Такие разные, такие похожие

      Брейкдаун снова увидел разведчика примерно через неделю. Он и Нокаут приехали на стройплощадку, чтобы тихо свистнуть особо крупную дрель, которая, как утверждал Шоквейв, ему нужна. К огорчению Нокаута и радости Брейки, Балкхед и Би прибыли вскоре после кражи, чтобы остановить их. Когда два автобота атаковали их, Брейк наклонился к Нокауту.       — Как думаешь, мы сможем сменить танцевальных партнёров, на этот раз?       Нокаут задумался, потом пожал плечами, небрежно размахивая своим копьём.        — Конечно, почему бы и нет? Но… если он нанесет мне серьезный ущерб… я буду целую неделю пилить тебя. Будешь мою машину всю неделю мыть.       Бывший разрушитель улыбнулся ему, как раз перед тем, как они напали на ботов. Брейкдаун побежал на Би размахивая своей мощной кувалдой, разведчик стоял на месте. Но стоило десу подойти ещё ближе, как в руках бота появились клинки. Они, с вражеским разведчиком, уже поднялись куда выше и подальше, от своих напарников. Пару раз обменявшись ударами, Брейк задался вопросом о состоянии Рафа, от чего подавился. С чего бы ему, десептикону, беспокоится о белковых? От этого размышления он даже пропустил удар с ноги в лицо. Его беспокоило то, что он не смог выкинуть ребенка и Бишку из своей головы. Это было неправильно, поэтому он решил убрать мучущий вопрос с дороги.       — Итак, как дела у Рафа? – спросил он небрежно, поднимаясь с песка и вытирая энергон с разбитой губы.       —/Тебе есть до этого дело? Ну что ж, я скажу, что не очень./– Ловко вывернувшись из под удара кувалды, просигналил разведчик.       — Не лучше, и у тебя значит тоже? – Последовал очередной удар, но в этот раз Брейк перехватил ногу и отшвырнул бота от себя. Бамблби приземлился на руки, после чего обратно на ноги.       — /У меня всё в полном порядке, а вот у тебя-не знаю./       От ещё одного удара, оба формера отлетели друг от друга на 5 метров.       — Конечно, у меня проблема, с тобой! – Брейк нахмурился, показавшись довольно мрачным, готовя молот. – Ты автобот!       Разведчик молчал и просто смотрел на врага, лезвия исчезли. Брейк моргнул, пересматривая слова в голове, с замешательством.       — У тебя были проблемы, когда я помогал тебе неделю назад. Ты даже прижался ко мне. На самом деле, я думаю, что хочу ещё раз обнять тебя...       Би внимательно склонил голову, замерев в таком положение где-то на минуту. Встав из своей стойки в нормальное положение, он сделал шаг, и обычным ходом преодолел 5 метров за пару секунд. Брейк не шевелится, он просто смотрел на приближающегося разведчика, уже приготовив кувалду. И вот, он прямо перед ним. Би стоит на расстоянии согнутой руки. Очень осторожно и не уверенно, Бишка встал на носки, и обнял разрушителя за шею, заставляя его склониться. Прижавшись, словно котёнок, разведчик мягко заурчал повреждённым голосом. Брейк нервно обнял разведчика в ответ, он почувствовал себя счастливым. Разрушитель даже крепче обнял его. Кувалда небрежно упала на землю, оставив там трещины, а свободная рука начала гладить волосы.       —Ты странный бот, ты знаешь это? Милый, но странный, – усмехнулся он, потирая голову рукой иногда переплетая пальцы с золотыми волосами. Брейк присел на песок, упираясь коленями в почву, притянул автобота к себе на колени, нежно поглаживая юное лицо разведчика, разрушитель начал улыбаться, когда разведчик убрал маску. Оно было такое нежное и приятное, пусть на рту и были видны шрамы, но они вовсе не создавали эффект отвращения, скорее придавали какое-то особое очарование. А эти губки, они так и манили к себе. Желание отведать автоботика на вкус, удерживалось всё сложнее и сложнее. Большой, шершавый палец, который недавно вместе с перебинтованной рукой гладил лицо, уже был на нижней губе, слегка проводя по ней, но разрушителю хотелось ещё большего. А глаза разведчика и