Твои глаза

      Это было придумано кампанией для привлечения внимания. Просто маркетинговый ход, чтобы подогреть публику перед новыми камбеками и шоу. Это было просто работой и обязанностью, поэтому всем было плевать. Чану просто нужно было играть счастливого, успешного человека, который отыскал свою родственную душу. Всем было плевать, что настоящий истинный умер ещё пять лет назад, и сколько бы не был хорош Минхо, Чану больно играть весь этот спектакль. Плевать. Только Минхо после наигранных улыбочек и заранее прописанных реплик смотрел на Чана с сожалением и толикой вины, хотя от него тоже мало что зависело в этом деле.       В глубине души Хо надеялся, что однажды он, заглянув в глаза лидера, увидит цвет в радужках без линз. Хо любил, хоть и понимал, что любовь эта либо не проживёт долго, либо погубит молодое сердце, но продолжал любить. И молчать, лишь бы ещё больше не досаждать Чану.

      » — Завтра у нас шоу, ты же помнишь?

      — Конечно.»

      И на сердце образовывается осадок. Ещё пару слоёв в добавок к уже имеющимся. Оба боялись друг другу слишком надоесть этими представлениями. Портить личные отношения из-за решения, от них независящего, было бы очень глупо, особенно оглядываясь на пройденный уже этап притирки. Но временами накапливающиеся напряжение и боль давали о себе знать грубыми ответами и резкими взглядами. Иногда между ними действительно летали молнии и колкости, ранящие ещё больше.

» — Ты какой-то грустный.

— Не нравлюсь, не смотри.»

» — Займись своими делами.

— Не указывай, ты мне никто.»

» — Я устал от тебя.

— Ты надоел не меньше.»

