его длине, а затем надавив на головку, которая уже давно начала выделять предэякулят, оставляя на трусах заметное мокрое пятнышко, которое ощущалось даже через ткань шорт. Мадара чувствовал это и специально старался растянуть удовольствие процессом с надрачиванием обычными поглаживаниями, однако если он хочет доставить Обито еще больший кайф нужно зайти дальше. И это "дальше" прямо сейчас сдавливало большим пальцем безумно чувствительную головку члена, заставляя не просто застонать, а заскулить в поцелуй, сильно зажмурив глаза, на которых от нахлынувшего наслаждения, скопились маленькие капельки слёз, а лицо начало становиться безумно красным то ли от недостатка кислорода, то ли от удовольствия, то ли от смущения. Сказать честно, кислорода в лёгких Обито и правда не осталось, его затыкали поцелуем, не давая вдохнуть, его ласкали, а сейчас перешли к самому настоящему надрачиванию, одним лишь прикосновением лишив всего оставшегося в лёгких кислорода. В моменте он даже ловит волну нахлынувшего кайфа от того, насколько Мадара доминировал над ним и каким властным он был, это подкрепляли и безумно приятные ощущения между ног, которые не прекращались ни на секунду. Но.. Как сообщить Мадаре, что ему нечем дышать? Слова были не нужны. Мадара знал, что младшему нечем дышать, но специально не разрывал поцелуй до последнего. ..Обито с жадностью начинает глотать воздух, едва влажный поцелуй разрывается, оставляя после себя тоненькую ниточку слюны, которая быстро рвётся, оставляя после себя едва ощутимый влажный след на подбородке. Грудь парня судорожно вздымается и опускается, пытаясь восполнить запас растраченного кислорода и он на вряд ли осознаёт, когда каждый его вздох становится прямым продолжением негромких протяжных стонов, а сам Мадара, как только понял, что Обито перестал задыхаться, выдыхает, решая всецело вернуться к процессу мастурбации. Но перед этим, ладонь, до сего момента лежащая на талии, мягко касается чужой щеки, поглаживает, затем большим пальцем проходится по подбородку и нижней губе, чуть оттягивая её и ощущая легкий укус за палец, а затем ловя на себе безумно хитрый взгляд лисьих глазок. Мадара вскидывает брови, наблюдая за тем, как его палец сильнее кусают. — Мне больно, Обито. - Конечно он соврал. Соврал, чтобы посмотреть, что будет делать племянник. А тот облизывает укушенное место и берет палец в рот, слегка посасывая, а Мадара невольно вспоминается один из их вечеров, когда этот хитрющий чертёнок доставлял ему удовольствие своим ртом. Обито и не думает выпускать изо рта палец, как вдруг ладонь под шортами очень сильно надавливает на член, заставив пискнуть и жалобно простонать, сильнее раздвигая ноги и чуть скатываясь с чужих колен. Мадара позволяет это сделать, склонившись вслед за сползающим вниз Обито Игривость Обито быстро сменяется нарастающим возбуждением, стоит старшему вернуться к активным ласкам и вновь взяв ситуацию под свой контроль. —Б..быстрее.. - Томно просит младший, на что Мадара начинает дрочить активнее, вызывая новую волну откровенных, пошлых и громких стонов, слетающих с губ друг за другом без передышки, заполняя собой всё пространство комнаты. Минут через пять Мадара понял что если он не остановится ближайшие минуты, то тогда весь этот приторно-сладкий процесс завершится, но Мадаре уж очень хочется, чтобы он длился как можно дольше. Он вновь замедляется, на что Обито наконец по-настоящему выгибается в спине и делает несчастное лицо, захныкав от недовольства. — Неет, я хочу ещё! - Он жмурится, закусывает губу и вновь просит. А каким сладким голосом просит. Мадара прикладывает огромное усилие, чтобы не пойти у него на поводу и сохранить свою