вовсе создавали жаровой эффект. Удивительно, но сам бот не сопротивлялся, чем вызвал у кона желание повалить хрупкого юношу и нежно, присвоить его себе. Но разведчик, казалось, даже и не заметил этого, пока не почувствовал горячее дыхание на своей шее. Немного поздно осознав то, что сейчас, его с таким огромным удовольствием прижимают к врагу, да ещё и самому становилось приятно. Всё стало создавать старые ощущения, которые были у него во время связи с Кейдом. Неужели Брейкдауну так понравились все монипуляции, что он даже уже пытался снять с Би кофту от боевой экипировки, но если их сейчас увидит кто-то из товарищей то всё, кранты полные, по крайне мере Десептикону точно. Да и автобот почувствовал, что Искра начала в страхе биться, показывая больные воспоминания. Вент. систему перехватило, Би сверкнул на кона своими глазами и один раз издал звуковой сигнал привлекая внимание, выпуская надрывный вздох.       — /Брейк, ты думаешь, что автоботы милые?/ – это должно отрезвить кона.       Брейк ухмыльнулся, и собирался ответить чем-то приятным, показывая своё лицо, на котором был виден пьяный румянец. Когда по сознанию ударило, как будто его окатило ледяной водой. Он сам не заметил всех этих манипуляций с разведчиком, это всё так завораживало его, что он забыл о своих целях.       Он назвал Бамблби милым!       Он назвал Автобота милым!       Он не должен думать, что они милые!        Он должен избивать их, пока они не умрут!       И он обнимает автобота!!!       Он ласкает вражеского разведчика!!!       Резко, словно ошпаренный, Брейк встал, оттолкнул Би от себя и легонько ударил его в весок, дабы тот упал. Повернувшись, он побежал с горы, подальше от разведчика. Он старался не оборачиваться, чтобы не смотреть на авти. Он пытался забыть тёплое и чёткое чувство, которое он испытывал, когда Би смотрел на него. О, Праймус, если бы его Лорд узнал об этом, его бы грохнули на месте. Когда он спустился с холма, он увидел, как Нокаут радостно бегает по строительной площадке в форме робота, с буровой установкой, за которой их послали. Как только Нокаут увидел Брейкдауна, он убежал от Балкхеда и помчался к нему. Бывший разрушитель уже был в форме робота. В одно мгновение, двое десептиконов ушли, оставив стройплощадку и двух автоботов в пыли. Брейк последовал за его напарником в виноватой тишине. Он не должен был снова обнимать разведчика, он был с автоботом! Мало того, ласкать его!!! В первый раз все было хорошо, из-за ситуации, но только не сейчас... это было совершенно неуместно. И… милый? Он действительно не должен думать об этом...       — В чем проблема, Брейки? – Внезапно спросил Нокаут поравнявшись с товарищем. Голограмма разрушителя вздрогнула. Нокаут слишком хорошо его знал.       — Я… думал, – тихо сказал он.       — Это редкое явление, - подразнил Нокаут, подъезжая немного ближе. Из опустившегося стекла спорткара показалась фигура парня. Яркая алая шевелюра, бледная кожа, черный пиджак, черные брюки, черный, слегка расправленный галстук, белая рубашка и чёрные перчатки.       —Я не должен думать об этом, хотя...– Нокаут остановился на том, чтобы ехать прямо рядом с большим бронивиком.        — О чём?– спросил медик одев солнцезащитные очки. Брейк нервно сжал руль, разумеется, он доверял медику, но говорить о своём не понятном влечении...       — Ой, ну давай, Брейки, ты скажешь мне или нет, - Нокаут откинулся на спинку сидения. Брейкдаун глубоко вздохнул, волнение расходилось по телу не приятными потоками, но собравшись с духом выпалил.        — Хорошо. Я думаю, что Бамблби очень милый и красивый. И мне кажется это странным. Наступила гробовая тишина, Нокаут холодно смотрел в лобовое стекло. Брейк готовился к громкому словесному нападению, выжидающе, с некой виной, он смотрел на напарника золотыми глазами. Тишина, было не известно, что в голове у немного сумасшедшего медика. И тишину прервал искренний смех Нокаута.       —Что? - спросил Брейк, чувствуя себя обиженным, лицо слегка покрылось румянцем.       — Ох, мой дорогой, обиженный, глупенький Брейки, – выдохнул Нокаут, когда перестал смеяться. –Вы только сейчас это понимаете? Брейк задумался и ответил.        — Ну, да… наверное.       — Как долго вы сражаетесь с автоботами?– спокойным голосом поинтересовался Нокаут. Брейкдаун начинал ощущать себя самым, что не наесть, идиотом.        — Да уж. Хочешь сказать, его все считают милым?       Нокаут был слишком занят, чтобы ответить-он вновь смеялся. Брейк перешёл в угрюмое молчание. Но пока они ехали, думал о другом. Если бы Нокаут смеялся над ним, за то, что он понял, что Би был симпатичным долгое время после этого, очевидно. Значит, тогда можно восхищаться врагом? Он не будет наказан?        — Да, многие действительно считают его довольно милым, возможно, даже сам Лорд Мегатрон! И я думаю, ты не будешь наказан за то, что тебе кто-то понравился! – Нокаут улыбнулся и посмотрел на товарища. – Если бы меня наказывали каждый раз, когда мне нравился кто-то из врагов, я бы уже умер. Ну кстати о милоте, мне вот интересно, что прикажет Лорд когда его всё таки поймают?...       — Не отходи от темы! Итак, мне может нравится разведчик?       — ДА!!! – Брейк дрогнул от резкого возгласа мед-иксперта. Пока они проезжали оставшуюся часть пути, до места отправки на корабль, Брейк задумался снова. Возможно, он позвонит Би позже. Спросит, как Раф. Не о том, что случилось. Нет. Не за что. И, возможно, будет угрожать ему, как хороший Десептикон. У него была репутация, и он поддерживал её, в конце концов он же жестокий воин. По крайне мере он на это надеялся, что язык повернётся в нужное русло. -------       Брейк не вызвал Би, как он планировал. В течение следующих нескольких дней он был занят работой, которую на него свалил Нокаут, поскольку сам был слишком занят гонками, чтобы фактически выполнять свою работу. Брейки становилось скучно это место становилось все более и более жухлым без опытного медика, и Брейку было трудно поддерживать себя в рабочем состоянии, пробуя все, кроме клейкой ленты, исправляя странные транспортные средства, которые пришли для ремонта. После двух недель этого ужаса, Брейк потерял терпение и рассказал Саундвейву. Вскоре после того, как Нокаут вошёл в медбэй после поздней ночной гонки, он обнаружил, что Брейк спокойно убирает комнату, как приказал ему Нокаут. Он также обнаружил, что их Лорд ждёт его с достаточно хмурым видом, который не сулил не чего хорошего. Нокаут был заключён в медицинский отсек на две недели в качестве наказания, а Брейку было назначено три дня без работы в качестве компенсации за выполнение требований медика, как должен делать верный помощник. Когда он проснулся на следующее утро, у Брейки было достаточно времени, чтобы сделать все, что он хотел. Единственная проблема была в том, что он хотел сделать. Брейкдаун провёл первые три часа, тренируясь с транспортными средствами, из-за чистой скуки. Следующие четыре часа он провёл, подбрасывая цели в воздух для тренировок, выстреливая в них из пушки. Следующий час он провел, лёжа на своей кровати, глядя в потолок. Затем, когда он собирался осветить лабораторное оборудование, ему что-то пришло в голову. Ему не нужно было спрашивать Бамблби, как дела у Рафаэля. Он мог узнать сам! Он добрался до ближайшего города, места под названием Сиэтл, и поехал, пока не нашёл библиотеку. Затем он припарковался на стоянке для сотрудников библиотеки, чтобы его не беспокоили люди. Или Саундвейв, в этом отношении. Он не хотел, чтобы за ним шпионил командир службы безопасности и связи. Это было достаточно плохо, если бы об этом узнает глав. связист то можно рыть себе могилу прямо здесь и сейчас. Брейк поискал в Интернете полное имя Рафа в списках посещений всех модных