Неопределённые планы

— Да чтоб его! — в сердцах выругался Ирука. Нормальный конец рабочего дня окончательно накрылся благодаря заскочившему на секунду сдать бумажки Копирующему. Мало того что сдаваемое пришлось вернуть на доработку, объясняя этому гению уже в сотый раз, почему в таком виде и в вольной форме отчёты не принимаются. Так он ещё ухитрился со своей писаниной прихватить и унести половину чужого отчёта. Теперь хочешь — не хочешь, а надо идти к нему домой. И Ирука пошёл, по пути вознося молитвы уже сам не представляя кому, чтобы количество разнообразных бумажек дома у Хатаке не оказалось таким, что придётся проводить раскопки. А лучше, чтобы он так и не выложил отчёты из кармана. А ещё лучше не обнаружился дома, а завтра сам принёс.   Какаши дома был. Он недоумевающе воззрился на Ируку, но ещё до того, как тот начал объяснять цель визита, просто посторонился, открывая дверь пошире. Видимо, в исполнении Копирующего это означало приглашение зайти. Ирука и зашёл.   На первый взгляд, обиталище Копирующего не представляло из себя ничего особенного. Почти спартанская обстановка, во всяком случае, в маленькой прихожей. Попавший под ноги заранее собранный рюкзак.   «Живёт от миссии до миссии», — сделал вывод Ирука.   Впрочем, он особо и не старался рассматривать, как именно живёт джонин Хатаке, постаравшись как можно быстрей и доходчивей объяснить, в чём дело. Надо признать, доходило до Копирующего всё быстро, но вот дальше…   — А, ясно, — Какаши задумался. — И как это у меня получилось?   Ирука мог бы назвать с десяток вариантов того, как. Но ни один не выглядел достаточно необидным. А являться в чужой дом и хамить всё-таки некультурно и недостойно.   — Наверно, случайно, — наконец подобрал он самый нейтральный вариант. — Вернуть можешь... те?   Какаши кивнул, снял с вешалки жилет и, уже сунув руку во внутренний карман, обрадовано, во всяком случае Ируке послышались радостные нотки, сообщил, что, похоже, уже выложил бумаги. Но их легко найти, у него вообще мало бумажек. Следуя за Копирующим, Ирука осознал три вещи. Во-первых, Какаши по крайней мере дома в полной форме не ходит. Во-вторых, блуждать с таким проводником даже по прихожей, кухне и комнате, не считая санузла, можно часами. И в-третьих, у Копирующего белые домашние тапочки.   В принципе, наличие домашних тапочек не было чем-то особенным. Просто белые пушистые шлёпанцы никак не вязались с привычным образом не вылезающего с высокоранговых миссий шиноби.   Как Хатаке ухитряется ориентироваться на местности где-то в гребенях, где не то что люди, нукенины не ходят, для Ируки стало загадкой. Потому что Какаши промахнулся мимо комнаты. Два раза. И оба раза в сторону кухни. На кухне никаких бумажек не было. Там вообще ничего не было, кроме мебели, почти пустого холодильника и чайника.   — Ничего не успел купить, — с чего-то извинился Какаши, заглянув в единственный доступный источник еды и ничего съедобного, похоже, там не обнаружив. — Чай будешь?   Ирука, не удержавшись, заглянул через плечо Копирующего туда же, и ему стала ясна причина, почему Какаши такой худющий. Выражение «мышь повесилась» вполне могло оправдать себя, будь там мышь. Потому что в холодильнике не было ничего кроме пары банок консервов неизвестного срока годности и баклажана.   — Да, — ляпнул Ирука, даже не вслушавшись, что ему предложили, под впечатлением от увиденного.   Какаши тут же захлопнул холодильник и ринулся ставить чайник. По счастью, с этим всё обошлось. По крайней мере, вода и газ были.   — Э... Может, пока поищем бумаги? — предложил Ирука, потому что представления не имел, что можно делать в компании Копирующего на пустой кухне, пока чайник греется. Похоже, Какаши тоже находился в замешательстве, поскольку предложение заняться делом воспринял с энтузиазмом.   — Конечно, Ирука-сенсей, — и устремился с кухни..   Они почти не заблудились. Во всяком случае, когда Копирующий затормозил на развилке между прихожей, комнатой и санузлом, Ируке очень захотелось вручную развернуть его в нужную сторону. Но, видимо, внутренний навигатор у Копирующего наконец сработал как надо, и в комнату они попали.   Ирука где-то краем сознания отметил, что и здесь почти ничего нет, кроме большой, учитывая, что жилец всего один, кровати и, кажется, фото. Всё его внимание занял стол. Если где у Копирующего и был бардак, так именно здесь. На столе горой громоздились те самые «мало бумажек» разной степени помятости. Похоже, на досуге Какаши упражнялся в эпистолярном жанре. Или, как робко понадеялся Ирука, пытался что-то сделать с почерком. Не отчёты же это, в самом-то деле.   Какаши невнятно пробормотал что-то и попытался собой закрыть от своего гостя этот ужас, что с его комплекцией оказалось попросту невыполнимо. Ирука наугад, осторожно, чтобы не развалить всю эту конструкцию, взял верхний лист и расправил. Это был отчёт трёхмесячной давности, и Ирука даже припомнил, какой именно. Правда, тот вариант, оказывается, был не в пример аккуратней и понятней. А он-то ещё возмущался.   — Кажется, я их сюда положил, — неуверенно промямлил Какаши и полез искать. Гора бумажек тут же с шорохом лавиной посыпалась на пол. Ирука тяжело вздохнул и присоединился к поискам, решив начать с того, что ещё оставалось на столе. Вдвоём они быстро очистили поверхность от хаотично наваленных бумажек, и тут Ирука подвис. Что могли делать на письменном столе одновременно книга, лежащая на ней упаковка презервативов и шпатель? Если книга и презервативы, учитывая, что предпочитал читать Копирующий, ещё как-то соотносились, несмотря на полное отсутствие даже сплетен о его личной жизни, то строительный шпатель в это никак логически не вписывался.   — Вот они, — сообщил Копирующий, извлекая ставшие ещё более мятыми листки и тут заметил, что Ирука не реагирует. Проследив, на что тот смотрит, Какаши издал неуверенный смешок. Этот звук вывел Ируку из ступора, и он, наконец, перевёл взгляд на владельца этой странной композиции.   — Ма-а-а... Ирука-сенсей... — протянул Какаши, предваряя вопрос, который Ирука даже озвучить не мог. — Просто я не смог определиться с планами на вечер. Обычно я читаю. Но тут штукатурка в ванной отвалилась. А я думал…   Он почесал затылок.   — Ирука-сенсей, у тебя есть планы на сегодня?   На кухне засвистел чайник, словно намекая, что обещание уже дано и отступление будет походить на постыдное бегство. Ирука вздохнул, обозрел воцарившийся хаос, набор неопределённых планов, застывшего в ожидании ответа хозяина всего этого бардака, и решился.   — Ты, кажется, чай предлагал?