железную стойкость. — Мадарааа~ - Со стоном тянет Обито. Парень мнётся, кусает опухшую нижнюю губу и слегка тушуется, постанывая от того, что его всё еще ласкали между ног, пусть и не так сильно и быстро, как ему хотелось бы. —Ты.. Ты плохо работаешь, Мадара. Я не стал бы вас за это хвалить. - Наконец набравши воздуха в лёгкие , откровенно выдаёт Обито, заставляя старшего приподнять брови, а сам он растягивает уголки губ в самодовольно-пошловато-хитрой улыбке. Мадара не может такое простить. Его буквально ударили под дых одной фразой. Нет, двумя. — Ты, кажется, забыл, в каком беззащитном и уязвимом положении находишься, Обито. -Мадара прищурил глаза, лишь слегка улыбнувшись уголками губ. —мм.. забыл, напомнишь? - Сладко простонал Обито, слегка выгибаясь в спине, будто пытаясь соблазнить на дальнейшее "продолжение банкета", в то время как его уста озаряет по-настоящему похотливая улыбка, ведь даже будучи в крайне возбуждённом состоянии он все ещё не оставлял попыток заигрывать с дядей. Играть с терпением Мадары сейчас так будоражило изнутри и, что скрывать, возбуждало. Мадара в следующий момент полностью прекращает ласку между ног, от чего Рампо недовольно пыжится, но тем не менее охает, когда его берут за талию и с лёгкостью возвращают в прежнее прижатое к телу положение, будто он ничего не весил и был лёгким, как пушинка. Старший многозначительно хмыкает, будто придумав наказание. Уже в следующие секунды настойчивый поцелуй приходится куда-то в район шеи Обито, заставляя того покрыться волной мурашек, вызывавших дрожь во всём теле, затем целует за ушком, прямо под мочкой, а тот быстро схватывает и специально подставляет шею, открывая больший простор для прикосновений чужих губ и откровенно стонет на каждое из них. Однако он не ожидает того, что руки, застывшие на его талии, прямо сейчас заберутся под футболку, заходив по коже и заставив задрожать, удивленно охнув и шумно вдохнув через нос. Обито не дают опомнится и сразу же кусают за мочку, сжимая её зубами, получая в ответ жалобный стон, после которого сильно жмурятся, ведь если от укуса в самом начале ещё было приятно, то потом уже стало больно и, едва заслышав чужое хныкание, Мадара, чьи ладони задержались на животе, начинает мягко поглаживать ими всё тело: бока, живот, грудь, даже бедра, вдруг опустившись на них, настойчиво сжав, заставляя лишь шумно вздыхать, будто младший обиделся и теперь старался сдерживать стоны, наверняка думая, что он не сорвется просто от того, что его будут гладить, но.. Он ошибался. Удивленный стон прорывается сквозь плотно сжатые губы ровно в тот момент, когда руки Мадары, гуляющие по бедрам, вдруг огладили их по кругу, начиная между ног и завершая движения на ягодицах, чтобы сжать которые Мадара залез под шорты со спины, заставляя Обито вытаращить глаза и протяжно застонать от столь властных действий, заливаясь краской и стыдливо опуская лицо. Он только сейчас ощущает то, как ноют его руки, как они затекли, связанные между собой и заведенные за шею старшего. Может в самом начале он мог приложить усилие, мог прижаться к старшему и, подтянувшись вверх, протянул бы руки над чужой головой, выходя из хватки победителем, однако сейчас он уже на вряд ли сможет так напрячься, ведь столько сил уже не было и что-то внутри подсказывает, что скоро он вновь потеряет контроль над своим телом. Видя, как Обито растерялся, Мадара едва заметно улыбается сам себе: его трюк сработал ровно так, как было нужно, остаётся лишь продолжить, не дав опомнится. И он не даёт, быстро возвращая ладони под футболку, тело под которыми начинает мелко дрожать, а затем поднимаясь к груди, проводя по ней так, чтобы пропускать затвердевшие