больниц, которые он мог найти в Интернете. Наконец он наткнулся на спичку: Рафаэль "Раф" Хорхе Гонсалес Эскивель, поступивший в медицинский центр UCSF в Сан-Франциско по поводу рака лёгких. Когда он посмотрел на запись ребенка, то его пробил озноб, всё полностью совпадало с описанием Би. Брейк не успел задуматься, как сорвался с парковки и помчал по дороге, одновременно запрашивая наземный мост в Сан-Франциско. ----       Пока он ждал, когда медсестра впустит его в комнату Рафа, Брейк раздражённо постукивал пальцами по его ноге. Это была ужасная идея, почему он сделал это снова? Чтобы увидеть, правда ли то, что Бамблби сказал об этом ребенке, он напоминал себе.  Он хотел узнать, что же такого особенного в Рафе, который заставил разведчика Автобота покончить с собой при мысли о смерти ребенка. А ведь у Би железные нервы, и всё же пойти на такое. Он посмотрел на себя в зеркало. Высокий, мужчина темная смуглая кожа, белые волосы подвязаные синей банданной, золотистые глаза, широкоплечий, на шкаф похож, синие джинсы, серая майка, синяя ветровка, кроссовки. Брейк глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Это было нормально, у него не должно быть никаких проблем. Просто придти, поговорить с ребёнком и уйди. И сотрудники не стали бы его беспокоить, он показал им записи, что он был двоюродным братом Рафа. Дважды удаляется. Что бы это ни значило. Приятный голос заставил его немного вздрогнуть.       — Вы можете пройти,– сказала медсестра, сверкая улыбкой. Ассистент Нокаута последовал за ней через коридоры, и она провела его в комнату, прежде чем снова уйти. Бывший разрушитель тупо уставился на маленького мальчика, сидящего на больничной койке и смущённо взглянувшего на него мальчика. Он выглядел бледным, даже хрупким, и волосы человека торчали во многих направлениях, словно ему не удавалось уложить волосы довольно долго. Его очки лежали на комоде рядом с ним и выглядели пыльными.       — Раф? – осторожно спросил Брейк, садясь на один из стульев рядом с кроватью.       — Да – нерешительно сказал мальчик. – Я вас знаю? Бедный ребенок, его голос звучал так грубо. Болезнь, видимо затронула и его голосовые связки. Брейк внимательно оглядел его и, выдохнув, решил заговорить.       — Би говорил, что ты не очень хорошо себя чувствуешь.       Глаза Рафа расширились, и он наклонился вперёд, положив руки на колени. По его виду было ясно, что он поражён серьёзно.       —Да уж. – Раф кивнул, –У меня все хорошо. Я больше беспокоюсь за Би… Но подождите откуда?!– Мальчик был удивлён. Говорить ему о своей принадлежности точно не следует.       Он не был в норме, это точно. Раф с тревогой посмотрел на него.        — Малыш ты не мог бы мне рассказать, какие у вас с Би были приключения. Не волнуйся тайну Трансформеров я уже знаю от агента Фоулера.       Раф, после осознания того что про Фоулера мало кто знает, примерно минут 30 рассказывал о всех случаях, что случилось с ними за время их знакомства. После одного рассказа он закашлился. Брейк поспешно протянул ему стакан с водой.       — Знаешь, благодаря тебе я начал по новому смотреть на мир.       — А откуда ты знаешь Бишку? – спросил мальчик, с огромным любопытством разглядывая здоровяка, он ему кого-то напоминал.       — Ты мне очень нравишься. Я посмотрю, что я могу сделать, чтобы помочь тебе поправиться. А Би я просто пару раз с тобой видел. Да и Фоулер показывал.       Луч, который дал ему Раф, был той наградой, в которой он нуждался, и он оставил чувство почти беззаботным. ------------       — Где ты был сегодня?– вполне спокойно спросил Нокаут, когда Брейкдаун вошёл в мед-бэй.       — Не где, – сказал он смутно, начиная собирать инструменты для сортировки.       — Где? Я сидел здесь один, целый день, – не отступал Нокаут, убирая инструменты из рук разрушителя. –И... мне очень скучно.       