***

             Очередное ток-шоу, нацеленное на то, чтобы взорвать рейтинги и измотанные нервы парней. Снова вопросы, снова заученные фразы и отрепетированные прикосновения и взгляды. Никакой самодеятельности, но что-то идёт не по плану.       — Мистер Бан, что обычно может успокоить вас после напряжённого дня?       — У меня есть множество способов отвлечься и расслабиться, перечислять все будет очень долго, но самое важное для меня это Минхо рядом, — слова отскакивают от зубов сами, не приходится даже задумываться.       Чан смотрит на Ли. Тот застенчиво улыбнулся в камеру, но улыбка ушла сразу, как только фокус снова перешёл на ведущего. Ли прекрасно понимает, что всё не так на самом деле. Чан обычно уединяется в своей комнате с музыкой в наушниках или болтает с Феликсом на английском. Хо никогда не понимал, о чём они говорят, но было очевидно, что чём-то сокровенном, именно Феликс был в курсе мыслей непробиваемого лидера, был ему необходимой поддержкой и хранил все секреты. Но Минхо и не пытался что-то разузнать, понимал, что вторгаться на личную территорию Чана не имеет права, а навязываться ради собственного любопытства слишком низко и бестактно.       А у Чана что-то гулко треснуло внутри при виде этой перемены на лице парня. То как он отрывисто убрал тёмную прядку за ухо и сжал руки в кулаки; то как заиграли желваки на лице, и как тяжело поднялись плечи при вздохе. Всё это прямо сейчас било с удвоенной силой. Несмотря на всё происходящее, Минхо был очень важен Чану. Были важны минуты проведённые вместе без камер, лишь наедине, хриплое приветствие по утрам и тёплые шутки на протяжении дня. Всё то искреннее, что рождалось само, не было вымученно и прописано кем-то другим, было неотъемлемой частью жизни Бан Кристофера Чана. Минхо был частью его жизни.       — Что в ваших планах на ближайшее время?       Сейчас надо бы пообещать новых невероятных идей и упорных тренировок, намекнуть на возможные коллаборации, и встречи со Stay, но в голове Чана совсем не это.       — Я бы хотел провести время со своими самыми близкими людьми, — мужчина искренне улыбается и смотрит на Ли, который не ожидал изменений и теперь вопросительно смотрел то на Чана, то на стафф. — В нашей работе очень много тяжёлых моментов, беспрерывное напряжение. Но люди, которые находятся рядом с нами помогают оставаться на плаву. Я очень хочу выразить свою благодарность этим людям, максимально дать почувствовать мою любовь и готовность быть опорой для моих близких, — Чан говорит размеренно, не отводя взгляда от Минхо так, будто всё сказанное напрямую адресовано ему. И Хо смотрит в ответ и улыбается уже искренне. Зелёные линзы поблёскивают в свете софитов, от накапливающейся влаги, но Ли не хочет отворачиваться. Сейчас он пытается взглядом передать Чану максимум тепла, сказать «Я рядом, и я тоже тебе благодарен». — Ну, и конечно работа над новыми проектами, мы будем развиваться в новых направлениях и с новыми людьми, очень много тренироваться и изучать что-то новое и интересное. В общем, Stay точно не заскучают, — опомнившись смеётся Кристофер, даже не обращая внимания на стафф за кадром, который не очень легко воспринял несогласованный ответ лидера.       Оставшееся шоу прошло спокойно, если не считать ещё парочку своевольностей парней и подпалённые нервы стаффа. Потом оба, конечно, получат по шапке, но сейчас это не волновало. По правде говоря, не волновало и тогда, когда они вдвоём сидели за столом руководства и пропускали мимо ушей претензии и новые распоряжения. Все угрозы тоже остались без внимания, хотя бы потому что ничего экстраординарного не случилось, а рейтинги снова стремительно возрастали, сообщая об успехе.       — Давай прогуляемся? — внезапно предложил Чан, пока они шли по коридору к выходу из офисного здания.       — А машина?       — Договорюсь, чтобы нас не ждали.       И Минхо идёт вслед за мужчиной, терпеливо ждёт в стороне, пока тот разговаривает с менеджером, прокручивая в голове сказанное за сегодня. На уме не было никаких догадок, почему вдруг прагматичный Чан начал вести себя несколько спонтанно и непредсказуемо, но Ли решил не мешать. Слепо пойти за лидером было наиболее привлекательным планом под названием «Никаких планов».       Они гуляли вместе до самой ночи, не обращая внимание на время. Оно протекало незаметно в компании друг друга.       — Я сегодня понял, что ты занимаешь гораздо большую часть моей души, нежели я думал раньше, — Крис говорил тихо, так чтобы не слишком тревожить мягкую ночную тишину.       — Мы с тобой действительно очень близки, — Минхо тепло улыбнулся, смотря под ноги.       — Мне стыдно за все грубости, которые я позволяю себе с тобой. Ты не заслужил такого, — Чан останавливается на месте, вынуждая Минхо сделать то же самое.       — Мы оба не заслужили всего этого, — видеть в глазах Чана чистое сожаление было тяжело, он извинялся не за свои грехи. И при этом хотелось и самому бесконечно просить прощения за чужую боль.       — Я не хочу терпеть тебя.       — А ты терпишь?       — Нет, — Чан отвечает уверенно, не задумываясь. Он не может терпеть Минхо. Он… А что он? Чан бесконечно благодарен ему и очень сильно привязан. Внутри по отношению к Минхо только искренние тёплые чувства.       Чувства?       — Ты не представляешь насколько меня бесят эти чёртовы линзы, — после недолгого молчания начал Хо. — Каждый раз, когда я смотрю тебе в глаза, я бы хотел видеть твой цвет, а не этот голубой пластик. Я бы хотел, чтобы не приходилось ничего изображать, — Минхо смотрит прямо в глаза мужчины. На языке вертится признание, которое ни в коем случае нельзя выпустить наружу. — Ты любишь меня, — даже не вопрос, прямое утверждение, бьющее Минхо под дых. Он молча разворачивается и медленно идёт вперёд. А Чан пытается принять свой собственный невысказанный ответ.       «Я тебя, кажется, тоже».       Он тоже молча идёт за Минхо.       Уже дома, зайдя в ванную комнату, Чан устало опустился на бортик ванной, буравя взглядом своя отражение. Что-то в нём не так, но Крис не может понять что именно. Наверное, усталость этого дня отразилась на чертах, а может, новые мысли и чувства изменили восприятие, нужно просто умыться и лечь спать.       Включив воду в раковине, он снова поднял глаза к зеркалу. Теперь, когда собственное отражение было ближе, внимание привлекли линзы. Это с ними что-то не так. Чан быстро помыл руки и нерешительно потянулся к лицу. Одно мгновение и голубые линзы теперь в специальном контейнере, они не перекрывают больше натуральный цвет. Чан неверяще смотрел в зеркало, словно впервые увидел увидел себя. Нет, ему не показалось. Его серые бесцветные глаза теперь голубые. Он быстро умылся и, влетев в комнату начал судорожно искать в одеяле брошенный телефон, который в следующую секунду залился громким рингтоном, высвечивая на экране фотографию Минхо.       — Чанни?       — Я люблю тебя.