от возбуждения бусинки сосков через каждый из пяти пальцев. Обито откидывается на плечо старшего, застонав сквозь плотно сжатые губы и прикрывая глаза. Пусть он и не мог толкнуться в ладонь во время надрачивания, зато мог напрячься и выставить грудь вперед, прося ещё большей ласки. И Мадара даёт её. Даёт, сильно сжав соски между пальцев, заставляя жалобно и откровенно застонать в голос, после вновь захныкав, будто ему стало больно. Однако даже если больно и было, то в следующую секунду эта боль сменилась чем-то приятным, с сосками-бусинками начали обращаться бережнее, отпустив и начав сначала теребить их, потом аккуратно сжимать и оттягивать, скручивая между большим и указательным пальцами, но уже делая это гораздо-гораздо мягче и нежнее, чем во время первого прикосновения, заставляя впервые за долгое время вновь заёрзать на коленях и закусывать губу в попытке сдержать полившиеся изо рта стоны. Обито просто не мог усидеть на месте. Ему было так приятно, что от этих прикосновений он хотел убежать и спрятаться, но вместо этого его тело уже бессознательно жалось к Мадаре сзади себя, а грудь часто вздымалась и опускалась, пока младший учащенно дышал, то и дело срываясь на откровенно-пошлые стоны. К ласкам груди скоро прибавляются поцелуи в шею, крайне настойчивые и собственнические, кажется, что нежную кожу на шее даже несколько раз укусили. И ровно один раз оставили засос, в ответ на который отозвались ярким протяжным стоном во весь голос. До Обито очень не скоро дойдёт то, что засос оставили на видном месте и чтобы его скрыть обычного воротника рубашки не хватит. Но Мадара подумал об этом заранее и это тоже был один из способов смутить бесстыдного парнишу Когда соски через некоторое время начали пульсировать и даже немного опухли от настойчивых ласк, их наконец выпускают из рук, начиная одаривать лаской разгорячённое тело, при этом не прекращая целовать шею которую всё ещё подставляли под поцелуи, расслабленно откидываясь на плечо, наслаждаясь приятной истомой, которая разошлась по телу. Если бы губы Мадары оставляли после себя следы, то на шее Обито уже не было бы ни одного нетронутого места. По крайней мере с правой стороны уж точно. К слову об этом. Придерживая младшего за бока, Мадара меняет положение и его голова теперь находится слева от Обито. Парень понимает, зачем это было нужно лишь тогда, когда ощущает поцелуй на шее со стороны, которую ещё не целовали и именно в тот момент он осознает, насколько заласкан и зацелован был до этого момента, привыкнув к ощущениям. Сейчас же, еще не получивший ласку участок тела, остро на неё откликался и сам Мадара видел то, как от прикосновения его губ вздрагивали и покрывались мурашками, краснея от особенно близких к уху поцелуев. Ладони Мадара всё ещё гуляли по телу и не на секунду не останавливались, в то время, как сам он всецело растворился в процессе ласки и даже прикрыл глаза, где-то на подсознательном уровне сжимая кожу в некоторых местах, проходясь по ней кончиками пальцев и активно поглаживая. Одурманенный таким количеством нежности, Обито едва ли не теряет рассудок, ведь эти лёгкие и гуляющие прикосновения отзывались в теле настолько приятно, что по нему нескончаемо бегали табуны мурашек, буквально сводя с ума. Но даже так возбуждение никуда не ушло, терпеть такое было просто физически невыносимо. До того, что хотелось рыдать и просить, нет, умолять Мадару разместить свою ладонь между ног и совершить хоть малейшее движение. Он чувствует, как объятия стали крепче, как ладони обвили его талию. —Нравиться? —Нет..-Обито шумно выдохнул, поерзав на коленях старшего. —Уверен? Я не прикоснусь к тебе,пока не скажешь правду.