Нокаут забрал принадлежности для операций и опёрся головой о руку товарища. Брейк знал, что это явно не заигрывание, во вкус медика входили такие трансформеры как например Уилджек или Дредвинг, ну или ещё кто-то, не во внешнем, а характерном плане, ещё в большем интересе мог быть сам Прайм. А на друга он так опирался из-за недостатка внимания.       — Если бы ты не уклонялся от своих обязанностей, ты не застрял бы здесь, – напомнил ему ассистент.       Нокаут пожал плечами и взял ещё один инструмент. Пока они болтали, Брейк думал о своём дне. Раф оказался похож на то, что сказал ему Бамблби. Это доказало, что люди на самом деле были разумными. Если они работали на том же психологическом и эмоциональном уровне эволюции, что и кибертронианцы, они были такими же, как они. За исключением, меньшего размера и более хрупкого тела. Неудивительно, что Би был так расстроен. Брейк решило, что он найдет лекарство от болезни Рафа. Таким образом, Брейкдаун не пришлось бы беспокоиться о том, чтобы найти изуродованный труп Бамблби в канаве. Все вернулось бы в норму, они снова будут врагами, и это было хорошо. Больше никаких объятий или неловких мыслей. Что может пойти не так? Правильно?       Однако сейчас слишком спокойное состояние Нокаута, немного настораживало. Расширенные зрачки и новое нанесение синт-кожи под глазом и на щеке, говорило о чём-то интересном.       — Зачем ты нанёс новую кожу на лице, ты же вроде не участвуешь в гонках? И что с твоими зрачками?       — Ах, ты об этом...– Нокаут небрежно провёл кончиками пальцев по указанным местам. Ну а по поводу зрачков, было ясно. Нокаут всегда реагировал так на обезболивающее. – Мы со Старскримом не поладили. Ему не понравилось то что я стоял слишком близко с Лордом.       Брейка это злило больше всего на свете. Стар активно пользовался своим положением и очень часто ругался с молодым медиком. Для своих лет, как считал Брейк, Нокаут знал очень много о медицине, мог лечить состояния близкие к дезактиву, мог лечить психические травмы, а легкие ранения, какие бы не были, и вовсе были для Ноки пустяками. Возможно что Лорд и держал Нокаута только из-за его навыков в лечении. Почему же Нокаута считали безумным и сумасшедшим. Он лечил так же как и Хук, ни капли жалости. Очень любил ломать, собирал, что очень редко, но и злить его нельзя. И у Брейка на днях это получилось.       Брейк ругался про себя, очень красиво, с земными матами, которые только смог узнать, когда Шоквейв поймал его на краже химического вещества из кладовой лаборатории.       — Что ты делаешь?– повторил Шоквейв в третий раз, голос слегка раздраженный.       —Э-э-э… – пробормотал Брейк, отчаянно пытаясь найти оправдание. – Я…       — Если у вас нет веской причины для этого, положите его на прежнее место,– категорически заявил Шоквейв.       — У меня есть причина! Это…– Брейкдауну казалось, что он мог умереть на месте от явной паники, но проходящий мимо Нокаут спас его.       — Приветствую вас дорогой Шоквейв, – промурлыкал Нокаут, приближаясь к одноглазому учёному. Медик прошел между ими двумя встав в плотную лицом к учёному слегка улыбаясь. Положив бледную руку на мощную грудь био-инженера. – Оставьте моего бедного помощника в покое, вы же знаете, что пугаете его.– Шоквейв едва смягчился и взглянул на Нокаута.       — Почему он взял формулу 32-D?       — Потому что я ему сказал, – игриво усмехнулся Нокаут, схватившись за плечи Брейки железной хваткой. – Мне это нужно для эксперимента. Теперь бегите к той лабораторной крысе, которую вы сейчас анализируете, и позвольте нам идти по нашем делам.       Как только за ними закрылась дверь, Нокаут бросил на Брейкдауна один из самых убийственных взглядов, которые он когда-либо видел. Именно взгляд, это то чем Нокаут мог пригвоздить к полу многих.       —Что ты делаешь? И зачем ты взяли вещи из хранилища?       Брейк немного побледнел.  