- Отчеканил Мадара полностью убирая руки с тела Обито.-Малыш, расскажи мне, где находится потолок твоей упрямости? - Вдруг интересуется Мадара, добивая мягким тоном и ласковым прозвищем, приближаясь к лицу младшего. — Или мне найти его самостоятельно? — ...Мадараа- Смущенно начинает Рампо, но его прерывают поцелуем в щёку, потом спускаются ниже, целуя в подбородок и всё это ощущалось так странно, в особенности на шее, в особенности в месте под ухом, добравшись до которого дорожкой из влажных поцелуев, наконец остановились, проводя по коже кончиком языка, заходя на мочку уха и слегка задерживаясь за ней, вызывая нескончаемую мелкую дрожь по всему телу и попытки увильнуть от прикосновений, слишком явно говорящие о том, насколько чувствительным было место, которому сейчас с особой нежностью уделяли внимание. Чуть позже кожу несильно, но ощутимо кусают, получая в ответ тихий стон, затем начинают водить по ней кончиком носа, и эти касания ощущались так приятно, что парень волей-неволей расслабляется, и Мадара привёл к этому намеренно, чтобы сразу после, воспользовавшись моментом, плотно прижаться к коже губами, начиная быстро и безостановочно зацеловывать столь нежное и чувствительное место, осыпая его волнами быстрых, невесомых чмоков. — Мадара! - Срывается на крик Обито, поддавшись в противоположную от мужчины сторону, за раз ощутив сразу всё: начиная от того, как по его телу начинали безостановочно бегать табуны мурашек, заканчивая тем, как до безумия приятные в первые мгновения поцелуи начинают отзываться крайне щекотливо и это ощущение расходится по всему телу, заставляя съёжиться. Однако щадить и отпускать его никто не собирается. Через несколько секунд наконец сжалившись и перестав целовать, Мадара отстраняется, выпрямляясь и заглядывая в лицо парня, ощущая, как сердце сдавливает странное щемящее чувство, после которого он ловит себя на навязчивой мысли о том, что до безумия любит Обито. Любит от и до. Дав младшему буквально несколько секунд, чтобы отдышаться, Мадара решает мягко прощупать рёбра у себя под пальцами, едва надавливая на кожу, на что получает сдавленный писк и вызывает волну напряжения в чужом теле. — Ааайй-яй!! ладно! Мне нравится.. Довольны? - Стыдливо бурчит тот, едва шевеля губами и отворачиваясь в сторону. — Молодец. - Внезапная и краткая похвала, сразу следом за которой идёт поцелуй в затылок, лишь сильнее разжигает внутри и без того сильное возбуждение, а Мадара наконец перестаёт обнимать, одной освободившийся рукой проведя по угольным волосам. Обито хоть и приятны все эти действия, ему нравится то, что старший бывает иногда так заботлив, но это не помогало избавиться от возбуждения, которое приносило уже физическую боль, заставляющую хныкать и начать ёрзать на коленях, насколько позволяла поза. — Мадара.. Коснись меня, прошу.. - Шепотом быстро проговаривает Обито, жмурясь от нетерпения — Пожалуйста. — Кажется, ты не так давно обмолвился, что я плохо тебя ублажаю и даже не достоин похвалы за это. - Сухо проговорил Мадара, наблюдая за реакцией. — А сейчас просишь коснуться? Обито поддал губы и закрыл глаза. —я пошутил, честно. - Хнычет тот, изнемогая от нетерпения. Мадара располагает ладони на бедрах младшего, погладив их до колен и уже скоро кладет одну из рук между ног, запуская её под штаны и удивленно вскидывает брови, в полной мере ощущая то, насколько увеличилось изначально маленькое мокрое пятнышко на белоснежных трусах. — Неужели было настолько приятно? - В привычно спокойной манере спрашивает тот, выделив заветное "настолько", заставляя Обито густо раскраснеться и вновь отвернуться. Ему почти сразу же выдыхают в ухо, опаляя его горячим дыханием и заставляя