Нокаут потащил его до самого конца Медбэя и бросил его на диван удивленный силовым подвигом, Брейк упал на диван с хрипом, и когда он сел, он увидел, как Нокаут опирается на бардюр. Медик смотрел на разрушителя, как будто он был одним из его новых «пациентов», который уже успел в чем-то провениться перед медиком, а таких Ноки обычно убивал без шансов на восстановление. Брейк вздрогнул от следующей фразы.       — Скажи мне ТОЧНО, почему ты воровал вещи из медхранилеща и лаборатории. СЕЙЧАС ЖЕ.       Брейк открыл рот, а затем слова просто выпали, не позволяя соврать.       — Я взял их, чтобы вылечить человека Бамблби…       Брейкдаун хотел, чтобы он был где-нибудь ещё, но только не здесь, потому что выражение лица Нокаута было абсолютно ужасающим. Что было ещё более страшным, так это шелковистый, мягкий тон в его голосе, который обещал мучительную смерть.       — И зачем?– замурлыкал нокаут, подойдя ближе и опираясь уже на спинку дивана, а нога была на самой мебели, а зрачки сейчас и вовсе напоминали некого земного хищника.  Разрушитель наклонилось ещё больше не желая быть так близко, когда хотел Нокаут мог быть сумасшедшим, а это спокойствие было просто убийственным предупреждением о том что, скоро может начаться резня. “Затишье перед бурей” – как говорят люди. – Потому что человек болен, и если он умрёт, то и Бамблби умрёт, потому что он убьет себя.       Глаза Нокаута имеющие алую радужку и чёрный белок прищюрились довольно угрожающе.        — А почему вы заботитесь о безопасности автобота?       Разрушитель искал ответ и наконец нашел его. —Потому что я хочу убить его сам, – ответил он. «Да, вот и все» – решил он. Вот почему он хотел его живым. Он определенно не любил его, наверное. Он определенно не хотел обнимать его снова. Ага. Нет. Выражение Нокаута милосердно смягчилось. Вместо того, чтобы казаться убийственным, он выглядел раздраженным.        — О, я вижу ты разработали в состояние полного застоя и неразберихи. А ещё у тебя синдром «Килби».       Брейк не знал, что это значит, из-за чего вопросительно изогнул бровь.        — Что, прости?       — Ты хочешь убить Бишку сам, и не хочешь, чтобы кто-нибудь убил его раньше тебя.– Нокаут хитро улыбнулся, показывая белоснежные зубы с увеличенными клыками. Брейк кивнул. Нокаут мрачно рассмеялся. –Ну тогда. Теперь, когда ты объяснился мне, я не накажу тебя. – Он ущипнул ногу товарища, заработав шипение. –Но в следующий раз спроси.       — Конечно, спрошу.– ассистент энергично кивнул. – Теперь, давайте начнем. Нокаут протянул руку для химического вещества.        — Чем болен человек? Брейк передал ему колбу и без раздумий ответил.        — Рак лёгких. - Нокаут выглядел слегка заинтересованным.        —Оу? Разве это обычно не смертельно? Ммм, я так думаю да. Это означает, что нам нужно сделать что-то, что будет похоже на полное повышение физического здоровья. Единственный способ быть уверенным. Разрушитель кивнул.        — Хорошо.       Нокаут заметил его запуганный взгляд и похлопал его по плечу.        — Я больше не злюсь, не волнуйся, ты, большой и упрямый бугай.       — Я рад. Ты серьезно пугаешься, когда злишься. Даже Старскрим не ровня.       Брейки снова вздрогнул, сортируя лекарства. Нокаут слегка ухмыльнулся и начал работать.        Спустя час готовки Нокаут всё же заинтересовался и спросил.       — Почему ты хочешь быть тем, кто убьет Бамблби? Должно быть, он что-то сделал для тебя. Тогда напомню, что у тебя много конкурентов, это почти весь здравый состав корабля. Даже Мегатрон желает его убить саморучно, хотя я вот не знаю что будет сильнее, желание подчинить или же всё таки прибить, может милота свою роль сыграет. Ах да, не забывай про Дредвинга, тот во всю охотится за разведчиком.       — Гм ...– У бывшего вредителя было мгновенное изображение восхитительно голубых глаз Бамблби, и он услышал, как он спросил, считая его милым. – Потому что,– сказал Брейки, отводя взгляд и отчаянно надеясь, что Нокаут не видит лёгкого румянца на лице.       — Понятно, – сказал Нокаут, хитро улыбаясь. Он видел. Праймус, его точно за это прибьют.       Последующие два дня, проведенные бронивиком, чередовались между тем, чтобы помочь Нокауту с лекарством для Рафа, и он был напуган до того, что медик расскажет своему хозяину о его маленьком увлечении. Да, Брейкдаун, наконец-то, признался в этом сам. Он взял за одну неделю запутанных мыслей, одну ночь запаниковал реализацией своей любви, три дня упорного отрицания, а затем, наконец, подал в отставку признание. Глупый автобот с его дурацкими объятиями и дурацкими очаровательными глазами. Брейк вздохнул, когда он потащил большой ящик Энергона в медицинский отсек. По крайней мере, у него была работа, чтобы отвлечься. И кто му же, Нокаут хорошо мог отвлечь, хотя бы просто разговорами про гонки.       — О, хорошо, ты принес это, – сказал Нокаут с удовлетворением.– У нас было мало дней. Положи в шкаф, ладно?       Брейк обязательно, но не после случайного опрокидывания блоков данных целой полки. Он вздрогнул от разбитых подушек, сделанных при падении на пол, и начал складывать их в упорядоченную стопку.        — Извини, Нокаут.       Нокаут вздохнул, поставив стакан, который он мыл.        — Ты летал в облаках всю неделю, Брейки. Это потому, что человеку становится хуже?       Разрушитель кивнул, заканчивая работу по кабинету и двигаясь, чтобы убрать сухие контейнеры. Нокаут только что закончил убирать. Он дважды посещал больницу, и оба раза казалось, что Рафаэль ослабевает.       — Или это из-за твоего интереса к милому Бишки? – Брейкдаун замёрз. Нокаут же ухмыльнулся, опираясь на стойку и сложив руки. – Разве не угадал, правда же?       — Я не знаю, о чем ты говоришь – лгал Разрушитель, возобновляя свою работу.       — Ну конечно, – усмехнулся Нокаут. –Ты не хочешь, чтобы тебя высмеявали или убили, особенно если это будет Мегатрон. – Брейк проигнорировал его.– На самом деле, в последнее время ты был почти подчинён, ты так взволнован во всем этом.– Нокауту явно нравилось делать уколы своему партнеру. – Мило. Очень мило.       У Брейкдауна стиснулись его зубы достаточно сильно, чтобы они затрещали, но сделал вид, что не слышал. Нокаут поднял бровь, подливая масла а огонь.        — Думаешь попросить разведчика обнять тебя?       — НЕТ! – Слово вырвалось из его рта в одно мгновение, почти дико зарыча. Затем произошло осознание. «Чего ждать?»       Самодовольству в глазах Нокаута было достаточно, чтобы Брейк напомнил себе, что убийство его начальства принесет ему постоянную поездку в шлаковые ямы, особенно если Хук, вдруг явится из не откуда. Тот за своего ученика порвать мог кого угодно.       — Я слышал, как ты разговаривал в перезарядке прошлой ночью. Что-то о том, что Бишка хорошо обнимается. И ещё что-то о том что ты... хочешь... его... поцеловать... А вот желание убить, от тебя даже не исходит.       Разрушение перешло из ярости в панику. Если он говорил во сне, это означало, что камеры слежения снимали его, и это означало, что Саундвейв знал ... И Саундвейв рассказал всё Лорду Мегатрону. Нокаут заметил внезапную бледность на лице Разрушителя.        — Ты чего? Все не так плохо, я мало что слышал.       — Если, я говорил во время перезарядки, Саундвейв знает... – прохрипел ассистент, звучащий так же как и Раф во время его предыдущего визита. Нокаут выглядел удивлённым.        — О да, я не думал об этом. Ну, ты ещё жив, так что, возможно, Саундвейв не знает. Может быть, он не заметил кадры с камеры в ночное время? Брейк сел и тяжело выдохнул, бегая глазами по полу.        — Может быть.       Нокаут наконец выглядел обеспокоенным, и он быстро принес своему помощнику немного топлива.        — Ты же знаешь, что тебя не убьют за то, что ты влюблён, верно?       