задрожать всем телом. — Ответь, Обито. - Тихо попросил Мадара, всё ещё не приступив к делу. — Мадар, иди в зад- Обито понял что ему снова придется не язвить ,а говорить прямо и при чем правду. Мадара знал, что младшему нелегко признаваться в своих слабостях и специально давил на это. А самое худшее то, что у Обито не было другого выхода. Он шумно вдохнул и выдохнул — Да.. Мне было приятно.. - Выдал Обито сильно зажмурив глаза. Он признаётся с трудом, буквально вытягивает из себя слова, говорить о своих слабостях было невероятно тяжело, но ощутить ладонь на члене хотелось до безумия. Настолько, что ещё пять секунд бездействия и Обито начнёт изнемогать от нетерпения и желания кончить. — Молодец. - Мадару такой ответ устроил и он наконец накрывает чужой пах ладонью, возвращаясь к активному надрачиванию. У Обито голову сносит от того, что ему наконец-то снова мастурбируют. Он протяжно и громко стонет, сильно сжав шею старшего и полностью растворяясь в таких желанных нахлынувших на него ощущениях, сильнее раздвигая и без того широко расставленные ноги. Он неосознанно заскулил посреди процесса, явно озвучив свои пошлые мысли, в этот раз совершенно не стесняясь их. Одурманенный лаской, парень теряет связь с реальностью, растворяясь в до дрожи приятных ощущениях и желая получить больше. Ещё больше. Ещё сильнее. И быстрее. Он, кажется, сказал об этом Мадаре, сам того не поняв, ведь в какой-то момент надрачивание стало ещё более быстрым и настойчивым, как и стоны Обито, вновь заполнившие собой всё пространство в комнате. Ладонь в штанах наглаживала возбужденную плоть, проходилась по всей длине, а особенно приятно было, когда она обхватывала член и надрачивала, наращивая темп каждые несколько секун. Видя, что наслаждение Обито растёт с каждой секундой, да настолько, что от него он начинает впадать в истому, закатывая глаза, а стоны слетающие с приоткрытых губ становятся крайне откровенными, Мадара снова замедляется, не желая того, чтобы младший кончил. Не сейчас. Не в ближайшие несколько минут точно. Младший таким раскладом недоволен. Он хнычет, хныче, чуть ли не плача от того, что ему снова не дали дойти до пика, остановившись, чуть-чуть не доведя до состояния, когда он наконец почувствовал бы, что кончит в ближайшие секунды, в до безумия приятном бреду начав звать Мадару. — Ещё не время. - Тихо проговаривает старший Учиха, медленно убирая ладонь из под штанов под пристальным взглядом черных глаз и под нетерпеливое пыхтение. — Ты надо мной издеваешься..- На выдохе шепчет Обито, ёрзая на коленях, а затем судорожно выдыхая, едва ощутив прикосновение чужих рук у себя под футболкой. Они легко и очень нежно гладят кожу, проходясь по ней всей поверхностью ладони, особенно задерживаясь на худом животе, который то и дело втягивали в себя, шумно выдыхая через нос и вздрагивая, ощущая, как кончики пальцев залезают под край боксеров, очерчивая низ живота и как на зло не заходя дальше. — Обито - Мягко зовёт Мадара изнемогающего от возбуждения племянника, тело которого мелко дрожит, а грудь очень напряженно вздымается и опускается. Взгляд обращается к лицу слева от себя, а затем Обито, поняв, что Мадара ждёт чего-то ещё, уже поворачивает голову к старшему, который, чуть помедлив, отрывисто целует в губы, будто бы проверяя реакцию, которая не заставляет себя долго ждать и Обито сам тянется за продолжением поцелуя, чуть приоткрывая рот и позволяя губам напротив накрыть свои, почти сразу впуская чужой язык себе в рот. Да, целоваться в такой позе не очень удобно. А если сказать честно, то неудобно от слова совсем, но Обито до безумия любил поцелуи с Мадарой, они ощущались так приторно-сладко, что от этой сладости хотелось словить передоз и ему отнюдь не важно, удобно целоваться или нет, если выпадет шанс коснуться любимых губ своими - он сделает это без лишних раздумий. С жадностью сминая чужие губы, Обито прикрывает глаза, растворяясь в наслаждении моментом, словно сахар в горячем-горячем чае. Впитывая в себя ласку, которую дарили руки под футболкой, словно губка. Ладони так нежно ходили по коже, охватывая каждый её сантиметр, каждый из которых знали наизусть, но от этого не переставали относится к ней бережно и осторожно, словно к чему-то крайне хрупкому и невероятно ценному. Обито так нравилось это. И каждый раз сводило его с ума. Мадара совершенно бесстыдно продолжал хозяйничать своим языком во рту младшего, затыкая его настойчивым поцелуем, но вскоре мягко разрывая его, но отнюдь не до конца, а лишь для того, чтобы не начать задыхаться от недостатка кислорода. Отрываться от любимых губ совсем не хотелось, поэтому пришлось слегка усмирить свой пыл и остановиться на отрывистых, но не менее страстных и чувственных поцелуях, приоткрывая глаза и заглядывая в чёрные глаза напротив, полные любви, возбуждения и желания. Взгляд Обито сводил с ума. В особенности, когда в нем проскакивала искорка хитрости и лисий прищур становился едва различимым, настолько, что издалека могло показаться, что детектив закрыл глаза, но на деле всему виной его длинные ресницы. Обито даже думать забыл про безумно затёкшие руки, которые прямо сейчас, собрав последние силы, впились в кофту склонившегося ради поцелуя Мадары, словно притягивая его к себе как можно ближе, хотя казалось бы, что ближе просто некуда. Обито отворачивается сразу же, как только приторно-сладкий поцелуй разрывается, оставив влагу на припухших губах, благодаря которой они красиво блестят на свету. А особенно хорошо это было видно в тот момент, когда он откинулся на плечо Мадары тяжело дыша сквозь приоткрытые уста и тихо постанывая от ласки груди. Мадара облизывает свои губы, сразу после желая прильнуть к шее младшего, но тот прячет её, вжимая в себя и подавшись в противоположную сторону. Мадара провёл носом по шее,на что Обито вернул продлен положение позволяя настойчиво целовать шею, в ответ на что Обито громко стонет, выгибаясь с спине и вновь ощущая, как с его сосками начали играть, теребя их, но потом почему-то останавливаясь, хмыкая в шею, на которой красовался красный след от оставленного засоса. Обито порезал на коленях старшего, вжимаясь в него и.. Что-то начинает тянуть внизу живота, говоря о том, что даже железная выдержка может дать трещину, если сильно постараться. И Обито очень старался своими откровенными стонами и елозанием на коленях. В плену у очень приятной ласки младший не сразу замечает того, что что-то не так. Осознание приходит тогда, когда его обнимают за талию, сильно прижимая к себе и оставляя настойчивый влажный поцелуй за ухом. — Ты молодец, Обито. - Томно выдаёт Мадара, опаляя чужую ушную раковину горячим дыханием, в это время одной рукой перестав обнимать и спускаясь ей вниз по талии, останавливаясь внизу живота на несколько секунд, замечая то, как тело младшего мелко дрожало, наверняка изнемогая от возбуждения, которое уже перешло за все допустимые рамки. — Ты мой молодец. - После этой фразы, сказанной на ухо, ладонь, до этого задержавшиеся в районе живота, спускается ниже и ныряет под белоснежные боксеры Обито без лишних раздумий и какого-либо смущения, после проходясь по его возбужденной плоти ладонью и наконец обхватив ей подрагивающий от возбуждения член. Обито по-настоящему давится воздухом. На долю секунды ему кажется, что он задыхается и просто не может вдохнуть. Сердце вдруг застучало так