Вот тут та разрушитель прибыл в шок.        — Что? Откуда ты...!?       Нокаут мило ухмыльнулся, глядя на лицо бывшего крушителя с широко раскрытыми глазами.        — Ты не умрёшь, потому что однажды обнял автобота. До тех пор, пока ты не предложишь ему руку и Искру, ты будешь в порядке. Опять же, это нормально, если посмотреть.       Брейк тупо уставился на пол. Он чувствовал себя идиотом.        — Я думал, ты собираешься рассказать нашему хозяину и убить меня.       Нокаут похоже обиделся на данные слова.        — Ты думаешь так, низко обо мне? Я же твой напарник, я не собираюсь тебя убивать только за такой едва заметный интерес.– Выражение его лица смягчилось до сострадания, когда он положил руку на плечо Брейкдауна. – Я могу дразнить тебя без устали, но я все равно буду присматривать за тобой. Ты мой лучший друг, Брейкдаун.       Брейк посмотрел на медика с благодарностью, видя в его взгляде теплоту, которую можно было увидеть крайне редко.        — Спасибо, док. Я думаю ... Я был немного напряжён. После того, как командира Старскрима избили за предательство пару месяцев назад, я думаю, что в какой-то момент я буду под клинком мастера.       Нокаут нежно улыбнулся ему, потрепав по щеке.        — Сладкий ты мой дружок, блок питания моего садизма, я полностью всё понимаю. – Он похлопал по щитинестому лицу своего партнёра и встал. – Теперь, когда твой процессор немного расслабился, давайте продолжим работать над этим лекарством. Человек не исправит себя.       Пробой улыбнулся впервые за несколько дней. Типичный Нокаут, любит играть на чужих нервишках. --------------       Работа над каким-то проектом, который был дан Лордом, не обещалась быть лёгкой особенно после того как в медблок зашли Скример и Мегатрон.       — Оу, сам Лорд Мегатрон и Скрим к нам пожаловали.– тихо усмехнулся Нокаут убирая лекарство в ящик.       — Нокаут, как дела по поводу проекта? – довольно спокойно спросил Лорд подойдя к медику в плотную. Сейчас Брейку даже показалось, что Нокаут стал ещё меньше на фоне Мегатрона облачённого в доспехи и плащ, под которым были убраны тяжёлые крылья. Доспехи вещь удобная, которая автоматически преображались в обычную одежду. Старскрим стоял в сторонке явно не довольный Мегатроновским интересом по отношению к медику. Хотя поле бывшего градиатора был довольно спокойно и просто обволакивало самого владельца и медика.       — Ну проект почти готов, сейчас я вношу некоторые поправки и...       — Уважаемый Лорд Мегатрон, неужели вы не видите что он не справляется, сколько раз уже переносил презентацию. По-любому на гонки бегает. – С призрением произнёс Старскрим.       — Я... я... Я не посещаю гонки мой Лорд. Я всё это время нахожусь здесь. И проект не я перенёс, а сам Лорд по причине занятости– немного изумлённо произнёс медик, слегка переступая за Мегатрона, чем ещё больше начал бесить секира.       — Неужели, – улыбка до ушей, Старскрим подошёл ближе взяв руку медика, он сильно сжал запястье.– тогда откуда садины? Они у тебя обычно появляются после гонки.       Наростание агрессии, которое чувствовал, было коласальным.       — Мой Лорд, я готов подтвердить, что Нокаут был всё время здесь. Ему же запрещено покидать корабль.–       Брейк подошёл ближе как бы стораясь оградить от Скримера медика.       — Тогда откуда у него следы? Уверен что твой парт...       — Нокаут, идёшь ко мне в кабинет. Сейчас же. – Все слова Лорда были довольно спокойны и размерены, без каких-либо ноток злости.       — Мой Лорд, молю вас! Я не покидал медблок.       — Ложь!– Высокомерно произнёс Старскрим.       — Старскрим! Заткнись!– рыкнул Брейк.       — Нокаут идём.– Последняя фраза, что заставила молчать всех. Брейкдаун хотел шагнуть вперёд, но рука облачёная в чёрную перчатку остановила товарища. Нокаут не хотел что бы его товарищ за него отчитывался.