быстро, что он просто не мог выровнять дыхание. Рука начинает двигаться медленно, всей пятернёй обхватив возбужденную плоть и наконец начиная дрочить в прямом смысле этого слова. Обито начинает тихо стонать от малейшего движения ладони, которая прямо сейчас опустилась вниз по стволу и начала подниматься до самой головки, из которой очень обильно выделялся предэякулят. Неловкость наконец отошла на самый дальний план. На сей раз Мадара не остановится, не перестанет ласкать, едва доведя до пика. В этот раз он подарит Обито разрядку. В этот раз будет приятно. До потери всех здравых смыслов. Темп надрачивания возрос незаметно, как и удовольствие, которое наваливалось на младшего волнами, обдавая им всё тело. А то, как он застонал, когда Мадара вдруг быстро задвигал ладонью.. Как же громко и откровенно он застонал, и казалось, что громче просто невозможно, но нет.. Возможно. Едва поднявшись вверх по стволу, мужчина надавливает на головку члена большим пальцем и в ответ на это из горла Обито вырывается такой громкий стон, что кажется, будто он вот-вот сорвёт голос, затем второй точно такой же, безумно пошлый и полный нескрываемого наслаждения. — Молодец, мой малыш.. - Шепчет Мадара, ощущая собственное возбуждение ещё сильнее, чем до этого. Но он должен подарить Обито разрядку. Возбуждение парня растёт ежесекундно, а такая желанная похвала лишь подкрепляет безумие, к которому Мадара его подводил. Сжимая головку члена, старший впивается губами в шею, оставляя на ней несколько влажных поцелуев, пройдясь по разгорячённой коже языком и выводя им дорожку вплоть до мочки уха, которую тоже облизывают и берут в рот, посасывая так, будто это самый настоящий безумно сладкий леденец. Обито закатывает глаза и уже не слышит собственных стонов, но знает, что они бесконечным потоком льются из его рта. Такие громкие, безумно пошлые, откровенные и очень-очень сладкие, ласкающие слух Мадары и заставляющие его собственное возбуждение расти ежесекундно. Сердце в груди Обито начинает стучать невероятно быстро, гулкими ударами отзываясь в ушах и висках. Ладонь на члене вновь приходит в движение, снова наращивая темп и на сей раз до очень быстрого надрачивания, не забывая надавливать на головку и массироаать её, доставляя невероятное наслаждение. Он клянется, что всё то, что он испытал до этого, стоит того, чтобы Мадара так откровенно дрочил ему, чтобы именно так довел его до пика наслаждения. Лицо Обито безумно красное, на лбу скопились капельки пота, дыхание потяжелело, грудь едва успевает вздыматься и опускаться, восполняя запас кислорода, который уходил в гораздо большем количестве, чем его получали. Стоны младшего становятся безумно громкими, настолько, что у него садится голос, а удовольствие накрывает со всех сторон, даря долгожданное ощущение того, как узел внизу живота начинает развязываться. С каждым новым движением руки становилось всё приятнее и это удовольствие разливается по всему телу, заставляя толкаться на встречу ласкающей его ладони. Едва заметив, что член Обито начинает твердеть, наливается кровью и увеличивается, Мадара понимает, что вот-вот наступит разрядка, ради которой он так старался. Ради которой он столько держался, но под конец всё-таки сорвался, не удержав своих собственных желаний в узде. Выпрямившись и слегка ослабив хватку объятий руки на талии, Мадара позволяет Обито чуть сползти с колен и повиснуть на собственной шее, начиная дрочить ещё более быстро и напористо. Чувствуя приближающуюся разрядку, парнишка решает добить себя и впервые за всё время опускает взгляд, своими собственными глазами наблюдая за тем, как большая ладонь, обхватившая его член, очень быстро надрачивала, проходясь по всей длине ствола, и заметив то, что Обито наблюдает за процессом, Мадара чуть замедляется, чтобы сжать член в руке и пройтись так до самой его головки, которая обильно текла, заставляя Обито закатить глаза и прикусить собственную губу от того, насколько было приятно. Мужчина возвращается к быстрому надрачиванию, выбивая из груди уже привычные громкие стоны, от которых его собственный возбужденный орган слегка подрагивал, сообщая о нетерпении и отчаянно требуя внимания, в то время как младший Учиха, утопая в удовольствии, которое он получал, полностью расслабил тело, отдавшись в плен ласкающей его руки. Через считанные секунды удовольствие достигает своего пика и Обито обильно кончает под собственный громкий стон, запачкав спермой чужую ладонь и сильно выгибаясь в спине, сразу же начиная бесконтрольно дрожать, впав в приятную истому, которая разлилась по всему телу. И даже не смотря на это приятные ощущения между ног не прекратились. Мадара ещё какое-то время надрачивает ему, желая продлить наслаждение, доводя до того, что у того аж колени задрожали от охватившего его тело оргазма. Обито бессильно виснет на его шее, закатывая глаза в ощущении того, как удовольствие в огромном количестве разлилось по его телу, которое, едва приятная дрожь начинает сходить на нет, почему-то становится ватным и полностью лишенным сил. Пока Обито отходит от полученного кайфа, ладонь Мадары уходит у него из под боксеров, и парень на какое-то время вообще лишается всяких касаний к себе. Ощущение того, что его нагло бросили, подарив разрядку, не успевает прийти в сознание и задержаться в нём дольше, чем на три секунды, ведь его в это же мгновение берут за талию и усаживают вплотную к своему телу, возвращая в уже привычное положение и прижимая к себе одной рукой. Второй же помогая убрать руки из-за своей шеи, после придерживая их своими двумя, видя, что они просто дрожат и наверняка безумно затекли. Мадара аккуратно кладет связанные между собой ладони на теперь уже практически полностью сведенные между собой бедра племянника и начинает растирать их, от плеч до самых запястий, разгоняя кровь. Через несколько секунд пальцы на ладонях младшего подрагивают и сжимаются в кулак, сразу после разжимаясь и повторяя эту процедуру несколько раз. Младший, к которому медленно возвращалось сознание, был безумно тронут всем тем, что происходило сейчас. Он физически чувствует возбуждение старшего, понимая, что оно довольно сильное и наверняка доставляет дискомфорт, но тем не менее, всё его внимание уделяется приходящему в себя парню и вся забота тоже отдаётся ему. Хотя сейчас ничего не мешает Мадаре нагнуть его на своем собственном столе или кровати, да хоть на полу, и просто доставить себе удовольствие. Обито, наконец вытягивая перед собой свои все ещё связанные руки, наконец начиная их ощущать. Мадара в это время, видя, что парень и правда стало лучше, вновь обнимает его. Сначала двумя руками, затем оставляет на талии лишь одну, другая же проходится по угольной макушке. — Потянешь второй раунд? - Томно проговорил Мадара прямо на ухо Обито, прищуром черных глаз заглядывая ему в лицо. — Хм.. - Многозначительно хмыкает уже пришедший в себя парнь, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не натянуть на лицо хитрющую улыбку — Ты знаешь.. Я так устал.. - Он вздыхает и на мгновение состраивает несчастное лицо, ощущая волну напряжения в теле, на коленях которого сидел. — ..Но.. Если ты хорошо попросишь.. Боюсь, что я не смогу тебе отказать.. - Игриво мурчит Обито, кинув уже нескрываемый лисий прищур в сторону лица рядом с собой, наблюдая, как в глазах напротив мелькает хищная искорка страсти и желания.